Типы и виды публикаций о благотворительности московских ежедневных газет

Отобранные издания («Русский листок» в силу отсутствия полного комплекта мог привлекаться ограничено) составили источниковую базу предлагаемой работы. Здесь следует описать некоторые методические приемы, выработанные журналистами при работе с прессой. Французский исследователь Жак Кейзер выделил 10 общих правил работы с периодикой:

  • 1. Структурное изучение периодической печати возможно посредством «перегруппировки в массив».
  • 2. Принципы формирования и состав массива определяются исследователем в соответствии с объектом и целями изучения.
  • 3. Система категорий анализа устанавливается в процессе выработки и частичной проверки рабочих гипотез.
  • 4. Категории анализа должны быть строго определены как по отдельности, так и относительно друг друга.
  • 5. Установленные правила не должны изменяться в ходе исследования.
  • 6. Непременным условием является учет контекста всего номера периодического издания.
  • 7. Поскольку каждый номер периодического издания представляет собой элемент серии предшествующих и последующих номеров, исследователь должен стремиться изучить полный комплект органа печати.
  • 8. При невозможности изучить полный комплект рекомендуется использовать метод «подбора образцов» — типичных публикаций номеров и т. п.
  • 9. Следует избегать включения в исследование неординарных номеров, так как они не представительны, за исключением случаев, когда предмет исследования — событие, вызвавшее появление неординарного номера или сам этот номер периодического издания.
  • 10. Рекомендуется проводить сравнительное изучение разных органов печати за одно и то же время или материалов одного издания за разные хронологические периоды.
  • 1

Таким образом конкретный тезис, что единицей изучения является издание, а внутри него текст, — присутствует и у историков (С. С. Дмитриев), и у журналистов (Ж. Кайзер), и у историков журналистики (Б. И. Есин). Это подразумевает работу со всем комплектом газет путем поэкземплярного (и внутри каждого номера — полистного) просмотра. Именно его и придерживался автор при сборе материалов по теме.

В отличие от исследования А. Г. Голикова, в нашей работе повторная информация также учитывалась, поскольку именно учет всей совокупности публикаций о благотворительности (включая повторные) может показать уровень информированности общества о явлении и степень его участия в этом явлении. К тому же, как будет показано далее, учет повторных заметок, касающихся деятельности какой-либо организации, помогает установить связь редакции газеты и этой организации. Иначе говоря, постоянная повторяющаяся информация от какого- либо учреждения, публиковавшаяся в определенной газете, была возможна, если издание и организация были каким-то образом связаны друг с другом.

Сам сбор информации о благотворительности следовало вести на основе наличия важнейших понятий, ее характеризующих. В качестве таковых были выбраны следующие термины: благотворительность, филантропия, меценатство, общественное призрение, милостыня, пожертвование, бедность, нищенство, — без употребления которых описание благотворительности невозможно. Но они не всегда встречаются в таких публикациях, как, например, объявления или отчеты обществ.

В связи с этим автор придерживался и второго принципа — наличия информации о деятельности благотворительных обществ и заведений. На сам сбор материала влияют разные факторы. В том числе внимание, усталость и т. д. Часть материала может оказаться незамеченной. При выявлении публикаций всегда необходима проверка. Однако здесь следует помнить и о взаимном погашении ошибок при большом количестве объектов[1].

На основе шести газет путем поэкземплярного (и внутри номера — полистного) просмотра было выявлено 8 335 текстов-источников, содержащих информацию о благотворительности.

Полученный массив (по терминологии Ж. Кайзера) с точки зрения журналистики характеризуется сильным жанровым разнообразием, а жанры газетных материалов, как правило, соответствуют видам и типам источников, выделяемым историками. Разные виды и типы источников требуют разных методов обработки, что обусловливает проведение классификации выявленных материалов, которая в дальнейшем позволит их формализовать. Ведь именно благодаря классификации можно «делать заключения относительно фактов, не содержащихся в первичном представлении этих объектов»1, что позволяет считать ее первым этапом анализа источника.

Журналистами разработана классификация газетных публикаций по жанрам[2] [3] [4]. Ими выделяются информационные (заметки, информационная корреспонденция, информационные отчеты, информационные интервью, репортажи, некрологи и др.), аналитические (аналитические отчеты, аналитическая корреспонденция, аналитическое интервью, аналитический опрос, беседа, комментарий, письмо и др.) и художественно-публицистические жанры (очерк, фельетон, памфлет и др.). Для прессы более чем вековой давности эта классификация не подходит, поскольку жанры к этому времени еще не устоялись. Например, многие газеты имели рубрику «Письмо в редакцию», где публиковались материалы совершенно различных жанров (и отчеты, и репортажи т. д.), созданные не только сотрудниками издания. Лишь по форме они относятся к письмам.

В случае изучения конкретно-исторической темы материалы прессы представляется более уместным классифицировать по характеру содержащейся в них информации, которая в известной степени определяла форму и видовую источниковую принадлежность публикации.

С семантической точки зрения уместно выделять информационные сообщения, как содержащие конкретную информацию, и аналитические, как содержащие агрегированные данные. При этом первые непосредственно отражают явление, вторые же представляют собой воспроизведение преломленной в сознании современников информации о нем[5]. Информационные сообщения могут рассматриваться как источник, а аналитические — одновременно как источник и историография по конкретно-исторической теме. Такое предварительное разделение было проведено нами по материалам, содержащим информацию о благотворительности.

Информационные сообщения содержат событийно-фактографическую информацию. Они позволяют читателям оперативно получать сведения о наиболее значимых произошедших или грядущих событиях. По форме информационные сообщения делятся на две большие группы: представленные в виде объявлений и в виде сообщений в тексте. Во втором случае они представлены в рубриках, отражающих жизнь Москвы1. Именно информационные сообщения и составили основную массу выявленных текстов-источников.

Чтобы информировать потенциальных участников предстоящего события о месте и времени его проведения, газеты помещали разного рода предварительные сообщения о заседании, годичном собрании, благотворительном концерте, лотерее, выходе того или иного издания с благотворительной целью и т. д. Примеры:

«Совет Общества попечения о детях лиц, ссылаемых в Сибирь. На 4-е декабря, согласно пп. 43 и 46 устава Общества назначено очередное заседание членов для обсуждения следующих вопросов: бюджет; избрание членов в ревизионную комиссию; выборы попечительницы женского отделения приюта Цесаревны Марии»[6] [7].

«Благотворительный базар. 15 и 16 января в доме гр. Зубовой на Поварской ул. будет открыт базар в пользу Елисаветинских яслей, учрежденных А. А. Зиловой. Будут продаваться цветы, конфеты, фрукты, прохладительные напитки, разные маленькие вещицы. Будут показаны театр марионеток и фокусы»[8].

В «Русских ведомостях» и «Русском слове» предварительные сообщения о заседаниях и мероприятиях помещались под заголовком «Сегодня» в рубрике, содержащей сведения о московской жизни. Объявления, как правило, содержат предупредительную (превентивную) информацию.

Своевременную осведомительную информацию, аккумулировав в себе обширный фактический материал, содержат и разного рода отчетные публикации: отчеты благотворительных обществ о мероприятиях (текущие отчеты) или о своей годовой деятельности (годовые отчеты). В отчетах о мероприятиях указывается общая сумма, собранная в итоге, и чистая прибыль. В годовых отчетах обществ, как правило, сообщаются капиталы, доходы, расходы, количество членов и количество лиц, которым была оказана помощь, а также данные о наиболее крупных пожертвованиях.

Таким образом, годовые отчеты повторяли данные общего отчета, утверждавшегося в МВД. Иногда данные годового отчета обобщают информацию нескольких текущих сообщений, опубликованных в течение года, в том числе повторяя имена наиболее крупных жертвователей. В редких случаях отчеты публиковались в виде объявлений1. Такие публикации лучше структурированы, и необходимая информация (доходы, расходы общества за истекший период и т. п.) в них представлена полнее и легче поддается формализации.

Разновидностью отчетов были юбилейные публикации. В них рассказывалось об истории того или иного общества с указанием даты его основания и характеристики работы, проделанной за время функционирования. Так, на 50-летие Александро-Мариинского приюта сообщалось, что им было выпущено 1347 чел., находившихся на постоянном попечении этой организации, и, соответственно, 2424 и 2358 приходящих воспитанниц и воспитанников. В этой же статье указаны размер и количество именных стипендий, средства на которые предоставлялись крупными жертвователями[9] [10].

К отчетным публикациям относятся и ведомости пожертвований. Как мы видим, практика их публикации сложилась во всех изданиях. Они дают наиболее полное представление о мелкой благотворительности. Сведения эти достаточно систематичны и многочисленны. Основная их масса представляет список пожертвований, присланных в редакцию газеты на те или иные цели. В них указывалось имя жертвователя (если оно было), приводился размер переданной суммы, объявлялись цели пожертвования. Приводим типичный пример такой информации:

«В контору «Московских ведомостей» поступили следующие пожертвования в пользу бедного семейства: от Б. Г. Дубровина — 3 руб.; от неизвестной — 1 руб.; от Глафиры Богоявленской — 1 руб. Итого 5 рублей, а всего с прежде поступившими 86 руб.»[11].

0 том, что адресантами этих пожертвований были в основном читатели данного издания, говорит тот факт, что большая часть пожертвований была прислана на те нужды, о которых сообщали именно эти газеты. Например, только «Русские ведомости» проводили сбор пожертвований в пользу духоборов. Лишь их читатели (или, по крайней мере, большая часть) могли присылать свои пожертвования в редакцию газеты. Поскольку оказание помощи сектантам преследовалось, «Русские ведомости» поплатились за свою инициативу — их выпуск был приостановлен на три месяца. Кроме того, каждое издание объявляло о необходимости помощи конкретному нуждающемуся печатало объявление о его бедственном положении которого было напечатано в газете. Отреагировать на это «воззвание» мог только читатель этого издания.

Иногда газеты публиковали ведомости пожертвований, присланные благотворителями в какую-либо организацию. Например:

От Московского совета детских приютов Доводится до всеобщего сведения, что с 10 апреля по 20 мая сего года от нижеследующих лиц поступили денежные пожертвования на устройство учреждений им. имп. Александра III:

а) приюта для несчастнорожденных грудных детей: Э. Э. Герберта 100 руб.,

К. К. Шейблера 100 руб., И. М. Шлямовича 5 руб., С. Ф. Подгорецкой 25 руб.,

А. А. Рогович 100 руб. Итого 330 руб., а с прежде поступившими —1136 руб;

б) детской лечебницы для приходящих с постоянными кроватями:

И. Н. Коншина 150 руб., А. И. Коншиной 150 руб., Э. Э. Герберта 100 руб.,

К. К. Шейблера 100 руб., К. К. Тубенталя 100 руб., А. Д. Кох 25 руб., Н. С. Тан- дова 25 руб., И. С. Головкина 25 руб., Л. С. Полякова 100 руб., И. М. Шлямовича 5 руб., А. А. Рогович 100 руб., В. С. Мазаева 100 руб., итого 980 руб., а с прежде поступившими — 15 156 руб.;

в) приюта для болезненных детей: А. А. Рогович 100 руб., Э. Э. Герберта 100 руб., К. К. Шейблера 100 руб., И. М. Шлямовича 5 руб., а с прежде поступившими —1439 руб.

Следовательно, к 20 мая, на учреждение выше означенных заведений поступило 17 731 руб.

Кроме того, от почетного члена совета действительного статского советника Э. Н. Кантемирова для учреждений им. имп. Александра III получено 8000 руб. в счет на покупку и устройство при приюте особого отделения для 10 грудных детей имени жертвователя. А всего поступило 25 731 руб.

Прием пожертвований продолжается: в канцелярии на Остоженке, в доме Совета от 10 до 3 часов дня.

Лиц, подписавшихся на устройство поименованного заведения, но еще не внесших подписанной суммы, Совет покорнейше просит поспешить взносом в кассу[12].

В ведомостях заключена информация, преимущественно, о благо- творителях-москвичах. Иногда, правда, в ведомостях пожертвований, присланных в редакцию, указывалось, что жертвователь происходит «из Харькова», «из Самары» и т. д. Однако процент поступлений от иногородних достаточно мал. Было выявлено лишь 313 пожертвований на сумму 409 руб. 61 коп. Это менее 1 % и общего количества пожертвований, и итоговой суммы.

Был еще один тип ведомостей, в котором приводились имена благотворителей, присылавших деньги со всей страны. Это ведомости пожертвований на какое-либо мероприятие, устроенное государственным или церковным органом. Например, на строительство православных храмов в Сибири, в пользу голодающих индусов (для этой цели был создан особый комитет под председательством московского митрополита) и т. д.

Эти материалы важны для изучения общероссийской благотворительности. Такие публикации лишь учитывались как единица информации, но содержание их подробно не расписывалось. В противном случае эти данные могли сильно исказить портрет московского благотворителя. Отдельное же их изучение — задача другого исследования, посвященного благотворительности России в целом, а не только Москвы.

По характеру и структуре информации к ведомостям пожертвований близки отчеты городской думы. В статьях под заголовком «Московская городская дума» (в «Московских ведомостях» и «Русских ведомостях»), «По городской думе» в «Московском листке», «Городская дума» (в «Новостях дня» и «Русском слове») помимо сведений о разного рода муниципальных мероприятиях, приводилась статистика пожертвований, прошедших через городское управление. При этом, правда, не всегда указывались имена жертвователей.

То же можно сказать и об отчетах Московского университета перед Татьяниным днем, когда приводился полный список благотворителей, сделавших пожертвования за истекший год этому учебному заведению. Публикации, освещавшие пожертвования, совершенные через московское городское управление и сделанные в отношении Московского университета, повторяют данные таких изданий, как «Известия Московской городской думы» и «Отчет Императорского Московского университета».

Не менее интересны сообщения о событиях разового характера, связанных с деятельностью благотворителей и благотворительных организаций. Подобные материалы представлены небольшими заметками, репортажами и т. д. В них зафиксирована информация:

  • — об открытии новых благотворительных обществ и учреждений. В этих сообщениях указывалось название новой организации, цель и (иногда) состав правления (как правило, ограничивались лишь указанием имени председателя);
  • — о крупных пожертвованиях, совершенных в пользу каких-либо организаций. Такие сообщения шли под заголовком «Пожертвования», «Крупные пожертвования». В них указывалось имя жертвователя, сумма. Как правило, в тексте находили отражение лишь пожертвования, превышающие 100 руб., что будет показано ниже;
  • — известия о благотворительных мероприятиях: базарах, лотереях, сборы с которых были потрачены на социальные нужды, о концертах и спектаклях для рабочих, устраиваемых на предприятиях, духовно-

П6

нравственных чтениях для бедных слоев населения и т. д. Указывались дата, место проведения мероприятия, сумма, вырученная в ходе него (если таковая была), и организация, в пользу которой оно проводилось;

— о смерти известных благотворителей.

Именно в подобного рода материалах зафиксирован основной объем информации о крупной благотворительности. Их основная масса помещалась в рубриках, посвященных московской жизни, и представляла собой небольшие заметки. Но иногда такие сообщения были довольно большого объема. Например, обширные репортажи с того или иного мероприятия могли публиковаться даже в качестве передовых статей1. Особенно часто подробные репортажи в виде передовых публиковались в «Московском листке»[13] [14].

Призывы к благотворителям «взывали» о помощи к читателям московских газет. Эта группа представлена, в основном, «воззваниями» от прихожан разных церквей, нуждающихся в реставрации:

«Воззвание! Благочестивые христиане! Окажите нам, бедным и малолюдным прихожанам сгоревшей Введенской церкви села Свербино Сергач- ского уезда Нижегородской губернии, свою посильную помощь в наших крайних нуждах по постройке вместо сгоревшей новой церкви. Каждая посильная жертва примется с искренней благодарностью, и за душу благодетеля будут возноситься молитвы пред Престолом Всевышнего.

Жертвы просим высылать так: через Гагинское почтовое отделение Сер- гачского уезда, села Свербино, священнику Василию Добротину.

К. 6. 832—6—б»[15].

Иногда подобные объявления сопровождались обращением кого- либо из сановных особ. Так, «воззвание», опубликованное в «Московских ведомостях» 16 декабря 1894 г., сопровождалось призывом к читателям генерала-фельдмаршала Гурко с просьбой оказать посильную помощь в сооружении православного храма в Варшаве, заложенного по воле к тому времени уже скончавшегося Александра III[16]. Для этой цели, уже на следующий же день в контору «Московских ведомостей» от г. Канского пришло 5 руб.[17] Затем сведения о пожертвованиях на этот храм печатались каждый день.

«Воззвания» храмов дают представление о связях редакций газет с теми или иными церквами. Именно по частоте встречаемости на страницах «Московских ведомостей» упоминания храма Сергия Радонежского я предположил, что это был своего рода «домашний» храм редакции газеты. Позже этот вывод был подтвержден на материале некрологов С. А. Петровского и В. А. Грингмута, в которых напрямую указывалось, что усопшие в разное время были старостами храма.

Учет «воззваний» может выявить те территории, которые больше всего нуждались в помощи извне, и, соответственно, определить, какой регион охватывала московская благотворительность.

Не только храмы, но и многие организации и учреждения для привлечения средств прибегали к призыву о помощи. Причем в заголовках их обращений также часто фигурировало слово «воззвание». В 1895 г. к этому способу прибегало Российское общество Красного Креста, в 1896 г. — Московский совет детских приютов, в 1897 г. — попечительство Орловского работного дома. Объявления такого рода помещались на первых страницах, а объявления именно этих редакций помещались во всех рассматриваемых изданиях.

Редакции газет часто, особенно перед церковными праздниками, публиковали призывы о помощи конкретному человеку или семейству. Иногда они представляли собой письма читателей и публиковались в рубриках «Письма в редакцию». Однако, как правило, они могли имели такого рода названия: «Нас просят обратить внимание на крайне бедственное положение...», «Вниманию благотворителей», «Вниманию добрых людей» и т. д. и помещались в конце рубрики, посвященной московской жизни. Эти «воззвания» помогли воссоздать портрет городского неимущего конца XIX в., о чем уже было сказано в первой главе.

Помимо информационных сообщений, в газете постоянно помещались публикации, которые можно охарактеризовать, как аналитические, содержащие главным образом фундаментально-обобщающую информацию. Аналитические материалы московских газет отразили разные точки зрения по вопросам развития благотворительности, под влиянием которых и проходило реформирование системы общественного призрения Москвы.

К таковым следует отнести стихотворные и прозаические произведения, а также специальные обзорные статьи, посвященные разным вопросам благотворительности. И те, и другие содержат элементы авторского анализа и видения проблемы. Иногда это выливалось в обзорные статьи, иногда — в художественно-публицистические. Многое в преподнесении информации зависело от аудитории: кому-то легче воспринять ее в виде стихотворного или прозаического фельетона, а кому-то нужна подробная научная статья. Очень часто памфлеты, написанные в живой, художественной манере, были настоящими полемическими статьями. Как будет показано далее, доли обзорных статей

П8

и художественно-публицистических материалов несравненно малы по сравнению с информационными сообщениями, и совместное или раздельное их рассмотрение не сильно изменит имеющуюся картину.

Обзорные статьи были посвящены злободневным вопросам. В них содержится описание состояния благотворительности в России и за рубежом в определенные исторические периоды, разбор целей и задач филантропии, обобщение опыта тех или иных благотворительных учреждений1. Именно такие статьи были основными источниками знаний читающей аудитории по вопросам общественного призрения.

Большинство исследовательских статей имеют важное полемическое значение. Как мы видели, обсуждение благотворительного налога активно велось именно в исследовательских статьях московских изданий. Нередко передовые, посвященные вопросам внутренней политики, напрямую касались интересующей нас темы. Например, при обсуждении вопроса о положении русского православного населения в западных губерниях империи в 1897—1898 гг. в «Московских ведомостях» затрагивался сюжет о сборе пожертвований. В связи с этим логично было учитывать даже те статьи, которые лишь косвенно касались вопросов благотворительности.

К этой же группе можно отнести и некоторые письма в редакцию, скажем, содержавшие размышление на тему развития благотворительности. Иногда эти письма печатались в качестве передовой статьи, но, как правило, им отводили место после блока московских новостей.

Письма читателей «Русских ведомостей» нередко сопровождали пожертвование. В них благотворитель подробно сообщал о причинах, побудивших его совершить передачу денег. «Слишком мало на Руси образованных людей, и большая часть их вышла из недостаточных семей. Мы не можем допустить, чтобы Россия лишилась из-за недостатка нескольких тысяч рублей целого ряда образованных работников» — с таким письмом «Бывший студент» передал в редакцию «Русских ведомостей» 100 руб.[18] [19] Такие материалы обычно публиковались под рубриками «Письма в редакцию».

К аналитическим материалам следует отнести и некрологи[20]. Они вносят существенные дополнения для составления коллективного портрета крупных благотворителей. Вот, например, выдержка из некролога купца П. Р. Максимова: «Почивший приобрел общую известность своими пожертвованиями на дела благотворительности. Им пожертвована крупная сумма на лечебницу им. кн. В. А. Долгорукова, в Московском университете, в Коммерческом училище, в Томском университете и других учебных заведениях им устроено несколько стипендий. Он много жертвовал на построение соборного храма в г. Варшава и других храмов. Несколько лет тому назад он устроил замечательный храм в Форосе в Крыму. На месте своей родины, в г. Кунгуре, он также устроил роскошный храм, освящение которого должно состояться через несколько месяцев. Он состоял выборным Купеческого общества, членом совета Александровского коммерческого училища, попечителем бесплатной лечебницы князя В. А. Долгорукова, членом общества для пособия нуждающимся сибирякам, директором Филармонического общества и членом многих благотворительных обществ»1.

А вот как изображен в некрологе образ купца А. К. Трапезникова: «Почивший был очень добрый человек, сердечно относившийся к нуждам всех обращавшихся к нему за помощью, но оказывавший ее таким образом, чтобы получивший не знал, откуда он ее получил»[21] [22].

Перед нами образ христианского благотворителя, тайно помогающего страждущим. Однако в конце XIX в. этот образ был уже далеко не типичным и в этом особый интерес указанного некролога (можно сравнить его с некрологом Максимову). О деятельности покойного могут много сказать венки, возложенные на его могилу. Вот какие венки были положены на могилу А. К. Трапезникова: «Благодарное общество для пособия бывшим воспитанникам коммерческого училища своему учредителю и почетному члену», «От коммерческого училища», «От Александровского коммерческого училища», «От Общества для содействия русскому торговому мореходству и торговле», «От общества для пособия нуждающимся сибирякам»[23]. Перед нами — своего рода перечень организаций, в судьбах которых принимал участие А. К. Трапезников.

При описании похорон Евдокии Никифоровны Морозовой на Преображенском кладбище было отмечено, что один из венков был от Пропедевтической клиники Московского университета. Как известно, Морозовы были крупнейшими меценатами и в отношении этого научного заведения[24].

Примеров можно приводить много: список венков от разных лиц и организаций, по которым можно лучше представить деятельность покойного, в том числе и благотворительную. Иногда некрологи дают выход на семейные традиции благотворительности. В заметке «Кончина княжны В. Б. Четвертинской» было сказано об основании покойной в своем имении Филимонках Владимирской женской гимназии, которой и было завещано имение. Кроме того, родные сестры ее, княгини Н. Б. Шаховская и Н. Б. Трубецкая, были крупными благотворительницами. Первая была председательницей Александровской общины «Утоли моя печали», а вторая — Братолюбивого общества1. Таким образом, некрологи содержат в первую очередь осмысление индивидуального вклада человека в дело «общей пользы». Для нас это важно с точки зрения благотворительности. Некрологам, как правило, в газетах отводили место перед блоком московских новостей.

Художественно-публицистические материалы на страницах газет представлены в виде двух жанров: памфлеты и фельетоны. В настоящее время оба жанра нередко воспринимаются как один. «Фельетон — газетная или журнальная статья на злободневную тему, использующая юмористические и сатирические приемы изложения»[25] [26], «памфлет — злободневное, острое, обычно небольшое сочинение обличительного, политического характера»[27].

Однако в конце XIX в. фельетоном чаще назывался «раздел газеты в форме научно-популярных статей по вопросам политическим, общественным, литературной и художественной критики и пр.»[28]. В газетах роль фельетона нередко выполняли романы с продолжением или пространные обзорные статьи, помещаемые, как правило, в так называемом подвале.

В «Русских ведомостях» к церковным праздникам, особенно к Рождеству, печатались в виде фельетонов рассказы, в которых, так или иначе затрагивалась тема благотворительности и милосердия. В 1895 г. в «Московском листке» публиковался роман А. А. Пазухина «Две сестры». Одна из коллизий заключалось в том, что героини захотели заняться благотворительностью, и мотивом здесь служили интересные знакомства, которые могли открыться перед сестрами[29].

Под памфлетом подразумевали преимущественно «вид политической литературы... разоблачительного содержания...»[30]. Памфлеты, затрагивающие благотворительную тематику, встречаются гораздо чаще. Материалы этого жанра представляют почти уникальную информацию «Московского листка».

Главным автором стихотворных памфлетов «Московского листка» был «Фигаро из Сущева» (псевдоним Леонида Ивановича Гуляева)[31].

Публиковались и другие авторы[32], но «Фигаро из Сущева» был, пожалуй, самый яркий из них. Кроме того, он чаще остальных обращался к благотворительной тематике. Вот примеры того, какой была общая обстановка благотворительной жизни Москвы.

Собираемся мы в Думе,

Чтоб улучшить жизни быт...

И там в прениях и шуме Деловой имеем вид.

Затеваем очень много,

В результате же — пустяк...

Мне скажите, взвесив строго,

Отчего же это так?

Автор сам отвечает на этот вопрос следующим вопросом:

Хам в душе, но с миллионом,

Задает нам важный тон...

Все бегут к нему с поклоном,

И повсюду принят он.

Широка ему дорога и в призрении бедняг.

Мне скажите, взвесив строго,

От чего же это так?

Этот памфлет отражает обывательское мнение о работе городской думы. В нем в сатирической форме показана работа думцев, среди которых в основном богатые люди (иногда при этом невежественные), для которых благотворительность — средство поправить свой общественный имидж.

Таким образом, художественно-публицистические материалы далеко не всегда носили развлекательный характер, а просто в живой манере обращали внимание читателей на важные общественные проблемы. Соответственно, без характеристики художественно-публицистических материалов, дающих важные сведения по социальной психологии, источниковедческая проработка материалов прессы была бы неполной.

i< i< "к

Подводя итог параграфу, надо отметить следующее. Путем сплошного просмотра комплектов выбранных в качестве основных источников газет удалось выявить массив информации, включающий в себя 8 335 текстов-источников, который распадается на группы информационных и аналитических материалов. Обе предполагают разную степень формализации и применение разных методов анализа их информации.

На основе информационных материалов, требующих в первую очередь количественной обработки, было возможно составить базы данных «Благотворители» и «Благотворительные общества». Дальнейшая работа с базами данных даст представление о коллективном портрете московского благотворителя и функционировании благотворительных обществ.

Аналитические материалы, требующие применения описательных методов анализа, в дальнейшем должны будут подтвердить или опровергнуть картину, которая будет получена на основе информационных сообщений. В свою очередь, именно количественные методы позволили лучше характеризовать материалы прессы с источниковедческой точки зрения. Так было установлено, что информационный поток каждого издания представляет собой некую выборку, в которой нашли отражения разные проявления благотворительности. При этом информационные потоки изданий оказались достаточно близкими. Совместное рассмотрение материалов всех шести изданий дает возможность получить в целом достаточно представительную картину и повысить степень репрезентативности информации каждого издания. При этом существующие искажения ее носят, как правило, невольный характер.

  • [1] Работа с несколькими годовыми комплектами, проводившаяся в конце1990-х —2000-е гг., убедила автора в том, что традиционные методы, связанные с полистным просмотром, исчерпали себя. Эта работа не только очень трудоемка, но и связанас рядом проблем, например, субъективностью восприятия. Даже при самой отлаженнойметодике выявления материала всегда работает фактор усталости: исследователь можетпропустить тот или иной материал. Это, безусловно, компенсируется большим объемомматериала, но, тем не менее, можно пройти мимо очень важных по своему содержаниюпубликаций. Нельзя забывать и того, что каждое обращение к ветхим подшивкам ведет к «травмированию» источника. В настоящее время наметилось сотрудничество крупнейшихгазетных фондов с исследователями и программистами, в результате чего проводитсяоцифровка имеющихся комплектов. Такие материалы все чаще выставляются в интернет. Презентация их в машиночитаемом виде позволяет применить к ним более эффек-
  • [2] тивные методы работы, решить проблему доступности, сохранности, поиска необходимого материала внутри найденных комплектов. При подобном подходе многие выводыисследований, написанных на основе изучения прессы с применением методики ручного сплошного просмотра, могут быть уточнены.
  • [3] Деопик Д. В. Некоторые принципы построения формализованных языков дляисследования исторических источников // Количественные методы в гуманитарныхнауках. М., 1981.
  • [4] См., например: Тертычный А. А. Жанры периодической печати. М., 2002.
  • [5] Аналогичное деление (на «конкретные» и «аналитические» материалы) было произведено и в книге: Голиков А. Г. Российские монополии в зеркале прессы...
  • [6] Однако в «Московском листке» эти публикации помещались в 90 % случаев передрубрикой «Экстренная почта», а в рубрике «Московская жизнь» обычно приводилисьданные о разных криминальных событиях и несчастных случаях.
  • [7] Совет общества попечения о детях лиц, ссылаемых в Сибирь // Московские ведомости. 01.12.1894. № 330. С. 1. Объявления. Далее, кроме специально оговоренных случаев, при цитировании сохранено выделение источника.
  • [8] Благотворительный базар // Московские ведомости. 07.01.1895. № 7. С. 3.Московская жизнь.
  • [9] См., например: Общество для пособия бывшим воспитанникам московского коммерческого училища // Московский листок. 05.05.1895. № 122. С. 1. Объявления.
  • [10] Пятидесятилетие Александро-Мариинского приюта // Московские ведомости.07.12.1894. № 336. С. 3. Московская жизнь.
  • [11] В контору «Московских ведомостей» пришли следующие пожертвования... //Московские ведомости. 21.12.1894. № 350. С. 1. Объявления.
  • [12] От Московского совета детских приютов // Московский листок. 06.06.1895.№ 156. С. 1. Объявления. В 1895 г. подобные сводки помещались советом в «Московскомлистке» примерно раз в квартал.
  • [13] См., например, следующие репортажи: Посещение Императорскими Высочествами Иверской общины сестер милосердия // Русские ведомости. 18.02.1895. № 49.С. 2. Передовая.
  • [14] Так, о трагедии на р. Оке и об организации помощи пострадавшим и их семьям«Московским листком» был напечатан целый ряд передовых статей-репортажей. См.:С места катастрофы на Оке // Московский листок. 27.09.1895. № 269. С. 2. Передовая;С места катастрофы на Оке // Московский листок. 01.10.1895. № 273. С. 2. Передовая.
  • [15] Воззвание! Благочестивые Христиане! // Московские ведомости. 02.01.1895. № 2.С. 1. Объявления.
  • [16] Воззвание! // Московские ведомости. 16.12.1894. № 345. С. 1. Объявления.
  • [17] В контору «Московских ведомостей» пришли следующие пожертвования... //Московские ведомости. 17.12.1894. № 346. С. 1. Объявления.
  • [18] См., например: Второе Пресненское городское попечительство // Московскийлисток. 01.11.1895. № 304. С. 2. Передовая. В статье дан обзор деятельности этого попечительства, интересного тем, что оно было одним из самых густонаселенных нищимипопечительств.
  • [19] Бывший студент. Письмо в редакцию // Русские ведомости. 13.11.1895. № 314.С. 3. Письмо в редакцию.
  • [20] Журналисты, правда, относят некрологи к информационным жанрам. См. Тер-тычныйА. А. Жанры периодической печати... С. 88—93.
  • [21] Скорбный лист. (П. Р. Максимов) // Московский листок. 23.07.1895. № 203. С. 2.Перед «Экстренной почтой».
  • [22] А. К. Трапезников (скорбный лист) // Московский листок. 06.07.1895. № 186. С. 2.
  • [23] Похороны А. К. Трапезникова // Московский листок. 08.07.1895. № 188. С. 2.Перед «Экстренной почтой».
  • [24] Кончина Е. Н. Морозовой // Московские ведомости. 10.12.1894. № 339. С. 5.Московская жизнь.
  • [25] Кончина княжны В. Б. Четвертинской. 01.12.1894. № 340. С. 5. Московская жизнь.
  • [26] Ожегов С. И., Шведов Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 2002. С. 850.
  • [27] Ожегов С. И., Шведов Н. Ю. Толковый словарь русского языка... С. 490.
  • [28] Малый энциклопедический словарь. В 4 т. Т. 4. / Репринтное воспроизведениеиздания Брокгауза и Эфрона. М., 1994. С. 1862.
  • [29] Пазухин А. А. Две сестры // Московский листок. 28.11.1895. № 331; 30.11.1895.№ 333.
  • [30] Малый энциклопедический словарь. В 4 т. Т. 3... С. 877.
  • [31] Масанов И. Ф. Словарь псевдонимов русских писателей, ученых и общественныхдеятелей. Т. 3. С. 204.
  • [32] Например, часто помещались прозаические памфлеты «Дневник майора Брев-нова», подписанные Александром Соколовым. Они были написаны действительно в видедневника, где под соответствующим числом (предыдущим выходу номера) помещалисьразмышления автора или описания его встреч и знаменательных событий. Можно сказать, что они представляли собой отдельную ежедневную рубрику.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >