ОБЩАЯ КОНФЛИКТОЛОГИЯ

СТАНОВЛЕНИЕ КОНФЛИКТОЛОГИИ КАК ОТРАСЛИ НАУЧНОГО ЗНАНИЯ

Этапы развития конфликтологии

Каждая наука и исследователи истории ее становления за основу берут какой-либо критерий. Так, концепция смены научных парадигм американского историка Т. Куна гласит, что наука развивается за счет регулярного переосмысления учеными фундаментальных принципов мироустройства, когда они сталкиваются с различными аномалиями, необъяснимыми в рамках общепринятой картины мира. Применительно к конфликтологии это означает, что каждая новая эпоха развития человеческого общества заставляла мыслителей по-новому взглянуть на существующие конфликты, реструктурировать ранее накопленные знания о них в соответствии с ранее незамеченными и неактуальными аспектами. При этом надо понимать, что ничто само по себе не появляется. Либо идет общественный запрос на возникновение того или иного явления, технологии, либо это результат естественного накопления знания, требующего научной рефлексии. Не случайно в науке существует идея параллелизма, когда говорят не столько о поэтапной смене парадигм, сколько о параллельном развитии нескольких концепций конфликта на протяжении всей истории конфликтологии.

Так происходило и с конфликтологией. Анализируя ее долгий исторический путь развития, можно условно выделить четыре этапа осознания проблемы конфликта:

  • • донаучно-мифологический;
  • • этап накопления конфликтологических знаний в различных отраслях наук;
  • • научно-теоретический;
  • • теоретико-методологический.

Донаучно-мифологический этап в развитии конфликтологии

Донаучно-мифологический этап в развитии конфликтологии связан с религиозными воззрениями, с мифологическим мышлением и обусловлен практическим запросом на технологии урегулирования споров и конфликтов, так как вражда и войны были постоянными атрибутами существования народов и одним из инструментальных средств борьбы за выживание.

В каждой культуре и в сообществах существовали свои правила, ритуалы, принципы и нормы, регулирующие поведение сторон в конфликтно-напряженных ситуациях. Для язычества были очень важны принципы «единения» и «гармонии» в сфере человеческих взаимоотношений, поэтому конфликты часто рассматривались, как форма девиации — отклонение от нормы. Будда утверждал, что соблюдение определенных правил приведет человека в состояние «нирваны» и он более не будет страдать. Что касается конфликтных ситуаций, то в буддистском трактате «Дхаммапада» содержится следующее замечание: «Победа порождает ненависть, побежденный охвачен болью, счастливо живут мирные, отказавшись от побед и поражений». То есть любой исход конфликта будет иметь негативные последствия, поэтому его не стоит и начинать. При этом буддистская община должна быть «едина и долговечна», а значит — внутренние противоречия в ней не допустимы.

Мифологические элементы в мировоззрении древних китайцев тоже присутствовали, но их роль была гораздо меньше и скромнее по сравнению с тем влиянием, которое оказала мифология на формирование научной и философской мысли древних индийцев или древних греков. Индия является еще одной цивилизацией, внесшей свой вклад в современную конфликтологическую мысль, в том числе в практику разрешения конфликтов. Этот вклад связан прежде всего с идеей ахимсы (ненасильственное сопротивление, или ненасилие). Впервые тактика ахимсы была использована в первой половине XX в. лидером национально-освободительной борьбы индийского народа против британских колонизаторов М. Ганди. Борьба эта была успешной, и Индия получила независимость. Позже массовое ненасильственное сопротивление было применено движением против расовой дискриминации в США, и в настоящее время ненасильственные методы политической борьбы широко применяются различными силами. И в буддизме, и в иудаизме, и в христианстве, и в исламе шла и продолжает идти борьба между разными, порой диаметрально противоположными, тенденциями в восприятии конфликтов.

Рождение наиболее ярких и неординарных идей в конфликтологии связано с эпохой Средневековья, ведь именно в этот период начинается активная борьба нескольких мировых религий, что заставило их представителей искать корни развернувшихся масштабных конфликтов. Ислам, будучи самой молодой из мировых религий, не прошел такой длительный путь эволюции, как буддизм или христианство, однако и он произвел на свет оригинальную конфликтологическую концепцию. Многие исламские богословы исходили из отрицания вооруженного насилия. Например, в XIX в. египтянин Мухаммад Абду пришел к выводу, что ислам должен распространяться не за счет насилия, а с помощью убеждения. Задача мусульман — достичь общественного благополучия на основе религиозной морали, а вовсе не борьба с неверными. Современный мусульманский философ, профессор Тегеранского университета Саид Хусейн Наср предложил своим единоверцам воспринимать «джихад» в контексте моральных конфликтов, а отнюдь не борьбы с неверными: «Джихадэто не просто защита или расширение исламских границ... но постоянная внутренняя война против всего, что скрывает от человека правду и колеблет его равновесие».

Следовательно, ислам (как и христианство) перенес основный центр тяжести в жизни человека с попытки переустройства мира за счет насильственного перевоспитания окружающих людей на внутреннее самосовершенствование.

Поиск сверхъестественных причин конфликтных ситуаций до сих пор свойственен значительной части россиян. Многие современные ученые убеждены, что подобная ситуация вызвана стойким укоренением в русском менталитете эсхатологических мотивов. Регулярно переживаемые социально-политические, экономические, нравственные трансформации, по мнению философа И. Г. Яковенко, заложили основы такого концептуального видения: «Неприятие происходящего обостряется при переходах общества через стадиальные рубежи, когда изменение носит тотальный характер, переходах от раннего государства к зрелому, от жизни на периферии или в рамках догосударственной окраины к жизни в пределах регулярного государства... От крестьянского общества к урбанистическому, от бесписьменной фольклорной культуры к письменной. От одной идеологии к другой. Наконец, от конкретной идеологии к ситуации деидеологизации. Все эти ситуации осмысливаются в рамках эсхатологической парадигмы и провоцируют эсхатологические настроения».

По мнению исследователей (А. Л. Юрганова, А. В. Каравашкина и др.), начиная со Средневековья в политических воззрениях русских царей и простонародья проступают картины скорого Страшного суда. В этом контексте понимались и опричные казни Ивана IV, и Смута XVII в., и даже петровские преобразования. Соответственно, и выход из конфликтных ситуаций также был заслугой Бога. Например, освободителю Москвы князю Дмитрию Пожарскому приписываются следующие слова: «Теперь у нас в Москве благодать Божья возсияла, мир и тишину Господь Бог даровал: станем у Всещедраго Бога милости просить, дабы нам дал Самодержателя всей России». Использованная формула «мир и тишину Господь Бог даровал» позволяет судить о непременном участии как высших сил в миротворческом процессе, так и веры в то, что «вот барин наш приедет, барин нас рассудит».

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >