Понятие и классификация субъектов правоотношений, связанных с банкротством

Субъект правоотношений, связанных с банкротством — это непосредственный участник конкурсных правоотношений, лицо, которое может быть носителем прав и обязанностей, закрепленных нормами института банкротства.

Исходя из сходства целей и интересов субъектов правоотношений, связанных с банкротством, их можно классифицировать следующим образом (рис. 2.1).

Должник, руководитель должника, участники и собственник имущества должника, их представители, контролирующие должника лица

Институт банкротства придает термину «должник» более узкое значение, чем гражданское право в ст. 307 ГК РФ. Должник — это физическое или юридическое лицо, оказавшееся неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий или оплате труда, или исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев. Для некоторых категорий должников этот срок может быть иным (см. приложение 1).

Классификация субъектов конкурсных правоотношений исходя из сходства их целей и интересов

Рис. 2.1. Классификация субъектов конкурсных правоотношений исходя из сходства их целей и интересов

Проблемы терминологии

Закон о банкротстве придает термину «должник» более широкое значение, чем определение должника, содержащееся в ст. 2 этого же Закона. Он называет должником лиц, которые:

  • а) не смогут исполнить в срок свои денежные обязательства и обязанности (ст. 8);
  • б) отвечают признакам неплатежеспособности, недостаточности имущества или банкротства (ст. 2, 9, 10);
  • в) фактически платежеспособны, но в отношении них возбуждено дело о банкротстве (например, по подложному договору или при фиктивном банкротстве).

Лица, которые не могут участвовать в правоотношениях банкротства в качестве должника и признаваться банкротами:

  • а) Российская Федерация, субъекты РФ, муниципальные образования;
  • б) казенные предприятия, учреждения, политические партии, религиозные организации (ст. 65 ГК РФ);
  • в) фонды, если это установлено законом (например, Фонд перспективных исследований);
  • г) определенные законом государственные корпорации и государственные компании (например, Внешэкономбанк, Федеральный фонд содействия развитию жилищного строительства, Российская корпорация нанотехнологий, государственная компания «Российские автомобильные дороги», Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом» и иные)1.

Для некоторых категорий должников, перечисленных в гл. IX—XI Закона о банкротстве, предусмотрены особенности банкротства (см. приложение 3).

Руководитель должника — это единоличный исполнительный орган (например, генеральный директор) или руководитель коллегиального исполнительного органа (например, председатель правления), либо иное лицо, осуществляющее деятельность от имени юридического лица без доверенности. Институт банкротства наделяет его рядом прав и обязанностей (п. 1 ст. 9, п. 1 ст. 30, и. 3 ст. 72, и. 4 ст. 83, и. 2 сг. 126 Закона о банкротстве и др.). Предусмотрена также гражданско-правовая, административная и уголовная ответственность за нарушение таких норм.

Учредители (участники) должника (далее — участники должника) практически лишены возможности влияния на проведение процедур в деле о банкротстве. После возбуждения производства по делу о банкротстве они уже не могут вернуть средства, вложенные в деятельность своей компании, так как не вправе выйти из состава участников, требовать выплаты стоимости своих долей в уставном капитале. Они не отнесены ни к одной очереди кредиторов, поэтому ничего не получают и при разделе имущества должника. Участники вправе претендовать только на то имущество должника, которое не удалось продать и от которого отказались кредиторы (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве), либо которое осталось после расчетов с другими кредиторами[1] [2]. В некоторых процедурах в деле о банкротстве их полномочия прекращаются (ст. 94, 126 Закона о банкротстве). Участники вправе оказывать финансовую помощь должнику, исполнять его обязательства, в ряде случаев обязаны принимать меры по предупреждению его банкротства (п. 2 ст. 30 Закона о банкротстве).

Вопросы практики

Чтобы приобрести более выгодный статус конкурсного кредитора и тем самым получить возможность проводить на собраниях кредиторов выгодные для себя решения (о выборе арбитражного управляющего и т.п.), участники должника нередко выкупают его задолженность (права требования к должнику) у других кредиторов, в том числе на основании ст. 71.1, 85.1, 112.1, 113, 129.1 Закона о банкротстве.

Собственник имущества должника — унитарного предприятия (далее — собственник имущества должника) согласно п. 3 ст. 48 ГК РФ приравнивается к учредителям, поэтому его статус в правоотношениях банкротства соответствует статусу участников должника. Полномочия собственника имущества федеральных ГУП при проведении процедур банкротства осуществляет Росимущество1.

Представитель учредителей (участников) должника — председатель совета директоров либо лицо, избранное таким органом или участниками должника для представления их законных интересов при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве (ст. 2 Закона о банкротстве). Если должник является унитарным предприятием, то в конкурсных отношениях участвует представитель собственника имущества должника (России, субъекта РФ или муниципального образования). Через представителя участники должника (либо собственник его имущества) имеют возможность осуществлять более широкий круг прав, чем лично. Так, в отличие от самих участников, их представитель является лицом, участвующим в арбитражном процессе по делу о банкротстве, а в конкурсном производстве — лицом, участвующим в деле. Он наделен соответствующими процессуальными правами (ст. 41 АПК РФ), в том числе правом подавать в арбитражный суд жалобы на действия арбитражного управляющего, на решения собрания или комитета кредиторов и др. (ст. 12, 18, 35, 60, 72, 126 Закона о банкротстве). Однако представитель выражает волю не каждого участника должника, а их общего собрания, решения которого могут не учитывать мнение многих участников — миноритариев.

Контролирующее должника лицо — это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять его действия, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на них иным образом (ст. 2 Закона о банкротстве).

Во-первых, это руководитель, участники (за исключением миноритариев[3] [4]) или собственник имущества, члены органов управления и ликвидационной комиссии должника. Во-вторых, это широкий круг лиц, которые формально не имеют полномочий по управлению должником, но фактически ими обладают, либо обладали в течение двух лет до начала судебного этапа банкротства. Например, бывший генеральный директор, уволившийся накануне банкротства; лицо, которое вправе распоряжаться более 50% акций должника либо совершать сделки от имени должника по доверенности; рейдер, заставивший генерального директора подписать невыгодный для его организации договор[5].

Данный термин используется в конкурсном праве для определения круга субъектов ответственности за совершение деяний, повлекших банкротство (ст. 10, 187.12, 189.23 Закона о банкротстве).

Проблемы практики

В большинстве случаев создатели бизнеса (особенно среднего и крупного) стремятся скрыть свою причастность к нему, чтобы впоследствии избежать ответственности, в том числе связанной с банкротством. Для этого предприниматель создает несколько ООО, которые учреждают другие ООО либо АО, выступающие уже в роли учредителей бизнес-проекта. Нередко эта цепочка юридических лиц, ведущая от предприятия к его истинному владельцу, намного длиннее и запутаннее. В результате формально учредителями бизнес-проекта выступают внешне самостоятельные организации (нередко фирмы-однодневки), но фактически им управляет остающийся «в тени» предприниматель (контролирующее лицо) через подконтрольные ему компании. Он не отнесен законом к категории участников, руководителей или членов органов управления и не может быть привлечен к ответственности в этом качестве. Формальные же учредители при такой схеме ведения бизнеса нс имеют имущества. В результате широко распространено недобросовестное уклонение от расчетов с кредиторами, интересы которых при банкротстве остаются незащищенными. Поэтому только благодаря введению категории контролирующего лица стало возможным «снятие корпоративной вуали» и возмещение кредиторам потерь за счет лиц, в действительности определявших волю должника.

Однако судебно-арбитражная практика пока не использует данный механизм защиты прав кредиторов, рассматривая в качестве контролирующих лиц только бывших руководителей; участников, обладающих более чем половиной долей в уставном капитале1; членов ликвидационной комиссии[6] [7] [8]; в единичных случаях — родственников должника[9].

  • [1] См., например: федеральные законы от 17.05.2007 № 82-ФЗ <<0 банке развития»,от 24.07.2008 № 161-ФЗ «О содействии развитию жилищного строительства» и др.
  • [2] См.: Определение ВАС РФ от 30.08.2013 № ВАС-11276/13.
  • [3] См.: П. 1 постановления Правительства РФ от 05.06.2008 № 432 «О Федеральномагентстве по управлению государственным имуществом».
  • [4] См.: Постановление ФАС Московского округа от 18.02.2013 по делу № А40-64071/11-103-6Б.
  • [5] Например, используя шантаж, угрозы и подкуп, организация вынуждала руководителейюридических лиц выдавать займы ее аффилированным лицам (заведомо неплатежеспособным), выпускать заведомо неликвидную продукцию, брать огромные кредиты. В результате^
  • [6] Оюридичсские лица доводились до банкротства, после чего их акции и имущество скупалисьпо низкой цене.
  • [7] См.: Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 24.01.2013 по делу№ АЗЗ-14564/2010.
  • [8] См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 22.01.2013 № 11110/12.
  • [9] См.: Определение ВАС РФ от 20.01.2014 № ВАС-19403/13.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >