«Безрелигиозное христианство». Секулярная теология. Д. Бонхёффер.

В середине XX в. в протестантской теологии развертываются дискуссии о секуляризации и «смерти Бога», укрепляется либерализм, который принимает радикальный характер и выступает в виде целого спектра близких друг к другу разработок: «безрелигиозного христианства», «теологии смерти Бога», «секулярной теологии», «критической теологии», «политической теологии», «феминистской теологии», «теологии освобождения», «теологии революции», «деконструктивистской теологии».

В 1951 г. было опубликовано наследие Дитриха Бонхёффера (1906—1945), евангелического пастора, казненного нацистами, под названием «Сопротивление и покорность. Письма и записки из тюрьмы». Бонхёффер полагал, что в мире, достигшем «совершеннолетия», неприемлемы традиционные представления о существовании Бога как сверхъестественного творца и управителя, что безрелигиозному миру нужна секулярная теология. «Бог как моральная, политическая, естественно-научная рабочая гипотеза упразднен, преодолен... Интеллектуальная честность требует отказа от этой рабочей гипотезы или исключения ее в максимально широких пределах»[1].Традиционная религия была компенсацией человеческой слабости, а теперь люди научились свою слабость преодолевать. Христианство поэтому с необходимостью становится безрелигиозным, основой нравственного отношения к людям, опорой активности и ответственности в мире. Правда, Бонхёффер не отказывается от самой идеи Бога — ведь это «Бог дает нам понять, что мы должны жить, справляясь с жизнью без Бога». Под влиянием идей Бонхёффера, а также близких в ним взглядов Буль- тмана и Тиллиха, радикальные теологи разрабатывают концепции «секулярной теологии» и «теологии смерти Бога».

Американский богослов Габриэль Ваханян (р. 1927) в работах «Смерть Бога. Культура нашей ностхристианской эры» (1961) и «Нет другого Бога» (1966) трактовал «смерть Бога» как отмирание традиционного супранатуралистического понятия о Боге в новую «постхристианскую»у «плюралистическую» эпоху. Американские же теологи Уильям Гамильтон (1924—2012) в работах «Новая сущность христианства» (1961) и «Об исключении Бога из словаря» (1974), Томас Альтицер (р. 1927) в работе «Евангелие христианского атеизма» (1966) истолковали «смерть Бога» не только как культурно-историческое событие, означающее утрату религиозного отношения к Богу как спасителю, бессмысленность традиционного теистического языка, но и как полное и окончательное воплощение Бога в истории, переход из транс- ценденции в антропологическую имманентность.

Сторонники секулярной теологии отходят от экзистенциализма и подвергают его критике. Харви Кокс (р. 1929), американский баптистский богослов, в книге «Мирской град: секуляризация и урбанизация в теологическом аспекте» (1965) упрекает Тиллиха в том, что тот пытается обосновать обусловленность религиозных и экзистенциальных вопросов самой структурой человеческого существования. Но дело в том, возражает Кокс, что таких вопросов вообще не возникает у секулярпого человека, который «попал в город уже после того, как религиозная картина мира была похоронена», и «ему нечего оплакивать». Философский экзистенциализм и теологию Тиллиха Кокс считает порождениями «периода утрат, который начался со смерти Бога метафизического теизма и западной христианской цивилизации». Теперь же, полагает Кокс, «поминки окончены»[2], и человек призван нести ответственность за управление секулярным обществом и противодействовать дегуманизирующим силам.

Для укрепления своих позиций «секулярные» теологи нередко обращаются к философии. Так, при анализе религиозного языка заимствуется методологический аппарат лингвистико-аналитической философии — для обоснования того, что бессмысленный в научном плане язык может служить для выражения жизненного смысла. Выявление социального контекста становления личности теологи связывают с освоением «критической философии и социологии» Франкфуртской школы (Г. Адорно, Э. Фромм, Г. Маркузе, Ю. Хабермас). Эта методология использована для разработки «политической теологии», которая осмысливает богословские вопросы в зависимости от понимания человека как субъекта общественно-политической преобразовательной деятельности. «Политическая теология» сознает себя в качестве «теологии революции», «теологии освобождения»; ее последователи утверждают, что именно христианство способно к непрерывному реформированию, к перманентной революции; именно оно является закваской творческих перемен.

  • [1] Бонхёффер Д. Сопротивление и покорность. М., 1994. С. 263.
  • [2] Кокс X. Мирской град. Секуляризация и урбанизация в теологическомаспекте. М., 1995. С. 92.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >