ПЕРВОБЫТНАЯ РОДОВАЯ ОБЩИНА

Люди переходного «вида»

Классические неандертальцы (Homo neanderthalensis) или палеоантропы (древние люди), среди которых встречаются не только неандертальцы, но и более антропологически развитые люди, бесспорно появились 150-130 тыс. лет назад в разных частях Старого света [90, с. 104], но некоторые считают неандертальцами людей, найденных в Англии и Испании, возраст которых достигает 400-300 тыс. лет. Возраст же последних из обнаруженных неандертальцев — 30 тыс. лет, а есть и более молодые находки. Местами происхождения неандертальцев считаются Европа, Западная Азия и Южная Сибирь, хотя их находили и в Европе (включая Крым и Северный Кавказ), и в Израиле, и в Иране, и в Узбекистане. Очевидно, палеоантропы формировались в приледни- ковой зоне, о чём говорят массивность их скелета, небольшая толщина трубчатых костей, укороченные конечности и более широкое носовое отверстие. Разница между ДНК неандертальцев и современных людей в три с лишним раза превышает разницу между ДНК современных людей, принадлежащих к разным расам. Более массивные, чем современный человек, палеоантропы имели мозг объемом в 1400-1500 куб. см., даже чуть больше, чем «человек разумный», но соотношение массы мозга к массе тела у них немного меньше, чем у современного человека. Судя по изогнутости основания черепа и подъязычной кости, палеоантроп был уже способен к членораздельной речи как и современный человек. У неандертальцев были ещё слабо развиты по сравнению с человеком современного вида лобные доли с центрами торможения и ассоциативными центрами, что, по мнению антропологов, говорит о менее развитом, чем у современных людей логическом мышлении [4, с. 116; 32, с. 99-132; 76, с. 58].

Антропологи до сих пор спорят по поводу места неандертальцев в цепи эволюции. Одни считают их предками человека современного «вида», другие боковой ветвью, потому что 5 или 10 тыс. лет они жили в Западной Европе бок о бок друг с другом. Нередки и находки людей со смешаными признаками палеоантропов и неоантропов. Например, немало неоантропов с Ближнего Востока, найденных со среднепалеолитическими орудиями, живших 100-70 тыс. лет тому назад, обладает рядом неандертальских признаков. Первоначально их признали «прогрессивными неандертальцами», но классические неандертальцы с Ближнего Востока датируются возрастом не более 70 тыс. лет, поэтому известные находки из пещер Мугарэт эс-Схул и Кафзех в Израиле — скорее люди современного «вида», чем прогрессивные неандертальцы. Теперь предполагается, что неоантропы появились на Ближнем Востоке приблизительно за 100 тыс. лет до нашего времени, но были потеснены представлявшими тупиковую ветвь в развитии человечества неандертальцами, которые, вероятно, пришли с севера, скорее всего, из Европы (где жили на краю ледника), в эпоху резкого похолодания, и современные люди окончательно утвердились там около 40 тыс. лет назад, потому что неандертальцы не выдержали конкуренции с возможно более интеллектуально и культурно развитыми пришельцами. Правда, существует и мнение, что, возможно, прогрессивная группа неандертальцев, в частности проживавшая в районе современного Эрингсгоффа в Германии дала начало людям современного вида, и, наконец, предположение, что неандертальцев по антропологическим признакам и уровню культуры, позволившей им приспособиться к суровым условиям ледникового периода и примерно соответствовавшей уровню культуры того же времени человека разумного, можно отнести к неоантропам [4, с. 117; 32, с. 104-105, 111-118, 133-134].

Трудно сказать, что из себя представлял язык древнейших людей, но, несомненно, что помимо жестов он включал в себя звуки, выражающие страх, угрозу, ярость и т.п. и «жизненные шумы», связанные с эмоциональным состоянием: удовлетворением от еды, недовольство недружелюбным отношением или плохим самочувствием, звуковую реакцию на боль или неудобство [4, с. 133]. Конечно, у неандертальцев должны были уже существовать такие части речи как междометия, а вслед за ними, очевидно, местоимения, дефиниции, включающие собственно определения и причастия и некоторые существительные, обозначающие жизненно важные предметы, такие, как виды съедобных растений, объекты охоты, орудия труда и т.п., а также отглагольные существительные, если судить по истории развития древнейшего на земле древнеегипетского языка.

Материальная культура неандертальцев, судя по каменным орудиям, относится к позднему ашелю и эпохе мустье (т. е. среднего палеолита). Как и питекантропы они изготавливали ручные рубила, но мустьерские рубильца были миниатюрнее (15-20 х 5-8 см.) и тщательно отделаны более мелкими сколами (ретушью). Кроме того стали широко использоваться, полученные путем скола от ядра всевозможные скрёбла с режущим краем с одной стороны для резания и пиления, остроконечники для прокалывания (возможно шкур, луба). В мустьерский период было известно уже 60 различных видов орудий, сделанных из отщепов. Некоторые орудия труда, например, шила делались также из кости. Прослеживаются и составные орудия, например, состоящие из кремневых пластинок, вставленных в прорези на кости (4, с. 122). Палеоантропы умели также прикреплять смолой наконечники пик к древку. 45-40 тыс. лет назад у неандертальцев появились верхнепалеолитические технологии изготовления орудий, такие же как и у неоантропов [4, с. 122-131; 32, с. 129- 131; 56, с. 7-8, 107-121; 202, с. 145].

Способ производства в хозяйстве неандертальцев (как и его прообраз у питекантропов и людей умелых) был присваивающим, то есть они добывали всё необходимое путем «преимущественно присвоения готовых продуктов природы» [275, с. 33]. Палеоантропы занимались охотой и собирательством. Охота давала высококалорийную пищу. Охотились на бегемотов, тапиров, антилоп, зубров, буйволов, слонов, оленей, лошадей, кабанов, козлов, львов и пещерных медведей, разнообразных мелких грызунов, пресмыкающихся, земноводных и даже насекомых. В культурном слое вместе с неандертальцами иногда находят останки сотен и даже тысяч животных. Предполагается, что широко использовалась загонная охота, когда вся родовая община (или все племя) пугала стадо животных камнями, палками, шумом и огнем и гнала их к обрыву, где животные погибали, падая и давя друг друга [4, с. 123-129, 156]. Рыбная ловля, давно рассматриваемая в отечественной науке как специфический вид охоты, также несомненно использовалась неандертальцами. Промежуточное положение между охотой и собирательством занимал сбор морских и речных ракообразных, моллюсков, гусениц, личинок и тому подобных малоподвижных мелких животных. Собирательство съедобных растений давало менее калорийную, но постоянную пищу вне зависимости путей кочёвок крупных животных.

Жили неандертальцы в наземных жилищах, где стропилами служили жерди и иногда кости крупных животных (например, мамонтов), и, возможно, в неглубоких пещерах, которые, скорее, служили кухнями и столовыми, а не спальнями. Жилища покрывали растительными волокнами и может быть шкурами, из которых могли также шить одежду. Пещеры использовались по многу лет и даже в течение нескольких поколений, что говорит об оседлом образе жизни [4, с. 122-128].

Несомненно, что у палеоантропов уже были примитивные религиозные представления. Очевидно был фетишизм — ассоциативная вера в предметы, способные помочь в каком-либо начинании; магические представления, то есть представления о возможности воздействия на живые и неживые предметы и на то или иное предприятие с помощью соответствующих обрядов; и, возможно, тотемистические взгляды, то есть вера в союз или родство с определенными предметами, чаще всего с животными. Начавшаяся специализация охоты на немногих и иногда преимущественно на один вид животных [76, с. 61] могла способствовать избранию тотема, «помогающего» в охоте.

У неандертальцев, очевидно, уже возникло и представление о загробной жизни, потому что во Франции, Италии, Ираке, Израиле и в других местах в мустьерскую эпоху прослеживаются захоронения, нередко сопровождающиеся погребальным инвентарем. Погребения, как правило, неглубокие, иногда в полу на краю жилой пещеры. Покойники по большей части не строго ориентированы на восток и запад (что, возможно, связано с ориентировкой по ходу солнца), лежат обычно на боку нередко вместе с каменными орудиями, по видимому, необходимыми для загробной жизни. Могилы присыпаны сверху землёй и камнями. Вокруг могилы мальчика в Тешик-Таш (Памир) были расставлены попарно перекрещенные рога горных козлов [4, с. 129, 137; 32, с. 131-132; 76, с. 58), скорее всего для охраны покойного.

Во французских неандертальских пещерах встречаются лепные фигуры, напоминающие животных. Очевидно, там совершали производственный магический обряд, бросая в фигуры камни или (скорее) поражая их копьями, что должно было обеспечить удачную охоту. В Юго-Западной Франции в искусственном склепе в пещере Регурду, в альпийских пещерах Драхенлох и в Петерсхёлле в Швейцарии обнаружены черепа и кости конечностей медведей, что, скорее всего, говорит об остатках чучел этих животных, которые использовались либо в охотничьем магическом обряде, либо как изображения покровителей охоты, что могло быть связано и с тотемистическими представлениями, требующими обрядов сохранения и задабривания своих тотемов. Возможно, складывание черепов медведей в ниши и погребение их костей в определённых сооружениях [4, с. 139; 76, с. 58] говорит о тотемизме, хотя не исключены и зачатки веры в медведя как хозяина леса и обитающих в нём зверей.

На стоянке близ Тернополя (Украина) обнаружен кусок кости с силуэтом какого-то животного, что говорит о зачатках искусства у неандертальцев, если не окажется, что этот неточно датированный предмет относится к более позднему времени. В гроте Ла-Ферраси (Франция) найдена плита с чашеобразными углублениями, пятнами и полосами охры — бессистемно чередующимися сходными элементами, что, возможно, является свидетельством появления орнамента [4, с. 137, 200; 230, с. 58], но назначение предмета пока неясно.

Несомненно, что общины, которыми жили палеоантропы, представляли собой результат развития, роста и, возможно, деления (еще в эпоху архантропов) первобытного стада на две половины, в каждой из которых, предположительно, было по 20-30 человек, ведущих совместный образ жизни, вместе охотясь на крупных животных, вместе строя общее жилище, вместе обороняясь от врагов и т.п., что способствовало сплочению членов родовой общины в единый коллектив. Можно предположить, что у неандертальцев (развившись в результате длительного процесса) уже существовала экзогамия, т.е. запрет браков внутри своего рода и обязательный выбор супруга (или супруги) из дружественного рода. Деление рода на две половины, видимо, имело результатом его разделение на два брачных класса, когда все дети считались принадлежащими к роду их матери (при счете родства по материнской линии) или наоборот к роду отца (при счете родства по отцовской линии). В таком случае в одном роде оказывались мужчины только с племянниками и племянницами, т.е детьми только сестер (при женском счете родства) или женщины только с племянниками и племянницами, т.е. детьми братьев (при мужском счете родства). Таким образом браки между братьями и сестрами, принадлежащими к одному роду исключались. Межродовые браки способствовали сохранению общности эндогамного племени, которое теперь составляли по крайней мере два рода, что помогало в обороне от врагов и в совместной хозяйственной деятельности [4, с. 127-129, 152-155], например, при загонной охоте. Семьи палеоантропов, очевидно, были парными, хотя у руководителя родовой общины или у сильного, удачливого и влиятельного охотника могло быть и несколько жен. Теперь вместо вожаков стада во главе родовых общин стояли «старейшины», т.е. пожилые (но не старые) люди, обладавшие большим жизненным опытом, способные руководить общиной лучше других. Часть их могла быть потомками прежних вожаков, но главным теперь стало умение через успешное руководство обеспечить наиболее благоприятные условия выживания общины, а не держать её в узде благодаря грубой физической силе, тем более, что рядовые члены общины, постоянно объединяясь в совместном труде, легко могли противопоставить неугодному старейшине свою общую волю и заменить его на лучшего руководителя. Отсюда и возрастание роли всех взрослых членов общины, ставших принимать участие в принятии жизненно важных решений независимо от пола и возраста, хотя посильное половое и возрастное разделение труда накладывало отпечаток на заинтересованность в принятии тех или иных решений.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >