Парламентские выборы 2018 года

В 2015—2018 гг. произошло достаточно много событий, повлиявших на предвыборные программы партий, их политику в целом. При этом многие действия правящей партии, а также ее основателя Р. Т. Эрдогана были крайне негативно оценены турецкими гражданами.

Во внешней политике в 2015 г. имел место инцидент со сбитым российским Су-24, после которого двустороннее взаимодействие России и Турции было приостановлено. Введение Россией экономического эмбарго и туристических ограничений самым серьезным образом повлияло на турецких работников туризма и малого бизнеса, а также на экономическое положение страны в целом.

Турпоток в Турцию сократился до рекордно низкого уровня, а президент страны потом еще около года в буквальном смысле умолял российское правительство отказаться от разрушающих турецкий бизнес импортных ограничений. Вместе с этим правящие круги пытались доказать населению, что подобный шаг был сделан в целях налаживания сотрудничества с Западом, однако в итоге отношения

Турции и США только ухудшились и до сих пор не вышли из кризисного состояния.

Что касается Европы, то вступления в Евросоюз, к чему ПСР так стремилась на протяжении практически всех этих лет, так и не произошло. Вместо этого Турция заключила с ЕС соглашение о мигрантах и теперь вынуждена проявлять обеспокоенность в том числе и по вопросу миграционных потоков. Если учесть, что вместе с мигрантами в Турцию начали проникать вооруженные боевики террористических группировок, то проблема безопасности, которой ПСР обещала уделить особое внимание в ходе предвыборной компании 2015 г., только обострилась.

Внутренняя политика Турции также столкнулась с переменами. В ходе июльского переворота 2016 г., пусть и не очень успешного, люди, с одной стороны, поддержали действующую власть, с другой — после начавшегося процесса массовых арестов, в турецком обществе все чаще стали появляться разговоры о стремлении ПСР и президента Эрдогана исламизировать и консерватизировать Турецкую Республику.

Такого рода опасения подтвердил проведенный в апреле 2017 г. референдум о внесении поправок в конституцию, призванных в значительной степени расширить полномочия президента и сократить роль парламента. При этом процент проголосовавших за внесение поправок, оказался не слишком высоким, чуть больше половины, а именно — 51 %. Пакет поправок должен вступить в силу после выборов 2019 г., однако в мае 2017 г. Эрдоган восстановил членство в ПСР (в соответствии с конституцией президент должен быть беспартийным), а весной 2018 г. стало известно о том, что всеобщие выборы переносятся и состоятся в июне того же года.

Важно, что положение Партии справедливости и развития накануне выборов, как и положение президента Эрдогана, было не самым лучшим. Население не устраивал ряд неразрешенных проблем, в том числе ухудшающаяся экономическая ситуация. К тому же на политической арене стали возникать новые партии, предлагавшие народу свое видение решения проблем, что нашло отклик у части населения Турции, ожидания которых не оправдала ПСР.

Поэтому проведение досрочных выборов было необходимо Эрдогану и его партии, поскольку они не хотели, чтобы оппозиционные партии укрепили свои позиции (например, участие Хорошей партии до последнего оставалось под вопросом), но в то же время стремились организовать выборы в момент успехов на внешнеполитическом направлении — в Сирии и в вопросах взаимодействия с Россией.

И если в президентской гонке уровень поддержки Эрдогана, который в итоге получил выигрышные 52,6 % голосов[1], сократился (но других достойных альтернатив все же не было), то на выборах в парламент у ПСР были минимальные гарантии получить простое большинство. В таких условиях партии придумали новый ход — объединить свои усилия и идти на парламентские выборы в рамках коалиций. При этом правящая ПСР (лидер — Р. Т. Эрдоган) объединилась с ПНД (лидер — Д. Бахчели) в так называемый Народный альянс; другая коалиция — Национальный альянс — состояла из НРП (глава — К. Кылычдароглу), Партии счастья (глава — Т. Карамоллаоглу), Хорошей партии (глава — М. Акшнер), возникшей осенью 2017 г.

Помимо них в выборах приняла участие и ДПН (глава — С. Демир- таш). Выборы состоялись 24 июня 2018 г. По результатам победу одержал союз ПСР и ПНД (53,7 % голосов, 344 места в парламенте), однако голоса между партиями были распределены следующим образом: ПСР — 42,6 %, ПНД — 11,1 %. Национальный альянс, в свою очередь, получил 33,9 % голосов и 189 мест в парламенте. При этом у НРП —

  • 22.6 % голосов, у Хорошей партии — 10 %, а у идущей отдельно ДПН —
  • 11.7 %!.

При этом после внесенных в конституцию поправок становится очевидно, что после победы Эрдогана Турция стала президентской республикой, а парламент теперь не будет играть столь значимой роли, которую он играл вплоть до выборов 2018 г. Однако его важная функция будет заключаться в том, что теперь, когда в него вошли партии, представляющие абсолютно разные идеологические течения — националистические, пантюркистские, умеренно-исламские и другие, парламент Турции, вероятно, станет площадкой для выражения мыслей и обсуждения проблем и идей населения посредством тех фракций, которые представлены в ВНСТ.

  • [1] Segim 2018. URL: https://www.sabah.com.tr/secim/24-haziran-2018-secim-sonuclari.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >