Изготовление тканей, выделка меха и кожи. Одежда.

Шерстяные ткани и способы изготовления кож были известны древним жителям степей Евразии еще задолго до скифской эпохи. Скорее всего уже в энеолите впервые стали изготавливать шерстяные ткани, и достоверно известно, что в эпоху бронзы ткани имели довольно широкое распространение. Это подтверждается, например, многочисленными находками остатков тканей в могилах.

Основные типы деревянных веретен и пряслиц, сделанных из керамики, камня, бронзы и свинца (по Н. А. Гаврилюк)

Естественно, что в скифское время население, имея за плечами значительный опыт, использовало ткани в быту гораздо шире, чем их предшественники. Об этом свидетельствуют многочисленные куски тканей, найденные в скифских, сакских, тагарских могилах. Фрагменты тканей, обнаруженные в памятниках Минусинской котловины, были учтены Ю. С. Гришиным (Гришин, 1960, с. 196), а ткани из могил скифского времени Горного Алтая описаны С. И. Руденко и Н. В. Полосьмак (Руденко, 1952; Полосьмак, 2001).

Имеющиеся источники свидетельствуют о распространении в скифо-сибирском мире привозных тканей, которыми пользовалась верхушка общества: шелковые ткани из Пазырыкских курганов Горного Алтая, персидские ткани у саков, греческие у скифов. Однако основные потребности удовлетворялись шерстяными тканями местного производства. Имеющиеся образцы тканей свидетельствуют, что шерсть, из которой их выделывали, была в основном тонкой, с сечением волокна примерно в 2—3 микрона. Примерно в половине нитей, кроме тонкой однородной шерсти, присутствуют грубая, толстая шерсть с сечением волокна примерно 7—9 микрон, так называемая грубая кость и мертвый волос. За счет добавления грубой шерсти создавались объем нитей, их толщина. Толщина была различна: самые тонкие — сечением 20—25 микрон, самые толстые — в пределах 1 мм. Большинство нитей — 46—60 микрон. Замечено, что при сшивании кожи и меховых изделий употреблялись значительно более толстые нити, чем те, которые шли на изготовление тканей, как правило, сечением не менее 1 мм.

Наличие шерстяных тканей свидетельствует о развитом производстве шерсти и ее обработке. Ножницы для стрижки овец известны в Горном Алтае, однако использовались и какие-то другие приемы: собирание шерсти во время линьки, вычесывание ее при помощи костяных, деревянных гребней, срезание шерсти острым ножом, соскабливание со снятой шкуры животного. Видимо, подготовка шерсти к прядению заключалась в разборке ее руками, чесании и битье. Вряд ли эти приемы подготовки шерсти существенно отличались от зафиксированных этнографами.

Каким же было прядение? С древнейших времен известны три способа домашнего прядения: верчь, прядение на веретене и прядение на самопрялках. Верчь дает толстую нить. Нити для ткани, приготовленные путем прядения на веретене, — классический способ их получения, известный у большинства народов Евразии, в том числе в Греции и Риме. Дополнительной частью веретена у многих народов с эпохи бронзы служило пряслице, сделанное из дерева, керамики или камня. Надетое на стержень веретена, оно обеспечивало его устойчивость при вращении. Судя по совершенству нитей, в культурах скифосибирского мира сложилась четкая последовательность приготовления пряжи: разделение волокон, их очистка, создание основы для выработки самого продукта. Очевидно, только два орудия труда применялись в этом производстве: ручные гребни для расчесывания волокон и ручные веретена для их скручивания.

В скифо-сибирском мире были известны ткани различного рисунка, переплетения нитей, разного качества и свойств. Все имеющиеся в нашем распоряжении ткани — простые или, как их еще называют, гладкие. По переплетению нитей они делятся на полотняные, саржевые и диагональные. Большинство образцов представляют собой ткани простого полотняного переплетения. Причем по раппорту ткани этой группы тоже неодинаковы. Большинство из них с редкой основой и более плотным уткём.

Основой называются продольные нити, а поперечные по ширине полотна — нити утка. Уток — это челнок, с помощью которого продергивают, переплетают поперечные нити через нити основы, потом уплотняя их гребнем. Так создавались ткани простого переплетения.

По плотности основа у таких тканей в два раза реже утка по количеству нитей в 1 кв. см. У большинства же количество уточных нитей примерно в три раза превосходит количество основных нитей. В результате разреженности основы ткань получалась мягкой, эластичной, но не очень плотной. Судя по количеству, ткани такого качества были основными. Особенность переплетения нитей прямым образом зависела от примитивных ткацких приспособлений: основа закреплялась на раму или станину. В этом случае производительность прямо зависела от того, сколько раз надо продеть челнок с уточной ниткой и через сколько основных нитей его нужно было пропустить. Так, увеличение вдвое количества основных нитей более чем в два раза увеличивало срок изготовления ткани.

Второй разновидностью тканей полотняного переплетения являются образцы с равным количеством продольных и поперечных нитей. Эти ткани изготовлены из самой тонкой пряжи и отличаются большой плотностью. Их изготовление требовало при ручной работе много времени, технических новшеств. Очевидно, такие ткани изготавливались уже не на раме, а на простейшем ткацком станке.

Известны ткани диагонального и саржевого переплетения нитей. Образцы диагонального переплетения представляют собой плотную ткань, у которой нити основы расположены под углом 40° к нитям утка, спаренно переплетающим основу. Для изготовления такой ткани требовалось специальное угловое натяжение основных нитей. Плотность этих тканей значительно выше, их образцы известны на территории тагарской культуры (Гришин, 1960, с. 196), во втором и третьем Пазырыкских курганах, втором Туэктинском и втором Башадарском курганах на Алтае (Руденко, 1960, с. 218). По сведениям С. А. Руденко, большинство тканей имеет плотность 16x20 нитей в 1 кв. см; но известны и саржевые двусторонние сложные ткани со счетом нитей 16x62 в 1 кв. см.

Обращает на себя внимание появление плотных тканей с равным количеством нитей утка и основы, сотканных на совершенном ручном ткацком станке с механическим чередованием нитей основы. Возможно, что такой горизонтальный ткацкий станок появился в скифо-сибирском мире не ранее III в. до н. э., так как к этому времени, как удалось установить, относится появление тонких тканей с равным количеством нитей основы и утка. Очевидно, появление станка было частью общей технической и культурной революции, переживаемой в степной Евразии. Таким образом, домашний ткацкий промысел был широко распространен и обеспечивал основную потребность в тканях.

В скифо-сибирском мире широко были распространены войлочные полотна: покрытия, подстилки, чепраки, войлочные ковры, нетканые ковры. Правильно предположить, что эти изделия имели большое распространение среди полукочевых скотоводческих групп населения. Лучше всего они сохранились в мерзлотных слоях погребальных комплексов в Горном Алтае. Также широко были распространены вязаные шерстяные вещи: пояса, шапки, кофты, налобные повязки.

В скифо-сибирском мире был выработан и распространен свой тип одежды, отвечавший хозяйственно-бытовым особенностям и своеобразию геосреды. Одежда реконструируется по остаткам тканей и украшениям в погребениях, вещам, которые нашивались или крепились к одежде, и по изображениям одетых людей в искусстве. Редким источником явились находки реальной одежды в горноалтайских могилах. Это дало Н. В. Полосьмак возможность детально реконструировать костюм (Полосьмак, 2001, с. 108—185). Одежду шили из тканей разного качества, войлока, кожи и меха.

Важным материалом, из которого шили одежду, были меховые шкуры домашних и диких животных. Фрагменты изделий из меха отмечены во многих случаях, особенно в азиатской части степной зоны. Они известны в тагарских погребениях Южной Сибири (Гришин, 1960, с. 196—197). Изделия из меха употреблялись в скифское время на Алтае (Руденко, 1960, табл. 57). О широком распространении меховых изделий в последующее, таштыкское, время свидетельствуют найденные Л. Р. Кызласо- вым шубы и меховые шапки в Оглахтинском могильнике.

Не меньшее распространение в скифское время получило изготовление кожи и различных изделий из нее. Причем кожа шла не только на пошив некоторых видов одежды и обуви (об этом речь ниже), а в большей мере на изготовление огромного числа различных бытовых предметов: сумок, ремней, чехлов, завязок, бурдюков.

Меховые шкуры и кожи вырабатывались разного качества и технических свойств, в зависимости от их назначения. Более разнообразной оказалась кожа, которая в зависимости от своих качеств и толщины находила различное применение. Среди образцов выделяется толстая кожа толщиной 1—2 мм и тонкая, эластичная — до 0,5 мм.

Толстые кожи, выделанные из бычьей или лосиной шкуры, употреблялись в основном на изготовление обуви, больших сумок и прочих вещей, где требовался прочный материал. Однако тонкая кожа в могилах встречается гораздо чаще, чем толстая. Из нее шили одежду, делали различные многочисленные чехлы, тонкие ремешки и шнурки для подвешивания крупных бус, зеркал, ножей и прочих предметов; немало случаев применения кожаных шнурков. Ремни приделывали в качестве ручек к деревянной и глиняной посуде, они служили различными подвязками на одежде. Население обладало довольно высокими навыками изготовления кож, но, к сожалению, мы не располагаем данными о технологии их изготовления.

Зафиксировано много случаев, когда расположенные на скелете предметы в раскопанных курганах служат конкретным источником для суждений о характере одежды. Другой вид источников — изображения скифов в одеждах на сосудах, саков также в одеждах на Бехистунской скале, на рельефе из дворца Ксеркса в Персеполе и пластинах из Амударьинского клада и, наконец, великолепное погребение «царя» в парадных одеждах из кургана Иссык.

Известно, какими сложными были нарядные головные уборы социальной верхушки общества. Тагарцы на шапку нашивали тонкие полусферические бронзовые бляшки и бронзовую полоску — диадему. Сложным был головной убор у скифов, напоминающий собой амнику, стефану или стленгид. Социально значимым был головной убор «Золотого человека» из царского кургана Иссык: золотые листья, изображение птицы и прочие предметы; выполненные из золота детали венчали ее верхнюю часть. Реконструирован сложный женский головной убор — парик по материалам женского погребения Ак-Алаха 3 в Горном Алтае (Полосьмак, 2001, с. 143, 147, 157).

В повседневной жизни люди скорее всего носили простые вязаные шапки и характерные для большинства народов иранского мира конические войлочные и кожаные башлыки, которые были широко распространены у скифов, саков и других родственных народов как мужской головной убор. Изображения людей в башлыке встречаются у скотоводов Передней Азии, на рельефах царя Варпалаваса, у хеттской женщины с кудельником, а позже у всех иранских народов.

Достоверно установлено, что одеждой служили нательные рубахи из растительного полотна, шерсти и шелка. Шелковые нераспашные рубахи, очевидно, были редкостью. Н. В. Полосьмак отмечала: «Рубахи носили, однако, далеко не все пазы- рыкцы... в погребениях рядовых и даже знатных воинов-всад- ников рубах не найдено, шубы были одеты на голое тело» (Полосьмак, 2001, с. 113). В изображениях скифов на сосудах шубы тоже были надеты на голое тело. Это «нательная шуба», тулуп известны и в более позднее время.

В обществах скифо-сибирского мира носили шерстяные, кожаные длинные и укороченные штаны с вставками, а также юбки. Шерстяная юбка обнаружена на теле женщины в кургане I могильника Ак-Алаха 3. Однако, учитывая небольшую разницу между мужской и женской одеждой, основным ее видом все же были штаны. С погребенными на Укоке женщинами и мужчинами обнаружены также длинные, выше колен чулки- сапоги из тонкого войлока.

В скифо-сибирском мире носили кожаную обувь с короткими голенищами. В такой обуви с мягкими подошвами изображены скифы на вазах из Куль-Обы, на гребне из кургана Солоха, такая же обувь была у саков. Верхней же одеждой для людей служили шубы, кафтаны. Шубы шили недлинные, двусторонние, большей частью из овчины мехом вовнутрь, с внешней отделкой мехом сурка или других животных.

Одежда скифской эпохи. Горный Алтай, пазырыкская культура:

  • 1 — шелковая рубаха из погребения женщины (Ак-Алаха 3);
  • 2 — мужские шерстяные штаны (Ак-Алаха 1); 3 — войлочные сапоги-чулки с украшениями на мысах (мог. Верх-Колоджин 2);
  • 4 — шуба (мог. Верх-Колоджин 2) (по Н. В. Полосьмак)

Геродот сообщал, что савроматские женщины одевались так же, как и мужчины (Геродот, IV, 166). Люди скифской эпохи носили штаны, которые шили из мягкой кожи типа замши. В таких штанах изображены саки, скифы. В Первом Туэктин- ском кургане были найдены узкие, сшитые из многочисленных лоскутков кожи штаны. Всадник в узких штанах изображен и на ковре из кургана Пазырык 5 (Руденко, 1960, с. 204). Но штаны, которые носили скифы, были более широкими по сравнению с теми, которые носили саки. Поверх рубахи и кожаных штанов надевались еще халат или кафтан, а в зимних условиях, вероятно, обычная меховая шуба. Верхняя одежда для повседневной жизни была немного выше колен. Об этом говорят изображения и некоторые наблюдения за останками погребений.

О длине верхней одежды косвенно свидетельствует бисер, нашитый, видимо, на полы одежды. Бисер лежал полоской на бедренных костях, чуть выше колен. На основании этого можно предположить, что верхняя одежда у тагарцев доходила до колен. Она была несколько длиннее той одежды, которую носили алтайцы и скифы в I тыс. до н. э. Однако более правильным будет предположить, что верхней одеждой тагарского населения была не короткая куртка, а шуба длиной до колен. Такая шуба зимой, а летом кафтан перехватывались поясом. Вещественные доказательства наличия пояса имеются у каждого погребенного. Даже в тех случаях, когда не сохранилось никаких остатков кожи, около скелета лежат обычно нож, кинжал, проколка, которые подвешивались к поясу. В скифскую эпоху пояс был простой, очевидно, на завязках. За пояс вставлялись надетые на древко чекан и вток. Возможно, что и кинжалы просто закладывались за пояс сбоку, как это имело место у саков, изображенных на гробнице Артоксеркса III. Такой пояс мог быть даже не кожаным, а матерчатым — вязаным или тканым.

Таким образом, в скифскую эпоху сложился в своей основе тип распашной одежды, которая впоследствии прочно бытовала в качестве весенне-осенней мужской и женской, а в ряде случаев и зимней одежды многие столетия.

Одежда степного населения VI—III вв. до н. э. оказала значительное влияние на формирование известной в этнографии одежды кочевников степей Евразии (южносибирский тип одежды). В конце XIX — начале XX в. у южносибирских народов — алтайцев, хакасов, тувинцев, телеутов — обычная повседневная одежда, за небольшим исключением, имеет общие черты и генетически связана с одеждой скифской эпохи.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >