Идейные и организационные преобразования в церкви в XIV-XVI веках

Папство и соборное движение в XIV—XV веках.

Учение Фомы Аквинского о церкви было использовано папством для обоснования тезиса о безусловном подчинении государей власти папы. Первым к нему обратился Бонифаций VIII (1294—1303), который в булле «Unam sanctam» (1302) придал положениям Фомы Аквинского характер догматов веры. Подоплекой воинствующей направленности этой буллы была борьба Бонифация с французским королем Филиппом IV (1285—1314). После эпохи крестовых походов притязания престола ев. Петра натолкнулись на сопротивление развивающихся национальных монархий. Конфликт осложнялся и личным столкновением папы и короля. Бонифаций VIII, хотевший отлучить от церкви короля и освободить его подданных от присяги, был в сентябре 1303 г. на два дня захвачен французским отрядом и подвергнут унижению. Борьба папы с королем, которого поддержали горожане и французские юристы, закончилась поражением панства, несмотря на такую меру, как интердикт, наложенный в 1303 г. на всю Францию. С 1304 г. папой становится француз Бертран Август, епископ Бордоский, принявший имя Климента V (1305—1314). Усилившаяся в XIV в. зависимость папства от французских королей, а также нестабильная обстановка в Риме вынудила Климента V перенести в 1309 г. резиденцию из Рима в Авиньон (Франция), где он и последующие папы чувствовали себя в безопасности. «Авиньонское пленение» пап длилось вплоть до 1377 г. «Французский» папа Григорий XI (1370—1378) уже решил в 1376 г. вернуться в Рим, преодолевая сопротивление итальянцев, но вскоре умер.

Следствием «Авиньонского пленения» стал так называемый Великий западный раскол (1378—1417). В этот период папами римскими считались одновременно два, а то и три иерарха, поддерживаемые разными группами кардиналов и государствами. Они взаимно анафематствовали друг друга и вели борьбу всеми средствами. Идея папской власти продолжала насаждаться в теологии и церковном праве. Но все чаще раздавались голоса, что всемирная политическая власть папы является отступлением от Евангелия. С критикой папства выступили многие писатели. Книга английского богослова Джона Виклифа «Трактат о власти папы» (1379 г.) возбудила не только интеллектуальное, но и народное движение. К этому времени широко распространились также сочинения Яна Гуса, Иоахима Флорского, Уильяма Окка,ма и Марсилия Падуанского. Ослаб и страх светских властителей перед угрозой церковного отлучения. Миряне все более узнавали о распрях и деморализации папского двора. Все это надломило систему папской светской власти, созданную Иннокентием III и его преемниками.

В среде самого духовенства и богословов осознавалась потребность в реформах церковного управления, что и проявилось в «соборном движении». Деятели этого движения желали покончить с папским абсолютизмом в интересах поместных церквей и укрепляющихся национальных монархий. Соборное движение настаивало на необходимости реформы церкви и признания руководящей роли собора епископов национальных церквей, который обладал бы верховенством над папой. Собор в Пизе (1409) вызвал на свой суд обоих пап — Григория XII Римского (1406—1415) и Бенедикта XIII Авиньонского (1394—1423), причисленного позже католической церковью к антипапам. Они отказались прибыть и решениям собора не подчинились. Тогда собор низложил их как раскольников и избрал нового папу — Александра V (1409). Его преемником стал Иоанн XXIII (1410), Балтазар Косса, бывший в молодости морским капером. Так на престол св. Петра стали претендовать сразу трое паи.

Под нажимом иерархии Иоанн XXIII был вынужден созвать новый вселенский собор, гем более что во многих местах, особенно в Чехии, шло брожение и распространялись идеи Виклифа и Гуса. Собор был созван в Констанце (5 ноября 1414 — 22 апреля 1418 г.). Собор этот при самом своем открытии потребовал, чтобы все три папы сложили полномочия. По предложению канцлера Парижского университета Жана Жерсона (1363—1429) собор провозгласил, что является представителем всей церкви, имеет власть непосредственно от Бога, и каждый верный католик, а более всего — папа, обязан повиноваться его суду и решениям. На этой основе собор низложил всех трех пап и выбрал нового — Мартина V (1417—1431). Это соборное решение и вмешательство светских властей завершило период западного раскола. Однако принцип верховенства вселенского собора над папами остался только декларацией, ибо кризисная ситуация в церкви требовала централизации управления.

Столкновения папства с интересами поместных церковных группировок продолжались и на Базельском соборе (1431 —1449), созванном папой Евгением IV (1431 — 1447). Этот собор допустил папских легатов к участию в заседаниях только после того, как они дали присягу в том, что признают верховенство собора над напой. Базельский собор не прервал заседаний и после переноса собора Евгением IV в Феррару. Собор устроил процесс над папой, низложил его и избрал папой в 1439 г. под именем Феликса V герцога Савойского Амадея, который после десяти лет правления сложил с себя эти полномочия и признал законным папой преемника Евгения IV - Николая V (1447—1455), даровавшего ему в ответ кардинальское звание. На соборах в Пизе, Констанце, Базеле оказалось, что вера в высшую власть папы в церкви перестала быть всеобъемлющей. Тем не менее на соборе во Флоренции (1439), когда устанавливалась уния с греческой церковью, было подчеркнуто верховенство папы над собором. Акт об унии подписал и Московский митрополит Исидор, грек по национальности. Но русский епископат и великий князь Василий II отказались принять унию. Вскоре уния была отвергнута и в Византии.

Видным деятелем католической церкви в эпоху Возрождения был Николай Кузанский (1401 — 1464), прославившийся своим философским творчеством, во многом обусловившим последующее развитие европейской философии. Уроженец Германии, в юном возрасте он обучался в школе «братьев общей жизни» в Девентере, известной своим нетрадиционным для официального католицизма подходом к содержанию и формам обучения; в дальнейшем учился в Гейдельбергском университете, в школе церковного права в Падуе он увлекся естественными науками; в Риме вошел в круг итальянских гуманистов. Вернувшись в Германию, изучал богословие, стал священником и поднимался затем по ступеням церковной карьеры, став в 1448 г. кардиналом.

Церковно-политическая деятельность Николая Кузанского совмещалась с глубокими философско-теологическими изысканиями, призванными онтологически обосновать решение ряда проблем практического характера. Сердцевиной философского учения мыслителя был принцип совпадения противоположностей (coincidentia oppositorum), заключавший в себе сильную пантеистическую тенденцию; кроме того, весьма плодотворной была идея бесконечного процесса познания человеком мира, а также характерная для итальянских гуманистов идея достоинства человека («человек есть второй Бог»), — все это содержалось в сочинении 1440 г. «Ученое незнание». Николай выступил против средневековой схоластики, в известной мере сковывавшей философскую мысль. В диалогах «Простец об уме», «Простец о мудрости», «Об опыте со взвешиванием» схоластике противопоставляется здравый смысл простеца-мирянина, со знанием дела рассуждающего о религиозно-философских проблемах.

Николай Кузанский сыграл большую роль и в собственно церковных делах. Ощущая глубокий кризис католической церкви, он пытался предпринять кое-какие шаги для его преодоления. На Базельском соборе в 1433 г. Николай присоединился к мнению тех кардиналов, которые считали необходимым усиление авторитета церковного собора. В сочинении «О власти вселенских соборов по отношению к папе» он доказывал превосходство собора над папой: именно соборные решения должны быть обязательными для церкви. Здесь же он выказал сомнения относительно подлинности «Константинова дара» — документа, использовавшегося папами для удовлетворения претензий на светскую власть. Кузанец рассматривает церковь как единый организм, включающий и светские власти, и духовенство, выражающий как естественное, так и божественное право. Поняв, что собор бессилен в решении реальных задач, Николай перешел на сторону папы. В дальнейшем он предпринимал попытки преодолеть религиозные распри и тем самым обеспечить мир в Европе. В полном соответствии с принципом совпадения противоположностей в трактате «О мире веры» (1453) он выдвигал идею объединения всех религий, прежде всего христианства и ислама, а кроме того, иудаизма, индуизма, зороастризма, монофизитства, язычества и т.д. — на основе веры в единого Бога: «одна религия существует во множестве обрядов». В этой позиции заключалось, по существу, требование религиозной терпимости. Правда, после захвата турками Константинополя он организовал крестовый поход против них, закончившийся неудачей.

Кузанец понимал необходимость реформ в церкви. Он критиковал церковь за забвение принципов смирения и бедности, за ее стремление к земным богатствам, за корыстолюбие и властолюбие. Он выступал против конкубината, непотизма и симонии, против нерадивого отношения клира к обязанностям. Но даже в церковнополитических сочинениях Николай выходил за пределы официальной церковной доктрины, проявляя широту и независимость мысли, — не случайно он принадлежал к когорте гуманистов и ученых эпохи Возрождения, внеся значительный вклад в ее духовную культуру.

Наряду с церковными деятелями типа Кузанца было немало влиятельных католических иерархов, относившихся к любым новшествам в области вероучения с подозрением и искавших эффективные средства для пресечения ересей.

Инквизиция. Для борьбы с ересями католическая церковь создала специальное судебное учреждение — инквизицию (от лат. inquisitio — «розыск»). Деятельность инквизиции началась еще в понтификат Луция III (1181 — 1185), который в 1184 г. приказал всем епископам, чтобы в местах, зараженных ересью, они лично или через уполномоченных ими лиц разыскивали еретиков и после установления вины предавали их в руки светской власти для исполнения соответствующей кары. Такого рода епископские суды получили название инквизиционных. Развитие в Западной Европе товарно-денежных отношений, усиление политической роли городов, борьба крестьянства и бюргерства против феодалов, облекавшаяся в идейную форму ересей, распространение образования и связанного с ним свободомыслия вызвали в XIII в. первый серьезный кризис католицизма.

Церковь преодолевала этот кризис путем организационных преобразований и идейного обновления. Это и учреждение нищенствующих монашеских орденов — доминиканского и францисканского, — и принятие в качестве официальной томистской доктрины с ее учением о гармонии веры и разума, и, наконец, создание инквизиции. На IV Латеранском соборе 1215 г. была введена обязательная исповедь. Лица, уклоняющиеся от нее, не допускались к причастию и отлучались от церкви со всеми гражданскими последствиями. Собор запретил чтение Библии мирянам, вменил в обязанность митрополитам разыскивать еретиков, используя в инквизиционной деятельности и ревнителей- мирян. Тулузский собор 1229 г. потребовал создавать специальные организации мирян, которые занимались бы розыском еретиков. Деятельность существовавших трибуналов не удовлетворяла римскую курию, поэтому папы назначили в разные страны своих собственных инквизиторов. Этот обычай установил Григорий IX (1227—1241), который в 1227 г. поручил доминиканцам организацию специальных трибуналов в тех странах и орденских провинциях, где существовали какие-либо еретические движения.

Инквизиция стала средством уничтожения политических противников, социальных и личных врагов. Орден доминиканцев играл главную роль и в испанской инквизиции, возобновленной объединителями страны, королевской четой Фердинандом V Арагонским (1472—1516) и Изабеллой Кастильской (1475—1504) в 1478 г. и утвержденной папой Сикстом IV (1471 — 1484). Эту инквизицию историки характеризуют как церковный институт, опирающийся на государственную власть. По папскому поручению в 1480 г. в Севилью были посланы в качестве инквизиторов доминиканцы Морилло и Хуан де Сен-Мартен, которые прославились там неслыханной жестокостью. Томас Торквемада (1420—1498), великий инквизитор Испании, ввел практику аутодафе (акта веры), публичного исполнения приговора над еретиками, создал кодекс и процедуру инквизиционного суда. По свидетельству X. А. Льо- ренто, секретаря мадридской инквизиции 1789—1791 гг., за 18 лет своей деятельности (с 1480 по 1498 г.) Торквемада сжег живыми 10 220 человек, предал символическому сожжению 6860 персон, подверг опозорению, конфискации имущества и пожизненному тюремному заключению 97 321 человека.

Теоретическое обоснование своей инквизиторской деятельности доминиканцы находили во многих буллах и наставлениях пап, а также в аргументации теологов. По мнению Фомы Аквинского, упорных еретиков не следует терпеть, но нужно карать смертью. Особенно знаменитыми были имена немецких инквизиторов Генриха Инститориса и Якова Шпренгера, авторов книги «Молот ведьм» («Молот на колдунов» — «Malleus maleficarum»). Понятие колдовства является одним из важных элементов средневековой религиозности. До XIII в. наказания колдунов не имели массового характера. В XIII в. устанавливается взгляд на колдовство как на ересь, которая подлежит суду инквизиции. Папские буллы с того времени резко выступают против колдунов, в особенности послания Иннокентия VIII (1484—1492), Юлия II (1503—1513), Адриана VI (1522—1523), в которых есть высказывания о том, что колдуны обоего пола предаются блуду с дьяволами и причиняют людям всякие злодеяния. Инквизиционные процессы и казни на некоторое время упрочили влияние церкви, но не предохранили ее от кризиса.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >