ИСТОРИЯ РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ

РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ: ГЕНЕЗИС И ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ

Зарождение и становление русской философии: основные дискуссии и подходы

Русская философия представляет собой яркое и оригинальное явление мировой мысли. В силу влияния ряда исторических и культурных факторов (становления государственности, особенностей развития цивилизации, культуры и религиозности, противостояния внешним угрозам и т. д.) она значительно отличается от западноевропейской и восточной философии — по содержанию, формам, основным категориям, проблематике, самому духу и строю мысли.

Неизбежно встают вопросы: когда возникла русская философия как феномен отечественной мысли? Можно ли усматривать ее истоки в Древней Руси или время ее становления следует отнести к более позднему времени? В чем ее специфика по отношению к ведущим школам философской мысли Европы и Востока? Есть ли чтолибо общее хотя бы с некоторыми из них? Имеет ли русская философия мировое значение, или ее роль не выходит за пределы страны?

Вопрос о происхождении, периодизации и специфике русской философии составляет предмет полемики специалистов на протяжении многих десятилетий. Существуют три основных подхода к этой проблеме.

Одни исследователи (В. В. Зеньковский, А. Ф. Лосев, Н. О. Лос- ский, Г. Г. Шпет и другие) полагают, что русская философия как самостоятельный феномен сложилась лишь во второй половине XVIII и начале XIX вв. До этого, считают они, в России философия не могла появиться по причине отсталости страны[1]. В. П. Яковлев утверждает, что русская философия — сравнительно позднее явление, хотя предпосылки ее возникают в глубинах национальной истории. Однако предпосылки еще не само явление, которое начинается с обретения формы, адекватной своему содержанию. Если руководствоваться таким критерием, считает В. П. Яковлев, то философия в России начинается только в XIX веке[2].

Другие исследователи (А. А. Галактионов, М. Н. Громов, Н. С. Козлов, А. Д. Сухов, П. Ф. Никандров) относят начало русской философии к X-XI вв., связывая ее зарождение с принятием христианства[3].

Здесь предлагается следующая периодизация: на рубеже X-XI вв. происходит замена языческого типа мировоззрения христианским с утверждением богословских и философских представлений. В ХИХШ вв. раннесредневековая русская философия выступает как сложившееся явление. После кризиса, вызванного падением Киевской Руси в результате монгольского нашествия, в XIV—XV вв. начинается постепенный ее подъем. XVI век предстает апогеем развития средневековой мысли. В XVII в. начинается постепенная замена древнерусского типа мышления новоевропейским[4].

Третья группа ученых (Н. В. Солнцев, Н. М. Чалов) выделяют в истории русской философии два относительно самостоятельных периода: предфилософия (XI—XVII вв.) и собственно философия (начиная с XVIII в.). Содержательно этот подход стремится включить в себя наиболее значимые аргументы первой и второй точек зрения[5].

На наш взгляд, современный уровень развития историко-философской науки позволяет утверждать, что философская мысль зародилась в русском национальном сознании во времена Киевской Руси. Для древнерусской мудрости как начального этапа русской философии характерно сочетание а) элементов восточнославянского языческого мировоззрения, которое по различным источникам (письменным, археологическим, этнографическим) реконструируется специалистами по теории культуры; б) теоретических положений развитой к тому времени восточнохристианской философской и богословской мысли (через византийское и южнославянское посредничество).

Принявшее к X в. окончательные формы языческое сознание восточнославянских и близких к ним угро-финских, балтских, тюркских и других племен характеризуется связью с природными циклами, политеистическим поклонением стихиям, неразличенностью духовной и материальной сторон бытия, культом тотемов и предков как способом социальной детерминации.

От Византии, главной хранительницы античного наследия, Русь получила комплекс идей, образов, понятий, имен, ключевых для европейской культуры, однако не в «чистом», а христианизированном виде, и не в полном, но частичном варианте, поскольку греческим языком владели немногие, а имевшиеся переводы включали прежде всего святоотеческую литературу[6]. Вместо натуралистической гармонии языческого пантеизма христианство утверждает напряженное противостояние духа и материи, драматический конфликт добра и зла, олицетворяемый Богом и его антиподом, дьяволом, душой и плотью. Идею вечного круговорота, или возвращения, сменяет концепция линейного развития эсхатологическо-финалистского типа от сотворения мира до грядущего Страшного суда. Человек призывается к моральной ответственности, его жизнь становится частью мирового универсума, а судьба его этноса — элементом общечеловеческого бытия. Все народы и люди вовлекаются в единый поток всемирной истории[7].

Сочетание в реальном древнерусском сознании доминирующего православного учения с элементами язычества означало фактически двоеверие.

В отличие от западноевропейского богословия и схоластики, языком которых была латынь, отечественная философия с самого начала следовала традиции славянских первоучителей Кирилла и Мефодия, создавших азбуку и положивших начало переводу Библии как основного источника средневековых представлений о мире и человеке на старославянский язык.

В конце IX в. в «Житии Кирилла», составленном его братом Мефо- дием или кем-то из ближайших сподвижников просветителя славян, философия понималась как «знание вещей божественных и человеческих, насколько может человек приблизиться к Богу, что учит человека делами своими быть по образу и подобию сотворившего его»[8]. Эта формула ориентировала на познание природы и Бога, к компетенции философии соответственно отнесено богопознание, что фактически означало право на исследование надприродной реальности. Таким образом, с философией отождествлялись как рационализированное богословие, так и мирская мудрость, которые не противопоставлялись, а взаимно дополняли друг друга, с тем чтобы служить нравственному выбору, «приближающему человека к Богу». Философия здесь еще не отделена от веры, более того, подчинена ей, но важно то, что в содержании философии органически присутствует разум, который наравне с верой участвует в осмыслении не только «вещей человеческих», но и «вещей божественных».

Наряду с этим вариантом философствования в Древней Руси существовало и другое направление — Киево-Печерское, основные особенности которого отражены в «Киево-Печерском Патерике».

Это фактически первый тип иррационального философствования в Древней Руси. В нем нет такого присутствия рациональных начал, как в Кирилловой философской традиции, и очевиден ориентир на мистико-аскетический идеал философствования. Подлинная философия понимается как «умное делание», которое превосходит «умное знание», и сближается с монашеством и аскезой, отличаясь превосходством божественного откровения над слабым разумом человека. Это направление формировалось под заметным влиянием исихазма, этикоаскетического учения о пути человека к единению с Богом, и получило поддержку православной церкви. Традиции иррациональной мистической философской мысли, берущие свое начало в трудах и воззрениях Нестора, Феодосия Печерского, Серапиона Владимирского, оказали впоследствии влияние на формирование некоторых сторон русской религиозной философии.

Характерными чертами древнерусского философствования в целом являются: а) неотделимость от культурного контекста в целом; б) тесный союз с литературой и искусством, когда многие философские идеи воспринимались не в виде понятийно-логических и системно-образующих конструкций, а через художественно-пластические образы; отсюда в) тяготение к живому, образному слову, публицистичность, особый интерес к исторической, антропологической, нравственной проблематике (таково, в частности, «Слово о полку Игореве»). Эти особенности сыграли неоднозначную роль в истории русской философии. С одной стороны, благодаря им не только средневековая, но и вся последующая русская культура, искусство, литература приобрели высокую философскую значимость. С другой стороны, однако, они отчасти препятствовали конституированию философии как особого вида профессионального знания и деятельности.

Понятия «философ», «философия», «философствование» довольно часто встречаются в древнерусской письменности, но их значение шире, чем в современном языке. Под философами могли понимать и античных мыслителей, и представителей патристики (вроде Максима Исповедника), и искушенных в догматике христианских проповедников, и мастеров экзегезы (в пер. с греч. — толкование), углубленно толковавших скрытый смысл почитаемых книг (Климента Смолятича), и просветителей (Максима Грека), и деятелей искусства, умевших философские идеи и образы воплощать в художественной форме (Феофан Грек), и вообще людей, способных к необыденному мышлению. Это свидетельствует о почтительном отношении к философии и особом ее статусе на Руси в ту пору, дает опосредованное понимание самой философии и смысла философствования.

Значительным в древнерусской культуре является понимание философии как возвышенного стремления к Софии Премудрости Божией, образ которой представляет собой христианизированный синтез языческой Афины Паллады и библейской девы Мудрости. Этот образ выражен не только в письменных текстах, но и в величественных храмах, посвященных Софии, фресках и иконах, произведениях пластики, в торжественных песнопениях в ее честь. Он во многом формировал ставшую устойчивой для отечественной философии традицию ее соединения с художественным и символическим осмыслением бытия, лег в основу софиологии.

Для русской философии этого периода характерно идущее от отцов церкви разделение ее на «внутреннюю» и «внешнюю». Под первой понималась христианская, богодуховенная, высшая, целью которой является спасение души человеческой, под второй — языческая, мирская, менее важная, направленная на познание окружающего мира, порой осуждаемая, но все же полезная «для исправления ума» (Максим Грек). Трактовка философии как практического, жизнестроительного, учащего не словом, а делом духовного наставничества, как исцеление души человеческой была своеобразным христианским продолжением сократовской традиции подхода к ней как к практической морали.

После своего утверждения в Киевской Руси христианство, воспринятое от Византии, нуждалось в глубоком осмыслении философско-богословских вопросов бытия и сознания, что стимулировало рост интереса к мировоззренческой проблематике. Углубленное толкование библейских текстов, содержащееся в переводимых на славянский язык творениях отцов церкви, способствовало интенсивному развитию абстрактного мышления.

Главным мировоззренческим понятием древнерусского философствования является сверхпонятие Бога, осмысленного как высший синтез субстанционального, морального, социального, эстетического и иных начал и принципов. Основным назначением усваиваемой таким образом мудрости было научение человека добродетельной жизни и осознанию им высшего смысла своего существования.

Одним из первых древнерусских мыслителей является киевский митрополит Иларион (XI в.). В своем «Слове о Законе и Благодати», значительном памятнике древнерусского красноречия и глубоком историософском сочинении, он выстраивает богословскоисторическую концепцию, обосновывавшую включенность «русской земли» в общемировой процесс торжества божественного «света» (то есть Христа, называемого «благодатью» и «истиной») над «тьмой» язычества. «Златоустом, паче всех просиявших на Руси», называли древнерусского церковного деятеля Кирилла Туровского (XII в.). Его проповеди, слова, речи содержали идеи социально-этического, назидательного характера и острой публицистической направленности.

Своеобразным сводом практической философии является «Поучение» великого князя Владимира Мономаха (начало XII в.). В нем автор напоминает о следовании добру, о неприятии зла в любом обличье. Мономах утверждает, что праведная жизнь достигается «добрыми делами»: покаянием, милостыней, прощением, преодолением ненависти. Особенностью практической философии Мономаха является слабая расчлененность этики, экономики и политики, отражавшая прони- занность древнерусской жизни и культуры традициями родового быта. «Максимы» (принципы) личного поведения князя оказываются одновременно и политическими принципами. Основы устроения жизни во многом определяют этику лиц в зависимости от положения в семье (хозяин, управляющий, слуга, раб, «старший — младший», «муж — жена» и т. д.).

Главным итогом развития древнерусской философской мысли стала выработка принципиально новых в сравнении с дохристианскими представлений о мире как творении Бога, о человеческой истории как арене борьбы божественной благодати и дьявольских козней, о человеке как двойственном существе, состоящем из бренного тела и бессмертной души. Это обеспечило возможность восприятия новых тенденций и веяний в период перехода от культуры древнерусской к русской средневековой.

В конце XIV в. объединительная политика Московского княжества увенчалась победой на Куликовом поле. Наиболее ярко значимость этого события отражает «Задонщина», созданная, по преданию, Софо- нием Рязанцем и насыщенная глубоким патриотическим чувством. Важному в этот период росту национального самосознания, воспитанию духовности личности способствовала житийная (агиографическая) литература, сложившаяся в один из наиболее развитых на Руси жанров. Он представлен, в частности, в творчестве Епифания Премудрого (XIV—XV вв.), создавшего «Житие Стефана Пермского», «Житие Сергия Радонежского». Эта литература имела не узко церковное, но широкое общественное значение, поскольку речь в ней шла о носителях духовного подвига, заступниках Русской земли.

Среди наиболее значимых факторов и событий для последующей истории и развития русской философии вплоть до XVII в. особый интерес представляют:

  • а) влияние на русскую культуру и мышление исихазма, практика которого была связана с деятельностью Сергия Радонежского и его учеников, а также творчеством Нила Сорского;
  • б) одна из доктрин отечественной философии истории «Москва — третий Рим», сформулированная в посланиях старца Филофея около 1520—1530-х гг. и объективно способствовавшая утверждению равноправия России среди европейских государств;
  • в) деятельность и творчество Максима Грека, мыслителя, богослова, переводчика, просветителя, развивавшего греческую традицию синтеза философии и филологии, особенно в жанре диалога, много сделавшего для подъема уровня философской мысли на Руси в XVI в.;

г) переписка Ивана Грозного и Андрея Курбского по проблемам общественного устройства и путей развития России.

Большое влияние на развитие русской философской мысли оказали также спор нестяжателей (последователей Нила Сорского) и иосифлян (сторонников Иосифа Волоцкого), в основе которого лежал вопрос о роли и назначении духовенства в обществе и пределах государственной власти (XV — начало XVI в.); идеи Ивана Пересветова (XVI в.) о лучшем обустройстве общества; монастырская культура, в рамках которой практиковались социальная благотворительность, активное «духовное делание», формировались специфические направления национальной идеологии, велись подробные исторические хроники; церковный раскол, вызвавший особое напряжение в русской мысли XVII в.

К главным чертам русской философской мысли этого периода следует отнести традиционную связь с религиозным сознанием и богословием; доминирование проблем морали и искусства; особый интерес к историософской проблематике; публицистичность. Эти черты генетически связаны с предшествующими этапами развития отечественной мысли. Неразвитость понятийно-логических форм философствования отчасти компенсировалась напряженной деятельностью в иных областях человеческого духа, особенно через художественно-аллегорические образы. Древнерусская мысль, не доверяя безраздельно человеческому рассудку, тяготела к логосу как категории, которая включала в себя и слово, и мышление, и пластические образы.

Эти особенности, с самого начала отличавшие отечественную мысль, не могли восполнить недостаток в профессиональном философском знании. Экономическое развитие, технический прогресс, сложные социальные проблемы настоятельно требовали принципиально новых подходов, овладения рациональными методами освоения действительности, практическим олицетворением и воплощением которых стали позже реформы Петра I. Это не могло не сказаться на востребованности в России профессионального философского образования. Последнее берет начало с лекций, читавшихся в Киево-Могилянской (основана в 1632 г.) и московской Славяно-греко-латинской (с 1687 г.) академиях. С основанием этих учебных заведений европейская философская традиция начала интенсивно эволюционировать сначала на Украине, а затем и в России. Большое значение для развития культуры и философии в России имело основание в 1755 г. Московского университета.

Наиболее значительными фигурами в философии на завершающей стадии этого периода были Симеон Полоцкий, Юрий Крижанич, Стефан Яворский, Федор Лопатинский, религиозный философ и идеолог петровских реформ Феофан Прокопович, Василий Татищев, Антиох Кантемир, а также Михаил Ломоносов, Григорий Сковорода. Развивая разные, часто противоположные философские идеи, все они внесли значительный вклад в эволюцию исторического бытия русского народа, его культуры и национального самосознания. Отечественная мысль теснее смыкалась с европейской, древнерусская мудрость постепенно эволюционировала и интегрировалась в философию Нового времени. Приближался период, когда философия в существенной своей части все больше становилась секуляризированной, светской и профессиональной.

  • [1] См.:Зенъковский В. В. История русской философии. В 2 тт. — Л., 1991. — Т. 1; Лососий Н. А. История русской философии. — М., 1991; Лосев А. Ф. Русская философия //Очерки истории. — Свердловск, 1991; Шпет Г. Г. Очерк развития русской философии //Соч. — М., 1989.
  • [2] См. Философия. / под. ред. В. П. Кохановского. — Ростов-н/Д., 2000. — С. 106.
  • [3] Галактионов А. А., Никандров П. Ф. Русская философия IX—XIX вв. — Л., 1989;Громов М. Н. Козлов Н. С. Русская философская мысль X—XVII веков. — М., 1990;Сухов А. Д. Русская философия: особенности, традиции, исторические судьбы. — М.,1995.
  • [4] См.: Громов М. Н. История русской философской мысли // История философии:Запад — Россия — Восток. — М., 1995. — Книга I. Философия древности и средневековья / под ред. Н. В. Мотрошиловой. — С. 448; Громов М. Н. Философская мысль на Русив XI—XVII вв. // Русская философия: Словарь /под общ. ред. М. А. Маслина. — М.,1995. — С. 557—561.
  • [5] См. Ильин В. В., Солнцев Н. В. Чалов Н. М. Русская философия в лицах. — М.,1997. — С. 3—13; Философия. / под ред. О. А. Митрошенкова. — М., 2002. — С. 118—119.
  • [6] См.: Громов М. Н. История русской философской мысли // История философии:Запад — Россия — Восток. — М., 1995. — Книга I. Философия древности и средневековья. / под ред. Н. В. Мотрошиловой. — С. 447; Громов М. Н. Философская мысль на Русив XI—XVII вв. // Русская философия: Словарь. / Под общ. ред. М. А. Маслина. — М.,1995. — С. 557.
  • [7] См.: Громов М. Н. История русской философской мысли // История философии:Запад — Россия — Восток. — М., 1995. — Книга I. Философия древности и средневековья. / под ред. Н. В. Мотрошиловой. — С. 449; Громов М. Н. Философская мысль на Русив XI—XVII вв. // Русская философия: Словарь. / Под общ. ред. М. А. Маслина. — М.,1995. — С. 557.
  • [8] Сказание о начале славянской письменности. — М., 1981. — С. 73.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >