Герберт Спенсер

Герберт Спенсер (1820— 1903) — один из крупнейших мыслителей XIX в.; наряду с О. Контом, основоположник социологии как научной дисциплины, создатель ее органической школы. Спенсер встречался с Контом и воспринял от него термин «социология» как удобный и содержательный. Первой книгой Спенсера была «Социальная статика» (1850). Затем он создал «Основные начала» своей синтетической позитивистской философии (1862), задачу которой он видел в полной систематизации имеющихся фактов. Реализуя эту задачу, Спенсер подготовил фундаментальные труды потрем областям знания: «Основания биологии» (1864—1867), «Основания социологии» (1876—1896) и «Основания психологии» (1879—1893). Каждый из этих трудов опирается на множество фактов, систематизированное осмысление которых создавало впечатление достаточной полноты.

Свой главный социологический труд — трехтомник «Основания социологии» — он также начал со сбора обширного числа фактов человеческой истории, различных обществ, культур. Он составил план работы и выработал таблицы для собирания фактов. Все материалы распределялись по трем большим отделам: 1) нецивилизованные общества; 2) цивилизованные общества, уже угасшие или пришедшие в упадок; 3) цивилизованные общества, существующие в настоящее время. Материалы издавались отдельными выпусками под общим названием «Описательная социология» (1871-1880). Их публикация имела целью снабдить изучающего социальную науку данными, которые должны иметь такое же значение по отношению к выводам социолога, какое указание строения и отправлений различных типов животных имеет для заключений биолога.

Подобно Конту, Спенсер рассматривал общество как высший уровень органической жизни, который принципиально отличается от неорганической природы, но имеет общие черты со всеми живыми организмами, хотя и качественно отличается от них. Поэтому «Основания биологии» служат для Спенсера своего рода фундаментом более высоких уровней знания, тем более что в то время биология, опиравшаяся на достижения теории эволюции Чарльза Дарвина, обладала непререкаемым авторитетом. Подробнее о вкладе Г. Спенсера в создание социологии см. в главе 1 базового пособия учебного комплекса.

Помещенные ниже фрагменты из книги «Основания социологии» (1876) демонстрируют, что Спенсер рассматривал общество как особое бытие, т.е. отнюдь не был номиналистом, как это нередко утверждают, ссылаясь на то, что он ставил в центр внимания индивида. Да, действительно, он был либералом и считал, что не индивид существует для общества, а общество для индивидов. Но это не мешало ему реалистически принимать объективное существование общества как особого органического целого.

По Спенсеру, общество есть организм и имеет общие черты с другими живыми организмами. Важнейшие из них: рост, увеличение в размерах и соответственно — увеличение сложности строения, дифференциация одних частей от других, что сопровождается дифференциацией их функций.

Н.Л.

ЧТО ТАКОЕ ОБЩЕСТВО?[1]

§ 212. Вот вопрос, который должен быть поставлен и разрешен с самого же начала. Пока мы не порешили — смотреть ли на общество как на некоторое особое бытие (entity) или нет; пока мы не порешили, должно ли это бытие, если оно будет признано таковым, считаться сходным с какими-либо другими бытиями (Entities) или же оно должно считаться безусловно отличным от всех других, наше представление о предмете этого сочинения будет оставаться крайне неопределенным.

Можно было бы сказать, что общество есть лишь собирательное имя для обозначения известного числа индивидов. Перенося спор между номинализмом и реализмом в другую область, номиналист мог бы утверждать, что подобно тому, как существуют только отдельные члены известного вида (species), самый же вид, взятый независимо от них, не имеет действительного существования, так точно существуют одни только общественные единицы, т.е. люди, существование же самого общества есть лишь чисто словесное. Сославшись на пример аудитории, собирающейся на чтения какого-либо профессора и представляющей собой такой агрегат, который самим своим исчезновением по окончании каждого чтения показывает, что он не есть некий действительно существующий предмет, но л ишь известная группировка личностей, он мог бы доказать, что то же самое имеет место и по отношению к гражданам, составляющим собой всякий данный народ.

Но, не оспоривая остальных звеньев его аргументации, мы имеем полное право отвергать состоятельность последнего ее звена. Ибо та группировка, которая оказывается в первом случае лишь временной, имеет во втором случае постоянный характер; а мы знаем, что индивидуальность целого, в отличие от индивидуальностей его составных частей, заключается именно в постоянстве отношений между этими частями. Всякая цельная масса, разбившись на куски, перестает быть особым индивидуальным предметом, и, наоборот — камни, кирпичи, куски дерева и т.п., не имевшие вначале ничего общего между собою, будучи связанными друг с другом известным образом, становятся особым индивидуальным предметом, называемым домом.

Таким образом, мы имеем полное право смотреть на общество как на особое бытие (entity); ибо хотя оно и слагается из отдельных (discrete) единиц, однако же постоянное сохранение в течение целых поколений и даже веков известного общего сходства в группировке этих единиц, в пределах занимаемой каждым обществом местности, указывает на известную конкретность составляемого ими агрегата. И эта-то именно черта и доставляет нам нашу идею об обществе. Ибо мы не даем этого имени тем переменчивым скоплениям, которые образуют первобытные люди, но прилагаем его только там, где оседлая жизнь привела уже к некоторому постоянству в распределении внутри обществ составляющих его частей.

ОБЩЕСТВО ЕСТЬ ОРГАНИЗМ

§ 214. Когда мы говорим, что явление роста одинаково свойственно как общественным, так и органическим агрегатам, то мы хотим исключить этим всякую общность в этом направлении между этими агрегатами, с одной стороны, и агрегатами неорганическими — с другой, так как некоторые из этих последних, как, например, кристаллы, обнаруживают заметный рост и так как все они, на основании гипотезы развития, должны были возникнуть, в то или другое время, путем интеграции. Тем не менее, сравнивая живые существа и общества с так называемыми неодушевленными предметами, мы видим, что первые обнаруживают постепенное увеличение в своей массе в столь резко заметной степени, что мы по справедливости можем считать это обстоятельство за отличительный признак, характеризующий собою эти два разряда агрегатов.

Многие организмы растут в продолжение всей своей жизни; и все остальные растут в продолжение весьма значительной ее части. Что касается до общественного роста, то он обыкновенно продолжается или до того времени, когда общество распадется на два или несколько других, или до того, когда оно будет поглощено каким-либо другим обществом.

Итак, вот первая черта, в силу которой общества сходствуют с органическим миром и существенно отличаются от мира неорганического.

§ 215. Другая отличительная черта как обществ, так и живых существ заключается в том, что рядом с увеличением в размерах у них наблюдается и увеличение сложности строения. Низшее животное, или зародыш высшего, обладает лишь немногими отличимыми друг от друга частями; но с увеличением общей массы тела число таких частей увеличивается, и в то же время эти части дифференцируются одна от другой. То же самое справедливо и по отношению к обществу. Вначале несходства между различными группами составляющих его единиц очень незначительны и по числу, и по степени; но с возрастанием народонаселения в данном обществе общественные разделения и подразделения становятся более многочисленными и более резкими. Кроме того, как в общественном, так и в индивидуальном организме дальнейшие дифференциации прекращаются только с завершением типа, характеризующим собою зрелый возраст и предшествующим упадку.

Хотя и в неорганических агрегатах — как, например, в целой солнечной системе, равно как и в каждом из ее членов, — интеграции также сопровождаются структурными дифференциациями, однако здесь эти последние относительно медленны и относительно просты, а потому могут быть оставлены без внимания. Напротив того, в политических агрегатах и в живых существах умножение несходных между собой частей так велико, что оно по справедливости должно считаться вторым существенным признаком сходства между ними, отличающим их от неорганических предметов.

§ 216. Это сходство выступит еще с большею силою, когда мы обратим внимание на тот факт, что прогресс в структурной диффе- ниции сопровождается в обоих случаях прогрессивной дифференциацией отправлений.

Все более и более многочисленные отделы — первого, второго, третьего порядков, — на которые распадается общая масса тела развивающегося животного, становятся все более и более несходными между собою вовсе не напрасно: разнообразие их наружных форм и внутреннего сложения влечет за собою и разнообразие тех действий, которые они выполняют: они вырастают в несходные органы, имеющие несходные отправления. Пищеварительный канал, принимая на себя сполна всю функцию поглощения питательных веществ, распадается постепенно на отдельные, отличные друг от друга участки, выполняющие каждый свою специфическую функцию всего пищеварительного канала. Каждый член, служащий для перемещения или для схватывания, претерпевает известные разделения и подразделения; причем получившиеся таким образом части выполняют каждая свою главную или вспомогательную роль в общей функции всего члена. То же самое справедливо и по отношению к тем частям, на которые распадается общество. Возникающий в нем господствующий класс не только становится отличным от остальных классов, но и распадается далее на подклассы, обладающие одни — большей, другие — меньшей степенью господства, а эти последние опять-таки начинают выполнять каждый совершенно особую часть общего контроля. В классах, подчиненных такому контролю, наблюдается то же самое. Различные группы, на которые они распадаются, выполняют различные занятия; причем в пределах каждой из таких групп наблюдается опять-таки распадение на части, конечно менее резко различающиеся между собою, чем главные группы, но тем не менее отправляющие пропорционально отличные обязанности.

С этой стороны два сравниваемые нами класса предметов еще более ясным образом отличаются от предметов других классов, ибо все те структурные различия, которые медленно возникают в неорганических агрегатах, никогда не сопровождаются чем-либо таким, что мы могли бы по справедливости назвать различиями в отправлении.

§ 222 <...> Итак, вот в чем состоит основное различие между этими двумя родами организмов. В одном сознание концентрировано в одной небольшой части агрегата. В другом сознание разлито по всему агрегату: все его единицы способны чувствовать наслаждение и страдание, если и не в равной степени, то приблизительно одинаково. Следовательно, тут не существует ничего похожего на какое-либо «общественное чувствилище» (Social Sensorium); а потому благосостояние агрегата рассматривается независимо от благосостояния составляющих его единиц, никогда нс может считаться целью общественных стремлений. Общество существует для блага своих членов, а не его члены существуют для блага общества. Следует всегда помнить, что как бы ни были велики усилия, направленные к благосостоянию политического агрегата, все притязания этого политического агрегата сами по себе суть ничто и что они становятся чем-нибудь лишь в той мере, в какой они воплощают в себе притязания составляющих этот агрегат единиц.

  • [1] Цит. по: Спенсер Г. Основания социологии. СПб., 1877. Т.2. Цитируемый текстиллюстрирует материал главы 1 первого раздела базового пособия учебного комплекса по общей социологии.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >