Переход от распределительной к страховой модели социального обеспечения — важнейшая задача социальной политики Российского государства в XXI в.

Как уже отмечалось, становление современных институтов и систем социального обеспечения происходило на протяжении второй половины XIX в. — первой половины XX в. Этот период сопровождался:

  • — формированием трудового законодательства и введением коллективных договоров, регулирующих взаимоотношения труда и капитала в условиях организации трудовых отношений на постоянной основе, определяющих стандарты социальной защиты в области занятости, условий труда, заработной платы, режимов труда и отдыха, механизмов разрешения трудовых споров;
  • — созданием систем социальной защиты населения от социальных рисков утраты трудоспособности или места работы[1], включая корпоративные механизмы социальной поддержки персонала, институты государственного социального обеспечения и обязательного социального страхования;
  • — введением прогрессивного налогообложения доходов населения, как важнейшего ресурса для финансирования государственного социального обеспечения и социальной сферы, а также страховых взносов работодателей и работников, ресурсы которых призваны купировать последствия социальных рисков, угрожающих доходам и социальному статусу наемных работников.

Немецкий ученый Р. Дарендорф в этой связи отмечает, что именно фактор трудовой деятельности делает человека гражданином, поскольку условием избирательного права выступал статус человека как налогоплательщика, а социальные гражданские права были связаны с профессиональной деятельностью через использования механизма страхования социальных прав1.

Важнейшим из факторов, повлиявших на становление государственного социального обеспечения, включая обязательное пенсионное и медицинское страхование наемных работников, стало повышение заработной платы в период с последней трети XIX в. до конца XX в. Рост реальной заработной платы в течении последней трети XIX в. — первой трети XX в. вызвал эффект «набегающей волны», подъем которой потребовал подъема других «лодок» доходов населения, в том числе и в периоды, когда наступала нетрудоспособность в связи с болезнью, инвалидностью и старостью.

Если еще в конце XIX в. бюджетные расходы ЭРС на эти цели составляли, в лучшем случае, 0,5—1,0 % ВВП, то к концу XX в. они увеличились в десятки раз — до 20—30 % ВВП, включая расходы по видам институтов социальной защиты:

  • — государственное социальное обеспечение малоимущих граждан и государственных служащих — 6—8 % ВВП;
  • — обязательное социальное страхование заработной платы наемных работников — 12—18 % ВВП;
  • — корпоративные системы социальной поддержки персонала — 2—3 % ВВП[2] [3].

На долю социального страхования в большинстве стран ЕС (ФРГ, Франция, Бельгия, Италия) приходится примерно 60—70 % всех затрат на цели социальной защиты, что составляет 21—30 % ВВП (табл. 16).

По сравнению с ЭРС в России величина ресурсов, выделяемых на финансирование институтов социального страхования и обеспечение, на треть меньше — не более 16 % ВВП. За счет социального страхования финансируется только 45 % всех затрат, за счет государственного бюджета — 50 %, за счет средств корпораций — 5 %. Данная конструкция финансирования социальной защиты в условиях глобальных финансовых и экономических кризисов крайне неустойчива. Такая государственно-обеспечительная модель социального бюджета «вытекает» из советского времени, когда пенсионное обеспечение финансировалось на 2/3 из государственного бюджета, а медицинская помощь населению — полностью.

Таблица 16

Совокупные расходы ряда стран Европы на обязательное социальное страхование и государственное социальное обеспечение, % к ВВП

Годы

Австрия

Франция

Великобритания

Нидерланды

Дания

Германия

1920

2,0

2,8

4,1

3,2

2,7

7,5

1940

2,3

5,1

5,3

4,4

4,8

ПД

1960

7,3

8,9

9,6

8,7

7,6

14,9

1975

10,8

9,2

15,0

17,2

24,6

20,8

2010

27,2

29,2

21,3

20,9

27,1

26,7

Источник: Социальное обеспечение в мире в 2010—2011 годах. Обеспечение охвата во время и после кризиса / Группа технической поддержки по вопросам достойного труда и Бюро МОТ для стран Восточной Европы и Центральной Азии. М. : Бюро МОТ в Москве, 2011. С. 257—258.

Существовавший в СССР порядок автономного функционирования финансовых механизмов институтов заработной платы, пенсионного обеспечения и медицинской помощи привел в системе социального страхования к институциональному разрыву трудовых и социальностраховых экономических отношений между хозяйствующими субъектами и страховщиками.

В новой России советский стереотип полной ответственности государства за социальную защиту наемных работников от последствий социальных рисков болезни, инвалидности и старости так и не изжит, что является серьезным препятствием для формирования финансовых механизмов институтов обязательного пенсионного, медицинского и других видов социального страхования. Кроме того, очевидно, что наемные работники с низкой и средней заработной платой практически не могут финансово полноценно участвовать в пенсионном страховании и накопить за 35—40 лет достаточный объем пенсионных средств, величина которых обеспечивала бы им пенсии, в размере не менее 2,0—2,5 прожиточных минимума пенсионера.

При нынешней структуре экономики и собственности на капитал Российское государство не в состоянии в полной мере обеспечивать исполнение социальных обязательств перед населением, о чем свидетельствуют низкие душевые расходы на медицинскую помощь, образование и другие составляющие качества жизни граждан. Это наглядно демонстрирует совокупная величина государственных расходов на социальную защиту россиян — около 18,5 %, ВВП, что ниже минимального уровня даже для развивающихся стран с низкими доходами населения, который определен в Копенгагенских резолюциях (1996 г.) в размере не менее 20 % ВВП.

Серьезными угрозами для жизнедеятельности населения в современном мире являются бедность, незащищенность и социальная изоляция1. Вопросам оценки последствий этих социальных рисков и выработке национальных стратегий, направленных на создание комплексных систем социальной защиты, посвящена Рекомендация МОТ № 202 «О минимальных уровнях социальной защиты» 2012 г.[4] [5]

Сложившаяся за последние 25 лет система институтов социальной защиты населения испытывает значительные финансовые трудности, о чем свидетельствует рост дефицита социальной составляющей федерального и региональных бюджетов, бюджета ПФР, федерального и территориальных фондов обязательного медицинского страхования, ФСС. Причем их финансовая несбалансированность в последнее время усугубляется. Для купирования этого неблагоприятного тренда исполнительная власть приняла в 2015—2016 гг. ряд непопулярных мер: прекращена индексация пенсий работающих пенсионеров, не в полной мере индексируются пенсии неработающих пенсионеров, заморожены и без того низкие расходы на медицинскую помощь. Институты пенсионного и медицинского страхования не отвечают современным вызовам — демографическим тенденциям, структурным изменениям в экономике и на рынке труда, характеру и условиям организации систем заработной платы, а институт социального страхования в связи с безработицей в стране так и не сформирован.

Снижению уровня социальной защиты способствует и старение населения. В ближайшие 10—15 лет данный феномен вызовет необходимость привлечения дополнительных финансовых ресурсов на пенсионное обеспечение и медицинскую помощь[6] (до 12—14 % ВВП), что мало реалистично: прогнозы свидетельствуют о снижении уровня затрат на медицинскую помощь и пенсии (рис. 5).

Сегодняшние пенсии в 1,5 раза ниже, чем в СССР в конце 1980-х гг., а надежд на существенное их повышение в средне- и долгосрочной перспективе мало. Устройство и структура института обязательного пенсионного страхования таковы, что при крайне низких общих объемах расходов на страховые пенсии, которые составляют 6 % ВВП, их финансовые ресурсы к 2020 г. практически не увеличатся. Прогнозы свидетельствуют, что к 2050 г. в силу демографических процессов население страны сократится на 2 млн человек, а рабочая сила — на 11 млн человек, что усугубит бюджетную ситуацию.

Динамика коэффициента замещения пенсий в системе

Рис. 5. Динамика коэффициента замещения пенсий в системе

обязательного пенсионного страхования в России в 1950—2016 гг. и прогнозные оценки его изменения

Все более широкое использование наукоемких технологий, прежде всего IT, позволяют резко повысить эффективность производства, уровень удовлетворения потребностей членов общества и т. д. При этом во многих ЭРС наблюдается существенное снижение доли наемных работников — за последние 20 лет на 15 и более процентных пунктов. Особенно ощутимо сокращение количества работающих в отраслях промышленности и сельского хозяйства (с 60 % до 25—30 % от общей численности).

Таким образом, в макроэкономических условиях функционирования социального обеспечения и страхования можно выделить две разнонаправленные тенденции: первая состоит в повышении экономических возможностей для роста уровня социальных гарантий в области пенсионного и медицинского страхования (рост производительности труда), вторая — в снижении уровня социальной защиты (повышение индивидуализации труда и расширение неформальной занятости). На протяжении более чем 30 лет сохраняется устойчивая тенденция увеличения доли самозанятого населения, а также занятых на условиях неполной рабочей недели. Все шире применяются гибкие и неполные формы занятости (временной и частичной). Аналогичные тенденции наблюдаются и в России.

Экспертные оценки состояния пенсионного обеспечения в России свидетельствуют о том, что даже при повышении доли затрат на эти цели в ВВП в абсолютных размерах, оно будет «заморожено», а для отдельных низко доходных слоев населения даже ухудшится. Такой парадокс можно назвать «финансовой ловушкой» процесса старения населения и изменения модели занятости населения.

Основные институты, призванные обеспечивать борьбу с бедностью, преодоление изоляции и неравенства, одновременно являются важнейшими механизмами, обеспечивающими политическую стабильность и социальную сплоченность. Социальное обеспечение стимулирует экономический рост с помощью поддержки доходов домашних хозяйств и, таким образом, внутреннего потребления в масштабах национальных экономик.

Текущее состояние отечественного социального обеспечения и сложившиеся тенденции в этой системе позволяют оценить ее как все менее эффективную. Отсутствие концепции «национальной системы социального страхования и обеспечения», на наш взгляд, является препятствием на пути разработки соответствующей правовой базы, способной стать теоретической основой социальной политики государства1, подчиняющей механизмы социальной защиты и страхования приоритетам повышения качества жизни населения[7] [8].

Формирование современной системы обязательного социального страхования в стране требует решения ряда крупных задач, включающих:

  • — определение финансовых механизмов социального страхования с учетом установления уровня оптимальной нагрузки на субъекты страхования, увязанной с параметрами заработной платы, доходов и налоговой политикой;
  • — фиксация правового поля социального страхования, исключающая смешение с правоотношениями, регулирующими социальную помощь и государственное социальное обеспечение;
  • — разграничение функций и полномочий по управлению системой и отдельными видами социального страхования между основными социальными субъектами (работодателями, работниками и государством) с учетом их ролевых позиций — страхователей, застрахованных, контролирующих органов;
  • — определение базовых правовых институтов социального страхования, которые бы охватывали все возможные виды страховых случаев, кодификация всех форм и видов защиты;
  • — определение инструментария и инфраструктуры управления социальным страхованием (актуарные расчеты, информационная база, статус актуарных центров и контрольных органов, медико-реабилитационных служб)[9].

Преодолеть серьезное институциональное отставание в рассматриваемой сфере, на наш взгляд, является одной из важнейших стратегических задач социальной политики нашего государства. Тем более, что формирование цивилизованных пенсионных институтов входит в число сущностных преобразований и базовых условий перехода от централизованно-плановой к рыночной экономике.

Представляется, что модернизация существующих институтов обязательного социального страхования невозможна без проведения реформы системы заработной платы и налоговой системы. Дело в том, что нынешний уровень оплаты труда объективно занижен (эту модель, как уже говорилось, мы унаследовали у СССР), а плоская налоговая шкала затрудняет перераспределение доходов между богатыми и бедными. У людей элементарно нет денег на оплату страховых взносов лично.

Объединение усилий работодателей и работников по резервированию финансовых средств на пенсионное обеспечение последних — главный элемент экономического, финансового и правового механизма обязательного пенсионного страхования. Как показывает опыт ЭРС, им потребовалось примерно 50 лет (конец XIX — начало XX вв.), чтобы заработную плату наемных работников повысить до приемлемого уровня с тем, чтобы они сами могли участвовать своими взносами в накоплении финансовых ресурсов на свое пенсионное обеспечение.

Пропорции распределения страховой нагрузки между работодателями и работниками по странам разняться. Скажем, в Финляндии и Испании 3/4 вносят работодатели и 1/4 — работники, а в ФРГ и Швейцарии имеет место паритетная нагрузка (по 1/2 работодатели и работники).

Доля отдельных источников финансирования определяет сам характер системы страховых выплат: взносы выражают ее страховые принципы, а участие государства символизирует идею солидарности перед лицом потребностей, удовлетворение которых невозможно обеспечить лишь за счет страховых взносов работодателей и работников, что заставляет обращаться к дофинансированию систем из государственных источников.

Размер минимальной величины заработной платы работника, с которой целесообразно ввести обязательные страховые взносы работника в пределах 5—7 % от ее нетто величины (нижний предел), можно установить как пороговую величину, размер которой должен составлять не менее 80 % от средней заработной платы в промышленности. Верхний предел заработной платы работника, выше которого обязательные страховые взносы работника не взимаются, можно установить как пороговую величину на уровне не более 250 % средней заработной платы в промышленности. Кроме того, для снижения общего финансового бремени работников (налоги и страховые взносы), потребуется несколько снизить (на 2—3 п. п.) величину налоговых платежей с тем, чтобы совокупное финансовое обременение работника не превышало 20 % от его заработной платы.

Предложенная более дифференцированная структура системы социального страхования в большей степени обеспечивает учет природы риска, что крайне важно для точного расчета финансовых средств, необходимых для страхования и более высокого уровня социальной защиты, а также исключает скрытое перераспределение финансовых средств, неизбежное при применении объединенных систем.

Для преодоления существенных институциональных изъянов требуется качественное изменение всей системы доходов населения и распределительных отношений в российском социуме. Важно осуществить переход от минимальных стандартов социальной защиты (стандартов бедности) к стандартам замещения утрачиваемой заработной платы (в сопоставимых с ней размерах).

Контрольные вопросы и задания

  • 1. Назовите основные вехи становления механизмов социального обеспечения и страхования в России на протяжении последних 150 лет.
  • 2. Какими экономическими, социальными и идеологическими причинами была обусловлена модель социального обеспечения в СССР?
  • 3. В чем состояла суть финансовых механизмов общественных фондов потребления в СССР? Какие виды поддержки они предусматривали, и почему они смогли функционировать в постсоветский период?
  • 4. Назовите сильные и слабые стороны советской системы социального обеспечения.
  • 5. Проанализируйте пути модернизации существующей системы социального обеспечения в России.

>

Рассчитайте страховой тариф и разработайте предложения по его оптимизации для пенсионной системы, характеризующейся следующими показателями:

Средняя величина заработной платы застрахованных работников, руб/мес.

40 000

Средняя величина пенсии, руб/мес.

15 000

Длительность страхового стажа, лет

37

Длительность предстоящей жизни, лет

20

Численность застрахованных работников, тыс. чел.

52 000

Численность пенсионеров, тыс. чел.

48 000

Литература

Роик, В. Д. Социальное страхование в меняющемся мире: каким будет выбор России? / В. Д. Роик. — СПб., 2014.

Страхование : учебник / под ред. Л. А. Орланюк-Малицкой, С. Ю. Яновой. ; Высшее образование, 2010.

Финансы : учебник / под ред. А. Г. Грязновой и Е. В. Маркиной. — М. : Финансы и статистика, 2008.

Якушев, Л. П. Социальная защита : учеб, пособие / Л. П. Якушев. — М. : Государственный университет управления, 2000.

Янова, С. Ю. Социальное страхование: организация и финансовый механизм / С. Ю. Янова. — СПб., 2000.

Интернет-ресурсы Минтруда России, Всемирной организации здравоохранения, Международной организации труда.

  • [1] На протяжении последних десятилетий термин «социальная защита» традиционно стал использоваться во многих странах и в России в следующих значениях: 1) каксиноним термина «социальное обеспечение» и 2) как «защита», которая предоставляется системой социального обеспечения в случаях возникновения рисков бедности,нищеты и социальной изоляции за счет государственного и муниципальных бюджетов,а также обязательного и добровольного социального страхования.
  • [2] Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерки политики свободы /пер. с нем. М. : Изд-во «Росспэн», 2002. С. 195.
  • [3] Следует отметить, что в Великобритании и Нидерландах важную роль в расходахна социальную поддержку работников играют корпоративные профессиональные пенсии, объем финансирования которых составляет 3—4 % ВВП.
  • [4] Доклад о социальной защите в мире 2014/15: обеспечение экономического восстановления, инклюзивного развития и социальной справедливости / Группа техническойподдержки по вопросам достойного труда и Бюро МОТ для стран Восточной Европыи Центральной Азии. М. : МОТ, 2015. С. 161, 162.
  • [5] Рекомендация МОТ № 202 «О минимальных уровнях социальной защиты» // Международная конференция труда «Международное социальное обеспечение: документыи комментарии» / отв. ред. Ю. В. Воронин. М.: Издательский Дом «Городец», 2015. С. 43,46, 47.
  • [6] Существующие сегодня стандарты социальной защиты пенсионеров, сопоставимые с уровнем 1980 г., для современных условий являются крайне заниженными, особенно в части затрат на медицинскую помощь и социальное обслуживание и должнысоставлять, не 1—2 тыс. руб. в месяц, а, по крайней мере, 3—6 тыс. руб. в месяц. Крометого, следует принимать во внимание, что в возрасте 75 лет и старше расходы на лекарства, медицинскую и социальную помощь пожилых увеличиваются.
  • [7] Категории «пенсионное страхование» и «социальное обеспечение» тесно связаныс категорией «социальная политика», определяющей взаимоотношения основных субъектов общества по поводу социального и материального положения населения.
  • [8] Роик В. Д. Экономика, финансы и право социального страхования: институтыи страховые механизмы. М. : Альпина Паблишер, 2013; Международные и российские нормы пенсионного обеспечения: сравнительный анализ / отв. ред. Э. Г. Тучкова,Ю. В. Васильева. М. : Проспект, 2013. С. 17—146.
  • [9] Поскольку каждый вид социального риска имеет свою природу и по-разному проявляется для разных категорий трудящихся, формы защиты и организация социальногострахования должны это учитывать. Только таким образом можно достаточно обоснованнорассчитывать финансовые средства, необходимые для страхования отдельных рисков,не допуская скрытого перераспределения средств при страховании различных рисков.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >