ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЗРИСТИЧЕСКИ ЗНАЧИМЫХ КАЧЕСТВ РЕЧИ

По нашим наблюдениям, эристически значимыми качествами речи, которые регулярно используются для производства языковых ловушек [англ, the language trap], или языковых уловок, оказались двусмысленность, однообразие, неполнота, неясность, пространность, неточность, абсурдность и изобразительность. По соотношению с данными качествами речи и в указанной их последовательности рассмотрим соответствующие языковые уловки.

Использование двусмысленности

Одним из достоинств хорошей речи является ее однозначность. Диаметрально противоположным качеством речи считается ее двусмысленность, которая представляет собой возможность инотолкова- ния, т. е. допускает, по определению Хейма Перельмана, «множественность интепретаций»1. Приведем определение стоиков (школа Зенона из Кития):

Двусмысленность есть слово, означающее в речи по собственному смыслу и по употреблению два или более предмета, так что по одному слову можно понять различное, например: «Скороход рухнул» может означать и «Бегун упал», и «Скоро проход обвалился»[1] [2].

Еще Арне Несс отметил, что практическое применение логики предполагает разработку теории интерпретации, основной задачей которой, по мысли ученого, является выяснение того, при каких именно условиях одно и то же выражение может иметь разные смыслы, а разные выражения — один и тот же смысл[3]. С тем, чтобы такую теорию создать, следует выявить и обстоятельно описать все ошибки и фигуры, связанные с двусмысленностью. Таких ошибок и фигур немало1, при этом следует подчеркнуть, что известны они прежде всего лингвистам; в логико-философской литературе, где категория двусмысленности также исследуется, соответствующая понятийно-терминологическая система не используется, что снижает как теоретическую, так и практическую ценность таких исследований.

Ниже будут рассмотрены только те из ошибок и фигур двусмысленной речи, которые, по нашим наблюдениям, значимы для аргумента- тивного дискурса; в западной логике такая двусмысленность именуется активной[4] [5].

Двусмысленность может быть неоправданной и в этом случае считается речевой ошибкой. Разновидностью такой ошибки является амфиболия [греч. ащрфсАск; ‘двусмысленный’][6] — случайная двусмысленность фразы или словосочетания. В качестве примера приведем следующий заголовок из одной советской газеты: Привет освободителям города от немецко-фашистских захватчиков! Фраза, в зависимости от ее синтагматического членения, может иметь два истолкования: 1) Привет | освободителям города от немецко-фашистских захватчиков! (прочтение, соответствующее авторскому замыслу) 2) Привет освободителям города от немецко-фашистских захватчиков! («паразитарное» прочтение). Источниками амфиболии могут стать путаный порядок слов, неправильная пунктуация[7] либо ее отсутствие: Казнить нельзя помиловать; неосторожное использование причастного и деепричастного оборотов: Я не хочу спорить со всеми уважаемой и любимой моей женой певицей Аллой Пугачевой (Из речи чиновника), А этому малышу не повезло. Отправляясь на прогулку, на него упала мама (Телепередача); непродуманное употребление придаточных предложений с местоимением который: Вошли в практику встречи с арендаторами, которые имеют форму семинара (Из выступления чиновника)[8].

Случайная двусмысленность может быть не замечена оппонентом, в этом случае она приводит, по Арне Нессу, «к псевдосогласию или псевдонесогласию»[9]; замеченная же становится предметом иронии, ерничанья и обыгрывания, поводом для различного рода нарочитых поведенческих действий:

Король. Снимите вашу шляпу.

Шляпник. Она не моя. Она краденая.

Л. Кэрролл. Алиса в Стране Чудес

Нарочитая двусмыслица, когда, по выражению Н. Буало, «и слова смысл двойной употребить не грех»1, является приемом. Выражение, имеющее два значения: «очевидное и скрывающееся за ним тайное, неожиданное»[10] [11] [12], именуется адианоэтой [греч. а5шуог|та ‘неясность’]: Я не потеряю времени, читая твою новую книгу (Один писатель — другому); За вашу работу вы не заслуживаете ничего, кроме благодарности (Начальник — подчиненному). Если адресат адианоэты воспринимает только ее буквальный смысл, это свидетельствует о его речевой наивности. Приведем фрагмент одного диалога из киносериала «Жизнь — поле для охоты»:

  • А Возген — директор этого пансионата?
  • Бери выше. Отец города.
  • Председатель горисполкома?
  • Что-то вроде этого.
  • —А Марат что, у него работает?
  • Да, полотером.
  • Ну что же, все профессии достойны уважения.

Речь идет о воре в законе Возгене (= «отце города») и его подручном Марате (= «полотере»). Исследователями не раз подчеркивалась важность категории двусмысленности как основы для построения различных софизмов и уловок[13]. Однако описания таких уловок мы до сих пор не имеем — вероятно, по той причине, что исследователи уделяют гораздо больше внимания ошибкам, неясности и непониманию, возникающим на основе двусмыслицы[14].

Рассмотрим основные фигуры двусмысленной речи[15], значимые для процессов убеждения и аргументации.

  • [1] Perelman Ch. The realm of rhetoric. Univ. of Notre Dame Press, 1982. P. 44.
  • [2] Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М.,1986. С. 319.
  • [3] Naess A. D. Communication and Argument: Elements of Applied Semantics. London,1966. P. 10 и 15.
  • [4] См. раздел «Фигуры двусмысленной речи» в кн.: Москвин В. П. Стилистика русскогоязыка: Теоретический курс. 4-е изд. Ростов-на-Дону, 2006. С. 242—261.
  • [5] Данный термин был предложен А. Нессом в кн.: Noess A. Interpretation andpreciseness: A contribution to the theory of communication. Oslo, 1953. P. 75—76.
  • [6] Термин амфиболия был введен древнегреческим философом Платоном (427—347до н. э.).
  • [7] Sherry R. A Treatise of schemes and tropes. Gainesville, 1961. P. 33; Capaldi N. The artof deception. An introduction to critical thinking. How to win an argument, defend a case,recognize a fallacy, see through a deception. Prometheus Books, 1987. P. 24.
  • [8] Последние два примера приводятся в кн.: Лаптева О. А. Живая русская речь с телеэкрана: Разговорный пласт телевизионной речи в нормативном аспекте. М., 2000. С. 328и 331.
  • [9] Эти две категории были предложены и рассмотрены Арне Нессом в кн.:Noess A. Interpretation and preciseness. A contribution to the theory of communication. Oslo, 3
  • [10] О 1953. Р. 122—141; Noess A. D. Communication and argument. Elements of appliedsemantics. London, 1966. P. 83—96.
  • [11] Буало H. Поэтическое искусство // Литературные манифесты западноевропейскихклассицистов. МГУ, 1980. С. 430.
  • [12] LanhamA. R. A handlist of rhetorical terms. Univ. of California Press, 1991. P. 2.
  • [13] Broyles J. E. The fallacies of composition and division // Philosophy and rhetoric. Vol.8. 1975. P. 108.
  • [14] Например: Лаптева О. А. Речевые возможности текстовой омонимии. Изд. 2. М.,2003. 416 с.; Walton D. N. Fallacies arising from ambiguity. Boston, 1996.
  • [15] Данный класс фигур был описан нами в статье: Москвин В. П. Фигуры двусмысленной речи // Русский язык в школе. 2002. № 2.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >