Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow История arrow ИСТОРИЯ РОССИИ IX — НАЧАЛО XX ВЕКА
Посмотреть оригинал

Внутренняя политика России XVIII — начала XX в.

  • Характер и взгляды Петра I
  • Реформы центрального управления
  • Значение реформ Петра I
  • Россия в 1725—1762 гг. Причины дворцовых переворотов
  • Наследники Петра I
  • Внутренняя политика Екатерины II (17621796). ее характер и мировоззрение
  • Император Павел I (17961801)
  • Александр I (18011825), характер и мировоззрение
  • Движение декабристов
  • Император Николай I. Характер и политическая программа
  • Особенности развития общественно-политической мысли
  • Внутренняя политика Александра II (18551881). Характер императора и условия начала «Великих реформ»
  • От Крестьянской к «Великим» реформам
  • Общественное движение 1860-х1870-х гг. Условия развития общественной мысли
  • Демократические организации 1860-х гг.
  • Внутренняя политика Александра III (18811894). Определение новых политических ориентиров
  • Общественное движение 1880-хначала 1890-х гг. Земский либерализм
  • Внутренняя политика Николая II. Социально-политический кризис начала XX в.
  • Революция 1905—1907 гг. Период подъема революции (январь—декабрь 1905 г.)
  • Третьеиюньская монархия
  • Реализация программы реформ Столыпина в 190719II гг.
  • Внутренняя политика в 19II1914 гг.
  • Внутриполитическое положение в годы Первой мировой войны

Характер и взгляды Петра I. Первый император России Петр Алексеевич (1682—1725), дельность которого ознаменовалась преодолением замкнутости по отношению к внешнему миру Московского царства и вхождением Российской империи в сообщество европейских государств, был четырнадцатым ребенком царя Алексея Михайловича и первенцем в его втором браке с Н. К. Нарышкиной. Природа одарила его умом широким и любознательным, характером твердым и настойчивым, темпераментом страстным и необузданным. Необычным был и его внешний облик: человек очень высокого роста (204 см), царь Петр Алексеевич обладал большой физической силой и мог руками разогнуть подкову.

Бурные и опасные события, сопутствовавшие детству и юности монарха, способствовали формированию у него привычек и черт характера, которые сделали его совершенно непохожим на своих предшественников. Эта непохожесть была так велика, что стала причиной упорных слухов о подмене истинного царя «немцем» или в детстве, или во время его путешествия по Европе в 1697—1698 гг. Фактически отстраненный в 1682 г. от власти царевной Софьей, представлявшей клан родственников первой жены Алексея Михайловича — Милославских, Петр с матерью вынужден был жить в подмосковных дворцовых селах, преимущественно в Преображенском, и появлялся в столице в основном на важных дворцовых церемониях. В результате он не получил традиционного воспитания московского царевича, мало ценил старину и придворный «чин», был открыт иноземным культурным влияниям. Его образование было самым элементарным, а манеры и бытовые привычки, особенно в молодые годы, своей грубостью неприятно поражали и соотечественников, и иностранцев.

Политические представления Петра I сформировались под влиянием популярных тогда в Европе рационалистических идей, доказывавших возможность создания «регулярного», действовавшего с правильностью часового механизма государства, призванного осуществлять цели «общего блага», опекать и просвещать своих подданных. Отсюда стремление Петра I апеллировать к разуму соотечественников, объяснять им смысл предпринятых преобразований (его указы, как правило, содержали мотивационную часть), страсть к инструкциям-регламентам, определявшим нс только функции всех чиновников, даже самых незначительных, но и облик присутственных мест, попытки создать стройную систему управления и всеобъемлющее законодательство, доходившее до таких незначительных вопросов, как размер печных труб. Отсюда же свойственный первому российскому императору культ служения государству. «А о Петре ведайте, — говорил он накануне Полтавского сражения, — что ему жизнь нс дорога, жила бы Россия».

Этому политическому мировоззрению была свойственна вера в плодотворность всеохватывающей и неограниченной государственной власти, патернализма и даже насилия, если оно направлено на «благо общее». «Наш народ, яко дети, — писал Петр, — которые никогда за азбуку не примутся, когда от мастера не приневолены бывают». В результате судьба народа гигантской страны оказывалась в зависимости от воли, достоинств или предрассудков одного человека. Впрочем, культ «героя-прсобразоватсля», закономерный в ту эпоху, был широко распространен в Европе XVIII в., тесно связан с идеологией просвещенного абсолютизма. Не случайно автором самого известного памятника знаменитому российскому императору был француз Фальконс («Медный всадник»).

Главными особенностями предпринятых Петром I преобразований в сфере государственного управления были следующие:

  • — стремление рационализировать его в духе политических и административных теорий того времени;
  • — заимствование иностранных законодательных и институциональных образцов. Вместе с тем Петр I признавал невозможность их прямого перенесения на русскую почву, необходимость приспособления к «ситуации сей страны»;
  • — относительная бессистемность преобразований, особенно заметная до 1715 г., когда монарх был всецело занят войной со Швецией, оставлявшей ему мало времени для обдумывания и осуществления внутренних реформ. Другой причиной их некоторой хаотичности был импульсивный и нетерпеливый характер царя, толкавший его на меры, которые позднее он вынужден был отменять, признавая, что «плохо подумав, сделали»;
  • — длительный конфликт со Швецией, потребовавший больших материальных и человеческих ресурсов, негативно повлиял на внутренние преобразования еще в одном отношении. Многие административные реформы, каков бы ни был их первоначальный замысел, постепенно приобретали фискальнополицейский характер. Главным критерием эффективности новых учреждений становилась их способность выколачивать из населения деньги, «понеже деньги суть артерия войны», и подавлять социальный протест, являвшийся естественным следствием этой политики.

Реформы центрального управления. Особое внимание император уделил преобразованию центрального административно-политического аппарата, лучше ему знакомого и ближе к нему стоящего. В первые годы его правления постепенно пришла в упадок Боярская дума. Петр I официально не ликвидировал это старинное учреждение, но перестал жаловать думные чины, что привело к их постепенному исчезновению. Одновременно, не доверяя Думе, он перестал выносить на ее обсуждение важные политические вопросы, предпочитая делать это в кругу близких ему лиц (Ближняя канцелярия) и оформлять принятые решения нс боярским приговором, а именным царским указом. Из подобных совещаний выросла Консилия министров — некое подобие правительства. Важную роль в управлении начинает также играть Кабинет (личная канцелярия) Петра I, возглавлявшийся незаметным, но влиятельным Л. В. Макаровым. Создание Кабинета среди прочих причин было вызвано постоянными отлучками царя из столицы. Через свою канцелярию находившийся в разъездах монарх осуществлял управление государством.

В 1711 г. очередная отлучка Петра I, его отбытие в неудачный Прутский поход, вызвала к жизни Правительствующий сенат — высшее административное, судебное и законосовещательное учреждение с универсальными функциями, просуществовавшее в измененном виде до октября 1917 г. В его состав вошли 9 человек. Первоначально функции Сената не были определены, говорилось только, что он создастся «для отлучек наших... для управления». Ряд последующих актов, прежде всего указы «О должности Сената» 1718 и 1722 г., конкретизировали его полномочия в качестве учреждения, в которое поступали наиболее важные дела из нижестоящих органов центрального и местного управления. Эффективность работы Сената снижалась отсутствием у него в подчинении административных структур, способных разгрузить его от сравнительно мелких вопросов, а также обеспечить исполнение принятых решений.

Это стало одной из причин создания новых центральных административных органов — коллегий, заменивших старинные приказы. К активной подготовке данной реформы царь приступил в 1715 г., когда русским дипломатам было поручено прислать подробные сведения о структуре государственных учреждений в странах их пребывания. В Швецию, с которой продолжалась война, с этой же целью был послан тайный агент. Однако из-за медленного составления регламентов данных учреждений, укомплектования их штатов к работе они приступили только через несколько лет. В декабре 1717 г. были определены президенты первых 9 коллегий: Г. И. Головкин (Коллегия иностранных дел), А. Д. Меншиков (Военная коллегия), Ф. М. Апраксин (Адмиралтейская коллегия), Д. М. Голицын (Камер-коллегия ведала государственными доходами), И. А. Мусин-Пушкин (Штате-Контор-коллегия ведала государственными расходами), Я. Ф. Долгоруков (Рсвизион-коллегия проверяла Камер- и Штатс-Контор-коллегии), Я. В. Брюс (Берг- и Мануфактур- коллегии занимались промышленностью), П. А. Толстой (Комчерц-коллегия занималась торговлей), А. С. Матвеев (Юстиц-коллегия).

Возникновение коллегий привело к изменению состава Сената — в него вошли их президенты. Данное новшество имело свои преимущества: Сенат превращался в подобие правительства, руководителям центральных административных учреждений стало легче согласовывать свои действия, преодолевать межведомственные разногласия. Однако император вскоре обнаружил, что в таком составе Сенат не может беспристрастно контролировать коллегии, поэтому в высшем государственном учреждении были оставлены президенты только важнейших из них — Военной, Адмиралтейской и Иностранной коллегий.

Новые административные учреждения выгодно отличались от приказов. Здесь наиболее отчетливо проявились положительные стороны проведенной Петром I рационализации системы управления. Новых учреждений было в четыре раза меньше, они имели более определенные полномочия, единообразную структуру и делопроизводство. Несмотря на значительное сокращение численности центральных учреждений, их аппарат был невелик. Так, общий штат Адмиралтейской коллегии составлял 17 человек.

Коллегии состояли из присутствия и канцелярии. В присутствие входило ее руководство (президент, вице-президент, советники, асессоры, секретари), которое «коллегиальным» голосованием решало вопрос. Поучительно, что регламенты предписывали при обсуждении дела первоначально высказываться младшим членам присутствия, а президенту — последним, чтобы его мнение нс предопределяло решения. Канцелярия, руководимая секретарем, вела делопроизводство учреждения.

Вместе с тем система коллегий не охватывала все административные учреждения, вне се остались некоторые центральные учреждения, именовавшиеся приказами, конторами, канцеляриями и т. д. Важнейшими среди них были Главный магистрат, надзиравший за городским населением, а также ведавшие полицией Преображенский приказ и Тайная канцелярия. Разделение труда между последними учреждениями было географическим: приказ находился в Москве, а канцелярия — в Петербурге.

Своеобразной коллегией из 12 церковных священнослужителей стал возникший в 1721 г. Синод. Его образование практически завершило давно шедший процесс подчинения церкви светской власти, превратив церковное управление в ответвление общегосударственного. Ощущая недовольство православного духовенства начатыми преобразованиями, Петр I после смерти в 1700 г. патриарха Адриана воспротивился избранию нового главы русской церкви, назначив митрополита Стефана Яворского «местоблюстителем патриаршего престола». Именно он был позднее назначен президентом Синода, однако большее влияние на церковные дела имел Феофан Прокопович — талантливый, но беспринципный и жестокий человек, один из немногих последовательных сторонников Петра I среди высшего духовенства, член его «ученой дружины». Для надзора за деятельностью Синода был назначен обер-прокурор из «добрых офицеров». Со временем значение этой должности возрастало, и в XIX в. именно обер-прокурор, гражданский чиновник, превратился в фактического главу Синода.

Как теория «регулярного государства», так и повседневная практика подтолкнули императора к созданию разветвленной системы государственного контроля. Ее важным элементом стал созданный в 1711 г., практически одновременно с Сенатом и в помощь ему, институт фискалов. Главе службы, обер- фискалу, подчинялись фискалы, состоявшие при различных центральных и местных учреждениях. Они призваны были осуществлять тайный, «безгласный» надзор, «проведывать и доносить, и при суде обличать», но не вмешиваться в дела поднадзорных органов. Для того чтобы сообщить фискалам большее служебное рвение, им не платили жалованья, но передавали половину, позднее треть штрафа, взысканного по их доносу. Они также освобождались от ответственности за ложный донос, если только не был доказан его заведомо клеветнический характер. Условия деятельности фискалов превратили их должность в «чин тяжел и ненавидим».

С точки зрения государственного интереса недостатком данной системы контроля было то, что ее представители по условиям своей службы не только нс были заинтересованы в предотвращении преступления, но, напротив, могли давать ему возможность разрастись, с тем чтобы позже получить большее вознаграждения за «обличение». Другим недостатком системы была ее подчиненность Сенату, что затрудняло расследование дел, затрагивающих высокопоставленных лиц. Возникла потребность выделить сферу контроля в самостоятельную, подчиненную непосредственно императору отрасль управления и подвергнуть надзору сам Сенат.

Эти задачи решал созданный в 1722 г. институт прокуроров, состоявших при центральных и некоторых местных учреждениях. Их возглавлял приставленный к Сенату генерал-прокурор. «Сей чин — яко око наше», — образно определил Петр I место генерал-прокурора в системе государственного управления. Прокуроры осуществляли гласный надзор за ходом дел, вмешивались в них, если того требовал государственный интерес. Поставленное в такое исключительное положение, новое учреждение быстро завоевало административный авторитет, чему способствовала деятельность пользовавшегося доверием монарха генерал-прокурора П. И. Ягужинского.

Местное управление. Менее удачными и последовательными были преобразования в сфере местного управления. Еще в 1699 г. посадское население было изъято из ведения воевод и приказов, «чтоб им... нападков и убытков, и разорения не было», подчинено выборной Бурмистровой палате {Ратуше) в Москве, а также бурмистровым избам на местах. Возникшая система городского управления имела как судебные, так и налогово-фискальные функции. Поскольку города обеспечивали крупные налоговые поступления, Ратуша превратилась в важный финансовый орган государства. Однако система городского самоуправления оказалась недолговечной и была разрушена Губернской реформой.

В 1708—1709 гг. Россия была разделена на восемь новых административных единиц — губерний, во главе которых стояли губернаторы. Губернаторы обладали обширными административными, судебными, финансовыми и военными полномочиями, им были подчинены и прежде самостоятельные городские бурмнетровы избы. При губернаторе состояли совет ландратов — выборных представителей местного дворянства. Вскоре проявились недостатки данной реформы, главным из которых была чрезвычайная обширность возникших территориальных образований и как следствие их плохая управляемость. Поэтому в 1719 г. последовала вторая Губернская реформа, которая ввела более дробное административное деление. Губернии были разделены на провинции (их было 50), а последние — на дистрикты. Во главе провинций были поставлены воеводы, во главе дистриктов — земские комиссары. Именно провинции превратились в главные административные единицы, полномочия губернатора, кроме военных и судебных, стали распространяться только на «столичную» провинцию, где находился главный губернский город.

Стройность возникшей административно-территориальной системы нарушалась параллельным существованием на местах гражданской и военной администрации (полковых дворов), причем, по обстоятельствам времени, именно последняя часто доминировала. Именно военному командованию были поручены сбор подушной подати, выдача паспортов, борьба с беглыми и разбойниками, некоторые другие функции.

Судебная система. Не очень удачной оказалась попытка Петра I изменить судебную систему, предпринятая в ходе второй Губернской реформы. Первой судебной инстанцией стали нижние суды в небольших городах, второй — надворные суды в важнейших центрах. Контроль над ними осуществляли Юстиц-коллегия и Сенат. Проводя данную реформу, Петр попытался отделить судебную власть от административной. Однако принцип разделения властей мало соответствовал российской реальности начала XVIII в., поэтому деятельностью судов обычно руководили губернаторы и воеводы. Затем последовали другие отступления, а вскоре после смерти императора его судебные учреждения были окончательно разрушены, и местная юстиция была официально передана в руки воевод.

Формирование бюрократии. Петр I изменил не только структуру государственных учреждений, но и принципы их функционирования. Начало XVIII в. — важнейший период в формировании российской бюрократии. Бюрократическое управление строилось на определенных принципах, основными из которых являлись:

  • 1) иерархичность, разделение управленческих функций по вертикали. Каждое должностное лицо занимало определенное место в служебной иерархии, его власть зависела главным образом от должности, а не от происхождения, богатства и т. д. Теряя должность, он терял власть;
  • 2) специализация, разделение управленческих функций по горизонтали. Ранее часто происходило смешение придворной и государственной, военной и гражданской служб, считалось, что одно и то же лицо может исполнять функции администратора, судьи, водить полки в поход и т. д. Новый же порядок государственной службы вел к постепенному сосредоточению людей на определенной сфере деятельности;
  • 3) регламентированность, подчинение деятельности учреждения и должностных лиц инструкциям. Формализация управления вела к возрастанию значения письменного делопроизводства. Петровский «Генеральный регламент» прямо запрещал принимать к рассмотрению и исполнению «словесные указы». Документы должны были подписываться, «ибо сим всякого дурость явлена будет»;
  • 4) профессионализация. Чиновники, как правило, не имели самостоятельных источников существования, так как раздача земель за службу в это время практически прекратилась, стала формой поощрения только высших сановников и военачальников. Для большинства низших служащих главным, а то и единственным доходом стало жалованье. Это стимулировало служебное рвение, стремление сделать карьеру, но одновременно усиливало зависимость низших служащих от высших.

Реальные представители бюрократии того времени были далеки от административного идеала. Несмотря на суровые кары, злоупотребления, казнокралство в их среде было обыденным явлением, простиравшимся до самых верхов. Наряду с регламентами манифестом рождающегося бюрократического строя стала Табель о рангах (1722), официально отмененная только в 1917 г. При ее подготовке Петр I учитывал как отечественный, так и в особенности зарубежный опыт. Поэтому Табель изобилует терминами и понятиями прусско-шведского происхождения, что вообще свойственно той эпохе.

Все чины в России были разделены профессионально, по горизонтали, на военные (отдельно сухопутные, гвардейские, артиллерийские и морские), статские (гражданские) и придворные. Одновременно они делились иерархично, по вертикали, на 14 классов (рангов). Для получения определенного чина требовалось не происхождение, а личные заслуги перед государством. «Никому какова рангу не позволяем, пока они нам и отечеству никаких услуг не покажут», — провозглашал император окончательную замену старинного принципа «породы» системой личных заслуг. Каждый теперь должен был начинать карьеру с чинов низшего, 14-го класса (фендрик, коллежский регистратор и др.) и только постепенно продвигаться вверх по служебной лестнице. Ускоренное получение очередного ранга было возможно лишь в результате «знатных услуг» государству.

Характерной чертой Табели было подчеркнутое преимущество считавшейся более важной и тяжелой военной службы перед гражданской и придворной. В первоначальном проекте документа чины 1-го класса (генерал- фельдмаршал и генерал-адмирал) предусматривались исключительно только для военных. Только для того чтобы русские дипломаты на переговорах нс оказались чинами ниже иностранцев, император согласился ввести гражданский чин 1-го класса — канцлер, который получал руководитель внешнеполитического ведомства. Для придворной службы подобный чин так и не был предусмотрен. Привилегированное положение военной службы сказалось и в том, что любой недворянин, получивший первый офицерский чин, становился потомственным дворянином, на статской же службе для этого нужен был чин 8-го класса. Данное правило внесло определенность в процесс получения дворянства. Вплоть по 1917 г. дворянское звание можно было получить, находясь на государственной службе.

Создание регулярной армии и флота. Северная война стала главным делом Петра I. Поэтому укреплению вооруженных сил он придавал первостепенное значение. В начале XVII в. основными составляющими русской армии были дворянская конница и стрельцы, помощь которым оказывали регулярные казачьи и национальные части. Подобная полупрофессиональная армия была относительно дешева (большая се часть собиралась на время войны, а затем распускалась), но недостаточно подготовлена для борьбы с регулярными армиями европейских стран. Поэтому уже первые Романовы стали создавать полки нового строя (солдатские и рейтарские) из добровольцев-«охот- ников» и рекрутов — «даточных людей». Для их обучения приглашались иностранные офицеры. К моменту вступления на престол Петра I подобные воинские образования составляли уже большую часть русской армии.

Петр продолжил и завершил усилия по созданию в России профессиональной регулярной армии. Ее основой стали гвардейские, бывшие потешные.

полки — Преображенский и Семеновский, одновременно исполнявшие роль военных школ. Здесь, служа солдатами, проходила первоначальную военную подготовку дворянская молодежь, выпускавшаяся потом в армию офицерами. К концу правления императора в полевой армии состояло около 130 тысяч человек. Кроме того, около 200 тысяч насчитывали тыловые гарнизонные и иррегулярные войска. Армия была одета в однообразную форму (зеленые мундиры у пехоты, синие — у кавалерии), вооружена усовершенствованным оружием. Был создан мощный артиллерийский парк.

Если в формировании регулярной армии Петр I продолжил дело своих предков, то в создании военно-морского флота он был первопроходцем. Построенный при Алексее Михайловиче фрегат «Орел» был единственным морским кораблем европейского типа. К постройке флота Петр приступил во время подготовки второго Азовского похода (1696). Главная верфь находилась в Воронеже, затем корабли спускались вниз по Дону. Несравненно больший размах приобрело строительство флота на Балтике. Его главными базами стали Петербург и Кронштадт. К 1725 г. Балтийский флот насчитывал около 50 крупных и 4000 мелких судов.

Офицерский состав армии и флота формировался преимущественно из русского дворянства, продолжавшего нести пожизненную службу, и иностранных наемников. Для того чтобы привлечь на службу иностранцев, им было установлено более высокое жалованье, но они получали более низкий чин, чем тот, который имели за границей. Россия не имела средств для содержания наемной армии, поэтому для пополнения вооруженных сил солдатами и матросами с 1705 г. начинают производиться регулярные рекрутские наборы. Рекруты, набиравшиеся из низших сословий, обязаны были нести пожизненную службу. Велика была смертность солдат не только в ходе боевых действий, но и из-за плохого питания, тяжелого быта. Поэтому бегство новобранцсв-рек- рутов и солдат было достаточно распространенным явлением, а борьба с ним — важной государственной задачей.

Петровская армия была более мощной и активной, чем га, которой располагало Московское государство; она позволила выиграть тяжелую войну со Швецией. Но одновременно это была и более дорогая армия, содержание которой поглощало большие человеческие и материальные ресурсы. Для того чтобы их минимизировать, были введены новые повинности: подворная (обязанность крестьян содержать на своем дворе и кормить солдат в течение определенного государством срока) и подводная (обязанность перевозить на своих подводах военное имущество при перемещении полка по территории губернии).

Значение реформ Петра I. В историю России Петр I вошел как великий преобразователь. Нс было, кажется, такой сферы общественной жизни, которую первый российский император не подверг бы переустройству. По словам А. С. Пушкина, он «на троне вечный был работник». Целью своей он поставил превращение России в великую европейскую державу, и в деле этом он преуспел. Петровская Россия стала активным и влиятельным участником европейской политики, прорыв к Балтийскому морю способствовал углублению экономических и культурных связей с Западом. Плодотворными были и многие внутренние преобразования той эпохи.

Петр I понимал необходимость укрепления народного благосостояния, достижения «блага общего» и «крепкого хранения прав гражданских». Однако практические результаты его деятельности часто имели иной характер. Непрерывные войны привели к разорению податного населения. Не были удачными и многие административные преобразования знаменитого монарха. Его «регулярное государство» нс только нс искоренило, но и умножило пороки старомосковского управления — волокиту и взяточничество. «Казнокрадство и взяточничество достигло размеров, небывалых прежде, — писал историк В. О. Ключевский, — разве только после». Особенно прославился своим лихоимством ближайший сотрудник Петра Л. Д. Ментиков, которого царь неоднократно избивал за это палкой.

Возникшая на месте Московского царства Российская империя не стала и более свободной страной. Напротив, никогда, кажется, государство нс требовало таких жертв от своих подданных и столь безоговорочно. «Его величество есть самовластный монарх, который никому на свете о своих делах ответу дать не должен», — определяли Артикулы воинские (военные законы) реальный смысл созданного Петром I общественно-политического строя.

Россия в 1725—1762 гг. Причины дворцовых переворотов. Период, отделяющий смерть Петра Великого и вступление на престол Екатерины Великой, принято называть периодом дворцовых переворотов. Политическая нестабильность во многом стала результатом деятельности Петра I, преобразования которого носили характер революции. Революция же всегда вызывает после себя полосу нестабильности, длительность которой зависит от радикальности произведенного переворота, так как новые общественные отношения нс сразу складываются, постепенно находит точку равновесия. Так, Петр решительно изменил состав российской элиты. В нее, потеснив старинные аристократические фамилии, вошли петровские выдвиженцы, часто «подлого» происхождения. Это нс могло не вызвать борьбу между данными группировками после смерти Петра I. «Новые люди» стремились сохранить свое положение во властной элите, аристократия — взять реванш, восстановить былое значение.

Негативные последствия имел также появившийся в 1722 г. Указ о престолонаследии. в котором Петр I провозгласил право монарха назначать своего преемника произвольно, по собственному усмотрению. Это вносило неопределенность в принципиально важный вопрос о легитимной форме передачи верховной власти, провоцировало борьбу за корону различных претендентов и стоявших за ними придворных группировок.

Ситуацию усугубил острый династический кризис, возникший в XVII в. и продолжавшийся весь XVIII в. до Павла I. Династия Романовых долгое время была близка к пресечению. Из шести сыновей Алексея Михайловича только Петр I перешагнул 30-летний рубеж. В свою очередь царевич Алексей Петрович, противник методов преобразований своего отца, в 1718 г. погиб в застенках Тайной канцелярии, а все пять сыновей Петра от второго брака с Екатериной умерли в детстве. В результате в 1730 г., когда скончался малолетний Петр II (сын царевича Алексея) — династия Романовых по мужской линии пресеклась. Приходилось выбирать между женщинами, часто обладавшими спорными правами на престол. Отсутствие легитимных, общепризнанных наследников также провоцировало борьбу вокруг трона.

Легкость переворотов XVIII в. объяснялась сравнительной второстепен- ностью вопросов, которые ставились их организаторами. Это были не социально-политические революции, а верхушечные путчи, определявшие, кто из представителей династии займет трон. Сам же социально-политический курс оставался практически неизменным.

Наследники Петра I. Политическая нестабильность возникла сразу же после смерти Петра I. Император, умирая, нс оставил завещания. Судьбу престола пришлось решать собравшимся во дворце высшим сановникам империи. Мнения в их среде разделились. Большинство представителей старой аристократии, лидером которых был Д. М. Голицын, поддерживали кандидатуру царевича Истра Алексеевича — естественного, с их точки зрения, законного наследника престола. Соратники же умершего императора из неродовитых людей (А. Д. Меншиков, П. А. Толстой и др.) стояли за его вдову Екатерину. Решающим аргументом дискуссии стали гвардейские полки, заявившие, что они нс дадут в обиду «матушку-императрицу». Так состоялось первое вмешательство гвардии в политику, которое с этого времени стало регулярным.

Первая в русской истории женщина на престоле, Екатерина /(1725—1727), родилась в Лифляндии (часть Латвии) и в молодости работала служанкой. Ее настоящее имя — Марта Скавронская. Попав в русский плен, Марта поступила в услужение к фельдмаршалу Шереметеву, затем к Мсншикову, после него — к Петру, женою которого позднее стала. Императрица благотворно влияла на Петра, умела сдерживать его приступы ярости, мужественно сопровождала армию в походах, но по своему развитию и авторитету не могла заменить во главе государственного управления умершего супруга. К тому же она всецело находилась под влиянием Меншикова. Административное бессилие императрицы привело к возникновению Верховного тайного совета — нового высшего учреждения империи, вставшего над Сенатом.

Завещание Екатерины I (тестамент) передало власть малолетнему великому князю Петру Алексеевичу (1727—1730), регентом при котором должен был стать Верховный тайный совет. Но реальная власть продолжала находиться в руках Меншикова, на дочери которого должен был жениться юный император. Затем, после падения и ссылки знаменитого вельможи, доминировать при дворе стал клан князей Долгоруковых, развлекавших монарха бесконечными охотами. Теперь уже они подобрали Петру невесту из своей семьи, но в день, назначенный для свадьбы, 14-летний император скончался от оспы.

Дочь старшего брата и соправителя Петра I, вдовствующая герцогиня Курляндская Анна Ивановна (1730—1740), оказалась на престоле случайно. Верховный тайный совет специально предложил престол второстепенному претенденту с намерением ограничить его власть. Анна не была лишена определенной ловкости, здравомыслия, что способствовало провалу ограничительной «затейки верховников». Однако подлинного интереса к государственным делам она не имела, вкусы ее отличались невзыскательностью. Больше всего императрица любила забавы, многочисленных шутов и охоту. Управление же по уже сложившейся традиции было передано ее фавориту

Э. Бирону и Кабинету министров, в котором доминировал А. И. Остерман. Правление Анны вошло в историю как «бироновщина», суть которой состояла во всевластии фаворита, засилье при дворе немцев, жестоких казнях недовольных.

Наследником Анны Ивановны стал Иван Антонович (1740—1741) — годовалый сын се племянницы Анны Леопольдовны и принца Антона Брауншвейгского. Лежавший в колыбели монарх, очевидно, не мог управлять государством, поэтому регентом стал Бирон, а после ареста последнего — мать императора Анна Леопольдовна.

Дочь Петра I Елизавету Петровну (1741—1761) возвела на престол гвардия в ходе очередного переворота. Свергнутое Брауншвейгское семейство было сослано в Холмогоры, Иван Антонович окончил свою жизнь в Шлис- ссльбургской крепости, где в 1764 г. был убит при попытке освобождения. Елизавета была женщиной доброй и неглупой. Вступив на престол, она фактически отменила в России смертную казнь. Пришедшая к власти на волне общественного недовольства засильем иностранцев, императрица стала опираться на русских, проводить «национальный курс». Русскими были и ее фавориты А. Г. Разумовский (малоросс) и И. И. Шувалов. Но желания и способности заниматься повседневными государственными делами не было и у дочери Петра, нс унаследовавшей характера и энергии отца. Ее больше занимали наряды и придворные развлечения.

Елизавета передала престол своему племяннику голштинскому принцу Карлу Петру Ульриху, который в России именовался Петром III (1761— 1762). По совету своих приближенных он отменил обязательную дворянскую службу, ликвидировал Тайную канцелярию, предпринял другие меры, призванные обеспечить монарху популярность. Но эти попытки оказались тщетными, Петр III производил впечатление человека, задержавшегося в развитии, его облик и манеры нс соответствовали представлениям о монархе даже неизбалованной русской публики. В результате в июне 1762 г. сценарий восшествия на престол, опробованный ранее Елизаветой, повторила Екатерина II, свергшая своего супруга. Через несколько дней Петр III был убит в Ропшс.

Монархи менялись, часто при драматических обстоятельствах, но неизменными оставались шедшие социально-политические процессы — возвышение дворянства, превращение его в привилегированное сословие и усиление на этом фоне крепостного права.

Фаворитизм. Важной особенностью политической культуры XVIII в. стали возникновение и расцвет такого нового для России явления, как фаворитизм. правление «людей случая». Существование фаворитизма было вызвано уже известными нам политико-династическими реальностями послепетровской империи. Занимавшие в это время престол формально незамужние женщины не были склонны вести монашеский образ жизни. Одновременно они часто не любили обременять себя рутинными государственными делами, перекладывая их на доверенных лиц — фаворитов, если они имели склонность заниматься ими. В этом сказывалось влияние западноевропейских, особенно французских, придворных нравов, которые признавали влияние фаворита (фавориток) нс только как допустимое, но и, в общем, нормальное явление.

Среди многочисленных фаворитов XVIII в. были люди ничтожные (Э. Бирон, П. Зубов), были и незаурядные. К последним можно отнести Л. Д. Мен- шикова, И. И. Шувалова (инициатора открытия Академии художеств и вместе с М. В. Ломоносовым — Московского университета), екатерининских любимцев Г. Г. Орлова и Г. А. Потемкина. Однако в целом данное явление разлагающе действовало на общественные нравы. Оно показывало, что титулы, высшие чины и огромное богатство можно получить не за действительные государственные заслуги, а другим, гораздо более легким путем.

Органы государственного управлении второй четверти XVIII в. Новые политические реальности вызвали важные перемены в системе государственного управления. Первым направлением эволюции административных учреждений было их упрощение и удешевление. В 1727 г. большинство петровских провинциальных учреждений было ликвидировано и заменено единоличной властью провинциальных воевод. Мелким чиновникам перестали платить жалованье, понуждая их существовать за счет подношения от населения. Сокращены были штаты и центральных учреждений. Стремление уменьшить административные расходы было вызвано тяжелым экономическим положением империи, возросшим недобором налогов (недоимки) вследствие истощения финансовых возможностей населения при Петре I. Реформа 1727 г. имела свои положительные стороны, однако переведение многих чиновников на «кормление» не способствовало эффективности работы государственного аппарата. Оценивая подобные преобразования, следует помнить, что сэкономленные средства поглощались растущими расходами на двор, фаворитов и т. д.

Другими новыми явлениями в структуре органов власти стало появление высших учреждений, фактически замешавших императора во главе государственного управления. Их возникновение было связано нс столько со стремлением придворных группировок ограничить самодержавную власть, сколько с нежеланием и неспособностью монархов той эпохи заниматься государственными делами, необходимостью облегчить им «тяжелое бремя правления». Первым и самым знаменитым подобным учреждением стал созданный в 1726 г. Верховный тайный совет. В его состав, кроме Екатерины I, вошли крупнейшие вельможи того времени: Ф. М. Апраксин, Д. М. Голицын; Г. И. Головкин, А. Д. Меншиков, А. И. Остерман, П. А. Толстой. Устанавливалось в качестве общего правила, что без рассмотрения вопроса «верховника- ми» «никаким указом прежде нс выходить». Таким образом. Совет как бы разделил с монархом функции верховной власти.

Именно с Верховным тайным советом связана самая серьезная в XVIII в. попытка ограничения самодержавия. В 1730 г. после неожиданной смерти Петра II Совет по инициативе Д. М. Голицына предложил российский престол племяннице Петра I курляндской герцогине Анне Ивановне. Условием соглашения должно было стать подписание Анной «кондиций», или «пунктов», в соответствии с которыми вся реальная власть переходила в руки данного учреждения. Взамен императрица получала значительное денежное содержание и внешние атрибуты власти. Анна, нс чаявшая оказаться на российском престоле, с готовностью подписала «кондиции». Многие представители русской элиты, собравшись в Москве по поводу предполагавшейся свадьбы Петра II и неожиданно захваченные событиями, не были против ограничения самодержавия, но опасались возникновения в России олигархического режима, всевластия «верховников». В результате большая группа дворян, в том числе многие офицеры гвардии, обратились к императрице с призывом править самодержавно, как ее предки. В поданных во время январско-февральский событий 1730 г. шляхетских (дворянских) проектах были сформулированы нужды данного сословия: сокращение срока службы, все еще обязательной, отмена петровского закона о единонаследии и т. д.

Анна Ивановна, публично разорвав «кондиции», в дальнейшем во многом следовала заявленной дворянской программе. В 1730 г. Верховный тайный совет был ликвидирован, но потребность в подобном учреждении сохранилась. В правление Анны роль высшего правительственного учреждения стал играть Кабинет из нескольких министров, имевших право подписывать указы вместо императрицы.

Елизавета Петровна, вступившая на престол как продолжательница политики своего отца, «дщерь Петрова», ликвидировала Кабинет и восстановила в качестве высшего государственного органа Сенат. Однако во время Сс- милстнсй войны, когда обстановка потребовала более оперативного руководства, она создала Конференцию при высочайшем дворе (1756), полномочия которой были схожи с функциями прежнего Кабинета.

Внутренний политика Екатерины II (1762—1796), характер и мировоззрение императрицы. Правление Екатерины II Великой — одна из наиболее ярких эпох в истории России. Это было время крупных внешнеполитических успехов, расширения границ империи на юге и западе. Значительными были и внутриполитические преобразования, многие из которых связаны с идеологией просвещенного абсолютизма.

Принцесса небольшого германского княжества Софья Фредерика Августа Анхальт-Цербстская, получившая при переходе в православие имя Екатерина, обладала недюжинным характером и крупными политическими дарованиями. Она умела нравиться людям, стремилась, по собственному признанию, замечать в окружающих сильные стороны, а не слабости. Немка по рождению, она, в отличие от своего мужа Петра III, всячески подчеркивала уважение к России и православию. Как политический мыслитель Екатерина не отличалась оригинальностью взглядов, находилась под влиянием идей просветителей Беккария, Вольтера, Дидро и Монтескье. Однако, обладая большим природным умом, она, самоучка, могла вести переписку с самыми блестящими представителями интеллектуальной элиты современной ей Европы. Вместе с тем се политический курс не отличался последовательностью.

В начале ее правления стремление следовать принципам просветительской идеологии было наиболее заметно. В это время Н. И. Панин, известный либеральный сановник, подготовил проект создания нового «верховного места» — Имперского совета (проект нс был реализован). Возникшее Вольное экономическое общество объявило конкурс работ на тему, должны ли «крестьяне иметь в собственности землю или токмо недвижимое имение», причем первое место заняло иностранное сочинение, в котором доказывалась необходимость постепенно готовить «рабов к принятию вольности». Императрица продолжила начатое Петром III изъятие у церкви земель (секуляризация), стала проводиться политика веротерпимости. В эти годы созывается знаменитая Уложенная комиссия, отменяются пытки. В 1770—1780-е гг. правление Екатерины II стало более прагматичным и приобрело заметный продворянский оттенок. Одновременно эти годы оказались наиболее плодотворными с точки зрения реформ: преобразовывается губернское управление, появляются жалованные грамоты дворянству и городам. Наконец, под впечатлением начавшейся в 1789 г. Великой французской революции престарелая императрица придала внутренней политике консервативный характер, начала гонения на инакомыслящих. Были запрещены масоны, арестованы известный издатель и публицист Н. И. Новиков, радикальный писатель Л. Н. Радищев.

Уложенная комиссия (1767—1768). Крупнейшим политическим событием начала правления Екатерины II стала деятельность Уложенной комиссии. Ее главной задачей было составление нового свода законов взамен устаревшего Уложения 1649 г. С момента принятия последнего нс только серьезно изменилось общество, что требовало иной правовой регламентации, но и накопилось огромное количество новых, часто противоречивших друг другу законов. Этот правовой беспорядок способствовал беспорядку административному. Должностные лица или нс знали законов, или манипулировали ими. Еще Петр I в своем «Указе о хранении прав гражданских» предупреждал против попыток играть законами, «как в карты, прибирая масть к масти», и тем «всякие мины чинить под фортецию правды». Екатерина II уже в одном из первых своих манифестов указала на необходимость того, чтобы «каждое государственное место имело свои законы и пределы». Стремление к большей законности в управлении — одна из важных черт просвещенного абсолютизма.

Значительным новшеством для России XVIII в. стал способ формирования Уложенной комиссии. Ее большинство составили выборные от различных групп населения. Численно среди депутатов преобладали дворяне, однако право послать своих представителей получили торгово-промышленные круги, ремесленники, государственные крестьяне, казаки и «оседлые инородцы». Таким образом, в комиссии были представлены все сословия, кроме духовенства и крепостных крестьян. Избирателям было предложено составить наказы о своих нуждах. В состав Комиссии вошли также немногие представители высших государственных учреждений.

К открытию Комиссии Екатерина II подготовила свой «Наказ». Этот документ — наиболее яркий интеллектуальный памятник русского просвещенного абсолютизма. «Наказ» императрицы излагал те политико-правовые идеи, которым должны были, по се мнению, следовать составители нового уложения. Этот труд, содержавший 655 статей, по признанию самого автора, был в значительной степени пересказом книг Монтескье «О духе законов» и Бек- кария «О преступлениях и наказаниях».

В своей работе Екатерина II прежде всего попыталась теоретически обосновать необходимость для России абсолютистского режима в его просвещенном варианте. В соответствии со взглядами Монтескье, полагавшего, что обширные государства тяготеют к монархической форме правления, русская императрица доказывала, что пространство империи «предполагает самодержавную власть». Вместе с тем, заявляла она, «самодержавных правлений намерение и конец есть слава граждан, государства и государя», «надлежит, чтобы законы... предохраняли безопасность каждого особо гражданина. Равенство всех граждан состоит в том, чтобы все подвержены были тем же законам». В «Наказе» также говорилось о необходимости веротерпимости, более справедливого налогообложения, осуждались пытки и суровые наказания, жестокое обращение с крепостными. Все это звучало так ново, что депутаты решили преподнести царице титул «Великой и Премудрой Матери Отечества».

Несмотря на столь многообещающее начало, комиссия не смогла составить новое Уложение и в 1768 г., когда началась война с Турцией, была распущена. Причины ее неудачи были неоднозначны. Видимо, столь многолюдному собранию, не имевшему опыта законодательной деятельности, было технически сложно выполнить в короткий срок поставленную задачу. Предполагается, что Екатерина могла быть недовольна тем, что некоторые деликатные политические вопросы, например крепостное право, стали предметом открытой дискуссии. Вместе с тем царица произвела уже своим «Наказом» на российскую и европейскую общественность сильное впечатление и, укрепив свое положение в стране, перестала нуждаться в Комиссии. Обращает на себя внимание то, что депутаты выступили прежде всего заявителями своих сословных нужд, часто взаимоисключающих, и не стремились выработать солидарную позицию в духе концепции «общего блага». Поэтому у Екатерины возник соблазн, используя материалы Комиссии, ознакомившись с заявленными сословными интересами, постараться самой провести необходимые преобразования. И действительно, отзвуки дискуссий 1767—1768 гг. можно обнаружить во многих се последующих реформах. Заметны они и в важнейшем административном преобразовании екатерининской эпохи — Губернской реформе 1775 г.

Губернская реформа. При подготовке «Учреждения для управления губерний» императрица учитывала прозвучавшие в Уложенной комиссии предложения приблизить административные и судебные учреждения к населению, сделать их более доступными для него, привлечь к решению местных проблем выборных представителей общества, а также ставшую в XVIII в. политической аксиомой идею разделения властей, отечественный и зарубежный опыт организации местного управления.

Толчком к реформе губернского управления стали «чумной бунт» в Москве (1771) и Пугачевское восстание (1773—1775), обнаружившие слабость местных учреждений, их неспособность бороться с народными волнениями. Екатерининская система местного управления, просуществовавшая с небольшими изменениями до середины XIX в. Во главе двух-трех соседних губерний находился наместник или генерал-губернатор. Сами губернии были разукрупнены, их число увеличено в два раза (до 50), они сделались более управляемыми. Стали меньше и уезды. Границы новых административных единиц было решено обосновать математически. Население губернии должно было составлять 300 -400 тысяч, уезда — 20—30 тысяч мужских душ.

В структуре местной власти предусматривалось разделение административно-распорядительных и судебных учреждений. Администрация была представлена губернатором и губернским правлением, которым в уездах были подчинены исправник (капитан), нижний земский суд (правление). Ответвлением административной власти являлись возглавлявшиеся вице-губернатором финансовые учреждения (казенная палата и уездное казначейство). Юстиция была отделена от администрации («государев наместник не есть судья») и имела сложную структуру. Высшими судебными инстанциями являлись палаты уголовного и гражданского суда, нижнимиверхний земский и уездный суды для дворян, губернский и городской магистраты для горожан, верхняя и нижняя расправы для государственных крестьян (крепостные крестьяне подлежали суду своего помещика).

В данных учреждениях переплетались, казалось, мало сочетавшиеся принципы: сословность и бессословность, выборность и назначение. Так, гражданская и уголовная палаты были бсссословны. В порядке апелляции и надзора сюда поступали дела из всех нижних судов. Последние же носили сословный характер. Председатели судов обычно назначались на свой пост, их помощники (заседатели) избирались представителями своего сословия. Дворянство избирало и своих судей, а также главу администрации уезда — исправника.

Особое, «знаковое», место в системе местного управления занимали такие новые учреждения, как ведавший образованием, здравоохранением и социальной помощью приказ общественного призрения, неформальный, стремившийся к примирению сторон совестный суд, ведавшие опекой над вдовами и сиротами дворянская опека и сиротский суд. Их появление отражало стремление придать администрации социальные функции.

Перестройка регионального управления привела к серьезным преобразованиям центральных учреждений. В начале своего правления Екатерина в очередной раз изменила статус Сената, который был разделен на 6 департаментов, часть которых была переведена в Москву. Расширение полномочий местных властей сделало ненужными многие коллегии. Все они, исключая «политические» (Военная, Адмиралтейская, Иностранных дел), были закрыты.

Городское управление. В 1782 г. появился Устав благочиния, определивший структуру городской администрации, занятой административно-полицейскими делами. Города делились на части, а последние — на кварталы. Во главе городского управления стоял городничий (в Санкт-Петербурге и Москве — обер-полицмейстеры), части возглавлялись частными приставами, кварталы — квартальными надзирателями.

Наряду с государственной администрацией в городах существовали органы самоуправления, учрежденные согласно «Жалованной грамоты городам» (1785). Грамота не только разделила городское население на шесть сословных групп, но и вводила новые принципы городского управления. Новшеством здесь было стремление рассматривать всех горожан, независимо от разделявших их сословных границ, единым «градским обществом». Грамота стремилась реанимировать городское самоуправление, обеспечить его независимыми доходами, которые должны были расходоваться преимущественно на местное благоустройство и «сохранение между жителями города мира, тишины и доброго согласия». Система городского самоуправления включала следующие элементы:

  • общество градское. Состояло из зажиточных горожан (действовал имущественный ценз) и созывалось раз в три года для выборов городского головы, заседателей магистрата и совестного суда;
  • - общая городская дума. В се состав входили городской голова и представители (гласные) шести групп горожан. Общая дума заведовала теми сферами местного хозяйства, которые Грамота передавала городскому самоуправлению. Она переизбиралась через три года и собиралась, «когда нужда и польза городская потребует»;
  • шестигласная дума. Состояла из городского головы и избранных общей думой представителей (по одному) от шести групп горожан. Данная дума заседала постоянно и занималась вопросами текущего управления;
  • городской магистрат, совестный, сиротский суды и другие учреждения, введенные Губернской реформой 1775 г.

Екатерининские городские учреждения были шагом вперед в развитии местного управления. Однако многие провозглашенные в них принципы оказались декларативными. Так, дворянство неохотно участвовало в деятельности всесословных городских учреждений, последние же, формально располагая немалыми правами, оказались под жестким контролем государственной администрации. Победить старинную традицию подчинения «земли» интересам центральной власти оказалось сложно.

Не отрицая полезности многих преобразований Екатерины Великой, следует признать, что от ее правления более выиграло дворянство, которое «эмансипировалось» от государства. Напротив, крепостное право достигло своего исторического максимума, поэтому «золотой век дворянства» совпал с «пугачевщиной».

Император Павел I (1796—1801). Сын и наследник Екатерины Великой вошел в историю с репутацией взбалмошного и неуравновешенного человека, любителя ежедневных парадов, торжественных разводов караулов, военной муштры. Многое в этих определениях верно, но личность и политика данного монарха сложнее и рациональнее, чем это могло показаться любителям исторических анекдотов. Своим подчеркнуто авторитарным поведением, желанием регламентировать жизнь подданных, входить во все мелочи управления, своим напряженным трудом (вставал в 4 ч утра) он стремился не только навести порядок в высших органах власти и в гвардии, избалованных попустительством старевшей Екатерины, но и вырвать монархию из той зависимости от дворянства, в которой она оказалась в предшествующую эпоху. «Инстинкт порядка, дисциплины и равенства был руководящим побуждением деятельности этого императора, — писал историк Ключевский, — борьба с сословными привилегиями — его главной задачей», однако борьбу с привилегиями элиты он превратил в насаждение всеобщего бесправия. Павел I фактически отменил Жалованную грамоту дворянству, заставляя дворян служить. Одновременно император стремился улучшить положение простых людей: в его дворце был установлен ящик, куда каждый мог опустить жалобу, крепостные крестьяне стали вновь приводиться к присяге на верность монарху, появился Указ о трехдневной барщине — первый за многие десятилетия, изданный с намерением улучшить положение крепостных за счет государственной регламентации их повинностей.

Мировоззрение императора прямо сказалось на системе власти. Его стремление централизовать управление, усилить контроль над ним верховной власти привело к восстановлению коллегий, в которых, в свою очередь, были расширены полномочия президентов. Для борьбы со злоупотреблениями на места решено было регулярно посылать сенатские ревизии. Важное значение имело «Учреждение об императорской фамилии» (1797). Павел, который при Екатерине ощущал угрозу быть лишенным права на наследование престола (императрица хотела передать его своему внуку Александру), решил внести определенность в порядок престолонаследия и отменить недальновидный указ своего прадеда Петра Великого. В соответствии с новым законом трон передавался по мужской линии, в порядке естественного старшинства: от отца к старшему сыну. Павел также попытался отделить государственную собственность и казну от собственности императорской фамилии. Последняя была выделена в особые удельные владения (Удел).

Многое в поступках Павла I было вызвано неприятием политики матери даже в тех вопросах, где она была разумна. Так, он восстановил особые формы правления в Малороссии и остзейских губерниях, ликвидированные Екатериной. Это не только противоречило столь близкому ему принципу единообразия управления, но и мешало интеграции данных территорий в состав империи.

В марте 1801 г. Павел I был убит в Михайловском замке в результате дворцового переворота.

Александр I (1801—1825), характер и мировоззрение. Современники часто отмечали непостоянство Александра I в политике и в отношениях с людьми, его «двуличность». Говорили, что никто не может узнать подлинные мысли и чувства монарха, скрытые за очаровательной внешностью и манерами. Его именовали «хитрым византийцем» (Наполеон), «сущим обольстителем» (Сперанский), «сфинксом» (Герцен). Противоречия, «разорванность» характера Александра I не в последнюю очередь объяснялись условиями его воспитания. В детстве ему пришлось постоянно лавировать между бабкой и отцом, которые не только не любили друг друга, но и придерживались различных политических взглядов, имели резко отличные бытовые привычки. Нужно было обладать незаурядными дипломатическими способностями и постоянно развивать их, чтобы быть своим при роскошном и блестящем дворе Екатерины и у Павла в Гатчине, где господствовала строгость армейской казармы.

Противоречивым было и политическое воспитание монарха. С колыбели он впитал представления о могуществе самодержавной власти российских монархов, нс мог не ощущать се притягательности. Одновременно его главным воспитателем был швейцарец Ф. Лагарп, придерживавшийся передовых политических взглядов, горячий сторонник просветительских идей XVIII в., которые он постарался передать своему подопечному. Юность Александра совпала с Великой революцией во Франции, которую он воспринял иначе, чем его отец и бабка. В молодости он говорил близким друзьям, что его мечтой является, заняв престол, дать России конституцию, оставить власть и вести жизнь частного лица. Александр I — человек переходной эпохи, времени, когда старые идеи и представления, «наследие отцов и дедов», потеряли силу и уважение, но новые, отражавшие реальности XIX в., еще не сформировались и не вошли в общественное сознание. Раздвоенность мировоззрения, а не только характера, объясняла смену настроений императора от религиозной индифферентности к увлечению христианством, от конституционных проектов — к военным поселениям. Недостатком императора являлась его некоторая леность, поэтому он всегда нуждался в помощниках, наиболее известными из которых были М. М. Сперанский и А. А. Аракчеев.

В правлении Александра I можно условно выделить несколько периодов. В 1801—1804 гг. он пытался провести либеральные реформы, его главными сотрудниками являлись в это время «молодые друзья», вошедшие в состав Негласною комитета. Затем преобразовательная деятельность прервалась в связи с внешнеполитическими осложнениями. Она возобновилась после заключения Тильзитского мира с Францией (1807). Ближайшим помощником Александра стал Сперанский. Новая война с Францией (1812—1814) вновь отвлекла внимание от внутренних проблем. В 1815 г. Александр попытался возобновить либеральные реформы, была дана конституция Царству Польскому. Но в 1819—1820 гг. характер внутренней политики заметно меняется, она приобретает консервативно-религиозный оттенок, олицетворявшийся Аракчеевым, А. Н. Голицыным, М. Л. Магницким и архимандритом Фотием.

Первый период либеральных преобразований (1801—1804). Эпоха Александра I известна прежде всего серьезными преобразованиями высших органов государственной власти, а также конституционными проектами. Административно-политические новшества были вызваны как взглядами императора на характер и задачи государственного управления, так и необходимостью изменения сложившихся при Павле I и вызвавших недовольство российской элиты методов правления. В манифесте по случаю вступления на престол молодой император заявил о желании править «по закону и сердцу» своей бабки Екатерины II. Было также объявлено о восстановлении Жалованной грамоты дворянству. Тем не менее его правление не стало прямым продолжением екатерининского, о многих сторонах которого он отзывался крайне отрицательно. «В наших делах господствует неимоверный беспорядок, — писал он еще при жизни императрицы, — грабят со всех сторон, все части управляются дурно, порядок, кажется, изгнан отовсюду». Человек другой эпохи и воспитания, он нс желал быть дворянским царем, более ясно понимал пагубность крепостного права, ему были близки идеи «прав человека и гражданина». Унаследовав екатерининскую мягкость, часто лицемерную, способность очаровывать людей, Александр воспринял от отца идеи долга и порядка, не доводя их до крайних форм. Наконец, следуя собственным убеждениям, он пытался провести либеральные преобразования, в том числе конституционные.

Вскоре после вступления на престол, подтверждая официально заявленное направление политического курса, Александр создает Непременный совет, в состав которого вошли преимущественно известные екатерининские вельможи. Совет должен был «рассматривать и уважать государственные дела». Однако вскоре было разъяснено, что его полномочия носят исключительно совещательный характер, «силу соображения». Совет стал наследником совещательных учреждений при монархе, которые под разными названиями существовали в середине — второй половине XVIII в. О создании влиятельного учреждения, подобного Верховному тайному совету или Кабинету министров, речь не шла.

Большое влияние на ход дел в это время оказывал Негласный (т. с. секретный) комитет — неформальный кружок либерально мысливших «молодых друзей» императора, в состав которого входили В. П. Кочубей, Н. Н. Новосильцев, П. А. Строганов и выходец из знатной польской семьи А. Чарторый- ский. Комитет видел свою главную задачу в подготовке России к постепенному переходу к конституционному строю, конкретные формы которого представлялись его членам очень туманно, а время создания данного строя — неопределенно. Для подготовки России к конституционному правлению считали необходимым предварительно развить в ней образование, решить крестьянскую проблему, усовершенствовать государственную администрацию. Именно последняя проблема считалась наиболее легкой, поэтому реформы первых лет правления Александра относились преимущественно к административной сфере. Со временем Негласный комитет собирается все реже, после образования министерств его участники перешли на работу в данные ведомства.

В сентябре 1802 г. одновременно появились два указа. Один из них объявил о создании восьми министерств. Другой определил статус Сената как органа контроля над администрацией и высшего судебного учреждения империи, «хранилища законов», которое имело право ремонстрации (обращения) к императору в отношении мер, которые, по мнению сенаторов, противоречили существующему законодательству. Большого практического значения последнее право не имело, Сенат быстро лишился его.

Министерская реформа заменила сложившуюся при Петре I систему коллегий учреждениями, построенными по принципу единоначалия, а следовательно, более оперативными и действенными, с персональной ответственностью их руководителей за положение дел в ведомстве. Позже «Общее учреждение министерств» (1811) утвердило стандартную структуру новых центральных административных органов. Во главе их стоял министр, имевший товарища (заместителя). Министерство делилось на департаменты, руководимые директорами, департаменты — на отделения, главами которых были их начальники, а отделения — на столы, подчиненные столоначальникам.

Создание министерств повлекло образование Комитета министров, на рассмотрение которого выносились дела, затрагивавшие интересы нескольких ведомств и сложные вопросы, поставленные или самими министрами или императором. Комитет не являлся правительством в современном значении этого понятия, а был совещанием равноправных и независимых руководителей. Его председатель только вел заседания и докладывал об их итогах монарху, он не имел права отдавать министрам распоряжения. Отсутствие «объединенного правительства» было крупным и со временем все более ощутимым недостатком административной системы империи, который провоцировал ведомственную борьбу и предопределял отсутствие должного единства в деятельности государственного аппарата. Нежелание Александра I и его наследников учредить пост первого министра (премьер-министра) объяснялось их стремлением сохранить за собой полный контроль над правительством. В XIX в. империя управлялась при помощи системы «всеподданнейших докладов»: министр при личной встрече представлял монарху краткий доклад относительно содержания вопроса и получал соответствующее распоряжение.

Второй этап либеральных преобразований (1808—1812). После всплеска реформаторской деятельности в первые годы правления Александра I энергия внутриполитических преобразований постепенно слабеет. Прекратил свою деятельность Негласный комитет. Эта пауза была вызвана не только вступлением России в войну с наполеоновской Францией, но и необходимостью завершить уже начатые реформы, определенным разочарованием императора в своих «молодых друзьях», поиском новых идей и соратников. Преобразования возобновляются после Тильзитского мира (1807).

В 1809 г. к России отошли восточные провинции Швеции, из которых Александр I решил создать автономное Великое княжество Финляндское. На его территории Александр правил не как неограниченный монарх, а как конституционный великий князь. В княжестве были сохранены местные права и привилегии, в том числе сословный сейм.

Преобразования этого времени тесно связаны с деятельностью М. М. Сперанского, ставшего в 1808 г. наиболее близким и доверенным сотрудником Александра. Сын бедного сельского священника, он благодаря своим способностям сделал головокружительную карьеру и стал самой заметной фигурой в среде русской бюрократии первой половины XIX в. По поручению монарха Сперанский подготовил записку «План государственного преобразования. Введение к уложению государственных законов» (1809) — план перехода России к конституционной форме правления. Время, писал автор, есть главный источник политического обновления, «никакое правительство, с духом времени несообразное, против всемогущего его действия устоять не может». «Дух времени» требовал серьезных перемен в политическом строе империи, и лучше, полагал Сперанский, если они появятся в результате «благодетельного вдохновления верховной власти», а не «воспаления страстей и крайности обстоятельств».

Замысел Сперанского состоял в замене самодержавного правления конституционным, при сохранении за монархом широких политических и административных полномочий. Император сохранял полный контроль над правительством. обладал законодательными правами, однако последними он пользовался уже не единолично, а совместно с представительным учреждением — Государственной думой, которая возглавляла целую систему местных дум. В волости владельцы определенной недвижимости (предлагался имущественный избирательный ценз) выбирали волостную думу, волостные думы формировали думу окружную, окружные — губернскую, а губернские думы посылали своих представителей в главную — Государственную думу. Частью плана Сперанского было создание Государственного совета — органа, призванного соединять и координировать все ветви власти, преодолевать их излишнее разделение, а также консультировать монарха по вопросам законодательства.

1 января 1810 г. Государственный совет был открыт, но приобрел иное значение, чем предполагал план Сперанского. Совет стал высшим законосовещательным учреждением империи, в состав которого входили министры и специально назначенные члены из высших сановников империи. Дальнейшие шаги по реализации конституционного проекта не последовали. Более того, в 1812 г. Сперанский был уволен в отставку и сослан. Столь стремительное крушение карьеры этого государственного деятеля было не в последнюю очередь вызвано интригами его недоброжелателей и раздражением влиятельных дворянских кругов, к мнению которых Александр был особенно чувствителен накануне ожидавшейся войны с Францией. Аристократия была раздражена принятым по инициативе указом, превратившим придворные чины в почетные отличия, не дававшие служебных прав при переходе на военную или гражданскую службу. Бюрократия — указом, вводившим образовательные требования для соискателей высоких чинов: необходимо было иметь высшее образование или сдать специальный экзамен. Еще более широкое недовольство вызывала жесткая финансовая политика, проводившаяся Сперанским в ожидании войны. Критике деятельности Сперанского посвятил свою «Записку о древней и новой России» влиятельный и талантливый Н. М. Карамзин.

Однако главная причина неудачи конституционных проектов Александровской эпохи имела более принципиальный характер. Империя была плохо подготовлена к введению парламентаризма даже в ограниченном виде. Она не имела влиятельной буржуазии и интеллигенции, способных стать проводниками либеральных идей, се дворянство отличалось социально-политическим консерватизмом. Имущественный ценз создал бы в представительных учреждениях России дворянское большинство. Но будет ли благом ограничение власти просвещенного монарха дворянством? Многие сторонники прогресса России и позже, при Александре II, сомневались в этом. Александр I, от природы склонный к сомнениям и колебаниям, видимо, запутался в этих сложных вопросах, не зная, на что решиться, плыл по течению. В Польше и Финляндии течение понесло его в одну сторону, в России — в другую.

Возобновление реформ (1815—1819). После окончания войн с Наполеоном Александр I попытался вернуться к своей либеральной программе. По инициативе местных помещиков произошло освобождение (без земли) крестьян в «Остзейских губерниях» — Эстляндии, Курляндии и Лнфляндии. Из отошедших к России польских земель было создано автономное Царство Польское, которому была дарована конституция (1815). Выступая на открытии Польского сейма, Александр заявил, что поляки должны доказать возможность соединения свободы и порядка, что в случае успеха опыта в его намснснис входит распространение подобных учреждений на остальную территорию империи. По его поручению Новосильцев, находившийся тогда в Варшаве, негласно составил новый конституционный проект — «Уставную грамоту Российской империи», который в итоге постигла судьба проекта Сперанского.

Консервативный курс (1820—1825). Но постепенно характер деятельности Александра меняется. Он все более увлекается религией, Министерство народного просвещения было преобразовано в Министерство духовных дел и народного просвещения с целью придать образованию религиозный характер. Из высшей школы вынуждены были уйти многие заподозренные в вольномыслии профессора, настоящему погрому подвергся Казанский университет. Император несколько теряет интерес к делам управления, путешествует по России, внешнеполитические дела заставляют его надолго покидать се пределы. Во время нахождения за границей к нему пришло сообщение о волнениях солдат Семеновского полка (1820), которые были вызваны муштрой полкового командира. «Семеновская история» произвела на Александра большое впечатление, он увидел в ней свидетельство проникновения революционных идей в армию.

В этих условиях во главе государственного управления фактически оказался Л. Л. Аракчеев, поэтому последние годы правления Александра I стали именоваться «аракчеевщиной». Выдвинувшийся еще при Павле I, человек грубый и властный, он вместе с тем был всецело предан монарху, являлся хорошим администратором. «Без лести предан» — был девиз его герба. Исполнителем воли Александра I он был, создавая военные поселения, которым сам нс симпатизировал. Поселения должны были составить стратегический резерв вооруженных сил, который мог быть задействован в случае возникновения крупной военной угрозы. На положение военных поселенцев переводились некоторые части регулярной армии, а также государственные крестьяне, проживавшие вдоль этнической границы России — в районе Новгорода, Пскова, Смоленска, Правобережной Украины. Поселяне должны были совмещать занятия сельским хозяйством и военное дело, их дети (кантонисты), подрастая, пополняли ряды армии. Цель реформы казалась ее авторам благой. Она должна была сократить расходы на содержание вооруженных сил, уменьшить рекрутские наборы, улучшить быт части солдат, позволить им иметь свои хозяйства, семьи. Однако полувоенные условия быта, особенно тягостные для переведенных на положение военных поселенцев крестьян, неоднократно вызывали среди них волнения (Чугуевское в 1819 г. и др.).

Аракчеев не являлся каким-то экстраординарным деспотом и чудовищем. В XVIII в. Россия знала гораздо худших вельмож. Недовольство аракчеевщиной было вызвано том, что она совпала с распространением в русском обществе, офицерстве передовых идей, ожиданием либеральных реформ. Вектор общественных ожиданий не совпал с направлением правительственной политики.

В ноябре 1825 г. император Александр I неожиданно скончался в Таганроге. Внезапная смерть на далекой окраине еще нс старого (48 лет) монарха породила в народе легенду о том, что он тайно отказался от престола и стал странником Федором Кузьмичом.

Движение декабристов. В начале XIX в. Россия впервые столкнулась с заметным и независимым от власти проявлением общественной активности — общественным движением, которое вошло в историю как декабризм. Движение было вызвано рядом причин.

  • 1. Цивилизационным прогрессом России в течение XVIII — начала XIX в. Он привел к формированию слоя образованных дворян, соединявших высокие понятия о сословной чести с интеллектуальными интересами. Свои плоды принесли усилия Александра I (первых его лег правления) по распространению в дворянской среде образования. Закономерно среди декабристов было немало выпускников Московского университета. Царскосельского лицея. Московской школы колонновожатых и т. д.
  • 2. Великой Французской революцией и связанным с ней комплексом политических идей. Одним из последствий революции стала целая эпоха войн, которые почти четверть века сотрясали Европу. Это нс могло нс привить русскому обществу интереса к крупным политическим вопросам.
  • 3. Событиями 1812 г., «детьми» которого именовали себя декабристы. Война вызвала патриотический подъем, охвативший как дворянство, так и народные массы. «Верхи» и «низы» соединились в борьбе против иноземного нашествия, поэтому после окончания войны представители передовой дворянской молодежи не считали возможным вернуться к прежним формам взаимоотношения между ними.
  • 4. Заграничным походом русской армии, который познакомил молодое офицерство с бытом более благоустроенных, чем Россия, западноевропейских государств. Это заставило задуматься о положении дел в своей стране.
  • 5. Разочарованием в политике Александра I. Император долгое время выказывал себя сторонником либеральных реформ. Он был инициатором конституционной хартии Франции (1814), конституции Царства Польского (1815). Это позволяло ожидать либеральных преобразований и в России, но, напротив, политика Александра I, как внутренняя, так и международная, постепенно приобрела консервативно-охранительный характер.
  • 6. Революциями в Испании и ряде итальянских государств (1820—1821), которые были подготовлены тайными обществами при активном участии молодых офицеров. В 1821 г. началось восстание в Греции, инициированное Александром Ипсиланти — отставным генерал-майором русской службы. Национально-освободительное движение охватило Латинскую Америку. Данные события стали примером для русских офицеров, вошедших в состав тайных обществ.

Организационные формы движении декабристов. Окончательную политическую и организационную форму декабристские организации приобрели не сразу. У их истоков стояли так называемые преддекабристские организации. Это были офицерские кружки и артели, возникшие в то время, когда после завершения войны с наполеоновской Францией часть русской армии временно находилась за границей, другая — вернулась на родину (Орден русских рыцарей, Священная артель и др.). Их численность была невелика, политические программы — неопределенны, никаких конкретных политических действий они не предприняли, но многие их участники вошли в состав декабристских организаций нового поколения — раннсдекавристских.

Первой из них стал Союз спасения (другое название — Общество истинных и верных сынов Отечества), возникший в Петербурге в среде гвардейского офицерства в 1816 г. Его основателями стали А. Н. Муравьев, П. М. Муравьев,

С. П. Трубецкой, М. И и С. И. Муравьевы-Апостолы, И. Д. Якушкин. Постепенно состав организации расширился, среди ее новых членов выделялся П. И. Пестель — талантливый и честолюбивый человек, которого постоянно подозревали в стремлении стать революционным диктатором. Именно Пестель фактически стал руководителем организации. Союз принял программу — статут. Его члены являлись сторонниками конституционной монархии, ожидали конституционных реформ от Александра I, но в случае необходимости готовы были принудить правительство к ним.

Организационно, но плану Пестеля, союз должен был походить на тайные общества итальянских карбонариев и масонские ложи. Предполагалось разделить его на несколько степеней посвящения в цели общества. Реальной властью должны были обладать высшие руководители —- «бояре», ниже стояли «мужи», а еще ниже — рядовые члены («братья»).

После отъезда Пестеля из Петербурга в союзе усилились разногласия, он распался. Однако его члены вошли в состав новой, возникшей в 1818 г. организации, получившей название Союз благоденствия. По своим целям он заметно отличался от своего предшественника. Его главной задачей стало формирование общественного мнения, которое должно было подтолкнуть правительство на путь реформ, деятельность в области филантропии, просвещения, издательства и т. д. Эту работу можно было вести легально, предполагалось привлечь к ней значительное общественные силы.

Действительно, численность общества достигала 200 человек против 30, состоявших в Союзе спасения. Впрочем, руководители новой организации нс собирались отказываться от революционных целей. Предусматривалось, что после подготовительной работы, когда российская общественность будет подготовлена к этому, можно будет произвести революционный переворот. Соответственно и программа Союза благоденствия, получившая по цвету переплета название Зеленой книги, разделялась на две части. Первая была известна всем членам общества, она провозглашала его легальные, филантропические цели общества. Вторая часть была известна преимущественно руководителям общества, членам се Коренной управы. Здесь заявлялось, что конечной целью союза являлись ограничение самодержавия, введение конституции, «законно-свободного правления», уничтожение крепостного права.

Постепенно и в этом раннедекабристском обществе усилились разногласия. Значительная часть его руководителей разочаровалась в легальной деятельности, склонялась к более решительным действиям. К тому же действия Союза благоденствия привлекли внимание правительства, вызвали беспокойство самого императора Александра. Поэтому в 1821 г. решено было официально объявить о роспуске союза, имея при этом целью создание из наиболее проверенных его членов новой тайной организации. Впрочем, некоторые инициаторы роспуска Союза благоденствия, напротив, стремились избавиться от радикалов вроде Пестеля.

Роспуск Союза спасения привел к возникновению собственно декабристских организаций — Южного и Северного обществ. Первым возникло Южное общество (1821). Его ядро составили офицеры Второй армии, штаб которой находился на Украине в Тульчинс. Им фактически руководил Пестель, командир Вятского полка. В 1822 г. в Петербурге возникло Северное общество. Первоначально наибольшим влиянием в нем пользовался Н. М. Муравьев, позже — К. Ф. Рылеев. Два общества являлись как бы автономными частями единой организации, поддерживали между собой постоянную связь. Их общей целью была ликвидация самодержавия и крепостного права методом военного переворота. Но существовали и некоторые отличия, отразившиеся в программных документах двух декабристских обществ — «Русской правде» П. И. Пестеля и «Конституции» Н. М. Муравьева.

Программные документы декабристов. «Русская правда» предполагала превращение России в унитарную республику, управляемую однопалатным парламентом — Народным вечем, — который избирал коллективное правительство — Державную думу. Каждый из ее членов по очереди в течение года должен был исполнять обязанности президента. Правом голоса обладали все граждане России с 18 лет. Пестель предлагал уничтожить крепостное право, а земельный вопрос разрешить так: всю землю следовало разделить на две половины — общественную и частную. Общественная земля не могла быть объектом купли-продажи, право на се часть имели все, желающие заниматься сельским хозяйством. Частная земля являлась объектом продажи, ее могли прикупать лица, желающие расширить свое хозяйство.

«Конституция» Муравьева предполагала превращение России в конституционную монархию, где император являлся главой исполнительной власти — «верховным чиновником». Законодательная власть принадлежала двухпалатному парламенту, который также именовался Народным вече. Избирательным правом пользовались только лица, отвечавшие установленному имущественному цензу. Муравьев предлагал превратить Россию в федерацию земель, каждая из которых обладала значительной самостоятельностью. «Конституция» предусматривала немедленную отмену крепостного права, но крестьяне должны были получить сравнительно небольшие наделы — приусадебные участки и по две десятины земли. Таким образом, план Муравьева был более умеренным, чем проект Пестеля. Впрочем, его нельзя считать официальной точкой зрения Северного общества. «Конституция» обсуждалась его членами, вызвала оживленные споры, но не была принята.

Выступление декабристов. Неожиданная смерть Александра I и не менее неожиданное отречение от престола считавшегося официальным наследником великого князя Константина, назначенная псреприсяга на имя императора Николая I, возникшие в связи с этим фактическое безвластие и общественное недоумение заставили участников тайных обществ выступить раньше, чем они предполагали. Был составлен манифест об уничтожении «бывшего правления» и крепостного права, который предполагалось объявить от имени Сената. Для того чтобы принудить Сенат к этому, нс допустить его присяги Николаю I, участники Северного общества решили собраться утром 14 декабря на Сенатской площади. Выступление было плохо подготовлено и еще хуже исполнено. На площадь удалось привести около 3000 солдат — Московский полк, часть морского экипажа и лейб-гренадеров.

Понимая, что для массы солдат их политические планы непонятны, декабристы заявили, что выступают в защиту законных прав на престол Константин на, который якобы нс отрекся от него. Быстро выяснилось, что сенаторы уже присягнули Николаю и разъехались. Еще более важные последствия для восстания имело уклонение от участия в нем избранного ранее «диктатором» С. П. Трубецкого. В результате большую часть времени восставшие простояли, ожидая его появления. Николай I не желал начинать правление пролитием крови своих подданных. Он посылал увещевать восставших популярного петербургского генерал-губернатора Милорадовича, своего брата Михаила, митрополита Серафима. Первый был убит, во второго стреляли, третьего отказались слушать. Тогда император решил прекратить затянувшееся противостояние и приказал стрелять из пушек картечью, которая рассеяла восставшие войска.

Узнав о событиях в Петербурге, стало действовать и Южное общество. К этому времени Пестель был арестован, поэтому во главе восстания встали С. И. Муравьев-Лпостол и М. П. Бестужев-Рюмин. Под их командованием Черниговский полк 29 декабря 1825 — 3 января 1826 г. совершил рейд из города Васильков с целью соединиться с другими воинскими частями, на поддержку которых рассчитывали заговорщики. План не удался, и Черниговский полк также был рассеян стрельбой картечью.

Суд над декабристами. Всего к следствию по делу декабристов было привлечено около 600 человек. Большинство декабристов на следствии давали очень откровенные показания, что позволило восстановить всю картину восстания, его предысторию. Учрежденный над декабристами суд разделил участников декабристских организаций в зависимости от степени их вины на разряды, приговорив их соответственно к четвертованию, повешению, каторге. Николай I смягчил наказание: четвертование было заменено повешением, повешение — каторгой. Пятеро декабристов (Бестужев-Рюмин, П. Г. Каховский, Муравьев-Апостол, Пестель, Рылеев) были казнены 13 июля 1826 г.

Первый опыт революции в России закономерно закончился неудачей — слишком невелики были силы участников тайных обществ для осуществления задуманного им переворота. Тем не менее выступление имело далеко идущие последствия — героизированные и идеализированные декабристы стали апостолами революционного движения в России, предметом поклонения последующих поколений его представителей.

Император Николаи I. Характер и политическая программа. Император Александр I скончался, не оставив прямых наследников. Официальным преемником считался его брат Константин, проживавший в Польше, где фактически являлся наместником. Ему и стали приносить присягу. Однако вскоре выяснилось, что Константин ранее тайно отрекся от престола в пользу еще одного сына Павла I — Николая. Возникшим замешательством воспользовались декабристы — участники тайных обществ, поднявшие в декабре 1825 г. восстания в Петербурге и на Юге России. Эти драматические события оказали сильное влияние на политический курс нового императора.

Николай I был неглуп, трудолюбив, умел повелевать, обладал выразительной внешностью и величественными манерами, «улыбкой Юпитера». Воспитанный как офицер, он привнес армейские привычки в порядок управления империей. Новый император придерживался консервативных политических взглядов, был убежденным монархистом. Вступив на престол под залпы направленных на декабристов пушек, современник революции 1830 и 1848 г. в Европе, он еще более укрепился в своих убеждениях. Революция стоит на пороге России, говорил он, но пока я жив, она нс переступит его. Так, в 1849 г. Николай I послал русскую армию подавить революцию в Венгрии.

Вместе с тем он не мог игнорировать потребностей времени, понимал необходимость определенных внутриполитических преобразований. Император приказал составить свод показаний декабристов, чтобы выяснить причины их выступления. 6 декабря 1826 г. был создан секретный комитет, который должен был исследовать положение дел в империи и предложить меры по исправлению недостатков. Главой комитета стал председатель Государственного совета В. П. Кочубей, в прошлом один из «молодых друзей» Александра I. Здесь активно трудился М. М. Сперанский, которого император вновь привлек к активной работе. Известно, что Николай Павлович был противником крепостного права, заявлял о своем желании «вести процесс... против рабства».

Однако эти реформаторские импульсы так и нс превратились в реформы. Причины неудачи проектов социально-политических преобразований объяснялись не только политическими предрассудками монарха. Российская империя в это время столкнулась с проблемой, неоднократно возникавшей в отечественной истории. Социальная болезнь, которую собирались подвергнуть лечению, оказалась настолько запущенной, что попытки излечения представлялись не менее опасными, чем невмешательство. «В том-то и беда наша: коснуться одной части считается невозможным, нс потрясая целого, а коснуться целого отказываются потому, что, дескать, опасно тронуть 25 млн народу. Как же из этого выйти? — Очень просто: не трогать ни части, ни целого: так мы, может быть, дольше проживем», — разъяснял доминировавшее при дворе настроение один из высших николаевских чиновников. В унисон звучали слова императора, высказанные в 1842 г. на заседании Государственного совета: «Нет сомнения, что крепостное право, в нынешнем его положении у нас, есть зло, для всех ощутительное и очевидное, но прикасаться к нему теперь было бы делом еще более гибельным». Это «не вовремя» и «как бы нс было хуже» стало главным лозунгом внутренней политики Николая I. В результате, так ничего не решив, прекратил свою деятельность комитет 6 декабря, во многом бесплодной была деятельность секретных комитетов, занятых обсуждением крестьянского вопроса.

Осторожность Николая I была вызвана не только его личными политическими пристрастиями, но и сложностью внутреннего и международного положения России. В 1830—1831 гг. по стране прокатилась волна «.холерных бунтов», добравшаяся до Петербурга. Волнения были вызваны карантинными мерами властей. Жертвами бунтов стали врачи, заподозренные в стремлении «извести народ». Эти события показали иррациональность поведения народных масс. Одновременно началось восстание в Царстве Польском, потребовавшем независимости в границах 1772 г., т. е. возвращения Литвы, Белоруссии и Правобережной Украины. Эти внутренние конфликты проходили на фоне все более масштабных революционных выступлений в Западной Европе.

Правление Николая I, несмотря на присущий ему консервативный характер, нс было однородным, в нем можно выделить несколько периодов. В 1825—1830 гг. император, не подготовленный заранее к занятию престола, изучает положение дел в России, проводит важные административно-политические преобразования: реформируется его канцелярия, начинается систематизация законов. В 1830 г. реформы приостанавливаются не без влияния чумных бунтов и польского восстания. Последнее дискредитировало в глазах Николая либеральные учреждения его старшего брата. Во второй половине 30-х гг. реформы возобновляются, в центре правительственной политики оказался крестьянский вопрос. В 1848 г. под впечатлением европейской революции режим был резко ужесточен, последние годы правления Николая I часто именуют «мрачным семилетием».

«Теория официальной народности». Ответом правительственных кругов на выступление декабристов, возросшие интеллектуальные запросы русского общества, революционное движение в Западной Европе стало формирование официальной государственной доктрины, получившей неофициальное название «теории официальной народности». Ее основные положения, опираясь на взгляды Н. М. Карамзина, сформулировал С. С. Уваров. Высокообразованный человек, являвшийся при Александре I либералом, он в новое царствование превратился в конссрватора-монархиста. В 1832 г. Уваров был назначен товарищем (заместителем) министра народного просвещения. Проведя ревизию ряда университетов, в том числе Московского, где была раскрыта деятельность кружка Сунгурова, он представил отчет, в котором посчитал необходимым строить образование на «истинно русских хранительных началах православия, самодержавия и народности». Отчет получил одобрение императора, и Уваров был назначен министром народного просвещения.

«Уваровская триада»: православие, самодержавие, народность — стала основой идеологии русского монархизма. В публицистике данные взгляды пропагандировали московские профессора историк М. П. Погодин, филолог С. П. Шсвырсв, издававшие журнал «Москвитянин». Монархисты рассматривали самодержавие как государственный строй, исторически выработанный Россией и обеспечивший се величие и блестящее международное положение. Православие они считали истинным христианством и «душой» русского народа, средоточием его нравственных ценностей. Под народностью подразумевался особый склад, якобы присущий русскому народу, который не намеревался ограничить самодержавие и доверял монарху. В свою очередь царь стремился к «единению с народом», отстаивал подлинные интересы России. Для идеологов «официальной народности» характерно было противопоставление патриархальной России Западу с его классовой борьбой и социальными конфликтами.

Система личного правления. Ответом Николая I на «вызов времени» стало стремление, сохраняя самодержавно-бюрократическую форму правления, придать ей большую эффективность и законность. Субъективно желая только блага и славы для Отечества, император стремился лично решать государственные дела, контролировать бюрократию, злоупотребления которой были ему хорошо известны. Редкий монарх работал так много, демонстрировал такую личную дисциплину. По свидетельству Л. Ф. Тютчевой, император «проводил за работой 18 часов в сутки, ...трудился до поздней ночи, вставал на заре, спал на твердом ложе, ел с величайшим воздержанием, ничем не жертвовал ради удовольствия и всем ради долга, и принял на себя больше труда и забот, чем последний поденщик из его подданных».

Стремление императора взять в свои руки бразды правления привело, с одной стороны, к передаче важных административных функций генерал- адъютантам — офицерам свиты и доверенным лицам монарха, с другой — к возрастанию роли Собственной его императорского величества канцелярии (С. Е. И. И. К.). Возникшая ранее, она при Николае I превратилась в важнейший государственный орган главный элемент государственного управления. Постепенно Канцелярия разделилась на шесть отделений: первое отделение сохранило функции секретариата монарха, второе — занималось приведением в систему российских законов, третье — руководило политической полицией, четвертое — ведало различными благотворительными учреждениями, пятое — специализировалось на крестьянских делах, шестое — устраивало быт Кавказа, где продолжалась тяжелая война с горцами.

Кодификация законов. Ведущую роль в С. Е. И. В. К. играли I, II, III и IV отделения. Создание II отделения было связано со стремлением Николая I придать государственному управлению большую законность, ограничить произвол чиновников, обусловленный нс только сложившимися бюрократическими привычками, но и отсутствием в России систематизированного законодательства, что создавало условия для административных злоупотреблений. Все монархи, начиная с Петра I, стремились решить данную проблему, но безуспешно. Систематизация законодательства стала главной задачей II отделения, фактическим руководителем которого был Сперанский. Он предложил императору не только собрать и систематизировать законы, но и внести в них изменения, приспособить к новым реальностям. I 1иколай, ценивший Сперанского как знающего и опытного чиновника, отверг этот подход и предложил ограничиться систематизацией уже существующих законов.

Прежде всего Сперанский собрал все законодательные акты, появившиеся с момента принятия Соборного уложения 1649 г. В результате появилось Полное собрание законов (ПСЗ) в 45 томах. Документы здесь были расположены в хронологическом порядке. Затем появился 15-томный Свод законов, содержавший только действующее законодательство. Материал Свода был систематизирован, сгруппирован по проблемам. Открывали Свод Основные законы, определявшие характер существовавшего в России общественно-политического строя как самодержавной и неограниченной монархии, управляемой «натвердом основании положительных законов... от верховной власти исходящих». Николай I щедро наградил знаменитого русского юриста и государственного деятеля. На торжественном заседании Государственного совета он снял с себя и возложил на Сперанского голубую ленту ордена Андрея Первозванного — высшего в России. Позднее ему был пожалован графский титул.

III отделение. В системе николаевского режима особую роль играла политическая полиция — созданное в 1826 г. по инициативе A. X. Бенкендорфа IIIотделение С. Е. И. В. К. Преобразование в сфере государственной бсзопасности было вызвано тем, что Министерство внутренних дел «проглядело» тайные организации декабристов. Бенкендорф первоначально предположил воссоздать сушсствовавшсе ранее Министерство полиции, однако Николай, следуя своим политическим взглядам, предпочел передать эту деликатную функцию структурному подразделению своей канцелярии. У III отделения были две связанные между собой функции — репрессивная и информационная. Ему была поручена борьба с политическими преступлениями, фальшивомонетчиками, надзор над сектантами, иностранцами и т. п. Одновременно Отделение должно было информировать императора о положении дел в стране, настроениях русского общества, злоупотреблениях чиновников, случаях притеснения ими обывателей и т. д. С этими целями создавалась сеть осведомителей. Штат III отделения не был велик, поэтому для укрепления нового учреждения в его ведение был передан Отдельный корпус жандармов. С тех пор именно жандармы, их синие мундиры стали в России символами политической полиции.

Создавая III отделение, Николай вручил Бенкендорфу в качестве инструкции белый платок, которым руководитель политической полиции должен был утирать «слезы страждущих». Действительно, III отделение нс было замечено в неоправданных репрессиях и пытках. Однако николаевские жандармы снискали мрачную репутацию в русском образованном обществе, ибо являлись символами того режима, не только политический курс, но и «душа» которого вошли в противоречие с устремлениями нарождавшейся интеллигенции. Методичный, систематический политический надзор, несмотря на стремление придать ему характер «отеческой опеки», создал преграду между самодержавием и интеллигенцией.

Правительственный надзор над обществом, печатью и университетами особенно усилился в последние годы правления Николая I. В связи с европейской революцией 1848—1849 гг. он окончательно отказался от попыток каких- либо реформ. Созданный в 1848 г. комитет под председательством Д. П. Бутурлина следил за бдительностью цензуры и сажат под арест недостаточно ретивых ее представителей. В сложившейся обстановке даже апологет монархии, автор «теории официальной народности» С. С. Уваров показался недостаточно твердым министром народного просвещения и был заменен П. А. Ши- ринским-Шихматовым, заявившим о необходимости придать высшему образованию религиозный характер. Новый министр ограничил число студентов, повысил плату за образование и закрыл кафедры философии, казавшиеся рассадником вольномыслия. Был усилен контроль над чиновничеством. В Положении о гражданской службе появился «третий пункт», позволявший начальству увольнять заподозренного в неблагонадежности служащего без объяснения причин и права обжалования. Был практически запрещен выезд за границу.

Особенности развитии общественно-полиз ической мысли. Россия в правление Николая I нс знала общественных организаций равных по своей численности и значению декабристским. Это объяснялось не только испугом, который охватил общество после подавления выступления декабристов и ужесточением правительственной политики. Декабристские организации были вызваны к жизни не только закономерными, но и случайными причинами.

уникальными, нс повторившимися более условиями, сложившимися после Отечественной войны 1812 г. Тем нс менее общественное развитие шло и в николаевскую эпоху, но шло оно не «в ширь», а «в глубь». Декабристы были не мыслителями-философами, а революционными деятелями. Тс, кто пришел им на смену, занялись углубленным теоретическим анализом проблем России. Интерес к ним был связан не только с возросшим образовательным уровнем русского дворянства, но с начавшимся формированием такой социальной группы, как интеллигенция. Профессионально занятая интеллектуальной деятельностью, она нс могла не задуматься над прошлым, настоящим и будущим России, происхождение, часто разночинское, подталкивало ее к критической оценке российской действительности. Местом, где преимущественно сосредоточились данные процессы, был Московский университет и московские интеллектуальные салоны.

Общественное развитие в правление Николая I прошло через два этапа. В конце 1820-х и первой половине 1830-х гг. оно было мало заметно, представлено немногочисленными кружками, преимущественно студенческими. Во второй половине 1830-х — 1840-е гг. наблюдается быстрое развитие общественно-политической мысли. В истории русской общественности данный период известен как «замечательное десятилетие», «удивительное время наружного рабства и внутреннего освобождения» (Л. И. Герцен). Именно в это время в целом завершается политическая дифференциация общественной мысли на консервативно-охранительную, либеральную и революционно- демократическую, формируются оригинальные политические теории.

Политические кружки конца 1820-х — первой половины 1830-х гг. Оппозиция правительству в это время была представлена деятельностью как отдельных лиц, так и небольших кружков. Так, за революционную поэму «Сашка» был отдан в солдаты выпускник Московского университета Л. И. Полежаев. В самом университете возник кружок трех братьев Критских, члены которого считали себя продолжателями дела декабристов, выступали за переход к конституционному строю через цареубийство и вооруженный переворот. Деятельность кружка Критских длилась всего несколько месяцев, летом 1826 г. он был разгромлен полицией, его участники оказались в крепости, в солдатах.

Поступивший в 1829 г. в Московский университет В. Г. Белинский создал вместе со своими товарищами по комнате в студенческом общежитии «Литературное общество П-го нумера». Его участники обсуждали волновавшие передовую молодежь проблемы истории, философии, литературы. Деятельностью Белинского стала причиной его исключения из университета «за ограниченности способностей» (1832). Параллельно с кружком Белинского в университете действовали другие студенческие сообщества.

Сунгуровское общество по своим целям походило на кружок братьев Критских. Его участники также считали себя преемниками декабристов (Н. П. Сун- гуров для поддержания своего авторитета даже выдавал себя за участника уцелевшей декабристской организации), стремились учредить в России конституционный строй. Методом достижения поставленной цели должно было стать вооруженное восстание, к которому предполагалось привлечь народные массы — «московскую чернь». Кружок был раскрыт полицией, его участники приговорены к смертной казни (замененной другими наказаниями), каторге, ссылке, отдаче в солдаты (1831).

В это же время в Московском университете учились Л. И. Герцен и Н. П. Огарев. Друзья детства, они еще до поступления в университет на Воробьевых горах, очарованные открывшейся перед ними панорамой Москвы, дали аннибалову клятву посвятить свою жизнь борьбе с самодержавием. Этой клятве они следовали, став студентами. Кружок Герцена и Огарева, составленный преимущественно из студентов и выпускников университета, демонстрировал возросший интерес к политической теории и социальным вопросам. Участники кружка изучали труды французского социалиста-утописта Сен- Симона, с целью пропаганды своих идей планировали выпуск журнала, но были арестованы и сосланы (1834).

Особое место в истории русской общественности занял кружок, группировавшийся вокруг студента Московского университета И. В. Станкевича. Здесь сошлись такие разные, но крупные личности, как К. С. Аксаков, М. А. Бакунин, В. Г. Белинский, М. Н. Катков, Ю. Ф. Самарин, сыгравшие в дальнейшем выдающуюся роль в истории общественного движения. Участники кружка отрицательно относились к николаевским порядкам, но в отличие от Герцена и Огарева не стремились к активной политической деятельности. Их объединил глубокий интерес к новейшим немецким философским системам Канта, Фихте и в особенности Шеллинга. Несколько позже русская образованная молодежь увлеклась Гегелем.

Общественно-политическая мысль в конце 1830—1840-х гг. В середине 30-х гг. русская общественно-политическая мысль приобрела качественно новое содержание. Большой общественный резонанс вызвало опубликованное в 1836 г. первое «Философическое письмо» П. Я. Чаадаева, которое открыло качественно новый этап истории русской общественно-политической мысли. Автор критично и крайне обидно для национального самолюбия оценил роль России в мировой истории. Поставленная между Европой и Азией, она, мол, ничего не дала ни Европе, ни Азии. Подобный эпатажный взгляд совершенно не соответствовал нс только официозному патриотизму, но и национальной самооценке, доминирующей в русском образованном обществе. Реакция Николая I была своеобразной: Чаадаев был объявлен сумасшедшим. В ответ Чаадаев написал, естественно, не для печати, эссе «Апология сумасшедшего», в которой, повторяя свои прежние мысли, высказал и принципиально новую: Россия еще нс проявила себя в истории, но именно ей в будущем предстоит решить великие социальные проблемы современности.

Славянофилы и западники. Выступление Чаадаева вызвало острую полемику, шедшую как в печати, так и в распространенных тогда литературно- философских салонах. Дискуссия привела к расколу интеллектуальной элиты на две группировки: славянофилов и западников. Между ними было много общего, они представляли два крыла нарождавшегося отечественного либерализма, что позволило Герцену сравнивать славянофилов и западников с двуликим Янусом или двуглавым орлом, которые «смотрели в разные стороны, но в то время как сердце билось одно». Обе группы объединяло негативное отношение к николаевскому самодержавно-бюрократическому режиму и крепостному праву, понимание необходимости свободы слова, свободного общественного мнения.

Объединяло их и понимание исторического своеобразия России, но существовали и существенные различия. Несколько различался и социальный состав двух групп. В состав славянофилов входили либеральные дворяне-помещики, состав западников был более пестрым, среди них было немало ин- теллигентов-разночинцев.

Возникшие первыми славянофилы (Л. С. Хомяков, И. В. и П. В. Киреевские, К. С. и И. С. Аксаковы, Ю. Ф. Самарин, В. А. Черкасский и др.) склонны были противопоставлять Россию и Запад, культурные достижения которого, впрочем, они высоко ценили. Настаивая на особом историческом пути своего отечества, они полагали, что Россия должна прийти к национально-специфическим социально-политическим формам. Славянофилы были против формального ограничения самодержавия, идеализировали старинные земские соборы, где действовал принцип: правительству — сила власти, народу — право мнения, свобода слова (К. С. Аксаков).

Западники (С. М. Соловьев, К. Д. Кавелин, М. Н. Катков, Б. Н. Чичерин и др.), лидером которых был историк, профессор Московского университета Т. Н. Грановский, не преувеличивали национальное своеобразие России. Они склонны были рассматривать ее как часть европейской цивилизации, европейскую страну, которая, правда, отстала в своем развитии. Из этого делался вывод: Россия должна прийти к тем же социально-политическим формам, что и Западная Европа, к конституционному строю.

Расходились две интеллектуальные группировки и в оценке прошлого своей страны. Западники недооценивали московский период русской истории, подчеркивали значение Петра I как великого преобразователя России. Напротив, славянофилы, нс отрицая полезности некоторых реформ Петра, полагали, что он исказил естественное национальное развитие страны, привнес много чуждых и вредных новшеств. Увлечение славянофилов всем национальным имело положительные последствия, способствовало росту внимания к русскому языку, этнографии. Но иногда это пристрастие приобретало комичные формы. Так, некоторые славянофилы отпустили бороды, надели национальные платья, за что, как иронизировали западники, москвичи принимали их за персиян.

Кирилло-Мефодиевское общество. Брожение умов затронуло не только столицы, но и окраины империи, где нарождалась национальная интеллигенция. Зимой 1845—1846 гг. в Киеве возникло Кирилло-Мефодиевское общество, в состав которого вошли профессор Н И. Костомаров, ставший позже известным историком, П. А. Кулиш, Н. И. Гулак и др. Наибольшей известностью пользовался примкнувший к обществу художник и поэт Т. Г. Шевченко. Крепостной крестьянин, он был выкуплен на свободу группой русской интеллигенции при активном участии В. А. Жуковского, получил образование в Петербургской академии художеств.

Членов общества объединяли неприятие крепостного права и любовь к Украине, прошлое которой ими идеализировались, представлялось обществом, где существовало равенство, и казацкой вольностью. Напротив, Петр I,

Екатерина II, правивший Николай I воспринимались как разрушители данной старинной вольности. Общество выступало за независимость Украины, за образование в дальнейшем федерации славянских народов. В вопросах тактики, средств достижения поставленных целей в обществе существовали разногласия, имелись свои умеренные и радикалы. В 1847 г. организация была раскрыта, се участники подверглись различным репрессиям. Так, Шевченко был сдан солдатом в армию, где находился до 1857 г.

Кирилло-Мефодиевское общество не пользовалось заметным влиянием, но его деятельность обозначила возникновение украинофильства, представления об Украине и украинском народе как об отдельных от России субъектах. Политическую опасность подобных взглядов вполне понял глава III отделения

A. Ф. Орлов, который требовал изгнать из литературы все, что противопоставляло любовь к своей родине любовь к империи, особенно представления «о мнимых настоящих бедствиях и о прежнем, будто бы необыкновенно счастливом положении подвластных племен».

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы