Устремленный в будущее: Уитмен и поэзия XX века

Новаторство автора «Листьев травы», его мощный прорыв к будущему, «космизм», раскованность манеры, использование верлибра — все эти особенности, не до конца оцененные современниками, стали мощными импульсами, воздействовавшими на многих поэтов XX столетия. Можно говорить о целом явлении — «уитменианстве».

Для многих больших мастеров Уитмен стал вдохновляющим примером экспериментатора и новатора, который стимулировал процесс обновления и обогащения поэтической техники, тематики и словаря.

В уитменовском ключе развивалось творчество бельгийского поэта Эмиля Верхарна, который продолжал совершенствовать искусство свободного стиха. Был близок Уитмен и многим выдающимся поэтам Латинской Америки. Среди них никарагуанец Рубен Дарио, чилийцы, лауреаты Нобелевской премии Габриэла Мистраль и Пабло Неруда. Последний посвятил Уитмену немало восторженных строк, он развивал его традицию в мощной, отмеченной эпическим размахом поэме «Всеобщая песнь». Влияние Уитмена ощутимо у Луи Арагона, Поля Элюара, Назыма Хикмета, Рафаэля Альберти и многих других.

Судьба уитменовской традиции на родине поэта — тема, все еще до конца не раскрытая. Трудно назвать поэта, который в той или иной степени не испытал бы влияния творца «Листьев травы». В начале XX в. его пафос был созвучен поэтам левой ориентации, в том числе Джону Риду, автору написанной в манере Уитмена неоконченной поэмы «Америка 1918». Прямой наследник Уитмена — Карл Сэндберг, стремившийся дать масштабный образ народной Америки: с особой отчетливостью это ощутимо в эпической по размаху книге стихов «Народ — да!» (1936). Уитменовскую традицию творчески развивал и выдающийся негритянский поэт Ленгстон Хьюз, признавшийся в своей любви к «доброму седому поэту». Многим обязаны Уитмену Т. С. Элиот и Эзра Паунд, ставшие классиками при жизни.

Уитменовская интонация различима и у Аллена Гинзберга, и у многих «битников», которым он был близок как поэт, «провозглашающий любовь» и раскрепощение личности. Уитменовский порыв к идеалу всечеловеческого братства, его активный гуманизм были дороги такому видному поэту социалистической ориентации, как Уолтер Лоуенфелс. Для Р. Лоуэлла и У. К. Уильямса дон был художником, успешно осваивавшим «не поэтическую», «прозаическую» сферу жизни.

Уитмен оставил явственный след и в творчестве многих прозаиков. Его интонация, «всеамериканский» размах дают о себе знать в финале романа Томаса Вулфа «Домой возврата нет»; то же относится и к публицистическим отступлениям в романе Джона Стейнбека «Гроздья гнева».

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >