Феномен страха в русской философии

В русской религиозной философии проблеме страха также уделялось большое внимание. Л.Н. Толстой в своей концепции непротивления противопоставлял страху перед Богом страх перед государственными организациями в качестве приоритетного. И.А. Ильин же считал, что такая оппозиция невозможна, так как Божественные заповеди исполнимы лишь при некотором экзистенц-минимуме устрашения злодеев государственными законами.

Н.А. Бердяев считал, что среди многих определений человека может быть определение его как существа, испытывающего страх. И это можно сказать про все живое. «Страх животных ужасен. Тяжело смотреть в глаза животного, испытывающего страх. Страх связан с опасным, угрожаемым положением жизни в мире. И чем совершеннее, чем индивидуализирование жизнь, тем более она угрожаема, и тем более участь ее смерть. Нужно во время защищаться от опасностей. Организм в значительной степени построен для защиты. Борьба за существование, которой полна жизнь, предполагает страх»[1].

Философ считал, что храбрость и страх не исключают друг друга. Храбрость есть не столько отсутствие страха, сколько победа над страхом, и притом в определенном направлении. Человек может быть очень храбрым в одном отношении и трусом в другом: например, очень храбрым на войне и трусом перед собственной женой, может не бояться смерти и испытывать страх перед мышью или заразной болезнью. Бывают люди очень храбрые физически и трусливые морально, и наоборот. Человек может достигнуть высокого состояния храбрости в определенной сфере жизни, оставляя в состоянии страха другие сферы.

Победу над страхом Н.А. Бердяев считал духовной задачей. Неисчислимое количество насилий и жестокостей в человеческой жизни есть, по его мнению, порождение страха. Террор есть страх не только тех, на кого он направлен, но и тех, кто его практикует. Известно, что одержимый манией преследования не только испытывает страх, но и начинает преследовать других и ввергать в состояние страха. Самые страшные люди — это люди, одержимые страхом.

Н.А. Бердяев предлагал различать страх животный, связанный с низшими состояниями жизни, и страх духовный, связанный с высшими состояниями. Религиозная жизнь человека наполнена страхом, хотя можно было бы сказать, что цель религиозной жизни есть победа над страхом. Страх, по словам философа, правит миром. Власть по природе своей пользуется страхом. Человеческое общество построено на страхе. Страх ада в религиозной жизни и страх революции или потери собственности в жизни социальной все обесценивает. Человек живет в страхе жизни и в страхе смерти.

Но вот что главное, по мысли философа: страх искажает истину. Между тем бесстрашие перёд истиной есть величайшее достижение духа. Героизм и есть бесстрашие перед истиной и смертью. Бердяев считал, что страх связан со страданием. Он переживается как страдание. Он есть боязнь страдания. Нельзя оторвать страх от этого центрального явления человеческой жизни. Но страх унижает человека. Страх же извращает человеческое[2].

Бердяев считал, что путем страха, даже если это страх перед Богом, невозможно достижение спасения. Отсюда Бердяев делал вывод о необходимости противопоставить легалистской этике закона благодатную этику искупления и этику творчества. В творчестве человека реализуется попытка Божественной любви к твари и преодолевается страх как следствие греха и разделения жизни на добро и зло. Также и Фрейд проводил различие между боязнью, испугом и страхом. Боязнь означает определенное состояние ожидания опасности и приготовления к ней, даже если она еще не известна. Испуг — состояние, возникающее при опасности, когда человек к ней не подготовлен. От испуга человек защищается страхом. Страх предполагает объект, которого боятся. Готовность к страху целесообразна; развитие его нецелесообразно. В целом Фрейд различал реальный и невротический страх. Реальный страх — это страх перед известной человеку опасностью. Он рационален, представляет собой реакцию на восприятие внешней опасности, является выражением инстинкта самосохранения. Невротический страх связан с опасностью, неизвестной человеку. Он возникает на основе восприятия внутренней, а не внешней опасности. От внешней опасности можно спастись бегством. Попытка бегства от внутренней опасности — дело трудное, чаще всего завершающееся болезнью.

  • [1] Бердяев И.А. О человеке, его свободе и духовности. М., 1999.С. 114-115.
  • [2] Бердяев Н.А. О человеке, его свободе и духовности. С. 118.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >