Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Педагогика arrow ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ СЛУЖБА В ОБРАЗОВАНИИ. ШКОЛЬНЫЙ ПСИХОЛОГ
Посмотреть оригинал

Индивидуальное консультирование родителей, дети которых имеют различные нарушения психологического здоровья

При наличии у ребенка выраженного нарушения психологического здоровья необходимо привлечь к работе родителей с целью изменения стиля взаимодействия с ним. Обычно консультирование в этом случае происходит по инициативе психолога.

В консультативной беседе с родителями можно условно выделить четыре этапа.

На первом этапе психолог вводит родителя в проблему необходимости сохранения психологического здоровья его ребенка. Для многих, даже достаточно образованных родителей она будет довольно неожиданной и новой. Для них привычно беспокоиться либо о физическом здоровье ребенка, либо о его успеваемости в школе. Поэтому им нужно для начала объяснить, что понимается под психологическим здоровьем и в чем его отличие от психического, поскольку для многих родителей психолог ассоциируется с психиатром и вызывает страх, а следовательно, и отторжение сотрудничества: «Что, мой ребенок псих, что ли, зачем ему психолог?» Поэтому можно подчеркнуть, что в нашем нестабильном и стрессогенном обществе те или иные нарушения психологического здоровья имеют почти все здоровые дети. Далее хорошо бы рассказать, что нарушения психологического здоровья взаимосвязаны с успеваемостью в школе, адаптацией к социальной среде и, наконец, со здоровьем физическим. В итоге родитель приобретает понимание того, что необходимо проявлять особую заботу о его сохранении.

На втором этапе психолог сообщает родителю конкретную проблему его ребенка, по возможности в терминах поведения, чтобы родитель имел возможность сравнить замечания психолога со своими собственными и согласиться с имеющимся нарушением. Например, если у ребенка преобладают социальные страхи, можно рассказать, что ребенок боится контрольных работ и качество их выполнения ниже, чем обычных, аналогичных по трудности, или же ребенок ту же работу дома в спокойной обстановке делает лучше, чем в классе. Можно попросить родителя самому привести примеры, свидетельствующие о наличии у ребенка выделенного психологом нарушения психологического здоровья.

Третий этап начинается со слова со слов родителя «почему это произошло» или «каковы причины этого». Чаще всего в этот момент у него «включается» сильное чувство вины «Я виноват. Что-то сделал не так». Есть вероятность того, что чувство вины захватит родителя настолько, что он будет действовать не для решения проблемы, а для уменьшения чувства вины. Поэтому необходимо придумать какие-то другие причины, с которыми родитель сможет согласиться, которые помогут снизить чувство вины. Например, бабушка слишком опекает или взял пример не с того, кого надо.

Если родитель согласился с тем, что действительно его ребенок имеет то или иное нарушение, то он сам вероятнее всего задаст вопрос «почему?» (третий этап). О сложностях, которые могут возникнуть на данном этапе, мы уже рассказывали в параграфе 8.1.

Следующий вопрос, который также обычно задает родитель, — «что делать?» (четвертый этап), т. е. да, нарушение имеется, причины понятны, но как изменить ситуацию? И тут можно перейти к деликатному сообщению родителю, что его актуальное взаимодействие с ребенком неэффективно и также закрепляет нарушения. Это можно сделать, на наш взгляд, используя метафору аллергии. Итак, ребенок-аллергик обладает повышенной чувствительностью к некоторым продуктам питания. И те продукты, которые полезны здоровым детям, к примеру молоко, могут вызвать сильную реакцию у аллергика. Так же обстоит дело и с проблемой психологического здоровья. Нездоровый в психологическом плане ребенок обладает непереносимостью некоторых психологических воздействий, более того, они еще сильнее ухудшают его состояние, в то время как здоровому ребенку они могли бы быть только полезны. Поэтому психологически нездоровому ребенку нужна особая «психологическая диета», организовать которую может только горячо любящий родитель. В диете можно выделить неспецифический и специфический компоненты. Под неспецифическим компонентом нужно понимать воздействие родителей, направленное на повышение уровня психологического здоровья в целом. Специфический компонент соответствует конкретному нарушению психологического здоровья, имеющемуся у ребенка.

Рассмотрим содержательно наполнение этих компонентов. Начнем с неспецифического. Как уже говорилось, психологическое здоровье можно рассматривать как систему, состоящую из пяти компонентов: аксиологического, инструментального, потребностно-мотивацион- ного, развивающего и социально-культурного. Соответственно этим компонентам можно определить основные направления воздействия родителей: содействие формированию умения любить себя и другого человека, личностной рефлексии, потребности в саморазвитии, возрастных новообразований, основных социальных ролей.

Начнем с первого направления. Здесь необходимо прежде всего определить, что такое любовь к себе, поскольку для многих родителей перспектива обучать детей любви к себе покажется абсолютно ненужной. «Они и так себя слишком любят», — скажут многие. Но на самом деле это не так. Любовь к себе описывается в литературе синонимично таким понятиям, как самопринятие, положительное самоотноше- ние, положительная «Я»-концепция и т. д. Можно сказать, что любовь к себе — это чувство собственного достоинства, собственной ценности, осознание собственной уникальности и вера в свои возможности.

Однако не является любовь к себе проявлением эгоизма? Как пишет известный психолог Э. Фром, в современной культуре часто прослеживается альтернатива: «или любовь к другим, что добродетельно, — или любовь к себе, что грешно». Фром подробно рассматривал отражение этой альтернативы в теологии и философии (И. Кальвин, Ф. Ницше, И. Кант, М. Штирнер и др.) и пришел к такому выводу: догма несовместимости любви к себе с любовью к другим заполнила теологию, философию и общественную мысль. Однако, как считал Э. Фром, разрешить это противоречие можно через введение и последующее определение понятия «себялюбие». Себялюбие, по Э. Фрому, не только не тождественно любви к себе, но обусловлено именно отсутствием любви к себе. Себялюбец любит себя не слишком сильно, а слишком слабо, вернее, он ненавидит себя. И с этим положением Э. Фрома хочется не просто согласиться, но подчеркнуть его особую значимость. Себялюбие действительно исключает какой-либо искренний интерес к другим людям, т. е. оно действительно несовместимо с любовью к другим. Реальная же любовь к себе и любовь к другим, как утверждает Э. Фром, коренным образом взаимообусловлены. «Установка на любовь к себе обнаруживается у всех, кто способен любить других»[1].

Однако достижение реальной любви к себе может оказаться достаточно сложным, и уже у детей 3—4 лет можно заметить неумение любить себя, т. е. непринятие собственной ценности, уникальности. И это понятно, потому что взрослые обращают чаще внимание на нарушения поведения детей, из-за чего в общении с ребенком преобладает использование негативной лексики. Как следствие этого уже дошкольники прекрасно знают свои недостатки, но далеко не всем известны свои достоинства. Многие дети считают, что их любят, только когда они себя хорошо ведут или учатся. И этому нередко содействуют не только родители, но и опытные педагоги, к примеру такими обращениями: «Вы должны хорошо кушать, ведь родители любят тех, кто хорошо ест», «Старайтесь хорошо учиться, чтобы родители вас любили».

Поэтому очень важно, чтобы психолог сумел донести до родителей необходимость демонстрирования ими ребенку своей безусловной любви, т. е. любви не за что-то или при определенных условиях, а несмотря ни на что и ни на какие условия. Можно использовать с этой целью сказку, приведенную далее. Она взята из программы групповой психопрофилактической работы с детьми. На наших занятиях на нее обычно очень живо откликаются и говорят, что у них были похожие чувства и ситуации. Ее можно прочитать и родителям.

Сказка о букашке Сашке

Букашка Сашка очень любил свою маму и хотел, чтобы мама тоже всегда его любила. Но, как ему казалось, мама часто не любила его. Например, когда он в детском саду дрался, а воспитательница маме жаловалась, она его дома в угол ставила и кричала, что откажется от него, такого нехорошего. А когда букашка Сашка не хотел сам одеваться, ложиться спать или как-нибудь по-другому не слушался, она говорила, что дяди милиционеры непослушных мальчиков собирают в специальные домики и там учат их послушанию.

Букашка Сашка очень хотел, чтобы мама его любила, и часто спрашивал:

— Мама, а ты любишь меня?

И она всегда отвечал одинаково:

— Люблю, когда ты себя хорошо ведешь.

«Значит, когда я плохо себя веду, она меня совсем не любит», — решил Сашка.

И вот случилось с Сашкой в детском саду сразу три «плохо». Синяк букашке Наташке на лбу поставил, в лужу упал и штаны измазал, а в группе коляску кукольную сломал. «Теперь уж мама меня совсем не будет любить, — решил Сашка, — а может быть, даже в специальный детский домик для непослушных отдаст. Лучше убегу я в Америку». Тихонечко выскочил он из группы на улицу и остановился. Где Америка находится, он и не знает. Стал он по улицам бродить, у взрослых спрашивать, а те только смеются. А тем временем...

А тем временем пришла за Сашкой в детский сад мама. А Сашки-то нет. Бросились все искать его. Воспитательница ищет, заведующая ищет и даже медсестра ищет. А мама сидит на маленьком детском стульчике и плачет:

  • — Где мой Сашка?
  • — Он, наверное, боялся, что вы его разлюбите, у меня тоже такое бывает, — прошептала из-за угла ей букашка Наташка.

А мама тогда еще громче заплакала:

— Как же я могу разлюбить своего сына! Мама любит своего ребенка всякого: беленького и черненького, чистенького и грязненького, послушного и озорника. Где мой Сашка?

А Сашка тем временем устал искать Америку, ноги промокли и есть захотелось. И хорошо, что не успел он далеко от своего сада уйти. Вернулся Сашка в детский сад — а там мама. Отшлепала мама Сашку за то, что потерялся, поцеловала за то, что нашелся, и повела домой кормить. А Сашка крепко держал ее за руку и думал: «Как хорошо, что мамы всегда любят своих детей».

Особо акцентируем внимание не только на наличии безусловной любви, но и на ее демонстрации. Нередко ребенок воспринимает семейную ситуацию неадекватно. К примеру, мама безусловно его любит, но в силу занятости или каких-либо причин не показывает это. Ребенок может воспринимать это как недостаток принятия. Ситуация осложняется, если мама не умеет это делать, так как сама росла в семье, где не принято было открыто проявлять свои чувства. Здесь демонстрировать любовь к ребенку может эмоционально теплый отец.

Следующее направление воздействия родителей в отношении своего ребенка — это всемерное содействие развитию у него рефлексии, т. е. умению понимать свои чувства и чувства других людей, причины и последствия своего поведения. Это можно начинать уже с младшими дошкольниками, т. е. детьми 3—4 лет. Для этого уже при чтении первых сказок нужно обращать внимание на чувства их героев, например: «Радуется ли герой и почему?», «Злится ли и почему?», «Боится ли и почему?» При рассматривании картинок можно обращать внимание на выражение лиц людей и животных, например: «Как ты думаешь, что чувствует лисичка на картинке?» Более старших детей можно подвести к осознанию того, что непонимание людьми чувств друг друга может привести к конфликту. На наших групповых занятиях для этого мы используем такие сказки, предлагая детям найти ошибки в понимании чувств друг друга их героями. Их можно прочитать и родителям.

  • 1. Миша рос высоким и добрым мальчиком, но, к сожалению, он часто трусил. И вот пришло время ему идти в детский сад, так как бабушка, с которой он раньше сидел, уехала в другой город. Не хотел Миша идти в детский сад. Боялся, что ребята будут его обижать. И может быть поэтому, когда он вошел в первый раз в группу, показалось ему, что ребята как-то странно на него смотрят и собираются бить. Сжал он кулаки, приготовился обороняться. А ребята видят: вошел высоченный мальчишка со сжатыми кулаками, решили, что драться хочет. Собрались они все вместе и отлупили Мишу. А воспитательница в это время посуду мыла, поэтому драки не заметила.
  • 2. Оставшись как-то одна дома, Маша решила помочь маме помыть посуду и нечаянно разбила мамину любимую чашку. Очень ей стало стыдно и маму жалко. Расстроилась Маша. Забилась в уголок между диваном и шкафом. Пришла мама. Увидела разбитую чашку, стала искать Машу, раскричалась:
    • — Ни стыда у тебя ни совести, Маша! Мало того что чашку разбила, так еще прячешься, отвечать не хочешь.

Расплакалась тут Маша. А мама еще больше рассердилась:

— Ах ты еще плачешь! Себя жалеешь!

Помимо внимания к чувствам необходимо учить ребенка анализировать свой жизненный опыт, в особенности — находить обучающее воздействие ситуаций неудач, например: «Чему может научить эта “двойка” за задачу? Может быть, более внимательному чтению ее условия или же необходимости зрительно представлять это условие? Может быть, чему-то еще?» А с подростками всем показан ежедневный совместный анализ дня, когда ребенок и родитель делятся своими трудностями и вместе ищут их причины, обсуждают ресурсы и способы их использования.

Следующее и, наверное, самое сложное направление воздействия родителей на ребенка — потребностно-мотивационное, требующее от них формирования у ребенка потребности в саморазвитии. Но представлять особую трудность оно будет только для тех родителей, которые никогда не задумывались сами над этим вопросом. К сожалению, в реальной действительности сегодня их довольно много. Поэтому психологу нужно очень умело разъяснить родителям, что главное — это чтобы их ребенок стремился становиться лучше. В чем? В разных жизненных областях. Стремился лучше общаться, помогать по дому, заботиться о близких, учиться, познавать новое и т. п. Безусловно, на пути реализации этих стремлений будет много трудностей. И очень важно, чтобы ребенок имел твердую веру в то, что его ожидания обязательно сбудутся, если он приложит для этого достаточно усилий. На наших занятиях мы используем для этого такую сказку. Ее можно прочитать и родителям.

Сказка «Верить и стараться»

Жила-была семья из трех человек: папа, мама и маленький мальчик. Может быть, это была девочка, я точно не помню. Но кажется, мальчик. Мальчик этот очень хотел быть хорошим. Он очень хотел хорошо учиться, но буквы часто перепутывались друг с другом, ошибки в слова сами вскакивали, задачки почему-то решаться не хотели. А стихотворения никак не запоминались. Зато вертунчики ему то ладошки, то ноги, то горло щекотать частенько начинали.

И тогда мальчик то крутить и вертеть все начинал, то со стула сваливался, то выкрикивал громким голосом, когда все ребята тихо сидели. Очень хотел мальчик хорошо учиться, но то и дело замечания, да двойки получал. Маму огорчал, учительницу огорчал. А как сам огорчался! «Почему я такой? Почему у меня не получается? Как стыдно! Очень стыдно! — думал мальчик и во время обеда, и в машине, и перед сном. — Я же так хочу хорошо учиться». Так сильно огорчался мальчик, что стал учиться все хуже и хуже, делать ошибки все больше и больше. Учительница только строгим голосом к нему обращалась:

— Опять не успел... Опять не выучил...

А мама даже заболела.

«Какой я несчастливый», — думал мальчик, когда вечером лежал на диване. Он думал, думал и уснул. И приснился ему сон. А во сне он, мальчик, уже вырос, стал высоким, красивым мужчиной. Сидит он во сне за столом, толстые книги быстро-быстро прочитывает, сам толстую книгу пишет, да еще в компьютере какие-то сложные задачи решает. И подходит к нему, к большому, во сне маленький мальчик и спрашивает:

— Дядя, а как ты вырос таким умным, так пишешь красиво, задачи сложные решаешь? Ты, наверное, в школе на одни пятерки учился.

И ответил он:

  • — Что ты, малыш! Были в школе у меня и двойки, и тройки. Писал я не всегда чисто, часто некрасиво. Но я всегда верил, что когда-нибудь и у меня получится хорошо. Главное верить и стараться.
  • — Верить и стараться, — прошептал наш второклассник, просыпаясь. — Верить и стараться. Верить, что все получиться, стараться и не очень огорчаться.

Подпрыгнул мальчик три раза на правой ноге, один — на левой, и еще раз на двух сразу и побежал рассказывать сон маме.

— Надо, чтобы и она перестала огорчаться, — сказал он, — а я-то теперь знаю, что у меня обязательно все получится. Я ведь очень стараюсь.

Четвертый компонент неспецифической диеты — развивающий — представляет особую значимость для подростков, которые проживают важный трудный нормативный кризис. И здесь необходимо помогать тем детям, которые по каким-либо причинам к нему не подошли, но для начала — убедить родителей, что им это необходимо. Убеждать придется долго, поскольку ребенок с отложенным кризисом — спокойный, послушный — родителям удобен. Полезно придумать «устрашающие примеры», в которых дети, не пройдя кризиса, заканчивали школу и начинали его проходить по варианту ядерной реакции, т. е. бурно, быстро, не умея контролировать себя и отвергая любую помощь взрослых.

И последний компонент — социально-культурный — приобретает особую значимость в каждый возрастной период, сопровождающийся сменой социальных условий: в 1, 5, 10 классах, когда ребенку необходимо освоить первую социальную роль — младшего школьника, зачем ученика средней и старшей школы. Каждая роль предполагает новый для ребенка уровень самостоятельности и самоконтроля. Поэтому ключевым здесь станет слово «сам», которое содержательно наполнится по-разному в зависимости от возраста.

Перейдем к обсуждению специфических компонентов «психологической диеты», которые, как уже говорилось, соответствуют конкретному нарушению психологического здоровья, имеющемуся у ребенка.

Родителей детей с защитной агрессивностью нужно убедить прежде всего полностью исключить физические наказания, которые служат ребенку образцом для подражания. Необходимо также сократить просмотр различного рода «ужастиков» или соответствующих компьютерных игр, с героями которых ребенок может идентифицироваться. Взамен родителям нужно «прописать» ежедневное телесное общение с ребенком через поглаживания, если он это позволяет. Это может, к примеру, происходить перед сном, когда родитель «проглаживает» все тело ребенка: головку, ручки, ножки и т. п. Если речь идет о подростке, то в идеале также следует найти способ организации телесного контакта: может быть, трепать его по голове, или «возиться» на ковре, или же иногда похлопывать его по плечу.

В работе с родителями детей, у которых присутствуют выраженные страхи, должен быть обсужден режим дня ребенка, акцентировано внимание на недопустимости его перевозбуждения перед сном. Кроме того, необходимо убедить родителей ограничить просмотр боевиков и страшных мультфильмов, заменив их сказками с благополучным концом. Хорошо, если родители согласятся с тем, что не следует обсуждать опасные ситуации (реальные или потенциальные), с которыми они встречаются, в присутствии ребенка. Вместо этого нужно находить время спрашивать ребенка о запомнившихся ему снах, предлагать нарисовать их. Если страхи ребенка явно выражены дома, например он боится оставаться дома или засыпать в одиночестве, нужно объяснить родителям, что рациональные объяснения типа «Не бойся» ил и «Посмотри, под кроватью ничего нет» абсолютно бездейственны: ребенок не может не чувствовать то, что он чувствует. Но совсем недопустимы специальное приучение ребенка к смелости или осуждение за страхи. Ребенку необходимо дать право чувствовать то, что есть на самом деле, убедить, что это не стыдно и абсолютно нормально. Страхи — это этап, через который проходит любой человек, и когда пройдет время, вместе с ними пройдут и страхи.

Родителям подростков нужно иметь в виду, что страхи могут актуализироваться и у пяти- и шестиклассников. Поэтому если ребенок вдруг снова начинает тревожиться от того, что остается один, или тайком от взрослых пытается спать со светом (забывает его потушить), следует подбодрить его и предложить ему делать это всегда. Через некоторое время это перестанет быть ему нужным.

Если у детей присутствует деструктивная агрессивность, то главная проблема родителей — это гиперопека или сверхконтроль, совершаемые ими как следствие огромной любви к ребенку. Поэтому такие родители во многом походят друг на друга. Ребенок для них чаще всего является смыслом жизни, образцом совершенства, преувеличивается его хрупкость, слабость, беззащитность. Ребенок может быть столь горячо обожаем, потому что он поздний, либо воспитывается в неполной семье, либо родители сами имели аналогичные проблемы. Поэтому главное направление «психологической диеты» — это предоставление ребенку самостоятельности и обучение умению распоряжаться ею. Имеется в виду, что ребенок получает как право принимать самостоятельные решения в определенных областях жизни (по возрасту), так и обязанности самостоятельно делать что-либо — например, убирать постель и свои вещи в шкаф, стирать носочки и т. п.

Важно избежать появления у родителей чувства вины — только тогда появляется возможность склонить их к некоторому расширению сферы самостоятельности ребенка. Кроме того, у некоторых родителей могут присутствовать собственные социальные страхи и, как их результат, стремление абсолютно контролировать свои чувства, не допускать свободы их проявления, сохранять привычную маску «все хорошо». Поэтому необходимо особо подчеркивать их родительскую компетентность (они все делают так, как надо), замечаемую окружающими любовь к ребенку, но при этом и необходимость предоставления ребенку ситуаций свободного выбора, права на самостоятельные решения, права на ошибку и, конечно же, права не всегда строго следовать режиму дня, не всегда аккуратно складывать вещи, позволения иногда съесть обед немытыми руками и т. п.

Родители детей с социальными страхами также отличаются гиперопекой и сверхконтролем, преувеличением слабости и болезненности своих детей, повышенной ответственностью за их воспитание. Поэтому основное направление работы, как и в предыдущем случае, — это расширение сферы самостоятельности детей, предоставление им права на ошибку и на собственный выбор. И понятно, что этому должно соответствовать демонстрирование родителями ребенку своей безусловной, безоценочной любви. Имеется в виду то, что ребенок должен быть абсолютно уверен, что мама любит его всякого — успешного и неуспешного, — причем сила ее не определяется степенью успеха.

Следует иметь в виду, что в подростковом возрасте ребенок, проявляющий социальные страхи, нередко меняет их на деструктивную агрессивность. В этом случае для него особый интерес приобретает «анальная» лексика: разговоры о туалете, фекалиях и т. п., — а самым главным желанием станет разрушение чего-либо или кого-либо. Понятно, что резко снизится успеваемость в школе, поведение будет вызвать много замечаний у педагогов. Родители могут запаниковать: как это такой милый, хороший, удобный ребенок вдруг становится совершенно иным. И здесь очень важно показать нормальность этого явления и научить способам отреагирования деструктивной агрессивности: предоставить возможность плавать, жечь костры, много смеяться и т. п.

Перейдем к следующей группе детей. Дети с демонстративной агрессивностью и страхом самовыражения прежде всего внутренне одиноки. Постоянно занятые работой или эмоционально холодные — такими обычно бывают их родители. Поэтому, пожалуй, эта группа родителей наиболее тяжела в работе, поскольку до них труднее всего «достучаться». Вероятнее всего, на консультации они будут вежливы, скажут, что очень любят своего ребенка и все для него делают. И это на самом деле может быть так. Они могут любить его, но не уметь проявить свою любовь или же не иметь для этого объективных возможностей ввиду загруженности работой, занятости решением супружеских конфликтов и т. п. Поэтому успех консультирования таких родителей будет определяться тем, насколько консультант сумеет войти с ним в контакт, т. е. насколько родитель впустит его в свое одиночество. Только тогда можно говорить с ним об одиночестве ребенка. В противном случае лучше вежливо проститься с родителем, осознав, что психолог — не бог, и не всегда может позитивно изменить ситуацию.

Одной из наиболее тяжело переживаемых трудностей является чувство неполноценности. Однако консультирование родителей таких детей таит в себе дополнительную сложность: многие из них также имеют внешне скрываемое чувство неполноценности. При этом такие родители могут быть социально успешны. Но любое упоминание о чувстве неполноценности ребенка вызовет у них отрицание и агрессию. Поэтому следует обсуждать с ними эту проблему в терминах неуверенности в себе, сниженной самоценности, неадекватном оценивании себя и т. п. Основное содержание консультации здесь очевидно: убедить родителя, что ребенку как воздух необходимы ситуации успеха, и что его родительское участие здесь необходимо. Однако нужно иметь в виду, что вероятнее всего чувство неполноценности сопровождается выученной беспомощностью, поэтому ребенок не будет предпринимать никаких действий для достижения успеха, а в некоторых случаях будет даже отрицать желание его получить. Поэтому родителю необходимо снова «взять ребенка за руку» и учить его делать первые шаги к успеху. В чем будет заключаться содержание этих первых шагов, консультант решает вместе с родителем. Это может быть совместное приготовление уроков или же тщательная проверка их родителями, разработка системы поощрений самых малых успехов и т. п.

Если источник трудностей ребенка лежит в подростковом возрасте, следствием чего он либо проявляет отрицающую агрессивность: «Ничего не хочу, ничего не буду, школа ваша — фигня, дома — отстой и т. п.», либо избегает принятия самостоятельных решений, прячась за родителей: «Мама сказала, что мне нужно поступать так...», — то основная задача родителей состоит в том, чтобы помочь ребенку успешно завершить подростковый кризис. Для этого необходимо прежде всего обеспечить ему наличие образцов для идентификации и близкого контакта с ними. Полезны беседы со значимыми взрослыми, которые бы делились с подростками своими ошибками и находками, относящимися к этому возрасту, побуждали бы подростка размышлять о собственном будущем: чего он хочет, что может, как добиваться желаемого.

Итак, мы рассмотрели специфику консультирования родителей с опорой на выделенные психологом нарушения психологического здоровья ребенка. Как нам представляется, важным условием успеха является размышление психолога о своем психологическом здоровье: «Каков я? Насколько я собой доволен? Есть ли гармония у меня с моим окружением? Думаю ли о своих чувствах? Стараюсь ли становиться лучше понемногу, но каждый день?» Если эти либо подобные вопросы присутствуют во внутреннем мире психолога, то любая его консультация будет значима и полезна для родителей.

  • [1] Фром Э. Искусство любить. М. : ACT, 2017.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы