Политико-правовое содержание первых буржуазных революций

Понятие «Новое время».

Одной из задач истории является классификация событий и процессов. Это происходит в рамках периодизации истории. При всем том, что периодизация с неизбежностью упрощает исторический процесс, она является краеугольным камнем всех теорий развития человеческого общества, представляет собой определение механизма его эволюции, позволяет выявить движущие силы и направления развития.

Периодизация истории отдельных стран или процессов — задача сложная, но решаемая. Создание же периодизации всеобщей (или всемирной) истории практически невозможно, поскольку в разных регионах мира социально-экономические и политические процессы протекали с разной скоростью и имели разную направленность.

За последние 500 лет, что существует современная наука, учеными предложен целый ряд периодизаций. Все они страдают региональной предвзятостью. В центр истории человечества ставится определенный регион, а поскольку в течение последних столетий наиболее динамично развивающимся регионом оказалась Европа, то большинство периодизаций евро- поцентричны. То есть когда историк говорит о «новом времени», подразумевается, что он говорит о Западной Европе. Все остальные регионы мира пребывали в своем прежнем состоянии: ни в экономике, ни в социальных отношениях, ни в политике тех процессов, которые начались в западноевропейских странах, у них не было.

Новым временем или Новой историей в Европе обычно называют период с середины XVII в. до 80-х гг. XIX в. В зависимости от предмета, которому ученые уделяют основное внимание, существует разная трактовка содержания этого периода:

К. Маркс и Ф. Энгельс анализировали прежде всего экономику. Поэтому и период назвали «капиталистическим»;

  • — французский социолог и философ Р. Арон (1905—1983) и американский экономист У. Ростоу (1916—2003) тоже изучали экономику, но XVIII—XIX вв. они определяли как время формирования и развития индустриального общества, принципиально отличавшегося от прежнего — традиционного общества, с аграрной экономикой и сословной иерархией;
  • - в отличие от них, немецкие социологи и политологи М. Вебер (1864—1920) и В. Зомбарт (1863—1941) изучали ментальность, поэтому специфику XVIII—XIX вв. они видели в возникновении в Европе общества, для которого были характерны трудолюбие, бережливость, честность, расчетливость, т.е. всего того, что отсутствовало в этике европейцев до периода Реформации.

Так или иначе, Новое время — это качественно иной этап в развитии Европы (и его социально-политического слепка — Северной Америки).

Традиционно Новое время условно делится на два периода.

Первый начинается в 1640 г. (с Английской буржуазной революции) и заканчивается в 1789 г. (начало Великой Французской революции). В эти годы буржуазные общественные и экономические отношения вытеснили средневековые лишь в некоторых странах.

С формальной точки зрения Нидерландская буржуазная революция оказывается вне рамок Нового времени. Страна небольшая, значительного влияния на Европу не оказала. Но в ней зародились идеи, составившие теоретическую и идеологическую основу буржуазного общества. Поэтому с точки зрения истории политических и правовых учений Нидерланды, безусловно, — часть истории Нового времени.

В течение первого периода Нового времени политические теории освобождаются от религиозного влияния, приобретают светский характер. Центральными вопросами политической мысли становится проблема прав человека. В это же время окончательно утвердилось новое понимание естественных прав человека. Если раньше естественным считалось природное неравенство людей, то теперь даже в нищем вдруг все увидели человека. Это стало мощным толчком развития политических и правовых учений.

Важной новизной этого периода стало превращение науки в идеологию. До XVIII в. в Европе не было «читающей публики». И то, что писали правоведы, даже в их странах было известно не во всех университетах. В XVIII в. во многом именно мысль разрушила королевский трон. Публицисты указали на врага и направили политическую активность во вполне определенную сторону. Как писал Ф. Г. Шершеневич, общество вдруг увидело, что если прежде врагом свободы совести было духовенство, то теперь таким врагом оказались представители государственной власти. «Между правительством и обществом обнаружился полный разлад. А в то же время общество, утрачивая веру в правительство, начинало возлагать надежды на самого себя и сознавать свою силу»[1].

Интуитивно европейские монархи еще пытались защищаться, провозгласив своей политикой «просвещенный абсолютизм». В Пруссии и Австрии, Испании и России эта политика превратилась в личную политику государей. «Стремясь приспособиться к новому настроению, абсолютизм решается отречься от своего союзника, церкви, что особенно выражается в изгнании отовсюду иезуитов, и сократить или ограничить аристократические привилегии. Но было уже поздно»[2].

Началом второго этапа истории Нового времени является Великая французская революция, а окончание — 70-е гг. XIX в., когда классовое противостояние пошло на спад. Капитализм в эти десятилетия утвердился по всей Европе.

Французская революция оказалась поистине общеевропейской. За пределы одной страны она вышла не по своей воле. Монархические государства Европы попытались подавить революционную Францию, но были сами разгромлены. В завоеванных странах Наполеон ввел свои знаменитые кодексы. Они оказались настолько созвучны ожиданиям народов оккупированных стран, настолько логичны, что после разгрома Франции эти кодексы превратились в странах Европы в основу национального права.

С точки зрения развития политических учений Новое время можно разделить на следующие периоды:

  • - политические учения Голландии и Англии в период буржуазных революций. Именно в этих двух странах в период двух первых в Европе буржуазных революций возникли две теории, которые легли в основу политической и правовой философии последующих веков: теория договорного происхождения государства и теория естественных прав человека;
  • - политические учения эпохи Просвещения. Это был период окончательного вытеснения схоластики из науки и утверждения гуманизма в политической этике;
  • - политические учения XIX в. Если в предшествующие два периода эти учения существовали параллельно со средневековыми и догматически- религиозными принципами, не имели для своего утверждения реального политического и правового «материала», то теперь эти учения развиваются в рамках буржуазного общества и являются не умозрительными доктринами, а обобщением практики.

Что касается правовых учений, то их история нс была столь же богатой, как история политических учений. Это вызвано, во-первых, тем, что право до буржуазного общества не относилось к числу основных социальных регуляторов. Кроме того, отсутствовала практика, требующая научного анализа.

Г. Ф. Шершеневич отмечал, что «новый период философии права открывается в то самое время, когда заканчивается период борьбы за религиозную свободу»[3]. Но это отделение было не столько особенностью новых правовых доктрин, сколько условием. Особенность заключалась, во-первых, в перенесении и центра тяжести в праве с обязанностей на именно права человека. Разумеется, они не были реализованы в полной мере, но проблема была поставлена. Во-вторых, именно в XIX в. право отделилось от политики. В Средние века, а уж тем более в Древнем мире, правовые учения находились на периферии учений о политике. Создателей этих учений интересовало не столько право, сколько философия права. Теперь в виде позитивистской теории право для ученых окончательно превратилось в самоцель, а прежний подход остался уделом философов.

Но все эти изменения в истории политических систем и права происходили только в Европе. На Востоке история как бы застыла в своем развитии. Менялись династии, вспыхивали восстания, но ничего принципиально нового в государственном механизме, в отношении между властью и обществом не появлялось.

  • [1] Шершеневич Г. Ф. История философии права. М., 1906. С. 387.
  • [2] Шершеневич Г. Ф. История философии права. М., 1906. С. 387 388.
  • [3] Там же. С. 383.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >