Состояние и перспективы функционирования финансовых механизмов пенсионного страхования: отечественный и зарубежный опыт

В России государственные пенсии являются основным источником дохода пожилых людей, особенно среди бедной части населения. В этой связи при оценке возможностей получения достойной пенсии потенциальному получателю пенсий следует поставить себе три вопроса:

  • 1 )на какой вид пенсионного обеспечения следует ориентироваться при той или иной форме занятости?
  • 2) на какой уровень пенсий с позиции обеспечения достойного качества жизни пенсионеров можно рассчитывать в перспективе конкретному застрахованному лицу?
  • 3) каковы перспективы финансового состояния пенсионной системы в средне- и долгосрочной перспективе (с учетом демографических, экономических особенностей и структурных изменений национальных рынков труда?

Уточнение своего места в существующей системе координат пенсионного обеспечения позволит каждому россиянину, начинающему сегодня трудовую деятельность, ответить на принципиальный для него вопрос: на какую пенсию он может рассчитывать при выходе на пенсию?

Для ответа на эти достаточно сложные вопросы требуется располагать набором соответствующих знаний и статистических данных. Во-первых, важно уточнить форму занятости, поскольку от нее зависит возможность быть включенным в тот или иной пенсионный институт. Если это наемный работник, то на него в обязательном порядке распространяется право на обязательное пенсионное страхование, которое финансирует в его пользу работодатель. Если он самозанятое лицо и трудится на семейном предприятии без организации юридического лица, например, фермер, то о пенсии он должен будет позаботиться сам.

Справочно: Охват работающего населения пенсионным страхованием служит одним из важнейших критериев эффективности национальных пенсионных систем. В формальном секторе экономики ЭРС пенсионным страхованием охвачено порядка 80—90 % занятых, среди самозанятого населения — 40—60 %.

пенсионным страхованием. При этом из 40 млн пенсионеров большая часть (26 млн человек) получает пенсию в размере 1,0—1,5 прожиточных минимума пенсионера (ПМП), что свидетельствует о весьма низком уровне пенсий.

Кроме того, при проведении пенсионной реформы (в 2002 г.) не была должным образом принята во внимание такая категория граждан, как сельские труженики, занимающиеся ведением личного подворного хозяйства и традиционными промыслами. Согласно действующему законодательству, получая доходы от реализации продукции, крестьяне не оплачивают страховые взносы в Пенсионный фонд России (ПФР). Данная коллизия лишит тружеников села, а также целый ряд других категорий работников (самозанятое население, работающее в малом бизнесе), выходящих на пенсию в новых условиях, даже сегодняшнего среднего размера пенсий: большинству из них будет выплачиваться только пенсия, лишь незначительно превышающая фиксированную базовую ее часть.

Во-вторых, размер страховой пенсии зависит от размера пенсионных средств, вносимых в ПФР, поэтому для работников с разными размерами заработка, стажа и фактическими вносимыми страховыми средствами результаты участия в системе обязательного пенсионного страхования будут существенно разниться. Так, более 40 % работников вследствие невысоких размеров заработной платы (до 22,0 тыс. рублей в месяц) находятся в зоне риска с точки зрения величины пенсии, на которую они могут рассчитывать.

По этой причине каждый третий пенсионер в России испытывает серьезную материальную нужду, а почти 50 % работников за 30-летний период не смогут заработать себе пенсию, существенно (в 2 и более раз) превышающую ПМП.

В настоящее время только средний размер трудовой пенсии обеспечивает пенсионеру доход, равный 1,6 прожиточного минимума пенсионера. К 2025 г. средний размер трудовой пенсии предусматривается повысить до 1,8 прожиточного минимума пенсионера. Лишь 30 % высокооплачиваемых работников, в основном государственные служащие федеральных и региональных органов власти, смогут заработать пенсию, превышающую в несколько раз (в 3—5 раз) ПМП.

В-третъих, финансовое состояние ПФР характеризуется все возрастающим дефицитом, составляющим порядка трети от требуемых страховых ресурсов, который пока покрывается за счет государственного бюджета. В долгосрочном плане дефицит бюджета ПФР может возрасти, поэтому сегодняшним работникам имеет смысл задуматься об участии в дополнительном добровольном пенсионном страховании — корпоративном или личном.

Экспертные оценки и отдельные социологические опросы свидетельствуют о том, что россияне старшего поколения располагают довольно низкими доходами. Структура их потребительских расходов отличается гипертрофированными долями затрат на питание и приобретение товаров повседневного спроса. Отдых и лечение для большинства пенсионеров недоступны.

Данные специальных обследований дают основание выделить одиноких пожилых пенсионеров (почти 90 % которых составляют женщины) в группу наиболее уязвимых с точки зрения бедности.

Основными факторами бедности среди лиц пенсионного возраста являются:

  • • экономические — низкая заработная плата, безработица, неразвитые страховые механизмы, низкие размеры пенсий;
  • • демографические — неполные семьи, семьи с высокой нагрузкой иждивенцев, старшее поколение со слабыми позициями на рынке труда;
  • • регионально-географические — депрессивные монопромышлен- ные города, дотационные регионы с низким экономическим потенциалом, северные регионы, зависимые от централизованных поставок продовольствия и ресурсов.

Долгосрочной тенденцией в пенсионной системе России является снижение коэффициента замещения (соотношения среднего размера пенсии к средней заработной плате). По актуарным оценкам Всемирного банка[1] и ПФР коэффициент замещения неуклонно снижается — с 37 % в 2012 г. до 26 % в 2025 г. и до 23 % в 2040 г. Это свидетельствует о том, что большинство работающих не сможет заработать себе достойную пенсию. Помимо низких экономических возможностей (из- за низкой заработной платы), вопрос отягчается непониманием гражданами важности личной ответственности за резервирование средств на старость. Модель поведения советского периода, ориентирующаяся на главенствующую роль и ответственность государства, остается определяющей в поведении граждан и сегодня.

Современное российское государство не располагает теми финансовыми ресурсами, которые имелись в СССР. Даже в отдаленной перспективе (к 2030 г.) оно не обещает пенсий, размеры которых равнялись бы советским: на конец 1990-х гг. величина пенсий составляла 2,5 ПМП, а коэффициент замещения равнялся 50 %. Реальный размер пенсии к 2030 г. будет на треть ниже показателей 1990 г.

Поэтому при выборе личной пенсионной стратегии индивиду важно уяснить:

  • • сколько он сможет резервировать средств ежемесячно?
  • • на протяжении какого периода он будет резервировать средства?
  • • какой период времени в старшем возрасте он посвятит отдыху?

Действительно, если ответственный взрослый человек не полагается на то, что в старости его будут «кормить» дети (как было принято в доиндустриальном обществе), то он должен сам делать сбережения, на которые будет жить после завершения трудовой деятельности.

Поэтому размеры отчислений на эти цели и распределение времени жизни между работой и пребыванием на пенсии будут определяться собственными предпочтениями индивида (труд или досуг) и размерами ресурсов, резервируемых на будущее потребление. Отечественные и зарубежные практики подтверждают, что естественной реакцией граждан на увеличение продолжительности жизни становится более позднее прекращение работы.

Удлинение продолжительности жизни в сочетании с политикой последовательного повышения пенсионного возраста обеспечивают улучшение положения всех участников экономики. Каждая возрастная когорта выигрывает от более длительной жизни, частично используя дополнительные годы для отдыха, а частично — для его материального обеспечения. Остальные когорты при этом не должны увеличивать свои налоговые выплаты, т. е. как минимум никто не проигрывает.

При такой модели поведения индивидов задача государства состоит в поддержке поведения человека, оптимизирующего свое потребление на протяжении всего жизненного цикла. Оптимальная пенсионная политика, рассматривающая в целом весь жизненный цикл человека, устраняет противоречие между его интересами на разных стадиях жизни.

Государственная политика в области социальной защиты играет важную роль в реализации прав человека на социальное обеспечение в старших возрастах, снижая уровень бедности и неравенства. В большинстве ЭРС одной из главных целей пенсионной политики после Второй мировой войны было существенное сокращение уровня бедности в пожилом возрасте, что было ими достигнуто. Тем не менее, последние изменения на рынке труда, финансово-экономический кризис 2010-х гг., а также некоторые пенсионные реформы увеличили риск бедности в пожилом возрасте. Имеются ввиду реформы, направленные на приватизацию пенсионных систем, важные сегменты которых были переведены на принципы личной ответственности, как это имело место в Швеции, Венгрии, Казахстане, Польше, Российской Федерации, Словакии в 1990-е гг.

Для исправления ситуации в 2010-е гг. в этих странах после 20 лет внедрения капитализированных страховых пенсионных систем потребовалось осуществить полную или частичную ренационализацию активов, собранных в рамках обязательных частных пенсионных систем. Некоторые страны (включая Литву, Польшу, Российскую Федерацию, Словакию) сделали управляемый в частном порядке сектор добровольным, позволяя людям вернуться к государственному предоставлению пенсий. Во время кризиса многие европейские страны с обязательными частными пенсионными системами на временной или постоянной основе сократили или приостановили отчисления взносов, распределяемых в частные пенсионные фонды, сохранив их для государственной системы, которая в большинстве случаев столкнулась с существенным дефицитом.

Несмотря на сужение частного сегмента пенсионных систем в таких странах, как Польша, Венгрия, Россия, Словакия, приватизацизирован- ный сегмент пенсионного обеспечения ежегодно добавляет около 1,5 % ВВП к национальному дефициту[2].

Поскольку частные пенсионные фонды инвестировали большую часть своих активов в облигации, выпущенные государством для покрытия, кроме прочего, дефицита, вызванного передачей взносов в частные пенсионные фонды, можно понять радикальные решения, принятые некоторыми правительствами для прекращения этого круговорота денежного потока, который, как оказалось, увеличивал доходы лишь управляющих компаний частных пенсионных фондов.

Для этого польское правительство не только сократило тариф взносов в накопительный пенсионный фонд с 7,3 до 2,9 % от заработной платы и сделало участие в нем добровольным (участники обязаны подтвердить, что они намерены продолжить участие, а не переходить со всеми активами в государственный пенсионный фонд), но и передало (в 2014 г.) все активы, хранящиеся в государственных облигациях, в учреждение социального страхования, запретив все последующие инвестиции со стороны оставшегося частного пенсионного фонда.

Таким образом, в странах, которые часто и несистемно корректируют пенсии (включая самые низкие), финансируемые по низким страховым ставкам, в пропорциях меньших, чем рост заработной платы или средний уровень дохода (как в Польше и России)[3], или приостанавливают корректировку пенсий (как сделала Швеция во время кризиса посредством автоматического механизма регулирования), относительная бедность среди пожилого населения растет[4].

Многие пенсионные реформы, проводимые для стабилизации будущих расходов на пенсионные системы, приведут к гораздо более низким пособиям. В некоторых странах ожидаемое снижение коэффициента замещения очень существенно. В связи с тем, что многие реформы устранили из систем, основанных на страховых взносах, механизмах перераспределения, пенсии с более низкими коэффициентами замещения будут исчисляться к тем лицам, у кого на протяжении трудовой жизни заработок был низким[5].

Право на гарантированный доход в пожилом возрасте, закрепленное в документах по правам человека, международных и отечественных трудовых нормах, включает право на приемлемую пенсию. В этой связи возникает вопрос: какой минимальный коэффициент замещения сможет гарантировать людям, получающим низкий заработок, будущий пенсионный доход выше порога бедности?

Для предотвращения бедности в пожилом возрасте тем, кто получает низкий доход, многим странам будет необходимо предоставлять пенсии, коэффициенты замещения которых составят от 50 до 90 % от предыдущего заработка. В России ситуация аналогичная. Чтобы предотвратить бедность пожилых, застрахованным лицам, получающим низкий доход, потребуется предоставить пенсии, размер коэффициентов замещения которых должен будет составлять от 60 до 100 % от предыдущего заработка.

В рамках пенсионных систем выплата фиксированных пособий в области социального обеспечения, которые часто рассматриваются как устаревшие, перераспределение пособия (по фиксированной ставке или схожей модели) обычно гарантировало более высокие коэффициенты замещения для лиц, получающих низкий заработок.

На сегодняшний день многие страны изменили формулы перераспределения, внедрив вместо них фиксированные взносы или компоненты условно-накопительной системы либо преобразовав системы фиксированных пособий в системы, полностью основанные на заработке. В такой ситуации обеспечение достаточного размера пособий для низкооплачиваемых работников потребует реализации различных форм гарантий минимального дохода, не предусматривающих отчисление страховых взносов.

В последние годы в России удалось расширить охват населения пенсионными системами, основанными на страховых взносах, и осущест- влить пенсионные выплаты, не предусматривающие отчисление страховых взносов, с тем чтобы обеспечить по крайней мере базовый уровень гарантированного дохода для всех пожилых людей. В то же время в связи с мировым финансово-экономическим кризисом уровень пенсий с позиции покупательной способности понизился.

  • [1] См.: Реформа системы пенсионного обеспечения в России: структура и реализация // Документ Всемирного банка. Москва. Ноябрь 2002. С. 38—41.
  • [2] См.: Доклад о социальной защите в мире 2014/15 ... С. 135.
  • [3] Пенсии в этих странах индексируются лишь на 20—30 % от реального роста заработной платы.
  • [4] С 2005 г. по 2012 г. уровень бедности среди населения, вышедшего на пенсию,вырос с 10 до 18 % в Швеции и с 7 до 14 % в Польше.
  • [5] Согласно данным Евростата, в 2010 г. 17 % работников в ЕС (свыше 21 % женщини более 13 % мужчин) зарабатывали меньше порога «низкого заработка» (установленного в размере двух третей медианного заработка). Самая высокая доля получающихнизкий заработок была в Латвии (27,8 %), Литве (27,2 %), Румынии (25,6 %), Польше(24,2 %) и Эстонии (23,8 %), самая низкая доля была в Швеции (2,5 %), Финляндии(5,9 %), Франции (6,1 %), Бельгии (6,4 %) и Дании (7,7 %). См.: Доклад о социальнойзащите в мире 2014/15 .... С. 132.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >