Реформы Совета национальной безопасности, ограничение влияния военных

Другим основополагающим пунктом программы Эрдогана на первом этапе стали различные демократические реформы, направленные на выполнение Копенгагенских критериев, необходимых для вступления Турции в Евросоюз. Для приобретения статуса участника Турецкой Республике требовалось существенно изменить внутреннюю расстановку политических сил в стране.

Согласно критериям, страна-кандидат должна обеспечить верховенство демократии и права, защиту прав человека, а также действующую рыночную экономику. ПСР начала работу по всем этим пунктам.

Центральным изменением в рамках данной программы стало удаление военных от власти в стране. Необходимо отметить, что роль военных в Турции всегда была особенной: именно они выступали гарантом сохранения приверженности принципам кемализма, объявленных Ата- тюрком.

Неоднократно военные прямо вмешивались в политический процесс. В этой связи широкое влияние армии представляло непосредственную угрозу любому правящему режиму. Правящей партией были заготовлены значительные изменения, которые касались как внутренней политики, так и внешней. Однако политические процессы динамичны по своей природе, поэтому гарантировать однозначный успех этих реформ никто не мог.

Если бы что-то пошло не по плану, военные вполне могли ограничить роль ПСР и отстранить партию от государственных процессов, заменив ее на какого-либо более эффективного, по их мнению, игрока, и это не могло не беспокоить ПСР. Лидеры партии изначально понимали, что роль военных в турецком обществе должна быть ограничена, однако вопрос заключался в том, как это следует сделать, чтобы не вызвать общественный резонанс и всеобщее недовольство. Ведь если отстранить армию от политических процессов безосновательно, такой шаг вряд ли будет одобрен большей частью военных.

Копенгагенские критерии стали верным решением ПСР относительного этого вопроса, а также легитимным основанием для ограничения полномочий военных: верховенство демократии предполагало отсутствие какого-либо источника власти, помимо избранного президента и утвержденного им правительства.

Главным органом, посредством которого военные влияют на проводимую политику, является Совет национальной безопасности. Созданный после переворота 1960 г., совет выполнял консультативные функции и стал одним из центральных элементов государственного управления[1]. Его полномочия значительно расширились после переворота 1980 г.: к примеру, Совет министров при принятии решений был обязан обращать «первоочередное внимание»[2] на рекомендации СНБ, что фактически указывало на то, что Совет являлся частью исполнительной системы страны.

Существует точка зрения, что Анкара стала проводить изменения участия военных в политике с разрешения самого генералитета, который видел главной целью всего процесса демократизации вступление в Евросоюз. Именно благодаря уступкам со стороны военных реформа и была осуществлена.

В январе и августе 2003 г. были приняты поправки в закон о СНБ. В результате суверенитет и полномочия органа были значительно ограничены: глава Совета теперь назначался премьер-министром, а на должность могло быть избрано и гражданское лицо; заседания Совета отныне созывались раз в два месяца вместо ежемесячного сбора, а возглавлял их президент.

Последовало сокращение полномочий Секретариата совета, который уже не мог действовать от имени президента или премьер-министра. Было распущено управление по связям с общественностью. Все эти изменения не только отодвинули Совет от процесса принятия решений, но и превратили его в консультативный орган, подвластный президенту страны. Кроме того, структура самого СНБ претерпела значительные изменения, допустив до руководства гражданские лица.

Первые результаты изменений проявились уже в 2005 г. при разработке новой Концепции национальной безопасности Турции. В ходе обсуждения позиция СНБ практически не учитывалась, инициатива теперь полностью принадлежала ПСР.

Европейская комиссия положительно оценила проведенные реформы, однако в ее докладе за 2004 г. отмечалось, что «военные по- прежнему оказывают влияние с помощью различных неофициальных механизмов»[3]. Предлагалось ограничить участие генералитета в принятии военного бюджета и в выстраивании отношений с соседними странами.

Турецкое руководство приняло к сведению рекомендации Еврокомиссии, изменив тактику борьбы с военными. В 2007 г. было начато дело под названием «Эргенекон». По официальной версии, «Эргене- кон» являлась тайной организацией, главной целью которой было свержение правящей партии путем проведения военного переворота в 2003 г.

По итогам суда более 500 чел. были отправлены в тюрьму, в том числе представители высших военных чинов: командующий полевой армии сухопутных войск Четин Доган, глава Генштаба Илькер Башбуг. Новая волна арестов прошла в 2016 г. после июльской попытки военного переворота. Были арестованы более 100 адмиралов и генералов, многие из которых также входили в Совет национальной безопасности.

Все эти меры значительно ослабили военное присутствие во власти, сведя его к минимуму. Главный инструмент военного давления на политику — Совет национальной безопасности — в результате изменений был сильно ограничен в полномочиях, что одновременно входило в сферу интересов правящей ПСР и отвечало главной поставленной партией цели — вступлению Турции в Евросоюз.

  • [1] Овсепян Л. Реформы Совета национальной безопасности Турции в контекстедемократических преобразований // Международная политика. 2010. С. 41—53. URL:https://riss.rU/images/pdf./journal/2010/2/Ovsepiyn_2010_2.pdf.
  • [2] Там же.
  • [3] Овсепян Л. Реформы Совета национальной безопасности Турции в контекстедемократических преобразований // Международная политика. 2010. С. 41—53. URL:https://riss.rU/images/pdf./journal/2010/2/Ovsepiyn_2010_2.pdf.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >