Государственное регулирование экономики в современной России

В отличие от многих стран России свойственна многовековая традиция сильной центральной власти, богатый опыт ГРЭ был накоплен и в годы советской власти, многие его элементы заимствованы и используются во многих странах. В. В. Леонтьев на основе опыта применения в СССР баланса народного хозяйства разработал экономико-математические модели межотраслевого баланса «затраты — выпуск». Этот метод стал частью системы национальных счетов большинства стран (если в СССР в 1990 г. разрабатывалось 850 межотраслевых балансов, то в США — 1560, а в Японии — свыше 2600). По мнению В. В. Леонтьева, именно жесткое централизованное планирование позволило СССР, несмотря на ужасные потери во Второй мировой войне, превратить аграрную страну во вторую в мире индустриальную державу и сделать это без иностранной помощи[1].

Однако в 1990-х гг. в России был провозглашен курс на переход к «свободному» рынку на основе чистого монетаризма, а ГРЭ было объявлено командной системой и полностью разрушено. Это, по мнению ученых РАН, является крупнейшим стратегическим просчетом, тем более что место государства в регулировании экономики в значительной мере заняли организованная преступность и внешние механизмы.

Кроме того, необходимость ГРЭ в России усиливается еще и неравномерным размещением экономических ресурсов и производительных сил на ее территории. Без государственного их перераспределения невозможно поддерживать макроэкономическое равновесие. Иначе, как показала практика «свободного» рынка, неизбежно нарастает и резко усиливается расслоение регионов по социально-экономическим показателям. Уже в 1990-е гг. самые богатые и беднейшие регионы страны стали различаться: по уровню регионального валового продукта — в 35 раз; по уровню безработицы — в 27 раз; по уровню инвестиций в основной капитал — в 135 раз. Все это можно признать факторами, ведущими к разрушению государства.

По мнению бывшего (с 2005 по 2015 г.) директора Института экономики РАН Р. С. Гринберга, последнюю четверть века Россию терзает глобальный интеллектуальный феномен. Речь идет о громадном влиянии, если не сказать «тотальном терроре», идеологической составляющей неоклассического направления современной экономико-теоретической мысли, претендующего на роль ее «мэйнстрима». Содержание этой составляющей, предельно коротко говоря, сводится к максиме: «ошибки государства заведомо хуже ошибок рынка». Отсюда следует, что априори лучше «переборщить» с дерегулированием, чем с государственными интервенциями, неизбежно сопровождаемыми бюрократическими извращениями. Очевиден, однако, вопиющий разрыв между идеологией и реальной практикой даже «самых рыночных» держав. Достаточно констатировать, что через совокупный государственный бюджет стран ОЭСР перераспределяется половина ВВП, а 100 лет назад аналог этого показателя не превышал 10%!.

СССР и сегодня критикуют в основном за плановую экономику и тяжесть бюрократического аппарата, но в СССР в институтах управления страной работало 10% экономически активного населения, а сегодня в США таких работников 20%. И в новой России количество государственных чиновников резко увеличилось: в 1980-е гг. в СССР один чиновник приходился на 220 граждан, а сегодня, в новой России — на 67 россиян.

Анализ экономических программ основных партий и объединений России, предлагаемых в ходе выборных кампаний разных уровней, показывает, что все они, кроме крайне правых, признают необходимость повышения роли ГРЭ. При этом предлагается сформировать свою, с учетом многовекового опыта, традиций, комплекса специфических для России исторических, социальных и природно-климатических факторов, модель социально-экономического развития и ГРЭ, подобно Японии, Франции, Китаю, другим странам, успешно реализующим свои особые модели. Российская модель экономики должна иметь четко выраженную социальную ориентацию с активной ролью государства и трудовых коллективов, объединять в себе план и рынок, конкуренцию и состязательность коллективов, учитывать социальные гарантии и личную инициативу, все виды интересов при их подчинении национальным, обеспечивать справедливое вознаграждение за результаты общественно полезного труда и наказание за злоупотребления монопольным положением на рынке. В целях ГРЭ и создания его инфраструктуры предлагаются следующие меры:

  • — сформировать государственные и иные институты, усиливающие управляемость экономики (развивать законодательство, стимулировать формирование рыночных институтов, демонополизировать экономику) ;
  • — создать систему индикативного планирования, увязанную с долгосрочной экономической стратегией, и систему мер по ее реализации; [2]
  • — придать новое качество Минэкономразвитию как основному институту по разработке и реализации экономической политики, планов и программ, по разработке совместно с Минфином, Банком России системы регуляторов, направленных на достижение целей экономической стратегии;
  • — восстановить управляемость государственными предприятиями;
  • — определить в качестве задач отраслевых органов управление унитарными предприятиями, участие в управлении акционерными обществами с помощью пакетов акций, поддержку предпринимательства за счет государственных средств, финансирование целевых программ и т.п.;
  • — сформировать институт и инфраструктуру госзаказов, развернуть устойчивую инфраструктуру финансирования и гарантий госзаказов, обеспечить на их основе стимулирование перспективных научных исследований, создание и внедрение новейших поколений техники и технологий.

Важно отметить, что в последние годы и высшее руководство России неоднократно признавало необходимость ГРЭ. Практика показала, подчеркнул В. В. Путин в своем выступлении 19 сентября 2013 г. на заседании международного дискуссионного клуба «Валдай», что новая национальная идея не рождается и не развивается по рыночным правилам. Самоустроение государства, общества не сработало, так же как и механическое копирование чужого опыта. Попытки извне цивилизовать Россию не были приняты абсолютным большинством нашего народа, потому что стремление к самостоятельности, к духовному, идеологическому, внешнеполитическому суверенитету — неотъемлемая часть нашего национального характера1.

  • [1] Трудный поворот к рынку / под ред. Л. И. Абалкина. С. 261.
  • [2] О двух императивах предложенного реформационного курса // Российский экономический журнал. 2007. № 11—12. С. 101.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >