Научная новизна. Теоретическая и практическая значимость востоковедческого исследования

Научная новизна исследования обозначается автором, исходя из результатов анализа того, что было сделано в науке до него, анализа востребованности его научной работы в современном мире и анализа степени приращения научного знания в его работе.

Альберт Эйнштейн писал: «Наука не является и никогда не будет являться законченной книгой. Каждый важный успех приносит новые вопросы»[1]. Научная новизна исследования — это ответ на новые научные вопросы и новые вызовы эпохи, это обозначение того нового, что было сделано самим автором в данном проблемном поле. Новая теория, изложенная в монографии академика; новые артефакты, обнаруженные археологической экспедицией и проанализированные в научном отчете; новые тенденции развития, выявленные профессором при анализе статистических данных; ранее не изученные письменные источники; новые факты, обнаруженные в ходе изучения известных источников; новый подход или ракурс изучения феноменов или процессов; новые явления современной культуры, впервые ставшие предметом исследования — это и многое другое, что впервые появляется в научном дискурсе и получено с помощью методов эмпирического и (или) теоретического познания, обладает признаками научной новизны.

Факты социокультурной и историко-политической реальности становятся научными и тем более обладающими новизной только в том случае, когда они попадают в поле исследования ученого, препарируются им и встраиваются в общую картину научного знания. Как говорил А. Пуанкаре, «отдельный факт бросается в глаза всем — и невежде, и ученому», и что только ученый способен «познать душу факта. Часто... для этого бывает достаточно изобрести новое слово, и это слово становится творцом»[2]. Изобрести новое слово для факта — не просто назвать его. Это значит создать новое научное понятие и включить его в категориально-понятийный аппарат науки. В востоковедении можно найти множество примеров, когда факты, события, персоналии до момента включения их в исследовательское поле науки были описаны путешественниками, купцами, миссионерами. В XIV в. Марко Поло во время своего путешествия на Восток подметил множество диковинных фактов, вызывавших любопытство и будораживших воображение европейцев.

«Качиан-фу — большой и знатный город в Китае; он на юге; живут здесь идолопоклонники; мертвых сжигают; подвластны великому хану; бумажные деньги у них в ходу; народ торговый и ремесленный. Много тут шелку, ткут много золотых и шелковых материй и сендал. Городов и замков тут много; все они подвластны великому хану. Оставим этот город и пойдем на юг, за три дня. Расскажем вам о другом городе — Чинанглу [Чанлу]»[3].

Марко Поло назвал увиденное им: расположение города, особенности веры и религиозного культа, занятия жителей, шелк и шелковые изделия как особый продукт производства, политическое управление, — и ограничился перечислением необычных и удивительных для него аспектов жизни на Востоке. Его задачей и было называние удивительных предметов и явлений с целью демонстрации европейцам кардинальных отличий восточной жизни. Спустя несколько веков названные Марко Поло феномены культуры превратятся в объекты научного востоковедческого изучения и, включенные в систему научного знания, станут фактами европейской гуманитарной науки.

Новые сведения о культуре народов Востока, изложенные в публикациях журналистов, в хрониках репортеров, на интернет-сайтах туристических компаний и в записках путешественников, являются и сегодня всего лишь новыми сведениями. Новые факты без теоретического исследования не являются фактами науки. Новыми научными фактами, получившими интерпретацию, они станут только в исследованиях ученых- востоковедов.

Научная новизна гуманитарных исследований проявляется:

  • — в создании новой теории;
  • — обосновании новой гипотезы;
  • — обосновании нового метода, подхода;
  • — описании и введении в научный оборот новых фактов, процессов, явлений и т. д.;
  • — рассмотрении фактов, процессов, явлений впервые как целостной системы;
  • впервые проведенном сравнении и упорядочении объектов (новая классификация, новая типология, новая дихотомия);
  • впервые разработанной периодизации на основе новых эмпирических и теоретических данных;
  • — изучении новых процессов изменения чего-либо (процессов возникновения, развития, динамики, стагнации, разрушения, исчезновения, усиления, увеличения и т. д.);
  • впервые составленной хронологии каких-либо событий или процессов;
  • — изучении новых факторов чего-либо;
  • — исследовании новых форм, способов и сценариев взаимодействия объекта (или части его) с чем-либо;
  • — изучении новых функций объекта;
  • впервые установленных причинно-следственных связях между явлениями и процессами и т. д.

В свое время Паскаль предложил такую формулу для выявления новизны в гуманитарных исследованиях: «Пусть не говорят, что я не сказал ничего нового: нова сама диспозиция материала; когда играют в мяч, то пользуются одним и тем же мячом, только один бросает его лучше, чем другой»[4] [5].

Осмысление новизны результатов собственного исследования является необходимым элементом научной работы, а ее обозначение, формулирование и доказательство — важным компонентом научного текста.

Пример2

«Научная новизна исследования выражена в следующих положениях:

осуществлен анализ “стратагемности” как константы традиционной китайской культуры и выявлена его роль в формировании современных китайских коммуникативных стратегий;

проведен философский анализ ключевых категорий стратегической мысли Китая (путь (дао), сила или стратегическая мощь (ши), мягкость (жоу), победа (шэн) и выявлено их аксиологическое значение в сфере реализации КНР стратегий межкультурного взаимодействия);

исследованы современные подходы к изучению особенностей стратегической культуры Китая, в том числе проанализирована концепция А. Джонстона, в которой “стратегическая культура” понимается как стратегическая ситуация, предопределяющая множество моделей поведения без демонстрации силы, что обусловлено сложившимся этноцентристским (китаецентристким) мировоззрением о превосходстве Поднебесной над варварами [другими странами и народами]; изучена концепция стратегической культуры Гун Юйчжэня, в которой “стратегическая культура” описывается с помощью категорий современной китайской философии культуры (“прерывность и непрерывность”, “принятие многообразия и отсутствие стремления доминировать”, “народность и эпохальность”); рассмотрена концепция стратегической культуры китайского исследователя Ся Липина, который выявляет и анализирует трехступенчатую структуру стратегической культуры КНР;

изучены механизмы преемственности традиционных ценностей в области развития стратегической культуры Китая на основе анализа особенностей традиционных культурных стратегий и исследования связей между ценностями традиционной китайской культуры и аксиологическими основаниями формирования и функционирования современных культурных стратегий в КНР;

проведен анализ иероглифики, представляющей в китайской письменной культуре концепты “гармония” и “гармоничная культура”, и осуществлена реконструкция лингвокультурологических полей, ядром которых являются эти концепты, рассмотренные как в традиционном, так и в современном контекстах; выявлена их роль в формировании современного стратегического курса КНР;

проанализированы наиболее значимые современные китайские культурные стратегии, применяемые в сфере международного межкультурного взаимодействия;

исследованы основные культурные сценарии стратегических коммуникативных программ КНР, реализуемых в сфере межкультурных коммуникаций по формированию международного имиджа Китая и опирающихся на ценности традиционной китайской культуры;

впервые введены в научный оборот ранее не переводимые на русский язык оригинальные китаеязычные источники: труды современных китайских исследователей, деятелей культуры и политики, в которых представлены новейшие положения китайской гуманитарной мысли о стратегической культуре и ее аксиологических основаниях; о теории стратегического культурного развития и влияния КНР, а также научные работы китайских исследователей, в которых приводится научное обоснование стратегий международного взаимодействия»[6].

Теоретическая и практическая значимость. Обозначая теоретическую и практическую значимость в научной работе, мы отвечаем на вопрос: как можно использовать (или как уже используются) результаты данного научного исследования для развития этой научной отрасли (в области теории) и для совершенствования практической деятельности людей в различных сферах: политической, социальной, социокультурной, экономической и т. д. (прикладной аспект).

Пример

«Теоретическая значимость исследования состоит в том, что основные теоретические положения данной работы могут быть использованы при исследовании межкультурных дискурсов и практики межкультурного взаимодействия Китая и других стран, прежде всего России; могут выступать в качестве теоретической и методологической базы социокультурных, лингвокультурологических и лингворегионоведческих исследований в области формирования стратегического взаимодействия с Китаем; могут явиться основой для аналогичных исследований междисциплинарного характера в области формирования и развития глобального и регионального межкультурного дискурса.

Материалы диссертационного исследования могут быть эффективно использованы в качестве методологической базы при подготовке учебнометодических пособий и чтении курсов лекций по “Теории и истории культуры”, “Культуре повседневности”, “Истории, культуре и географии стран первого изучаемого языка (китайский)”, “Культуре Китая” для студентов, бакалавров и магистров, изучающих китайский язык, историю китайской культуры, теорию и историю российско-китайского взаимодействия.

Практическая значимость данной работы заключается в том, что ее положения, обобщения, выводы могут быть использованы при разработке эффективных стратегий взаимодействия РФ и КНР в регионе Дальнего Востока, являющегося для нашей страны сферой стратегических интересов в области политики, экономики и культуры. Также результаты данного исследования могут быть востребованы при реализации образовательных программ подготовки специалистов (бакалавров и магистров) культурологов и регионоведов, специалистов в области международных отношений, исследователей в сфере межкультурной коммуникации, углубленно изучающих китайский язык и китайскую культуру»[7].

  • [1] Цит. по: Лебедев С. А. Методы научного познания. С. 248.
  • [2] Цит. по: Лебедев С. А. Методы научного познания. С. 261.
  • [3] Поло М. Книга о разнообразии мира. С. 222—223.
  • [4] Pascal. Pensees / ed. par J. Chevalier. Paris, 1962. P. 38.
  • [5] См.: Распертова С. Ю. Современные культурные стратегии КитайскойНародной Республики...
  • [6] См.: Распертова С. Ю. Современные культурные стратегии КитайскойНародной Республики...
  • [7] Распертова С. Ю. Современные культурные стратегии Китайской Народной Республики... С. 17.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >