Осмысление религиозной ситуации.

Мухаммад нередко уединялся для благочестивых размышлений, часто вел беседы с двоюродным братом Хадиджы, который, возможно, придерживался христианства. Вряд ли он был для Мухаммада единственным источником сведений о единобожных религиях, распространенных в Аравии. Мухаммад не воспринял ни одно из этих учений, а стал задумываться о собственном месте в той сложной религиозной ситуации, которая существовала в Аравии и о которой он не мог не иметь четкого представления. Язычество было его родной религией, но он был знаком с идеями иудаизма и христианства. Христиане и иудеи жили как в Мекке, так и в других районах Аравии, и не составляло большого труда получить хотя бы общее представление об основных догматах этих вероучений. Как показывает вся последующая жизнь и проповедь Мухаммада, его основной заботой было не приспособление иудаизма и христианства к язычеству или растворение язычества в этих религиях. Он поставил перед собой цель изменить само язычество, исходя из его внутреннего содержания сначала путем выделения одного из богов языческого пантеона — Аллаха, возвышения его над всеми остальными, а затем путем замены их всех единственным Аллахом.

Трудно установить, когда Мухаммад сам уверовал в свою пророческую миссию. Мусульманские историки считают, что первым проявлением пророчества у Мухаммада были сбывающиеся сновидения. По обычаям курайшитов, желавших проявить свое благочестие, он каждый год проводил месяц в уединении, в пещере на горе Хира вблизи Мекки, кормил приходивших к нему бедных. Когда заканчивалось уединение, он сначала ходил к Каабе, совершал ее обход не менее семи раз и только после этого возвращался домой. В один из моментов уединения, согласно сведениям его биографов и сподвижников, среди которых тоже нет единодушия, к нему явился ангел Джибрил (архангел Гавриил), стал душить его и говорить: «Читай». Мухаммад отвечал: «Я не умею читать». Наконец он спросил: «Что читать?» Тогда ангел сказал: «Читай! Во имя Господа твоего, который сотворил — сотворил человека из сгустка. Читай! И Господь твой щедрейший, который научил каламом, научил человека тому, чего он не знал» (Коран, 96: 1—5)[1]. После того как Мухаммад прочитал это, он проснулся. Ангел ушел, а слова были словно запечатлены в сердце. Когда Мухаммад вышел из пещеры и дошел до середины горы, он услышал голос с неба:

«О Мухаммад, ты посланник Аллаха, а я Джибрил!», и куда бы он не поворачивался, он видел ангела.

По возвращении домой он рассказал о своем видении встревоженной Хадиджс. Она ему ответила: «Радуйся, о сын моего дяди, и будь твердым! Клянусь тем, в чьей руке душа Хадиджы, я надеюсь, что ты будешь пророком этой общины». Таким образом, Хадиджа первая поверила ему и стала укреплять его веру в истинность ниспосланной ему пророческой миссии. При всех возражениях и обвинениях во лжи со стороны разных лиц, окружавших Мухаммада, она неизменно подтверждала его правоту и доказывала ничтожность его противников. Первыми слушателями и последователями Мухаммада, кроме супруги, стали Зайд ибн аль-Хариса — его вольноотпущенник, которого он усыновил, и маленький Али, которому в ту пору было 8—9 лет. Им Мухаммад проповедовал о необходимости помощи ближним, о всемогуществе Бога и воспитании в себе покорности ему, о близости Судного дня, до которого надо успеть очиститься от грехов. Мухаммад обличал богачей, призывал к благотворительности, убеждал уверовать в Аллаха и следовать за его посланником. Если вначале за Мухаммадом последовали Хадиджа, Зайд ибн аль-Хариса и маленький Али, и моления происходили в его доме, то вскоре к ним присоединились около 30 человек — выходцы из десяти мекканских родов, среди которых были и богатые, и бедные, и бывшие рабы.

С расширением круга сторонников моления были перенесены в расположенный у Каабы дом одного из представителей рода мах- зум. В течение нескольких лет эти собрания не привлекали особого внимания мекканцев. Когда же число приверженцев Мухаммада достигло 40, он решил начать публичную проповедь, созвал курайшитов и объявил, что является посланником Аллаха и призывает всех поклоняться единому Богу. Хотя Аллах принадлежал к пантеону аравийских богов, курайшиты не поверили Мухаммаду и не пошли за ним.

Начало открытой проповеди относят к 610 г. В мусульманской исторической традиции сохранился рассказ о том, как несколько знатных курайшитов пригласили Мухаммада и предложили ему стать вождем всех аравийских племен, если ему нужна власть, и посулили ему богатство, если он жаждет его. После отказа Мухаммада возмущенные курайшиты потребовали зримых доказательств его пророческой миссии. Они пожелали, чтобы он покрыл Аравию тучными пастбищами, провел по ней реки, подобные водам Сирии и Ирака. Однако Мухаммад ответил, что чудеса только во власти Аллаха, а он только его посланник. Обращение Мухаммада к библейским сюжетам в ранний период его пророческой деятельности скорее всего было вызвано его стремлением подтвердить свою посланническую миссию, опираясь на авторитет Священного

Писания и предшествовавших ему пророков, о которых мекканские и аравийские племена слышали и знали. Это обращение было оправдано: Мухаммаду не на кого было больше опереться, ничей религиозный авторитет в окружающем мире не представлялся более надежным. В последующие века ни один из благочестивых мусульман не упрекнул его в излишнем уважении к «неверным». Коран, включавший библейские сюжеты, был воспринят в полном объеме всеми правоверными как священная книга мусульман.

Основные заботы Мухаммада заключались в распространении созданного им нового вероучения и связанных с ним новых ценностей, в узаконении многих явлений общественной жизни, которые еще не пробили себе дорогу, в убеждении окружающих в своей пророческой миссии, в том, что он последний пророк.

Он убеждал, увещевал, грозил от имени Аллаха небесными карами, с необычайным терпением, иногда смирением противостоял насмешкам, поношениям, откровенным выражениям сомнения со стороны окружающих, скептическому отношению, упорному сопротивлению его взглядам, открытой вражде, суровым гонениям. Наконец, с оружием в руках он вышел на борьбу за утверждение своих религиозных, гражданских и политических идей.

Мухаммад был незаурядной личностью, награжденной, с одной стороны, мистическим озарением, внезапно пробудившимся поэтическим даром, что не было тогда в Аравии редкостью. С другой стороны, он был наделен ясным и трезвым умом, политическим и дипломатическим талантом, предан своей религиозной идее, готов идти на жертвы ради нее. Однако Мухаммад не был фанатиком, он обладал широким взглядом на жизнь, позволившим ему признать множество до него существовавших пророков и всех приверженцев других единобожных религий «людьми писания» и даже на каком-то этапе считать их и мусульман одной общиной. Он предстает человеком, способным любить, радоваться и горевать, не предающим друзей, милостивым к смирившимся противникам, беспощадным к политическим врагам, но готовым к политическому компромиссу, достаточно осторожным в действиях и высказываниях.

После начала открытой проповеди среди курайшитов число мусульман удвоилось, но большинство сородичей Мухаммада так и не присоединились к нему. Соблюдая до определенного момента лояльность, курайшиты затем стали противодействовать Мухаммаду и даже проявлять враждебность к нему и его приверженцам, когда он стал развенчивать их богов и утверждать, что их предки горят в геенне огненной за их неверие. Мусульманам пришлось прекратить открытые моления и собираться небольшими группами в окрестностях Мекки, в пещерах и в ущельях. Но и там их не оставили в покое, совершая нападения на группы верующих, и, как утверждается в жизнеописании Мухаммада, во время одной из стычек пролилась кровь: «...и это была первая кровь, пролитая при исламе»[2]. Знатные курайшиты обратились к дяде Мухаммада Абу Талибу с просьбой, чтобы он им разрешил самим разобраться с Мухаммадом. Абу Талиб на это не согласился, хотя сам он и не принял учение своего племянника, но обещал Мухаммаду свое покровительство. По словам Ибн Исхака, автора жизнеописания Мухаммада, «отношения расстроились, запахло войной, люди раскололись на враждебные партии, и одни из них открыто выказывали вражду к другим»[3].

В создавшихся условиях Мухаммад был вынужден посоветовать своим приверженцам выехать в Эфиопию и там переждать лихолетье. В Эфиопию отправились свыше 100 мусульман примерно в конце 615 г. Эта мера еще более накалила атмосферу, и, может быть, именно потому, что в Мекке осталось незначительное число мусульман, курайшиты решили нанести им решительный удар. Они объявили всему роду Мухаммада — хашимитам — бойкот, сговорились с остальными родами и подписали обязательство прекратить всякие отношения с представителями этого рода. К хашимитам добровольно присоединились люди из других родов, все они оставили свои дома и переселились в другой район города, поближе к дому Абу Талиба. Положение заблокированных было крайне тяжелым, но ни один из них не отрекся от новой веры. По прошествии 2—3 лет представители разных мекканских родов, которые обладали немалым влиянием в городе, предложили себя в качестве гарантов неприкосновенности мусульман и взяли на себя покровительство над ними. Бойкот был окончен, люди вернулись в свои дома.

Но положение Мухаммада осложнилось тем, что в 619 г. умерли сначала Абу Талиб, затем Хадиджа — два человека, которые представляли его главную опору. Мухаммад пробовал приобрести союзников вне Мекки. Он попытался найти поддержку в соседнем Таифе, однако таифцы ответили ему насмешками и даже забросали камнями. При возвращении в Мекку он стал искать себе там покровителя, но несколько человек отказали ему. Па его просьбу откликнулся только глава рода науфал, который в сопровождении вооруженных мужчин своего рода объявил при всех у Каабы, что берет Мухаммада под свое покровительство. После этого Мухаммад стал проповедовать среди паломников, посещавших Мекку, но не имел успеха.

  • [1] Коран / пср. И. Ю. Крачковского. М., 1963.
  • [2] Ибн Хишам. Жизнеописание господина нашего Мухаммада, посланникаАллаха // Хрестоматия по исламу. М., 1994. С. 22.
  • [3] Там же. С. 23.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >