Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow ИСТОРИЯ ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ОТ АНТИЧНОСТИ ДО СЕРЕДИНЫ XIX ВЕКА
Посмотреть оригинал

Стендаль и просветители.

Стендаль, горячий поклонник просветителей, особое предпочтение отдавал Гельвецию, автору книг «Об уме» и «О человеке». Рациональное начало просветителей глубоко импонировало Стендалю. В центре его художественного внимания — человек, его интеллект, чувства и страсти, внутренний мир. Он разделял убеждение просветителей, согласно которому человек создан для счастья, а стремление к нему и есть глубинный жизненный смысл.

«Расин и Шекспир».

В 1823—1825 гг. Стендаль пишет известный трактат «Расин и Шекспир». Он был откликом на споры, которые не угасали в 1820-е гг. между классицистами, а если быть точнее, между эпигонами классицизма и романтиками, т.е. приверженцами нового нетрадиционного искусства. Стендаль настаивал, что каноны и правила классицизма, в частности требования единства места и времени, актуальные для театра XVII в., для эпохи Расина, стали анахронизмом, не отвечают требованиям сцены. Стендаль ратовал за искусство подлинно свободное, т.е. современное. Он называет его «романтическим». Пример подобного искусства он видит в Шекспире, художнике на все времена. Речь идет, однако, не о механическом следовании его методологии, приемам. «То, в чем нужно подражать этому великому человеку, — читаем у Стендаля, — это способ изучения мира, в котором мы живем, и искусство призвано давать своим современникам именно тот жанр трагедии, который им нужен». Называя себя романтиком, Стендаль имел в виду искусство жизненной правды; в сущности, речь шла о принципах реализма, который пребывал на стадии становления.

«О любви»: жизнь сердца. Стендаль был человеком сильных страстей и увлечений. Пережил несколько глубоких и волнующих романов, впечатления от которых сложным образом отозвались в его книгах. Всепоглощающим оказалось его долгое безответное чувство к Матильде Дембовской, красавице польке, жене генерала. Любовь воспринималась Стендалем не только как величайшее счастье, но и как чувство противоречивое, многообразное, как особое душевное состояние, однако, не статичное, а меняющееся, переживающее подъемы и угасания. В отличие от многих писателей- романтиков, изображавших любовь как некое волнующее, таинственное озарение, снизошедшее на их пылких героев, Стендаль полагал, что это чувство может быть изучено, проанализировано, исследовано с научной точки зрения. Подобное убеждение — основа его известного трактата «О любви» (1822), смысл которого Стендаль определил гак: «Путешествие по малоизвестным областям человеческого сердца». Любовь по Стендалю не только индивидуальна, неповторима; она предстает в разных проявлениях. Это любовь-страсть, любовь-честолюбие, любовь-влечение, наконец, чувственная любовь. Наивысшим типом Стендаль полагал любовь-страсть. Он также излагает теорию «кристаллизации», взлета любовного чувства, когда индивид воспринимает предмет своего интереса в особо возвышенном, идеальном свете. Любовь, ее трансформация зависит от многих факторов: климата, географии, психологических, физиологических особенностей.

В целом же, наблюдения над «жизнью сердца», сформулированные в трактате «О любви», получили художественную реализацию в писательской практике Стендаля, в творчестве которого столь очевиден автобиографический фактор. Он опирался на собственный жизненный опыт, когда описывал разные виды любовного чувства; а это, в свою очередь, помогало формировать то, что образовывало сердцевину его методологии, — психологический анализ.

После завершения двух трактатов — «О любви» и «Расин и Шекспир» — Стендаль, наконец, обращается к художественной прозе — к романному жанру, той области, где лежат его главные творческие завоевания. Правда, его дебют романиста, «Армане» (1827), снабженный подзаголовком «Сцены из жизни одного салона», успеха еще не имел. Его тема — дворянский быт в эпоху Реставрации. Но это был уже пролог зрелого творчества, проба пера в художественной прозе. Главный герой Октав де Маливер казался надуманным в своем стремлении быть неким эталоном морального совершенства. Пройдет, однако, всего пара лет, и Стендаль как художник совершит огромный шаг вперед.

«Красное и черное». Всемирно прославленный шедевр «Красное и черное» (1830), вершинная книга Стендаля, имел подзаголовок: «Хроника XIX века»; в период увлечения историческими романами В. Скотта Стендаль подчеркивал, с одной стороны, достоверность описанных событий, с другой — их прямое отношение к современности. Именно к этому произведению Стендаля приложима его мысль о том, что роман — «зеркало, которое проносят по большой дороге». Новаторским было то, что сюжет романа базировался на документальной основе.

Стендаль взял на вооружение факты двух процессов. Первый имел место в Гренобле: молодой простолюдин, крайне честолюбивый, служа воспитателем детей в состоятельной семье Мишу, стрелял в его жену и закончил жизнь на гильотине. Второй случай имел место с рабочим Лафаргом, увлекавшимся философией и литературой. Некая девица, влюбившаяся в него, не нашедшая взаимности, обвинила его в попытке изнасилования. Лафарг также был обезглавлен. В этих судебных криминальных историях Стендаль усмотрел знак времени: молодые люди из низов, обогащенные знаниями, способностями, не могут самореализоваться, страдают от своей «второсортности» и ущербности в буржуазно-дворянском социуме, который толкает их на преступление, а потом с ними безжалостно расправляется.

Судьба молодого человека — эта важнейшая для французской литературы начала века проблема — находившаяся в поле зрения Шатобриана, Констана, Мюссе, а позднее Бальзака, получает у Стендаля многогранное воплощение. Герой — и индивидуальность, и социальный феномен; не случайно писатель избрал протагонистом простолюдина. А это было свежим словом в литературе. В нем и ему подобных романиста пленяла цельность характера, энергия и природная одаренность, которых были лишены романтические герои, носители меланхолии, этой «болезни века». Избранный Стендалем тип героя, ему, безусловно, симпатичный, позволял обрисовать те препятствия, те тернии, которые выстраивало общество на его пути.

Сюжет романа в общем плане совпадал с ситуациями, упомянутыми в судебных делах.

Выходец из крестьянской среды, сын плотника, Жюльен Сорель} благодаря уму, таланту и счастливому случаю, получает место воспитателя в семье мэра города Верьер де Реналя, где позднее вступает в связь с его женой. В результате появления подметных писем он вынужден покинуть дом де Рсналсй. Перед ним остается одна возможность — строить духовную карьеру. Некоторое время он учится в семинарии в г. Безансоне. Затем попадает в Париж, где работает секретарем у родовитого аристократа де Ла-Моля и завоевывает его доверие. Он становится любовником его дочери красавицы Матильды нс без надежды на то, что этот брак поможет ему выстроить политическую карьеру. Враги Сореля, провинциальные клерикалы, желая навредить ему, подбивают госпожу де Реналь сочинить письмо, компрометирующее героя и ломающее все его честолюбивые расчеты. В порыве отчаяния Сорсль едет в Верьер и стреляет в госпожу де Реналь. Она ранена. Сореля судят. Его ждет плаха.

Художественно-психологической новизной отличалась концепция Сореля. Он растет, меняется. Умный от рождения, вбирает уроки среды и жизненных обстоятельств. Но самое примечательное — это психологический анализ, получающий в романе реализацию. Мы не только следим за поступками Сореля, «внешними» перипетиями, но погружаемся во внутренний мир героя, в сферу его душевных движений, переживаний, размышлений, расчетов, самооценок, а главнее, внутренних монологов, проливающих свет на его поступки и мотивы. Все эго придает жизненность образу Сореля, находящегося в постоянном взаимодействии и со средой, и с другими персонажами. Человек одаренный, он возвышается над своим окружением. Его интенсивная «жизнь сердца», внутренняя напряженность мотивированы: он всегда и везде ощущает себя во враждебном окружении. А потому обязан быть начеку, в состоянии жесткого постоянного самоконтроля.

Развитие образа определяет композицию романа, который разбит на части в соответствии с жизненными этапами главного героя. Каждая из глав снабжена эпиграфом, указывающим на ее пафос, внутреннее содержание. Эпиграф к роману красноречив: «Правда. Горькая правда». Повествование Стендаля печально и правдиво.

Первый этап в истории героя — Верьер. Жюльен Сорель приглашен в качестве домашнего воспитателя в семью де Реналя. Для мэра он, ко всему прочему, своеобразное украшение его дома. Окружающим его посредственностям Сорель способен противопоставить лишь свой ум. Жюльен честолюбив. Именно эта его черта побуждает с риском ухаживать за госпожой де Реналь и ее соблазнить. «Доживу ли я до того времени, когда ты прославишься!», — говорит госпожа де Реналь, понимающая, сколь незауряден этот молодой человек, так непохожий на людей ее круга.

Второй этап краткого жизненного пути Сореля — это его пребывание в духовной семинарии в Безапсопе. Здесь на него благотворное влияние оказывает аббат Пирару честность которого вызывает у окружающих недоверие. Жюльен жаждет показать свое превосходство, выдвинуться на первое место. Вместе с тем, в нем таится страх, он боится показать свою настоящую силу.

Третий этап — Париж. Жюльен — секретарь маркиза де Ла-Моля — овладевает «искусством жизни». В нем закрепляется трезвое отношение к людям. Он вызывает к себе симпатию у маркиза, его жены; считает многих людей высшего общества мошенниками, но в то же время к ним приноравливается, ведет игру. Он добивается места содержателя верьерской конторы «старого дурака Шолана», когда оно должно было принадлежать более достойному человеку, математику Гро. Жюльен находит этому «оправдание», ведь ему в жизни предстоит совершать немало несправедливостей.

Расчетом пронизаны и его отношения с Матильдой. Жюльен использует для своей выгоды очевидную особенность, а в чем-то слабость этой красавицы непомерное сомнение и гордость. Она не мыслит иного отношения к ней, кроме безусловного поклонения мужчин. «Ухаживания» Жюльена Сореля на ее глазах за светской дамой нс первой молодости госпожой Фсрвак оказываются хитроумным ходом. Охваченная безумной ревностью Матильда покорена. Для закрепления успеха Жюльену остается совершить смелый шаг — проникнуть по лестнице в ее спальню. Когда оказывается, что она ждет ребенка, де Ла-Моль согласен на ее брак с Сорелем. Но этому не суждено состояться. Сорель стреляет в госпожу де Реналь, написавшую иод влиянием своего духовника компрометирующее его письмо.

Заслуга Стендаля — в создании сложного, неоднозначного образа. Сорелю не суждено превратиться в холодного, расчетливого карьериста, наподобие бальзаковского Растиньяка. Жюльен пребывает в порочном обществе и с грустью констатирует: «Нет, человек не может довериться человеку». К самоощущениям Сореля добавляется авторский комментарий: «Это был глубоко несчастный человек, воюющий с целым обществом... Он был глубоко один-одинешенек, словно челн, брошенный посреди океана». Жюльен — плебей, и поэтому, несмотря на видимые успехи, чувствует себя «чужим», «другим» в обществе, в которое не может интегрироваться, ибо в нем господствуют Ренали и де Л а-Моли. Он их внутренне презирает, знает им цену. Это из-за них он никогда не станет генералом, не сможет реализоваться.

Растиньяк у Бальзака быстро и без труда избавится от моральных соображений, свойственных его юности и превратится в расчетливого карьериста. Не таков, конечно, Сорель. Он бывает разным в разных обстоятельствах, но есть в нем все же некое стержневое начало, его совестливость, его честность перед самим собой. Он не способен по самому своему складу уподобиться таким, как Реналь и де Ла-Моль. У него душа художника. И наверное, автор вложил в Сореля, одного из любимых своих героев, частицу себя, собственной индивидуальности.

Трагизм судьбы Сореля, ее социальный смысл обнаруживается в финале романа, в частности, в сценах суда над героем, который называет процесс откровенной расправой общества над «простолюдином», «возмутившимся против своего низкого жребия». Его последнее слово на суде — это точный диагноз происходящего, ибо в его лице присяжные — а среди них нет ни одного плебея, а лишь возмущенные буржуа — видят представителя породы молодых людей, человека низкого происхождения, протестующего против униженной доли. Он — один из задавленных нищетой, «коим посчастливилось получить хорошее образование, в силу чего они осмелились затесаться в среду, которую высокомерие богачей именует хорошим обществом».

Горестные дни приближения казни Жюльена — это «момент истины». И для героя, и для близких ему людей. Прежде всего, для двух женщин, сыгравших решающую роль в его участи. Социальная тема в романе органично переплетена с любовной. Накануне казни к нему приходит госпожа де Реналь, прекрасная женщина, которую теперь, в последний час, оценил герой.

Только ее он по-настоящему и любил. Блистательная Матильда утратила для него притягательность. Любовь де Реналь была простой, откровенной, чистой; любовь Матильды — «головной». Стендаль противопоставляет двух женщин. Изображая многообразные оттенки любовного чувства, Стендаль художественно иллюстрирует тезисы своей книги «О любви».

Открытием Стендаля стал и нелицеприятный анализ столпов общества, разных его сфер (г-на де Реналя, барона де Вально).

Пребывание Сореля в духовной семинарии дает романисту возможность представить столь ненавистный ему мир черных сутан, иезуитов; ими верховодят аббат Кастанед и карьерист Фрилер.

С сатирическим нажимом представлены столичные буржуазно-аристократические салоны, «населенные» персонажами, как правило, пустыми и ничтожными. Стендаль вторгается в сферу политики, без обиняков выказывая неприязнь к реакционерам, ретроградам, роялистам и клерикалам.

Незабываем маркиз де Ла-Молъ, умный, лощеный, подлинный аристократ и одновременно откровенный реакционер, роялист, вдохновитель заговора с целью установления режима, близкого к абсолютистскому. В его же сыне Норберте чувствуется ущерб дворянского рода.

Главной эстетической особенностью романа стало психологическое мастерство Стендаля. Он нс стремится живописать внешность героя. Главное для него «жизнь души», акцент на внутреннем мире персонажа, мотивах его поступков, поведении, его внутреннем состоянии. Стендаль наблюдателен, немногословен, рационален; в этом он — наследник просветителей. Его отношение к изображаемому не декларируется, но оно присутствует и в комментарии, и в едкой иронии по адресу пошлости, алчности, дворянско-аристократической спеси, политического ретроградства.

Глубина стендалевского замысла сокрыта в загадочном заголовке, вызвавшем немало литературоведческих комментариев. Одно из них таково: красное — кровь, символ революции; черное — символ реакции, цвет католических сутан. Другая точка зрения, что это цвета азартной игры, характеризующие перепады в судьбе главного героя, взлеты и падения. Одну из последних версий на этот вопрос изложил известный санкт-петербургский литературовед Б. Г. Реизов, автор цикла трудов, посвященных французскому роману XIX в., в частности творчеству Стендаля.

Сама постановка Стендалем проблемы преступления и наказания оказалась весьма продуктивной, если вспомнить о прославленном романе Достоевского. Использование же материалов судебных процессов для художественного воплощения проблемы также имело место.

Так, создавая свой лучший роман «Американская трагедия» (1925), Теодор Драйзер (1871 — 1945) опирался на опыт Стендаля и Достоевского. Из аналогичного судебного процесса над чернокожем американцем вырос знаменитый роман Ричарда Райта (1908—1960) «Сын Америки» (1940), называемый иногда «Американской трагедией» в ее негритянском варианте.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы