Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow История arrow ИСТОРИЯ РОССИИ XX
Посмотреть оригинал

Укрепление СССР западных рубежей

Среди первейших задач в рамках общего курса на укрепление обороноспособности страны становится проблема Прибалтики или, как еще называли этот регион на Западе, Русской Балтии. Еще в середине 1930-х гг. во время военных маневров на западных границах и сталинцы, и антисталинская оппозиция в военной среде пришли к пониманию невозможности победоносно воевать на западном направлении без учета фактора Прибалтики. Вопрос стоял только о том, чтобы:

  • 1) оккупировать возникшие там сепаратистские фашистские государственные образования, не дожидаясь захвата их территорий III Рейхом или Польшей;
  • 2) или, наоборот, оккупировать их уже после захвата этих стран немцами или поляками в процессе освободительного похода на Запад.

На использовании Советским Союзом бельгийского сценария (когда Кайзеровская Германия в начале Первой мировой войны нарушила нейтралитет Бельгии для нападения на Францию) настаивал, в частности М. Н. Тухачевский. Сталин, а значит и К. Е. Ворошилов, не могли согласиться с подобной постановкой вопроса, которая в глазах мирового общественного мнения неизбежно превратила бы СССР в страну-агрессора. Некоторые исследователи, в частности такой глубокий и вдумчивый специалист, как С. Т. Минаков, полагают, что именно вопрос о Прибалтике стал спусковым механизмом, приведшим к жесткому конфликту в руководстве РККА, следствием которого сделались массовые репрессии начкомсостава.

Нападение Гитлера на Польшу подстегнуло СССР в плане решения балтийской проблемы. Если раньше верхи всех трех квазигосударств в Прибалтике были настроены однозначно против России, то теперь в части элит этих стран происходит разворот в сторону России, появляются условнопрорусские партии. Тем более симпатии к СССР усиливаются в народах Литвы, Латвии и Эстонии. Многие простые литовцы, латыши и эстонцы в годы революции поддерживали большевиков, участвовали на их стороне в Гражданской войне. Только вмешательство интервентов привело к жестокому подавлению в Прибалтике советской власти. И теперь многие рабочие, крестьяне, представители интеллигенции трех прибалтийских народов ждали реванша, ждали возвращения Красной армии. Лавинообразно росло влияние местных коммунистов.

Гитлер не хуже Сталина понимал геостратегическое значение Русской Балтии. Но связанный войной на Западе фюрер ничем не мог помочь своим сторонникам в прибалтийских странах. В тот же день, когда СССР и Германия подписали договор о дружбе и границах, 28 сентября 1939 г. эстонцы, первыми из прибалтов, подписали Договор о взаимопомощи между Эстонией и СССР. По нему Советская сторона получала права арендовать земли на островах Сааремаа и Хиумаа и создавать там базы для Балтийского флота. Помимо этого Советский Союз получил право аренды некоторых военных аэродромов, а также право разместить в Эстонии свои сухопутные войска. Следующий шаг сделала Латвия. С ней аналогичный договор был заключен 5 октября. Наконец, настала очередь Литвы. Она подписала договор с Москвой 10 октября. Литве сближение с СССР принесло территориальные приращения: Москва передала своим новым союзникам древнюю столицу Русско-литовского княжества город Вильно, который у литовцев в 1920 г. захватили поляки. Возвращение литовцам колыбели их древней государственности способствовало их дальнейшему национальному возрождению и широко приветствовалось общественностью Литвы.

Факты свидетельствуют о том, что первоначально Советский Союз нс собирался экспортировать в Прибалтику ни революцию, ни советский режим. Прибалтика была бедным, неразвитым экономическим захолустьем. Ценность для СССР представляло только ее важное в военном отношении положение. Если безопасность границ России можно было бы обеспечить без лишения внутренней независимости прибалтийских государств, то никто на нее посягать бы не стал. Даже рост просоветских настроений в Литве, Латвии и Эстонии не заставил бы Сталина идти на риск и возвращать отпавшие окраины в состав империи. Так он действовал, например, в отношении Тувы (которая перед самой революцией успела стать частью России под названием Урянхайского края) и Монголии (которая была включена в российское историческое пространство еще белым бароном Унгерном). И Тува, и Монголия фактически были двумя советскими республиками, но политически сохраняли независимость.

Ситуация для нашей страны решительно меняется в конце 1939 г. В основе происходивших тогда перемен лежало два фактора. Первый был связан с позицией по отношению к СССР Финляндии, другой — с развитием боевых действий в Западной Европе. Поначалу свое негативное воздействие па положение СССР в Балтийском регионе начал оказывать финский фактор. Со времени провозглашения своей независимости Финляндия превращается в источник постоянной военной угрозы для Советского Союза. Это обусловливалось великодержавными поползновениями финских националистов. Они мечтали не только «оторвать» от СССР советскую Карелию, но и объединить под своим началом все земли с родственным финно-угорским населением. Руководство Финляндии экстремистов не поддерживало и ограничивало свои аппетиты разработкой военных планов лишь по захвату Карелии.

Постоянные военные провокации на советско-финской границе в 20—30-е гг. XX в., угроза Ленинграду заставили советское правительство начать переговоры с финнами. Отвергнув советские предложения по обмену территориями, бывший русский офицер, генерал Императорской армии, а теперь финский диктатор К. Г. Маннергейм приказал нанести орудийный удар но советской территории на Карельском перешейке. В Финляндии инцидент назвали советской провокацией. В любом случае СССР оказался перед выбором: потерять лицо или ответить, заодно радикально решив проблему безопасности Ленинграда.

Выбор был сделан в пользу второго решения, и 30 ноября 1939 г. начались широкомасштабные боевые действия с финнами. Якобы за агрессию против суверенного государства западные покровители Финляндии исключили СССР из Лиги Наций. Немцы поставляли финнам оружие, а Великобритания готовилась нанести бомбовые удары по нашим нефтяным промыслам в Баку. Всегда следовавшие в фарватере британской внешней политики французы готовились начать на юге войну против СССР. Красная армия долго и с большими потерями штурмовала одну из лучших в Европе линию укреплений — так называемую «линию Маннергейма». В феврале 1940 г. финская оборона рухнула и Красная армия начала бросок на Гельсингфорс-Хельсинки.

Так и не дождавшись открытия против СССР «второго фронта», финская верхушка поспешила согласиться со всеми требованиями Москвы. Если в ходе мирных переговоров 1939 г. наша страна просила меньше 3 тыс. кв. км., причем на территорию, вдвое большую, то теперь мы приобрели около 40 тыс. кв. км. По Московскому мирному договору между СССР и Финляндией, заключенному 12 марта 1940 г., Советский Союз получал в аренду полуостров Ханко (для создания там военно-морской базы). Ладожское озеро оказывалось полностью под советским контролем. Территориальные приращения касались не только возвращения России Выборга и острова Гогланд, но и передаче СССР части карельских территорий. Удалось полностью обезопасить не только Ленинград (его не смогли взять пи фашисты, ни финны даже в 1941 — 1944 гг.), но и Мурманск, поскольку России была возвращена финская часть полуострова Рыбачий, а также передана часть Лапландии. СССР потребовал от финнов возместить часть наших расходов на сумму 95 млн руб., передать 350 морских и речных транспортных средств, 76 локомотивов, 2 тыс. вагонов, существенное число автомобилей. Наконец, но договору 11 октября 1940 г. Аланские острова были объявлены демилитаризованной зоной, что существенно повышало шансы Балтийского флота в грядущей войне. Потери советских войск в войне составили около 100 тыс. чел., финские потери точно не определены, но так как финны были обороняющейся стороной, то их потери должны быть в несколько раз меньше (историки называют от 20 до 50 тыс.).

Мирный договор с Финляндией 12 марта 1940 г. предусматривал возвращение СССР (как правопреемнику Российской Империи) Выборга. Вспомните, когда и при каких условиях Выборг стал частью Финляндии. В чем вы видите стратегическое значение этого города?

Советско-финская война своим следствием имела ухудшение отношений не только с Англией, Францией и США, но и с Германией, а также странами Прибалтики, во главе которых по-прежнему стояли профашистские политики. В разгар советско-финской войны в декабре 1939 г. они провели конференцию. Важнейшим ее итогом стало решение возродить «Балтийскую Антанту». Ее целью должно было стать оказание помощи Финляндии и активизировать связи с III Рейхом. Некоторые горячие головы в Прибалтике, например эстонское правительство диктатора Уль- маниса, вынашивало планы начать войну против СССР. В республиках возросла активность немецкой агентуры и агрессивность антисоветской пропаганды. Все это было нарушением прибалтийскими политиканами соглашений с Советским Союзом.

Вторым фактором, серьезно изменившим положение дел в Прибалтике, стал военный разгром французской армии — сильнейшей в мире сухопутной армии, насчитывавшей 605 млн чел. Германское наступление, положившее конец «странной войне» и ознаменовавшее войну настоящую, началось 10 мая. А уже 22 июня 1940 г. в Компьенском лесу, в том же вагоне, где была задокументирована капитуляция Германии 1918 г., французские правящие круги подписали перемирие, ставшее самым позорным за всю историю Франции. Преданные своей верхушкой, французы оказались под пятой фашистов. Часть страны (а точнее две трети ее территории, включая Париж) вошла в состав III Рейха. Большие территории получал и союзник Гитлера — Муссолини. В Южной Франции возникло марионеточное правительство в городе Виши. Главой фашистского правительства Франции был поставлен военный преступник маршал А. Петей. Становилось понятно, что следующей мишенью фашистов может стать наша страна.

Учитывая произошедшие перемены в международной ситуации, советское правительство решило поддержать патриотов и коммунистов Литвы, Латвии и Эстонии, мечтавших свергнуть в своих странах фашистские диктатуры и на равных правах влиться в Союз Советских Социалистических Республик. Во всех трех республиках, по сути, произошли революции — первые мирные, ненасильственные революции современной истории. Фашистские приспешники бежали, кто успел, к своим хозяевам в Германию. А новые народные правительства стран Балтии обратились к Москве с просьбой рассмотреть возможность их присоединения к Советскому Союзу. В августе 1940 г. Верховный Совет СССР принял историческое решение, по которому Литва, Латвия и Эстония стали равноправными советскими республиками в составе СССР.

Тогда же, когда и на Прибалтику, советское влияние было распространено на Бессарабию и Северную Буковину. В период революций 1917 г., интервенции и Гражданской войны «Великая Румыния» захватила эти территории (несмотря на имевшиеся договоренности с РСФСР, а также на то, что Народное вече Северной Буковины в 1918 г. приняло решение о воссоединении с братским народом Советской Украины). Под румынским игом народ Бессарабии неоднократно поднимал восстания. Не менее 300 тыс. чел., т.е. более 12% населения края бежало в сопредельные государства и Америку. СССР не признавал аннексии этой части Российской Империи. В 1924 г. Советский Союз предложил провести плебисцит, но Румыния категорически отвергла идею его проведения. В советском руководстве складывалось понимание, что решить территориальный вопрос с румынами можно только силовыми средствами. Сложность состояла в том, что Румыния имела гарантии своей безопасности от Франции. Но после разгрома Франции эта проблема решилась сама собой.

Правда оставалась еще союзница Румынии Германия. В. М. Молотов 23 июня 1940 г. в категоричной форме заявил германскому послу в СССР В. фон дер Шуленбургу, что Москва считает решение бессарабского вопроса не терпящим отлагательств, и что советская сторона рассчитывает на невмешательство немцев в советско-румынские отношения. А через три дня, 26 июня СССР вручил ноту румынскому правительству, в котором призвал его в срочном порядке справедливо решить вопрос о Бессарабии и Северной Буковине. Действия Москвы вызвали тревогу в Румынии и Германии. Румынское руководство понимало, что не обладает достаточной военной мощью для противостояния Красной армии, а в Берлине опасались, что СССР не ограничится территориями Северной Буковины и Бессарабии и предпримет попытку завладеть всей Румынией, от нефти которой зависела немецкая армия.

Рассчитывая на затяжку времени, румыны согласились начать переговоры но выдвинутым советской стороной требованиям. Но Москва не хотела играть в дипломатические игры. Румынии был объявлен ультиматум очистить «территории Бессарабии и Северной Буковины в течении четырех дней». Румыны с надеждой обратили свои взоры к своему старшему партнеру — Германии, но в тот момент немцы еще не были готовы к полномасштабной войне с СССР. Как писал британский историк У. Ширер, получив известия от румын, министр иностранных дел III Рейха «Риббентроп в панике направил инструкции из своего специального поезда посланнику в Бухаресте, советуя румынскому правительству уступить, что оно и сделало 27 июня. На следующий день советские войска вступили во вновь приобретенные территории, а Берлин вздохнул с облегчением, так как по крайней мере богатые источники нефти и продовольствия не были отрезаны захватом Россией всей Румынии»[1].

Комментируя советскую политику по укреплению своих западных рубежей, историки С. В. Волков и Ю. В. Емельянов еще в конце «перестройки» писали, что «вступление советских войск в Прибалтику, Бессарабию и Северную Буковину вызвало крайне негативную реакцию в Берлине, казалось бы, непонятную, если исходить из того, что за 10 месяцев до этих событий Гитлер согласился на передачу этих земель Советскому Союзу. На деле, говоря о границах советской «сферы влияния», германские лидеры считали их лишь рубежом, на котором временно остановится германская экспансия. Выдвижение советских войск на этот рубеж допускалось Германией лишь в Польше»[2]. Не все расчеты советского руководства 1939—1940 гг. оправдались. Так, стремительный разгром многомиллионной армии Франции стал для нашей страны фактором стратегической неожиданности. Но в целом СССР сумел максимально эффективно использовать мирную передышку.

  • [1] Ширер У. Валет и падение третьего рейха : в 2 т. : пер. с англ. / под ред. О. Л. Ржешев-ского. Т. 2. М.: Воениздат, 1991. С. 181.
  • [2] Волков С. В., Емельянов 10. В. До и после секретных протоколов. М. : Воениздат, 1990.С. 186.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы