ОБЩЕСТВА И СОЦИАЛЬНЫЕ СИСТЕМЫ

Нетрудно убедиться, что в большинстве случаев термин «общество» употребляется в двух основных значениях (среди множества других, таких, как «общество» в смысле «высшее общество»). Одно из них трактует общество как «социальное объединение» или взаимодействие; другое — как единицу, обладающую собственными границами, отделяющими ее от соседних или близлежащих обществ. Некая неопределенность и двусмысленность этого понятия не столь проблематична, как может показаться. Ибо социетальные общности отнюдь не всегда имеют четко обозначенные границы, хотя, как правило, и ассоциируются с определенными формами локальности. Тенденция, согласно которой общество как социальное целое представляет собой легко поддающуюся интерпретации единицу исследования, находится под влиянием ряда пагубных социальнонаучных допущений. Одно из них — концептуальное соотнесение социальных и биологических систем, осмысление первых по аналогии с частями биологических организмов. В наши дни осталось не так много людей, кто, подобно Дюркгейму, Спенсеру и многим другим представителям социальной мысли XIX в., использует при описании социальных систем прямые аналогии с биологическими организмами. Однако скрытые параллели встречаются довольно часто даже в работах тех, кто говорит об обществах как об «открытых системах». Второе из упомянутых нами допущений — превалирование в социальных науках «эндогенных» или «разворачиваемых моделей». Согласно этим моделям, основные структурные характеристики общества, обеспечивающие стабильность и изменение одновременно, являются внутренними по отношению к нему. Совершенно очевидно, по какой причине эти модели соотносятся с первой точкой зрения: предполагается, что общества облада- [1]

ют качествами, аналогичными тем, которые делают возможным контроль за формированием и развитием организма. Наконец, не стоит забывать и об известной склонности наделять любые формы общественного устройства чертами, характерными для современных обществ как государств-наций. Последние отличаются четко обозначенными территориальными границами, несвойственными, однако, большинству других исторических типов обществ.

Противостоять этим допущениям можно, признав тот факт, что социетальные общности существуют только в контексте интерсоци- етапьных систем, рассредоточенных вдольпространственно-временных пределов. Все общества представляют собой социальные системы и одновременно порождаются их пересечением. Разнородные социальные системы могут быть «внутренними» по отношению к обществам или располагаться на пересечении «внешних» и «внутренних» зон, благодаря чему образуется множество возможных способов соединения социетальных общностей и интерсоциетальныхсистем. Последние не являются однородными и, как правило, включают в себя формы отношений между обществами различныхтипов. Иными словами, речь идет о системах доминирования, исследование которых возможно через обращение к отношениям автономии и зависимости, установившимся между ними. «Пространственно- временные пределы» относятся к взаимосвязям и различиям власти, обнаруживаемым между различными социетальными типами, образующими интерсоциетальные системы.

Таким образом, «общества» представляют собой социальные системы, «выделяющиеся» на фоне ряда других системных отношений, в которые они включены. Их особое положение обусловлено четко выраженными структуральными принципами, используемыми в процессе всеобъемлющей «кластеризации институтов» во времени и пространстве. Такого рода кластеризация или группировка является первой и наиболее существенной характеристикой общества, однако есть и другие. К ним относятся:

  • 1) связь между социальной системой и определенной (конкретной) локальностью или территорией. Локальности, занятые обществами, не обязательно представляют собой фиксированные в своем постоянстве «стационарные» области. Кочевые общества странствуют по изменчивым пространственно-временным путям;
  • 2) наличие нормативных элементов, определяющих законность пользования локальностью. Тональности и стили притязаний на соответствие законам и принципам существенно различаются и могут быть оспорены в той или иной степени;
  • 3) ощущение членами общества особой идентичности, независимо от того, как оно выражается или проявляется. Подобные чувства обнаруживаются на уровне практического и дискурсивного сознания и не предполагают «единодушия во взглядах» («консенсуса ценностей»). Индивиды могут осознавать свою принадлежность к определенной общности, не будучи уверенными, что это правильно и справедливо.

Еще раз подчеркнем, что термин «социальная система» не следует употреблять лишь для обозначения четко ограниченных (и отделенных от других) совокупностей социальных отношений. Уровень «системности» весьма изменчив. «Социальная система — излюбленное понятие функционалистов, редко пренебрегающих органическими аналогиями, и сторонников «теории систем», имеющих в виду физические системы или разновидности биологических образований. В свете всего вышесказанного мы утверждаем, что одной из основных особенностей теории структурации является ее стремление рассматривать процессы расширения и «замыкания» обществ во времени и пространстве как проблематичные.

  • [1] Цит. по: Гидденс Э. Общества и социальные системы // Устроение общества:очерк теории структурации./Пер. с англ. И. Тюриной. М.,2003. Гл. IV. С. 240-243.Цитируемый текст иллюстрирует содержание главы 6 второго раздела базовогопособия учебного комплекса по общей социологии.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >