Логическая семиотика как наука. Основные положения теории знаков

В предыдущей главе мы подчеркнули, что вербальный характер (связь с языком) является неотъемлемой чертой интеллектуального познания. Поэтому отнюдь не случайно, что целый раздел логики (так называемая логическая семиотика) посвящен именно анализу языка. Что же такое язык с точки зрения логики?

Язык — это знаковая система, которая является средством фиксации, хранения, передачи информации, средством выражения внутреннего мира человека. В этом определении последовательно отражены четыре основные функции языка: познавательная, информационная, коммуникативная, экспрессивная («язык как средство выражения внутреннего мира человека»).

Ч. С. Пирс (1839-1914)

Теперь нам надо разобраться с тем, что такое система и что такое знаки. В общей методологии принято следующее определение системы.

Система — некоторое множество элементов с заданными на них отношениями. В пашем случае такими элементами (элементами языка) являются знаки, причем знаки особого рода (так называемые символы).

Знак — это материальный объект, который для некоторого интерпретатора (пользователя языка) выступает в качестве представителя другого объекта.

Ч. У. Моррис (1901-1979)

Роль знаков в познании исследовал еще Аристотель. В раннем Средневековье глубокие исследования этой проблематики вел Августин Блаженный (354—430). Занимались этим вопросом Лейбниц

и другие ученые. В XIX в. в связи с запросами логики и лингвистики возникает отдельная, специальная наука о знаках — семиотика, основы которой заложили американские философы-прагматисты Чарльз Сандерс Пирс и Чарльз Уильям Моррис, автор знаменитой работы «Основания теории знаков»[1]. Предметом семиотики как науки является знаковая ситуация (семиозис), состоящая из трех элементов (рис. 2.1): самого знака, объекта, этим знаком представляемого (репрезентируемого), и пользователя языка (того самого субъекта, для кого данный знак замещает собой этот объект).

Знаковая ситуация

Рис. 2.1. Знаковая ситуация

В качестве знаков могут выступать произнесенные вслух или написанные слова и словосочетания, графические символы, жесты, сигналы и т.н. Например, словосочетание «основатель логики» служит знаком Аристотеля, символ «+» в языке арифметики — знаком операции сложения, красный сигнал светофора — знаком того, что движение запрещено.

Репрезентируемые знаками предметы могут иметь различную природу. «Предметом» в логике называют все, что мы можем мыслить, все, что может стать объектом нашего рассмотрения, — конкретные материальные предметы, абстрактные объекты, свойства, отношения, функции, множества, процессы, явления, события, состояния и т.п.

В качестве интерпретатора может выступать отдельное лицо, группа людей или человеческое сообщество в целом. Иногда этот термин трактуют расширительно, допуская, что интерпретацию могут осуществлять не только человеческие существа, но также животные, электронные машины и т.п. (см. наш обзор «Могут ли машины мыслить?» / URL: http://www. Iogic-books.info/sites/default/files/00a-mogut_li_mashiny_myslit-2_stranicy. doc).

По характеру связи между знаком и репрезентируемым им объектом выделяют следующие виды знаков: знаки-индексы, знаки-копии, знаки-сигналы и знаки-символы.

Знаки-индексы сами являются следствием (причем автор не склонен трактовать это понятие чисто физикалистски) существования (функционирования) репрезентируемого объекта. Высокая температура — следствие болезни, дым — следствие горящего огня, бурные аплодисменты и крики «бис» — следствие удачной игры актеров во время спектакля, уличная демонстрация протестующих людей — следствие неудовлетворительной политики государства (иди других инстанций) в отношении этих людей и т.д.

Знаки-копии связаны со «своими объектами» отношением подобия. Отличным примером знаков-индексов могут служить фотографии, портретные скульптуры, карты местности и т.д.

Знаки-сигналы указывают на репрезентируемые объекты в силу ситуационной связи с ними (например, зеленый сигнал светофора — сигнал к началу движения).

А вот знаки-символы, по существу, никак объективно не связаны с представляемыми ими объектами. Слово «слон» не связано с множеством реальных слонов, кроме как но соглашению употреблять термин «слон» именно в этом значении. Правда, здесь следует обратить внимание на тонкости, связанные с иероглифическим письмом (многие языковые знаки здесь по своей сути приближаются к знакам-копиям) и словами-подражаниями (типа «жужжание»). Эти детали помогают понять сложную природу языка и намекают на длительный исторический путь трансформации «чувственно-телесного» языка животных сначала в «изобразительный», а потом и в абстрактно-символический язык человека.

Таким образом, мы уяснили, что именно является элементами знаковой системы. Осталось выяснить вопрос об отношениях, возникающих в среде языковых знаков. Выделяют три типа таких отношений, что приводит к возникновению трех разделов логической семиотики как логического учения о языке.

1. Отношения между самими знаками (например, в рамках правил построения и преобразования выражений языка). Изучение таких отношений составляет предмет логического синтаксиса.

2. Отношения между знаками и репрезентируемыми ими объектами

{значениями знаков), т.е. между языковой и внеязыковой реальностью. Здесь центральной является категория истины. Изучение таких отношений (например, в рамках придания смысла и значения правильно построенным выражениям языка) составляет предмет логической семантики, доминирующего раздела логической семиотики.

3. Отношения между знаками и пользователями языка (например, зависимость значения выражения от контекста его употребления и восприятия), а также между самими интерпретаторами в процессе языкового общения (относительно правил и приемов практического использования знаков). Анализом таких отношений занимается логическая прагматика.

В мире существует огромное многообразие языков. Самым общим образом можно разделить их на естественные и искусственные.

Естественные языки (например, языки народов мира — русский, древнегреческий, китайский, язык сиу и т.д.) формируются стихийно, имеют гибкую структуру, выразительно богаты (универсальны). Практически на любом развитом естественном языке можно сформулировать сколь угодно сложную мысль (с разной степенью адекватности, но дело здесь не в этом). В качестве знаков здесь используются произнесенные вслух или написанные слова и словосочетания. Жесткие требования и ограничения на построение тех или иных выражений не играют существенной роли, а иногда и вообще практически отсутствуют (скажем, в русском языке — в отличие от немецкого — нет требования, чтобы сказуемое в предложении всегда было на втором месте, а подлежащее на первом или третьем, и это в числе прочих свойств порождает исключительную пластичность русского языка).

Искусственные же языки (специализированные языки точных наук, языки нотной записи и шахматной нотации, формализованные языки логики) создаются целенаправленно, имеют жесткую структуру (правила построения выражений), выразительно ограничены (узко специализированы). На языке нотной записи не опишешь синь неба и зелень травы (разве что «метафорически»), на языке формул классической логики не объяснишься в любви, с помощью языка шахматной нотации не призовешь к сопротивлению врагам Отечества.

Стоит отметить, что искусственные по происхождению языки вроде языка эсперанто, по существу, воспроизводят все основные свойства и атрибуты языков естественных, поэтому с точки зрения логики их следует отнести именно к ним.

По другому основанию выделяют язык-объект и так называемый метаязык. Задумайтесь вот над каким фактом. Язык — какой бы он ни был, — объективное явление действительности. Значит, о нем и о его выражениях тоже можно высказываться, для чего нам потребуется тоже какой-то язык. Например, на занятии в шахматной секции тренер объясняет ученикам премудрости языка шахматной нотации, пользуясь при этом естественным языком (например, русским). В этом случае язык шахматной нотации является объектным языком (языком-объектом), а русский — метаязыком.

Крайне важно отличать выражения, относящиеся к объектному языку, от выражений метаязыка. Так, выражение КЬЗ: с5+ относится к языкуобъекту (принадлежит языку шахматной нотации), а конструкция: КЬЗ: с5+ — выражение языка шахматной нотации — к метаязыку (русскому). В языке шахматной нотации нет таких выражений, как выражение и язык шахматной нотации! Поэтому невозможно говорить о свойствах этого языка и его выражений в самом этом языке! Очевидно, что выразительные возможности метаязыка должны быть не меньше, чем возможности языка-объекта.

  • [1] Прочитать эту классическую работу можно здесь: URL: http://www.bim-bad.ru/docs/morris_semiotics.pdf.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >