Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow ТЕОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
Посмотреть оригинал

Логические основы юридической техники

Наряду с лингвистическими средствами в юридической технике используются логические приемы и законы. Умение использовать знания логики является краеугольным камнем правового мышления и показателем его квалифицированности. Законы и правила логики подчиняют операции законодателя с единицами русского языка, образуя внешне невидимую, но крайне важную логическую основу правотворческого текста.

Так, утверждение из закона тождества о том, что предмет мысли в пределах одного рассуждения, одного доказательства, одной теории остается неизменным (а есть а), бесспорно и относительно нормативного правового акта и национальной системы права в целом. Соблюдение этого закона позволяет избежать неопределенности, неконкретно- сти положений текста законопроекта, а, в конечном счете — подмены тезиса. Непосредственным средством, с помощью которого удается избегать подмены слов, является правило повторяемости логико-структурной единицы. С помощью этого правила достигается точность правового текста и правовых норм, категоричность и формальная определенность содержания права. «При помощи формальной точности и четкости, — отмечает С. С. Алексеев, — достигается высокая определенность содержания общественного регулирования[1]. В данном случае речь идет о периодическом повторении в нормативном правовом акте терминов и понятий. Исходя из общелитературных стандартов, данное обстоятельство расценивается как недостаток, а для законодателя — это норма, если, конечно, не злоупотреблять данным приемом.

Многозначность слов, или полисемия (акт-документ, акт-действие), способность слов к взаимозаменяемости или синонимия (определить — установить, глава области — губернатор), совпадение слов по звуковой форме не имеющих общего семантического стержня или омонимия (течение реки — течение времени) способны не только затруднить понимание нормативного текста, но и нарушить логическую связь законопроекта. Все это может стать условием нарушения закона тождества при работе над проектом нормативного правового акта. Однако относительная длительность правотворческого процесса во времени и системность нормотворческих операций при учете указанных лингвистических особенностей предполагают снятие такого рода дефектов права еще в ходе работы над текстом.

Закон тождества позволяет увидеть в ходе работы над текстом нормативного правового акта как явные, так и скрытые противоречия. Первые очевидны. Вторые же могут быть выявлены только при помощи аналитических операций.

Из других законов формальной логики наиболее часто в юридической технике используются закон непротиворечия, закон исключенного третьего и закон достаточного основания.

Закон непротиворечия, запрещающий противоречие в тексте, формулируется следующим образом: не могут быть вместе истинными два суждения, одно из которых отрицает другое («а и не а»). Противоречивость нормативного, как и любого другого текста, квалифицируется в качестве серьезной ошибки, несовместимой с принципами последовательности и взаимосвязанности его изложения. Противоречивость норм является наиболее серьезной деформацией системы права, так как покушается на ведущее, основное свойство права — быть системным, гармоничным социальным регулятором общественных отношений[2]. Противоречивые нормы приводят на практике к их коллизии, что не только усложняет правоприменительный процесс в каждом конкретном случае[3], но и неизбежно снижает юридический эффект в целом. Непоследовательность положений нормативного текста ведет к хаосу и произволу.

Противоречия в тексте бывают контактными и дистантными. Для нормативных правовых актов больше характерны дистантные противоречия, которые объединены одним предложением, и члены которых разделены более или менее обширным участком текста («а и... не а»)[4]. Это противоречие может возникнуть не только в одной статье, одном нормативном правовом акте, но и в совершенно разных и по законодательной теме и по юридической силе нормативных правовых актах. Противоречивыми юридические нормы бывают тогда, когда они предлагают разные решения по одному вопросу.

Явление, вызывающее взаимоисключающие по содержанию предписания (запрещающие и управомочивающие правила) либо предусматривающее разные санкции за одно и то же деяние, получило название антиномии норм.

Как показывает практика, лингвистической экспертизы законопроектов использование закона непротиворечивости понятий позволяет избежать следующих ошибок: использование так называемых перекрещивающихся понятий; создание так называемого порочного круга понятий; абсурдность высказывания; пропуск субъекта или объекта; неопределенность высказывания вследствие подмены понятий, которые не полностью равнозначны; излишняя лаконичность.

Использование так называемых перекрещивающихся понятий можно проиллюстрировать следующим примером: Наряду с понятием «регулируемые виды деятельности», означающим «виды деятельности, осуществляемые субъектами естественных монополий, организациями коммунального комплекса, в отношении которых в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляется регулирование цен (тарифов)», в законопроекте предлагается ввести понятие «регулируемые организации», определяемые как «организации, осуществляющие регулируемые виды деятельности», что избыточно, так как в данном случае определение понятия может использоваться как собственно понятие.

Создание порочного круга понятий имеет место, когда в законопроект вводится понятие «производитель радиоактивных отходов». В определении данного словосочетания раскрывается, что имеется в виду «организация, осуществляющая деятельность, в результате которой образуются радиоактивные отходы» и тем самым допускается возможность производства не продукции, а ее отходов. Происходит это потому, что общеизвестный термин «производитель» подменяется его суррогатом. В этом случает целесообразно исключить это понятие из законопроекта и в тексте применять не само понятие, а его определение.

Абсурдность высказывания, как лингвистическая ошибка проявляется, например, при введении нового для законодательства понятия «барьер безопасности», но «барьер» — это «преграда», «препятствие», следовательно, истинное значение словосочетания «барьер безопасности» — это «преграда безопасности». Таким образом, обнаруживается смысл понятия, противоположный смыслу, необходимому в данном контексте. Поэтому нужно изменить редакцию на «барьер для обеспечения безопасности» и преодолеть абсурдность высказывания.

Ошибка — пропуск субъекта или объекта просматривается, например, в следующем высказывании: «в случае смерти потерпевшего

(кормильца) право на возмещение вреда имеет ребенок умершего, родившийся после его смерти». Получается, что фактически ребенок рождается после смерти, но умереть уже умерший не может. Поэтому термин «умершего» нужно выразить через основной термин, и тогда выражение будет иметь следующий вид — «ребенок потерпевшего (кормильца), родившийся после его смерти».

Неопределенность высказывания вследствие подмены понятий просматривается в следующем выражении: «К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы или не вытекает из существа договора банковского вклада». «Договор банковского вклада» и «договор банковского счета» не полностью равнозначные понятия.

Излишняя лаконичность при изложении нормативных требований иллюстрируется следующим предложением: «Сделка, совершенная с нарушением ареста или иного запрета на распоряжение имуществом, наложенных в судебном или ином установленном законом порядке, является ничтожной». В такой редакции появляется неопределенность в понимании «нарушения ареста», но смысл высказывания восстанавливается после дополнения текста: «Сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом, на которое наложен арест, или иного запрета, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке, является ничтожной».

Закон не противоречия в правотворческой деятельности как бы дополняется законом исключенного третьего. Смысл действия данного логического закона сводится к тому, что нельзя регулировать один и тот же поступок, одно и то же действие, состояние предмета и т. д. по-разному. В правотворческой деятельности подобные ошибки наиболее часто встречаются при коллективной разработке проектов нормативных правовых актов, когда разными авторами подготавливаются отдельные статьи, главы, разделы проекта нормативного правового акта. Поэтому при коллективной работе над текстом нормативного правового акта следует особое внимание обращать на согласованность текста и его частей, а также на согласованность с действующим законодательством. При этом необходимо придерживаться следующих требований, вытекающих из логического закона исключенного третьего:

  • а) правовое решение должно быть одно;
  • б) если в проекте закона по одному и тому же вопросу встречаются несколько правовых решений, то истинным, имеющим право на жизнь должно быть одно.

Закон достаточного основания универсален по характеру и проявляется в разных сферах жизни, в том числе в социально-нормативном регулировании, разновидностью которого является правовое регулирование. Специфика правовой нормы как логико-языкового феномена состоит в том, что она не просто отражает действительность, а указывает, как должно быть, какой правопорядок целесообразнее[5]. Полностью избежать ошибок в выборе того или иного правопорядка невозможно, однако свести их к минимуму помогает конкретизирующее данный закон правило: юридическое регулирование имеет достаточные основания. Правовые регуляторы в силу своей логико-языковой природы для достижения необходимой цели должны иметь достаточные основания. Например, достаточные основания должны быть у правовой дефиниции, без соответствующих оснований в гипотезе вряд ли можно представить себе соответствующие права и обязанности, изложенные в диспозиции. Достаточные основания необходимы для той или иной санкции как структурного элемента нормы права.

Логические основы юридической техники находят свое проявление не только в подготовке проектов нормативных правовых актов, но и в отражении результатов реализации права.

Таким образом, законы логики являются важнейшим элементом юридической техники, имеют определенную специфику в ходе работы над текстами нормативных и индивидуальных правовых актов. Данное обстоятельство дает основание считать их самостоятельными средствами юридической техники.

  • [1] Алексеев С. С. Социальная ценность права в советском обществе. М. : Юридическая литература, 1974. С. 94.
  • [2] Черданцев А. Ф. Логическая характеристика права // Правоведение. 1983. С. 44 ;ТилаевА. А. Время, пространство, закон. М. : Юридическая литература, 1967. С. 39, 129.
  • [3] Власенко Н. А. Понятие коллизий норм в советском праве // Государство и правов системе социального управления. Свердловск, 1981. С. 7—11.
  • [4] Черданцев А. Ф. Логико-языковые феномены в праве, юридической науке и практике. Екатеринбург, 1993. С. 115.
  • [5] См.: Кожин М. Н. Указ. соч. С. 23 ; Алексеев С. С. Социальная ценность правав советском обществе. М. : Юридическая литература, 1974. С. 181.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы