Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Риторика arrow РИТОРИКА
Посмотреть оригинал

ОБРАЩЕНИЕ К ОПЫТУ

В результате изучения данной главы студент должен: знать

  • • что такое прямое подтверждение в опыте;
  • • что представляет собою косвенное подтверждение;
  • • что такое эмпирическое опровержение; уметь
  • • выделять область прямого подтверждения опытом;
  • • анализировать структуру косвенных подтверждений;
  • • применять эмпирическое опровержение; владеть
  • • навыками прямого и косвенного подтверждения выдвигаемых положений э м п и рическими данны м и;
  • • умением применять опытное опровержение;
  • • способностью выделять реальные возможности эмпирической фальсификации.

Прямое подтверждение

Человеческое познание начинается с чувственного восприятия. Пять органов чувств человека — зрение, слух, обоняние, осязание, вкус — это окна, через которые он воспринимает внешний мир. Чувственный опыт — источник и конечная опора знания. Ссылка на неоспоримые факты является одним из наиболее результативных способов убеждения.

Особое значение имеют факты при опровержении. Обращение к надежным фактам, противоречащим ложным или сомнительным утверждениям — самый успешный способ опровержения. Реальное явление или событие, нс согласующееся со следствиями какого-либо универсального положения, опровергает не только эти следствия, но и само положение. Факты, как известно, упрямая вещь. При опровержении ошибочных, оторванных от реальности, умозрительных конструкций «упрямство фактов» проявляется особенно ярко.

Прямое подтверждение — это непосредственное наблюдение тех явлений, о которых говорится в обосновываемом утверждении.

Хорошим примером прямого подтверждения служит доказательство гипотезы о существовании планеты Нептун.

Французский астроном Ж. Леверье, изучая возмущения в орбите Урана, теоретически предсказал существование Нептуна и указал, куда надо направить телескопы, чтобы увидеть новую планету. Когда самому Леверье предложили посмотреть в телескоп, чтобы убедиться, что найденная на «кончике пера» планета существует, он отказался: «Это меня не интересует. Я и так точно знаю, что Нептун находится именно там, где и должен находиться, судя по вычислениям».

Это была, конечно, неоправданная самоуверенность. Как бы ни были точны вычисления Леверье, до момента непосредственного наблюдения утверждение о существовании Нептуна оставалось пусть высоковероятным, но только предположением, а не достоверным фактом. Могло оказаться, что возмущения в орбите Урана вызываются не неизвестной пока планетой, а какими-то иными факторами. Именно так и оказалось при исследовании возмущений в орбите другой планеты — Меркурия.

Иногда для прямого подтверждения какого-то утверждения требуется его «расшифровка» или «перевод».

Например, если кто-то сказал: «She is tall and nice-looking», — мы, не зная английского языка, не можем сказать, истинно это предложение или нет. После перевода («Она высокая и привлекательная») мы способны, конечно, определить, соответствует это действительности или нет.

При косвенном подтверждении речь идет о подтверждении логических следствий обосновываемого утверждения, а не о прямом подтверждении самого утверждения.

Чувственный опыт человека — его ощущения и восприятия — источник знания, связывающий его с миром. Обоснование путем ссылки па опыт дает уверенность в истинности таких утверждений, как «Эта роза красная», «Холодно», «Стрелка вольтметра стоит на отметке 17» и т.н. Нетрудно, однако, заметить, что даже в таких простых констатациях нет «чистого» чувственного созерцания. У человека оно всегда пронизано мышлением, без понятий и без примеси рассуждения он не способен выразить даже самые простые свои наблюдения, зафиксировать самые очевидные факты.

Например, мы говорим: «Этот дом голубой», когда видим дом при нормальном освещении и наши чувства не расстроены. Но мы скажем: «Этот дом кажется голубым», если света мало или мы сомневаемся в нашей способности или возможности наблюдения.

К восприятию, к чувственным данным мы примешиваем определенное теоретическое представление о том, какими видятся предметы в обычных условиях и каковы эти предметы в других обстоятельствах, когда наши чувства способны нас обмануть.

Наблюдение всегда имеет избирательный характер. Из множества объектов должен быть выбран один или немногие, должна быть сформулирована проблема или задача, ради решения которой осуществляется наблюдение. Описание результатов наблюдения предполагает использование соответствующего языка, а значит, всех тех сходств и классификаций, которые заложены в этом языке.

Опыт — от самого простого обыденного наблюдения и до сложного научного эксперимента — всегда имеет теоретическую составляющую и в этом смысле не является «чистым». На опыте сказываются те теоретические ожидания, которые он призван подтвердить или опровергнуть, тот язык, в терминах которого фиксируются его результаты, и та постоянно присутствующая интерпретация видимого, слышимого и т.д., без которой человек не способен видеть, слышать и т.д.

«...Даже наблюдения и сообщения о наблюдениях, — пишет известный философ К. Поппер, — находятся под властью теорий... Действительно, неинтерпретирован- ных наблюдений, наблюдений, не пропитанных теорией, вообще не существует. На самом деле даже наши глаза и уши являются результатом эволюционных приспособлений, то есть метода проб и ошибок, соответствующего методу предположений и опровержений. Оба эти метода заключаются в приспособлении к закономерностям окружающей среды»1.

Например, обычно географические открытия представляются «чистыми» наблюдениями островов, морей, горных вершин и т.п. Но можно заметить, что и географическое наблюдение имеет тенденцию направляться теорией, требует истолкования в терминах этой теории. Например, Колумб исходил из идеи шарообразности Земли и, держа постоянный курс на запад, приплыл к берегам Америки. Он не считал, однако, что им открыт новый, неизвестный европейцам материк. Руководствуясь своими теоретическими представлениями, Колумб полагал, что им найден только более короткий и простой путь в уже известную Вест-Индию. Экспедиции Т. Хейердала предпринимались с целью проверки определенных теорий, и результаты этих экспедиций истолковывались в соответствии с этими теориями.

Таким образом, неопровержимость чувственного опыта, фактов относительна. Нередки случаи, когда факты, представлявшиеся поначалу достоверными, при их теоретическом переосмыслении пересматривались, уточнялись, а то и вовсе отбрасывались. На это обращал внимание известный отечественный биолог К. А. Тимирязев. «Иногда говорят, — писал он, - что гипотеза должна быть в согласии со всеми известными фактами; правильнее было бы сказать — быть в таком согласии или быть в состоянии обнаружить несостоятельность того, что неверно признается за факты и находится в противоречии с нею»[1] [2].

Особенно сложно обстоит дело с фактами в науках о человеке и обществе. Проблема, во-первых, в том, что некоторые факты могут оказаться сомнительными и даже просто несостоятельными, а во-вторых, в том, что полное значение факта и его конкретный смысл могут быть поняты только в определенном теоретическом контексте, при рассмотрении факта с какой-то общей точки зрения. Эту особую зависимость фактов гуманитарных наук от теорий, в рамках которых они устанавливаются и интерпретируются, не раз подчеркивал русский философ А. Ф. Лосев. В частности, он писал, что факты всегда случайны, неожиданны, текучи и ненадежны, часто непонятны. Поэтому волей-неволей приходится иметь дело не только с фактами, но и с теми общими понятиями, без которых нельзя понять и самих фактов.

Чувственный опыт, служащий конечным источником и критерием знания, сам не однозначен, содержит компоненты теоретического знания и потому нуждается в правильном истолковании, а иногда и в особом обосновании. Опыт не обладает абсолютным, неопровержимым статусом, он может по-разному интерпретироваться и даже пересматриваться.

Прямое подтверждение возможно лишь в случае утверждений о единичных объектах и их ограниченных совокупностях. Общие же положения обычно касаются неограниченного множества вещей. Факты, используемые при таком подтверждении, далеко не всегда надежны и во многом зависят от каких-то общих, теоретических соображений. Поэтому нет ничего странного, что область приложения прямого наблюдения является довольно узкой.

Широко распространенное суждение, что в обосновании и опровержении утверждений главную и решающую роль играют факты, непосредственное наблюдение обсуждаемых объектов, нуждается, таким образом, в существенном уточнении. Факты — исходный пункт обоснования, но далеко не всегда его конец.

При подтверждении положений, относящихся к ограниченному кругу объектов, твердость фактов проявляется особенно ярко. И тем не менее факты, даже в этом узком своем применении, не обладают абсолютной надежностью. Даже взятые в совокупности, они не составляют совершенно незыблемого фундамента для опирающихся на них выводов. Факты значат много, но далеко не все.

  • [1] Поппер К. Логика и рост научного знания // Поппер К. Избранные работы. М. : Прогресс, 1983. С. 588—589.
  • [2] Тимирязев К. Л. Жизнь растений. М.: Изд-во МСХА, 1957. С. 9.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы