Ошибки при наружном исследовании трупа

Общие сведения наружного исследования трупа в отдельных заключениях (актах) приводятся стандартно, при этом эксперты допускают неточности в описании одежды, трупных явлений, следов крови и медицинских манипуляций, в составлении словесного портрета неизвестных лиц.

Ошибки при описании одежды, обуви

Примерами грубых ошибок представляются случаи, когда предметы одежды только перечисляются, но не исследуются. Характеристика предметов одежды должна включать в себя определение вида, цвета материала, степень изношенности. Следует отмечать порядок в одежде, смещение предметов; осмотру подлежат карманы, их содержимое должно быть перечислено. Кроме поиска в карманах ценностей и документов, из поля зрения эксперта не должны выпадать предсмертные записки в случаях самоубийств, упаковки от лекарственных веществ при отравлениях наркотическими веществами и смерти от заболеваний. Обозначенные находки играют важную роль для следствия и зачастую проливают свет на мотивы и обстоятельства произошедшего.

Разговорная лексика, употребляемая в обозначении предметов одежды («штаны», «толстовка», «шаровары» и т.д.), неприемлема в официальных документах экспертного учреждения. Обозначение отдельных элементов одежды не должно расходиться с общепринятыми и соответствующими ГОСТам терминами, согласно которым у сорочки мужской есть полочки с планками для пуговиц и петель, рукава с манжетами, спинка и воротник; у свитера — горловина, перед, спинка и рукава; у пиджака — полы с отворотом (лацканом), спинка, рукава, воротник; у брюк — две половины (штанины) с прорезными карманами и пояс со шлевками и т.д.

Распространенной ошибкой является изучение одежды вне связи с причинами смерти.

При падении из положения стоя и (или) с высоты не упоминаются следы грунта, травяного покрова, крови, оттиск поверхности соударения или отсутствие таковых. Вместе с тем наложения инородных веществ нередко указывают на положение тела после падения и опосредованно — на свойства поверхности соударения.

В случаях транспортной травмы не отмечается наличие или отсутствие осколков стекла, частиц лакокрасочного покрытия, следов нефтепродуктов на одежде, не осматривается пластиковая и металлическая фурнитура на одежде, не исследуется изнаночная поверхность поясной одежды на предмет наличия отслоившейся надкожицы и стойких складок на материале подкладки. Не во всех случаях при описании обуви определяется высота каблуков, нет описания направления следов скольжения, не делается отметка об отсутствии обуви. При описании следов протектора колес не описываются форма и размеры отдельных элементов рисунка протектора и расстояние между ними. В довольно редких случаях, когда имеется отпечаток протектора колес, его необходимо сфотографировать в соответствии с правилами криминалистической фотосъемки, с обязательным расположением на уровне следа масштабной линейки. А при описании наложения вещества, напоминающего краску, следует детализировать, имелось ли внедрение красящего вещества в ткань одежды или это были пластинки краски. Фиксация позитивных признаков ложится в обоснование вида транспортной травмы, позволяет определять места приложения травмирующей силы, а фиксация негативных признаков указывает на методичность и целенаправленность исследования.

При утоплении не отмечается влажность одежды, наличие частиц ила, песка, водорослей. При отсутствии предварительных сведений установленные признаки формируют представление о предполагаемой причине смерти.

При общем переохлаждении организма не обращается внимание на соответствие одежды сезону, влажность ткани одежды, т.е. на факторы, способствующие быстрой потере телом тепла.

При странгуляционной асфиксии не акцентируется внимание на наличии следов слюны, крови, мочи, каловых масс, спермы, т.е. на признаках, документирующих агональный период и довольно часто встречающихся при данном виде смерти.

При смерти в условиях пожара неверно описывается загрязнение одежды копотью. Копоть не может равномерно загрязнять одежду по всем поверхностям. Копоти всегда больше на той поверхности одежды, которая была в очаге пожара обращена лицевой стороной вверх, и ее совсем не будет на закрытых участках, которые соприкасались с полом, стеной, предметами обстановки.

При поражении электричеством не отражаются степень влажности предметов одежды, наличие или отсутствие повреждений металлической фурнитуры или металлических предметов на подошвах обуви. В подобных случаях нужно подмечать любые особенности в одежде и обуви, которые могли бы снизить сопротивление электрическому току.

При описании одежды трупов неустановленных лиц не указываются состав ткани одежды, наличие или отсутствие фирменных нашивок и обозначений. Не отмечаются особенности кроя, цвет и материал фурнитуры, подкладки, наличие/отсутствие цветных вставок, вид карманов, воротов, манжет. Не определяется окружность пояса и длина брюк, не всегда указан размер обуви, высота подошвы или каблука, наличие шнурков, замков или иных способов крепления.

Повреждения на одежде в виде разрывов только констатируются, но не локализуются относительно постоянных ориентиров — плечевых и боковых швов и не снабжаются описанием краевых и концевых нитей. Если такие описания имеются, то краевые нити в краях разрывов часто характеризуются «разлохмаченными» и «разволокненными». Такое определение свойств краев повреждений неточное — края поврежденной ткани состоят из нитей, а не «лохмотьев». Признак «разво- локнения» можно увидеть только при непосредственной микроскопии. Поэтому правильнее при описании разрывов материала одежды отмечать не «разволокненность» самих нитей, а прерванность их в краях повреждений на разных уровнях. На текстильных тканях направление разрывов определяют как косопродольное, что является неверным. На текстиле разрыв идет по повреждениям утка или основы — т.е. либо вертикально, либо горизонтально, либо уступами. Не применяется для исследования одежды увеличительная техника, не устанавливается соответствие повреждений на одежде ранам на теле.

При наличии источников наружного кровотечения не упоминаются следы крови на одежде. При описании неудачно применяется термин «пятна крови» — даже в тех случаях, когда возможно было определить механизм образования следов от капель, брызг, потеков. Расхожая формулировка «наложения пятен крови» не объясняет сути механизма образования следов крови. Поэтому применять этот термин нужно только в тех случаях, когда морфологические особенности пятен не выражены либо первоначальный их вид изменен, что не позволяет эксперту отнести их к определенной группе следов крови. Представляется совершенно недостаточным только констатировать наличие пятен. Следует определять размеры пятна, его интенсивность на протяжении, форму, состояние краев. Множественные однородные по механизму образования следы крови следует объединять в условные группы (участки) с указанием их размеров и локализации относительно общепринятых ориентиров. В случаях пропитывания кровью не определяются вид участков, интенсивность пропитывания на протяжении, размеры, точное расположение, состояние краев, направление распространения, т.е. признаки, позволяющие высказаться о положении тела вскоре после причинения ранения или об изменении положения тела. Ошибкой представляется описание одежды в два этапа, когда на первом этапе перечисляются предметы одежды с указанием следов крови, а на втором — отмечаются повреждения на одежде. Такой метод описания нельзя признать правильным, поскольку разрывается логическая связь между повреждениями и следами крови.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >