Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Психология arrow ГРУППОВОЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ
Посмотреть оригинал

Сказки для работы с людьми разного возраста

Парковая роза

Однажды в сумерках, когда день встречается с ночью, и становятся возможными всякие чудеса, в глухом углу сада зазвучали тихие голоса. Если прислушаться, можно было понять, что разговаривали две розы. Точнее, одна из них рассказывала другой свою историю.

— Я родилась в заброшенном парке, — рассказывала она. — Садовник ткнул меня в землю и, казалось, забыл обо мне. С детства мне самой надо было себя защищать. А сколько врагов окружало меня. Злобные сорняки тянули воду из-под моих корешков, иссушали мои стебли. Гусеницы батальонами заползали на мои листья. Бабочки, прикидываясь красавицами, поедали мои цветы. Мне было не только трудно, но и одиноко. Не чувствовать ничьей заботы, не видеть ласкового взгляда в свою сторону — это очень тяжко.

Но я справилась, выросла, поднялась над сорняками. Они уже не так стали мне докучать. Научилась колоть непрошенных гостей — гусениц. Тут садовник вспомнил обо мне. Но зря я его так ждала, потому что пришел он не с добром. Он стал выламывать мои веточки с цветами на букеты. И опять спасли меня только колючки.

  • — Ну ее, все руки исколол, — как-то раз услышала я, — лучше буду рвать другие розы с шипами помягче.
  • — Наконец-то, — подумала я. — Одиночество лучше людей, от которых только боль и обиды.

Садовник окончательно меня убедил, что колючки всегда нужно держать остро заточенными. Они нужны, чтобы уметь отомстить обидчикам, защититься от опасностей, которые ждут на каждом шагу.

Но однажды в наш сад прилетела необычная птица на длинных ногах с хохолком на голове. Она любила по вечерам бродить по траве и выклевывать из нее букашек. Я любовалась ею издали, очень уж грациозно передвигалась она и так весело помахивала хохолком. Я и предположить не могла, что она подойдет ко мне. Сорняки в это лето так поднялись, что меня почти не было видно. Но однажды я услышала:

— Привет, как дела? Я тебе помогу.

Я не успела ответить, как птица попыталась склюнуть гусеницу с моего стебля. Я не успела предупредить, что этого делать не надо, что будет больно. Я с ужасом наблюдала за тем, как укололась птица.

— Сейчас она разозлится, накричит на меня и улетит, — думала я.

Но птица только слегка отстранилась и замерла. Через минуту она заговорила:

  • — Бедняжка, — сказала она мне.
  • — Ты думаешь, что все против тебя. Ты привыкла защищаться. Я попробую доказать тебе, что мир прекрасен. Давай я тебе спою песню на ночь.

Птица стала прилетать ко мне каждый вечер. Мы разговаривали с ней о ветре и звездах, об огромном озере, которое, оказывается, совсем рядом с нашим садом. Мне так хотелось посмотреть на него, но ведь розы не умеют двигаться.

— Я помогу тебе, — сказала она. Но я ей не поверила. Но однажды утром я увидела садовника с длинной косой. Я привычно испугалась его. А он выкосил всю траву до самого забора. И моя мечта сбылась. Я увидела белые барашки волн, казалось, бескрайнего озера.

Я до сих пор не понимаю, как птица договорилась с садовником. Она больше не прилетала по вечерам. Но я знаю, она помнит обо мне, потому что я нашла на своих ветках ее перышко. Она обязательно прилетит. И я удивлю ее. Я сделала свои иголки помягче. Я разрешаю садовнику рвать мои цветы. У меня ведь вырастут новые. Пусть моя красота приносит радость другим. В этом мое предназначение.

Роза замолчала. А, может быть, она еще что-то говорила. Но задул сильный ветер, зашуршали листья на деревьях. А над озером раздавались громкие крики чаек.

Соломенная шляпка

Это лето оказалось невероятно жарким. Столбики термометров показывали запредельные цифры. Новостные программы начинались с обсуждения погоды и ее спутников — засухи и пожаров. Самыми модными предметами одежды стали головные уборы — кепки, панамки, шляпки. Все, кто как могли, спасались от палящего солнца.

Наша шляпка в это лето тоже была на важной работе. Она сопровождала свою хозяйку в поездках по Москве, на даче и даже выехала с ней в отпуск к далекому северному озеру. Правда, туда она поехала с некоторым опасением. Она была сделана из тонкой соломки и обвязана красивыми пестрыми ленточками и даже бантиком. Поэтому она боялась, что ветер растреплет ее нежные ленточки, а дождик намочит ее ажурные поля.

Но на севере тоже было жарко и сухо. Люди уже без надежд слушали прогноз погоды. Термометры стояли на одной и той же отметке, а облака, погромыхивая, проходили мимо. И, казалось, так будет всегда. Этот изнурительный зной погубит весь мир. Иссушит озера, сожжет лес. Наполнит воздух гарью, не даст дышать полной грудью, заставит упасть на колени.

Но однажды вечером, когда только что закончилась передача «Спокойно ночи, малыши», небо резко посерело. И уже через 10 минут по деревне несся шквал. А небо загорелось огненными лапами молний. Еще не было дождя, но было ясно, что ураганный ветер принесет его.

А люди, так долго ожидавшие дождь, стали почему-то быстро прятаться в свои большие дома и маленькие домики, спешно закрывать окна. Выдергивать вилки из розеток.

И только соломенная шляпка тихонько выскользнула во двор навстречу буйству природы и стала ловить ветер.

Ветер принял ее. Он носил ее по двору, перебрасывал через деревья. А шляпка радостно летала, тихо разговаривая с ним. И в вое ветра отчетливо можно было услышать:

  • — Все будет хорошо, шляпка. Верь мне. Гроза победит жару и спасет всех.
  • — Спасибо тебе, ветер, — отвечала шляпка. — Спасибо за грозу и за то, что ты дал мне полетать. Я ведь не создана для полета.
  • — Но ты не создана и для дождя, — отвечал ветер. — Ты защищаешь людей только от солнца. Ты совсем намокла.
  • — Пусть будет то, что будет. Я стараюсь защищать других, — значит, я всегда получу защиту, — возразила шляпка.

Тут открылась дверь и из нее вышла какая-то женщина.

— Ой, шляпка, ты же намокла, — сказала она и отнесла ее домой. — Ну, ничего. Ты скоро высохнешь.

А сама вернулась на ветер и, подняв высоко руки, стала восторженно ловить его.

Гусиное перо

Когда-то давно, когда не было ни компьютеров, ни телефонов, случилась эта история. Дело в том, что тогда вещи умели разговаривать. Не веришь? Но ведь ты же не жил в те времена. Ты даже не знаешь, наверное, что и шариковых ручек тогда не было, а писали люди остро заточенными гусиными перьями. Вот об одном из таких перьев, предназначенных для письма, наш рассказ.

Это было отличное перо. Слова оно выводило просто каллиграфическим подчерком. Одним словом, умное и старательное перо, и хозяин очень любил его и дорожил им. Он клал его в самый красивый стаканчик на самую верхнюю полку, чтобы его маленький сын случайно не сломал его.

Казалось бы, счастье иметь такую судьбу, но перо не чувствовало полной радости от жизни. Напротив, какое-то сильное беспокойство переполняло его душу. Не то, чтобы страх чего-то конкретного. Перо давно не верило в страшных серых волков и ужасных привидений. Эта тревога касалась его будущего.

  • — А что со мной будет завтра? — размышляло перо.
  • — Вдруг я не смогу красиво писать? Или что-то случится с моим хозяином? Расшатается гвоздь, на котором висит моя полка, и я упаду? А что будет послезавтра? Через месяц? Через год?

Чтобы не так тревожиться, перо предпринимало разные правильные действия. Училось писать еще красивее. Просило хозяина проверить свое здоровье и заодно подбить гвоздь на полке. Потом оно завело отдельный блокнот, в котором записывались дела, которые нужно обязательно сделать, чтобы ничего не случилось.

Чтобы сделать все дела, не хватало времени, перо стало меньше спать. Да и сон стал неспокойным, снились сны, в которых происходили плохие события.

Перо просыпалось не отдохнувшим.

Днем перо стало быстрее писать, ведь надо же было многое успеть, чтобы потом ничего плохого не случилось.

И вот в один прекрасный день перо сделало ошибку в важном документе, который писал хозяин. Он не заметил ее, потому что доверял перу, и отправил документ на почту. Когда же ему пришел ответ, в котором его укоряли за ошибку и называли невеждой, хозяин сильно рассердился.

  • — Ах, вот ты, оказывается, какое, — крикнул он перу. И выбросил его в окно. Потом он понял, что погорячился, спустился вниз, но пера на земле не было. Падая, оно сломало свой острый пишущий кончик об окошко и теперь на листочке клена лежало легкое перышко.
  • — Не бойся, — ласково прошептал ей листочек.
  • — Здесь бывает и солнце, и дождь. Иногда меня треплет легкий ветерок, иногда почти рвет сильный ветрище. Я знаю, что осенью я пожелтею и упаду вниз. Такая жизнь предназначена всем листочкам. Поэтому я ничего не боюсь. Я радуюсь тому, что есть у меня сегодня.
  • — Что же мне теперь делать? — спросило его перо.
  • — Стань перышком, — ответил листик. — Подчинись природе, дождю и ветру. Они сильнее нас и нередко лучше нас знают, что нам на самом деле надо.

С этой истории началось большое путешествие перышка. Оно повидало... Да, конечно, и это тоже оно увидело и многое другое. Многим он сумело в чем-то помочь, а от кого-то, наоборот, получило помощь. Но главное, что каждый прожитый день был наполнен радостью и покоем.

Засохшее дерево

Засохшее дерево больше всего грустило весной, когда на других деревьях сначала надувались почки. А потом из них вылезали зелененькие клейкие листочки.

Когда-то с засохшим деревом происходило то же самое. Каждая весна была праздником. Прилетевшие птицы весело летали по лесу, выбирая место для гнезда. Наше дерево было одним из самых густых и развесистых. Поэтому нередко птицы дрались за право свить на нем свое гнездо. Теперь же они пролетали мимо него, даже не оглядываясь.

Присматривались теперь к нему не птицы, а лесорубы. Постукивали по его коре.

— Пусть еще немного посохнет, — говорили они, — тогда мы его, наконец, срубим.

Но засохшее дерево с этим не хотело соглашаться. Оно чувствовало, что внутри него есть какие-то скрытые силы, которые могут дать жизнь. Оно не знало, что это за силы, но вера в них давала ему возможность несмотря ни на что радоваться и дождю, и солнцу, восторгаться птичьим пением, махать своими ветками проходящему поезду.

В один прекрасный день из окна одного из поездов раздался голос девочки:

  • — Смотри, какое красивое дерево без листьев, мама, — говорила она.
  • — Да, я просто дерево без листьев, а не засохшее, — обрадовалось дерево.

И в этот же миг его корни под землей начали усиленно работать. И скоро около засохшего дерева появилась молодая поросль. А через время дерево как-будто обзавелось веселой зеленой юбочкой.

Лесники, увидев это, сказали:

— Пусть стоит это дерево. Оно как девушка в красивом сарафане. Пусть радует нас и пассажиров поездов, проходящих мимо.

Дерево же счастливо махало проезжавшим и своими большими ветками без листьев и тоненькими прутиками с маленькими листочками. А пассажиры в ответ счастливо кивали и жевали свои бутерброды.

Дом с большим забором

Он выстроил вокруг своего дома высокий каменный забор. Забор был изящно украшен красивыми плитками. Вверху он заканчивался острыми металлическими наконечниками. В заборе были огромные тяжелые ворота, закрытые висячим замком.

Он никого не хотел впускать в свой мир. В нем было много того, чего обычно принято стыдиться: страхи и обиды, слабость и одиночество. Этого не должно быть. Никто об этом не должен знать. Поэтому нужен забор — всегда одинаковый и прочный.

Конечно, общаться с другими через забор не так уж приятно. Но это лучше, чем раскрыть другим свои чувства.

Тоска, страдание, отчаяние. Трудных чувств со временем становилось все больше. Чтобы удержать их, забор пришлось укрепить, а замок на воротах повесить побольше.

— Надо всегда выглядеть о’кей, — повторял он, ежась от холода в своей душе.

Но однажды неожиданно к нему во двор упал букет ромашек. Он удивился, поднял глаза вверх. Там ничего не было. Тогда он отпер ворота и выглянул на улицу. Там сотояла девочка, которая быстро протянула ему свою ладошку.

— Здравствуй, можно войти? Мне так хочется пить, — сказала она. — Здорово я придумала с букетом? Ведь он тебе понравился?

Мальчик качнул головой в знак согласия и пошел в дом за водой.

Девочка резво проскочила за ним.

— О, как у тебя интересно, — защебетала она, оглядываясь по сторонам. — Книга страхов. Компот обид. Конфеты злости. А вот печенье радости и чай успеха.

Мальчик продолжал молчать. Но душа его стала постепенно наполняться гордостью за то, что внутри него много разных чувств. Их оказывается можно показывать другим. Это совсем не страшно, а даже приятно.

Они вместе поставили букет в вазочку, а потом пили чай с пирожками и болтали о всякой ерунде. Одни пирожки были с капустой, другие сладкие.

В семь часов девочка сказала:

  • — Мне пора идти.
  • — Приходи, когда захочешь, — ответил мальчик, — я оставлю ворота открытыми.

С тех пор девочка часто приходила к нему. В открытые ворота стали стучаться разные люди. А однажды забежала рыжая кошка и осталась там жить.

Прошло время, и мальчик сам вышел за ворота и пошел по мокрой дороге куда-то вдаль. А из маленького рюкзачка на его спине весело выглядывала рыжая кошка.

Фотоаппарат и бинокль

Фотоаппарат умел делать красивые снимки. Все домашние восхищались им и обязательно брали с собой в отпуск. А они любили путешествовать. Поэтому фотоаппарат повидал много красивых мест. Но это не приносило ему особой радости, потому что он всегда должен был соблюдать строгие правила: фотографировать только то, что находилось перед ним. Он должен был фотографировать реку, если она виднелась в его объективе. Маму, если его направили на нее. Щеночка Кузю, если на него надели новый комбинезон, а хозяйка решила им похвастаться.

Фотоаппарат ничего не мог решать сам. Например, запечатлеть Кузю без комбинезончика, цвет которого фотоаппарату совсем не нравился.

Фотоаппарат попробовал поделиться своими тревогами с девочкой — хозяйкой Кузи. Но она не поняла его.

— Я тоже соблюдаю правила. Каждое утро хожу в школу. А тебе хотя бы вставать рано не надо, кто утром фотографирует, — ответила ему она.

Фотоаппарат от этих слов загрустил еще больше и забился в самый дальний угол шкафа.

Но однажды в шкафу появилась новая коробка.

  • — Подзорная труба, — прочитал фотоаппарат надпись на коробке. Он немного умел читать.
  • — Да, я подзорная труба, — раздался голос из коробки, — я умею приближать далекие предметы. Я помогу хозяевам рассмотреть то, что находится далеко отсюда. Когда они поедут в отпуск, я буду знакомить их с яхтами и дельфинами. Но главная моя мечта — показать хозяевам звездное небо. Вместе с ними восхититься необъятностью нашей вселенной.
  • — Но ты всегда будешь делать одно и тоже — только приближать. Ты не можешь изменить правила, по которым тебя сделали, — сказал фотоаппарат.
  • — Одно и тоже можно сделать по-разному, — ответила подзорная труба. — Можно ныть, а можно добиваться поставленных целей, используя именно свои способности.
  • — Наверное, я как раз ною, — смутился фотоаппарат.
  • — А каковы мои способности, — задумался он. — Я умею делать красивые снимки. Ни телевизор, ни холодильник этого не умеют. И я нужен людям именно из-за этого умения. Именно меня они берут с собой в отпуск. А холодильник и телевизор оставляют дома, — внезапно сказал он сам себе.
  • — Спасибо тебе, подзорная труба за то, что ты помогла понять мне свою уникальность и нужность людям, — поблагодарил он коробку, понимая, что труба его услышит.
  • — В следующий отпуск давай поедем вместе, — предложил он. — Хозяйка собралась в горы. А там особенно хорошо видны звезды. Они там яркие и огромные.

Дуб

Жил-был дуб, который думал, что он бессмертный. Дело в том, что когда-то мимо него проходили грибники, и отец рассказывал дочке сказку про Кощея Бессмертного. Дуб не понял, что Кощей — злыдень, и смерть у него есть, но только в яйце. Но слово «бессмертный» ему понравилось. И он стал себя так называть. Тем более, что он был могучим и высоким.

Однажды зимой прошел ледяной дождь. Толстой ледяной коркой покрылись ветки дуба. Они стали настолько тяжелыми, что одна за другой обломились при небольшом ветерке. Так дуб потерял половину своей кроны. И уже не выглядел таким могучим, как раньше.

— Ничего, зато я бессмертный, — бормотал он прилетевшим весной дроздам, которые сильно удивились его внешнему виду.

Наверное, дуб сильно ослабел за зиму. Он не сумел сопротивляться маленьким жучкам, которые прилетели вслед за дроздами и стали грызть его молодую листву. Хорошо, что дуб рос рядом с чьей-то дачей. Ее хозяин, увидев плачевный вид дерева, опрыскал его раствором от вредителей. Дуб слегка приободрился. Но в конце лета прилетели какие-то другие жучки — любители листьев. А сосед-дачник уехал в отпуск и помочь не мог.

— Да, я совсем не бессмертный. Не буду жить вечно, раз такие маленькие жучки для меня опасны, — загрустил он.

Как ни странно, но от таких мыслей ему стало легче. И он услышал тоненький голосок одного из жучков.

  • — Не бойся нас, дуб, — пропищал он. — Мы поедим тебя и полетим дальше. Лучше подружись с нами, пока мы с тобой. Может быть, ты научишь нас чему-то полезному. А может, мы сможем тебе что-то важное рассказать.
  • — Подружиться, мне это в голову не приходило, — ответил дуб, немного помедлив. — Я думал, что мне от вас надо избавляться.
  • — Я думал, что вы приносите мне только вред, — добавил он.
  • — А ты слышал, что даже ядом в малых дозах иногда лечат, — ответил жучок.
  • — Может, тебе надо лечиться от чего-то другого, а не от нас, — весело пропищал другой жучок, поедая очередной листок дуба.

Дуб немного помолчал, а потом уверенно ответил:

— Нет, меня не надо лечить. Я понял, что у меня хватит листьев, чтобы покормить вас и остаться могучим. У меня хватит веток, чтобы выдержать любые ветра.

А потом обратился ко всем маленьким жующим жучкам.

  • — Спасибо вам, маленькие существа. В какое-то время я потерял веру в себя, в свои силы. А вы помогли мне эту веру найти.
  • — Я дуб — гордый и могучий, хотя и не бессмертный, — сказал он тихим ласковым голосом.

А на следующее утро он увидел, как на соседней лужайке распустились красивые желто-красные цветы.

Некрасивая кошка

Кошка знала, что она некрасива. Она нередко сравнивала себя со своими сородичами. Да и от людей она никогда не слышала слов «Какая красавица», которые доставались другим. Но кошку это не особенно волновало, потому что она почти всегда была голодна. И это ее беспокоило. Она смутно помнила, как она оказалась здесь — на ступеньках, которые ведут в метро. Ей казалось, что раньше она жила в теплом месте, которое называлось квартира. Но может быть ей это только казалось. И она всегда жила на ступеньках, по которым каждое утро спускаются в метро серьезные люди, не обращающие на нее особого внимания. Почему кошка осталась здесь, хотя иногда уходила в подвал соседнего дома? В подвале было чуточку теплее, но совсем не было еды. А здесь на ступеньках кто-то иногда бросал печенинку или делился бутербродом, припасенным на завтрак.

Кошка привыкла жить без тепла и впроголодь. Но не могла привыкнуть к одиночеству. Мимо нее каждый день проходило много людей. Но они оставались для нее чужими. Ничья улыбка не адресовалась ей. Ничья рука не потянулась ее погладить. И только бабульки, продающие у метро цветы, иногда бросали на нее сочувствующие взгляды. И если сначала у кошки еще была надежда, что ее кто-нибудь погладит, то она давно растаяла.

Но однажды днем кошка увидела молодую женщину, поднимающуюся по ступенькам. В одной руке она несла маленькую девочку, другой держала мальчика постарше и пыталась тащить огромную клетчатую сумку. На одной из ступенек мальчик споткнулся о сумку, упал и громко заплакал. Женщина заметалась. Отпустила и пыталась одной рукой его утешить. Но мальчик продолжал рыдать. Видно, ему было обидно, что он, хоть и маленький, а шел своими ногами. А тут упал.

Тогда кошка подошла к нему и несмело потерлась о его ногу своим худым боком. Она где-то слышала, что кошки умеют уменьшать боль. Мальчик с удивлением посмотрел на нее, а потом замолчал. Немного задумался, а потом погладил ее своей маленькой теплой ладошкой. Кошка замерла.

А женщина снова подняла сумку, и вместе с детьми стала подниматься по ступенькам.

Бабулька, которая у метро продавала васильки, улыбнулась кошке и откусила ей половинку жареного пирожка.

А вечером женщина вернулась все с той же клетчатой сумкой, но уже пустой.

— Иди ко мне, киска, — сказала она. — Я возьму тебя домой. Прыгай сюда, — показала она на сумку.

А дома мальчик опять погладил ее своей розовой ручкой и сказал:

— Какая касавица!

«Р» наш мальчик выговаривать еще не научился.

Забытый журнал

Журнал прочитали и забыли на лавке полупустого метро. Был вечер. Пассажиров было мало. И журнал выделялся на темно-коричневой лавке ярким пятном.

  • — Как обидно, — думал он.
  • — Я так поверил человеку, который меня купил и взял в свои руки. Я весь искрился, когда он переворачивал мои страницы. Думал, что я интересный и умный журнал. А теперь меня бросили и забыли. Я никому не нужен. Теперь я прочитанный и помятый журнал. Мое будущее — корзина с мусором, — грустил журнал.

Тут в вагон вошли девушка и юноша. У них в руках были ветки темной махровой сирени, которая сразу наполнила вагон сильным терпким запахом.

Юноша, увидев журнал, встрепенулся.

— Слушай, давай погадаем друг другу. Раскроем журнал на случайной странице. Если там будет статья про любовь, завтра поженимся, — обратился он к девушке.

Девушка несмело согласилась, взяла журнал и перевернула страницы.

Они с тревогой заглянули в него и увидели статью со странным названием: «Семь квадратиков о любви».

  • — Есть любовь, — крикнул юноша, подхватил девушку и поцеловал. Затем бережно взял журнал и положил в рюкзак.
  • — Мы сохраним его как залог нашей долгой любви, — добавил он.

Журналу хотелось замурлыкать он счастья. Но он не умел это делать. Поэтому он просто очень сильно обрадовался и прошептал:

— Может быть, не стоит отчаиваться, когда приходит беда. Может быть, стоит подождать, когда придет именно твоя удача и твоя цифра «семь».

Перочинный ножик

  • — Почему я такой острый, — грустно размышлял перочинный ножик, забираясь в самый дальний карманчик школьного рюкзачка.
  • — Я острый, поэтому меня никто не любит. Я не могу сравнить себя ни с разноцветными ручками, ни с мягкими ластиками. Хозяин мой достает меня очень редко. У него есть точилка для карандашей. Непонятно вообще, зачем я ему нужен. Конечно, как тетрадкам не задаваться и не презирать меня, если ими пользуются на каждом уроке.

Но перочинный ножик решил не сдаваться.

— Пусть все обратят на меня внимание, — решил он. — Пусть увидят, что я тоже существую. Раз они не замечают меня, я сделаю так, чтобы обязательно заметили.

И он проковырял маленькую дырочку в рюкзаке, такую, какую не заметил хозяин. Но через нее очень удобно было выскользнуть ручкам, которым надоело трудиться на каждом уроке и хотелось повидать белый свет. Карандашам тоже стало интересно, куда это делись ручки. Они решили последовать за ними. Даже линейка пыталась протиснуться в дырочку, но застряла. Ее-то и увидел хозяин. Он очень огорчился потере ручек и карандашей, побежал их искать. Но они уже разбежались по школьному двору.

Ножику стало совсем обидно.

— Надо же, как он их любит. А меня даже не заметил, не подумал, что дырочку проковырял именно я.

И тогда он решил сломаться.

— Пусть и обо мне позаботиться хозяин, — подумал он.

Он перелез в большой карман, чтобы хозяин сразу его

нашел, пошуршал, покряхтел и сделал вид, что сломался.

Когда хозяин достал ножик, то ничуть не расстроился, а просто выбросил его, точнее переложил в стол.

— Чего зря носить с собой поломанный нож, — сказал он.

Ножик уже устал обижаться. Но с решимостью продолжал

бороться хотя бы за частичку внимания.

Выглядывая из-под стола, он колол коленки хозяина, так что он весь исчесался и извертелся.

— Сиди спокойно, — делала ему замечание учительница.

Затем ножик придумал такое развлечение — он стал потихонечку ковырять в столе дырочку. А когда сделал это — высунулся наружу так, что хозяин тут же порвал форменные брюки. Тут уже он заметил нож. Сильно разозлился и выбросил его в окно.

Там в траве ножику уже не нужно было делать вид, что он сломался. Дожди поливали его, солнышко сушило. Он начал потихоньку ржаветь.

Как-то раз ножик услышал слабый стон:

— Ох. Как же мне тяжко.

Ножик покрутил головой и увидел в зарослях сорняков маленький колючий кустик.

  • — Ты кто? — спросил он.
  • — Я роза, — ответил кустик. — Школьники посадили меня весной и забыли. Сорняки совсем забили меня. Я не могу расти, не могу цвести.
  • — Я помогу тебе, — встрепенулся ножик. — Ведь я же острый.

Он старательно срезал все сорняки вокруг кустика, а потом срезал их каждый день. Конечно, они подружились. Кустик вскоре вырос, дал бутоны, а потом большие красные цветы. Ножик не уставал любоваться ими. Поэтому не сразу разобрал знакомый голос его хозяина. Он разговаривал с какой-то девочкой. Вдруг девочка увидела розу.

— Какая чудесная, — сказала она и потянулась к ней, желая сорвать цветок. Но больно укололась.

Ножик не успел пожалеть ее, как хозяин взял его в руки.

— О, мой нож, зря я его тогда выбросил, — сказал он. — Острый какой.

Хозяин срезал самый большой красный цветок и подал его девочке.

— Это тебе, — сказал он.

Затем он бережно обтер ножик и положил его в карман.

  • — Как здорово, что я его нашел, — продолжил хозяин. — Я собираюсь с отцом на рыбалку. Он мне там, наверняка, будет нужен.
  • — Как хорошо, что я такой острый, — подумал нож.

Чайка, которая хотела быть самолетом

Эту историю рассказали чайки, которые соорудили гнездо недалеко от нашего пирса. Каждый год мы ездим ловить рыбу к огромному северному озеру. И вот именно там произошла эта история.

Как сказали чайки, это произошло несколько лет назад.

Недалеко от озера находится военный аэродром. И военные самолеты частенько летают над ним то двойками, то четверками. Иногда они летают совсем высоко еле заметными точками, а иногда проносятся совсем низко над озером. Вот тогда-то их заметила одна из чаек.

  • — Как лихо они летят, — подумала она. — Поэтому все поднимают головы, рассматривают их, провожают взглядами.
  • — Я тоже хочу стать самолетом, — решила она.

На следующий день она объявила всем чайкам, которые жили в ее заливе:

  • — Я теперь не чайка, а самолет.
  • — Вот глупышка, — закричали чайки, — ты птица, ты не можешь быть самолетом.
  • — Нет, я умею летать так же быстро, как они, — возразила чайка.
  • — Тогда твое место на аэродроме, а не в нашем заливе, — рассердились чайки. — Отправляйся туда.

Чайке ничего не оставалось как отправиться на аэродром. Она знала, где он находится. Видела, в каком направлении летали самолеты. Долго летела чайка. Ей казалось, что аэродром намного ближе. Самолеты так быстро туда улетали.

Совсем без сил чайка села на асфальтовую дорожку. Тут же к ней подлетела большая ворона.

— Что расселась? Не знаешь, что это взлетно-посадочная полоса? Самолетам мешать будешь.

Немного отдохнула чайка в сторонке. Смотрит — самолеты рядышком стоят. Села она рядом с ними.

— Я тоже самолет, — прошептала она.

Но ворона тут как тут.

— Теперь на пути заправщиков уселась. Уходи отсюда.

Огорчилась чайка — никакого почтения, и присела на нос

самолета.

— Полечу вместе с ним, — решила она.

Тут ее увидел механик, который проверяет самолеты перед вылетом.

  • — Как же ты сюда попала, чайка? Ведь до озера так далеко. Погибнешь тут, — пожалел он ее.
  • — Я самолет, — пыталась сказать ему чайка. Но механик не понимал птичьего языка, зато хорошо разбирался в технике. Он быстро соорудил ловушку, поймал чайку. А потом отвез ее на машине на берег родного озера.

Чайка забилась в тростник, так боялась показаться сородичам.

Тут мимо тростника проплывала лодка с туристами из Санкт- Петербурга — отцом и сыном. Испугалась чайка звука мотора и взлетела. Мальчик увидел ее.

  • — О, смотри, папа, как красиво летит чайка, — закричал мальчик. — Я тоже хочу быть чайкой.
  • — Но тогда ты не будешь моим сыном, — возразил отец. — Лучше всегда оставайся собой.

Мальчик достал телефон и стал фотографировать парящую птицу. А она радостно сопроводила их до самого выхода из бухты, а потом полетела искать своих близких.

— Я — чайка, — сказала она им. — Я горжусь этим. А озеро, на котором я родилась, — самое прекрасное в мире.

Тополек и березка

Тополек и березка росли на поляне, окруженной хвойным лесом. Как они появились среди елей и сосен, никто не знает. Наверное, птицы занесли семена, из которых проклюнулись упорные росточки. Они пробили траву, затем поднялись над ней и выросли настоящими красавцами.

Казалось бы, дружить им друг с другом. Но отношения у них были непростые. Они то и дело задирали друг друга.

То березка сделает замечание относительно недостаточно стройной для тополька фигуры, то тополек начнет критиковать, как шелестят листики березки на ветру.

— Тупо как-то шелестят, — говорил он.

На самом деле, тополек и березка относились друг к другу тепло, и я бы сказал нежно, но постоянные уколы заставляли их прятать свои чувства. Иногда казалось, что вот-вот между листиков появятся иголки, как у их собратьев елей и сосен.

Но однажды весной из травы вылез росточек — то ли кустик, то ли маленькое дерево. Почки его еще не раскрылись. Тополек и березка кустику-деревцу очень обрадовались. Каждый из них сказал:

— Это мой ребеночек.

Теперь у них появилась новая тема для споров. Они спорили, чей это ребенок, как его назвать. Не соглашались друг с другом по вопросу того, как его растить и воспитывать. Они однажды так поспорили, что тополек воскликнул:

— Все, попрошу ветер вырвать меня и перенести на другую поляну. Пусть мне будет больно, но со мной никто не будет спорить.

Но никогда нельзя произносить опасные слова, потому что они действительно могут вызвать большую силу.

И под вечер на поляну налетел ураган. Он ломал ветви у крепких сосен и елей. И совсем уж не пожалел отдельно стоящих тополька и березку. Но больше всего доставалось маленькому деревцу. Казалось еще чуть-чуть, и его тонкий стволик сломается под корень.

Тополек и березка заметили это.

— Скорей сплетаем ветки, заслоним росточек от ветра, — закричал тополек.

Березка услышала его и с трудом преодолевая ветер, крепко сплела с ним свои ветки.

Дальше стало еще труднее. Надо было удержать заслон молодому деревцу и не сломаться самим.

Но вскоре буря стала стихать, росточек распрямился. А березка стыдливо забрала назад свои веточки.

После этой бури на поляне установилось молчание. Больше спорить друг с другом березке и топольку не хотелось. А как жить по-новому, они не знали.

Хорошо, что после дождя на мокрые веточки прилетели лесные букашки. Они решили помочь им.

— А вы почаще сплетайте свои веточки друг с другом, — посоветовала березке божья коровка.

А паучок поучал тополька:

— Начинай утро с того, что говори ей о ее красоте. В обед — похвали за что-нибудь. А вечером сплетайте ваши веточки при свете луны.

А маленький росточек ничему не учил их. Они защитили его. Он хотел быть с ними обоими.

— Давайте, вы будете моими родителями, — сказал он им. И теперь те, кто понимают язык растений, часто слышат

такие слова.

  • — Ты прекрасна моя дорогая.
  • — А ты самый стройный в этом лесу.

А те, кто не понимают, видят, как по вечерам березка и тополек сплетают свои веточки. Луна посылает им свой привет. А падающие звезды обещают всем много счастья.

 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы