Структура рисунка

Изменение принципов цветового проектирования и, как следствие, способов репрезентации требует уточнения термина «городская ткань», который часто используется для обозначения плотности городской застройки, размеров кварталов, системы расположения улиц и других визуальных характеристик, имеющих непосредственное отношение к плану города. Этот довольно удачный во многих отношениях визуальный образ может ввести неискушенного исследователя городской колори- стики в заблуждение, поскольку ткань часто представляют се- [1]

бе в рулоне. В отличие от полотна, где бесконечное количество раз повторяются одинаковые узоры и фактура, город по ряду существенных признаков, скорее, больше похож на ковер.

Важное сходство города с ковром заключается в том, что оба имеют пределы, а их рисунок совмещает в себе декоративность и особенности физического пространства.

Планировка города напрямую связана с изучением физического пространства и особенностей местности. На основе этого анализа выделяются зоны и обозначаются значимые места. Затем они соединяются с помощью инфраструктуры путей и замыкаются в естественных границах, которые К. Линч предлагает понимать как «линейные разрывы непрерывности», возникающие «между двумя состояниями»[2]. [3]

Нью-Йорк, Центральный парк. Вид сверху2

Персидский ковер

В структуре восточного ковра всегда есть как минимум одна линия границы — бордюр, окаймляющий внутреннее поле. Похожими строгими границами очерчено пространство некоторых городов, таких, например, как Венеция, города-крепости или барочные круглые города. И хотя для пространства большинства современных городов характерно непрерывное развитие и заметная подвижность краев, их границы все же хорошо чувствуются.

Главный бордюр ковра часто включает второстепенные, образованные линиями узора и декоративных мотивов поля. Все бордюры, обозначающие края, провоцируют появление особых сочленений в общем дизайне ковра. Узорам и мотивам, из которых состоит основное поле, здесь приходится остановиться или измениться. Для этого используется несколько основных стратегий. В одних случаях элементы узора основного поля завершаются на границе, изменяя свое основное движение и располагаясь в том же направлении, что и кайма. В других случаях декор поля переходит под бордюр и мотив рассекается надвое. Иногда, наоборот, чтобы соединиться с основным узором ковра, изменяются края самого бордюра, которые обращены внутрь и соприкасаются с декором внутреннего поля. Часто мотив просто пересекает бордюр, оставаясь при этом совершенно нетронутым, как это происходит, например, на многих китайских коврах с медальонами и цветами. В отличие от исламских ковров на китайских коврах бордюр не рассматривается как основной элемент, который необходим для завершения целостности поля. Скорее, он понимается как несущественная рама, наполненная цветочными или геометрическими мотивами, часто не согласующимися по своей структуре с дизайном поля[4].

В структуре многих итальянских городов довольно просто найти элементы, выполняющие функции границы и построенные по принципам, характерным для восточных ковров. Например, ярко все стратегии представлены в Риме. Для Венеции, с ее изогнутыми каналами, более характерны ситуации, когда здания непосредственно подходят к самому краю воды, и переходный бордюр в структуре полностью отсутствует. Это требует от зданий подстраиваться под множество необычных условий. Итальянские города-крепости, относящиеся к эпохе расцвета этрусской цивилизации, «идеальные» города Ренессанса, круглые города барокко представляют собой примеры городов с неподвижными границами. Как и в коврах, здесь используются разные стратегии для того, чтобы соединить их с пространством внутри.

Внутри поля, очерченного границей, образуется замкнутое пространство. Размещенные в этом пространстве фигуры определяют характер поля.

Большинство городов и восточных ковров используют похожие элементы дизайна. В обоих случаях вариативность сочетается со строгой ордерной системой, где части могут иметь собственный смысл, но все они подчинены единой идее. (Вопрос метафизики рисунка и порядка, объединяющий ковер и город, затрагивает в своей книге «Невидимые города» И. Кальвино: «О таинственной взаимосвязи столь несхожих меж собой явлений, как ковер и город, спрошен был оракул. — Один из них имеет форму, данную богами звездному небу и орбитам, по которым движутся миры, — ответил он, — другой же — приблизительное его отражение, как все рукотворное (...). Но, внимательно всмотревшись, убеждаешься, что каждому месту узора соответствует какое-нибудь место в городе, а все наличествующее в городе отражено в узоре в своих истинных взаимоотношениях, ускользающих от взгляда, отвлекаемого толпами народа, суматохой, толчеей»[5]).

Анализируя, из чего складывается образ города, К. Линч, кроме границ, выделяет такие его элементы как пути, районы, узлы и ориентиры[6]. Районами считаются «относительно крупные участки города, обладающие некоторым общим характером». Узлами служат значимые постройки или открытые общественные пространства, предназначенные для соединения путей и отдыха. Среди узлов часто встречаются те, что служат для «концентрации сюжета»: максимально усиливают какую- то характеристику окружения и обладают известной уникальностью облика. Ориентиры — разные по размеру элементы, выделяющиеся из множества окружающих каким-то уникальным и запоминающимся свойством.

Р. Арнхейм в книге «Искусство и визуальное восприятие» хорошо показывает, насколько разные ощущения могут давать различные варианты взаиморасположения фигур в прямоугольном поле[7] [8]. Симметричный дизайн в обоих типах объектов создает ощущение покоя, например, это происходит, когда медальон используется в качестве центральной фигуры ковра или когда фонтан располагается в центре площади. Асимметричный дизайн создает напряжение, и глаз пытается восстановить покой в существующем расположении. Так происходит, если фигура смещена по отношению к центру. В этом случае может возникнуть иллюзия движения, поскольку глаз следит за расположением фигур в поле. Иерархическая композиция, в которой одни мотивы являются главными, а другие второстепенными, представляет собой случай, существенно отличающийся по принципам своего воздействия от поля с плотным однородным рисунком или с асимметричным дизайном. Значимые места и здания часто располагаются в центре и на пересечении осей главных улиц. Одни города имеют один центральный элемент, который на плане очень похож на дизайн медальона в структуре ковра. У других городов, среди которых и Рим, несколько значимых мест, каждое со своим собственным иерархическим дизайном.

В картинах «Нью-Йорк» (1942) и «Буги-вуги на Бродвее» (19421943)2 П. Мондриан использовал принципы неопластицизма для передачи в абстрактной форме геометрии, динамики, движения и энергии улиц Нью-Йорка. Улицы выделены желтым цветом с красными и синими квадратами, появляющимися в ломаном ритме. Крупные кварталы, обозначенные красным и синим, соответствуют узлам, а все элементы вместе передают энергетику движущегося городского потока

Определенные типы зданий в пространстве города складываются в кварталы и воспроизводят рисунок лежащей в их основе структурной системы. Эти типы повторяются в разных городах и иногда слегка меняют свою конфигурацию, чтобы подстроиться под специфические условия места, но всегда сохраняют при этом свою основную структуру.

Все элементы города связываются в единое целое с помощью упорядоченной геометрии улиц. Городская улица представляет собой пространство между двумя рядами зданий. Это важный элемент инфраструктуры города и самое крупное общественное пространство в городе. Улицы формируют индивидуальность городских кварталов, их энергию, движение и определяют тип существующей здесь общественной жизни.

Начиная с этрусков, в Италии получила распространение особая стратегия расположения улиц — в виде решетки, формирующей кварталы.

Система решетки допускает огромное количество вариантов. Как ее разновидность можно рассматривать даже структурные секции зданий. Когда решетка прерывается линиями, которые не вписываются в систему, в точках пересечения образуется целый ряд элементов, которые играют роль границ.

В коврах роль решетки выполняет переплетение нитей. Узелковая техника дает возможность получать наклонные и изогнутые линии. Эти линии, в свою очередь, тоже содержат большое количество элементов, играющих роль границ. [9]

Улицы Барселоны с высоты птичьего полета1

Деталь пакистанского молитвенного коврика с лентообразным узором

  • 1 Ford Р. R. J. Op. cit. Р. 134.
  • 1

  • [1] Фотореализм Чака Клоуза [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.kulturologia.ru/blogs/270709/11332/ (дата обращения: 08.04.2014).
  • [2] 2 Lynch К. Op. cit.
  • [3] Central Park Manhattan New York City [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://pt.hdscreen.me/wallpaper/2579995-Park-Manhattan-New-York (дата обращения: 25.03.2014).
  • [4] Milanesi Е. The Bulfinch Guide to Carpets. Boston: Little Brown and Co.,1992.
  • [5] Кальвино И. Невидимые города / пер. Н. Ставровской. М.: ACT; Астрель,2011. 224 с.
  • [6] Lynch К. Op. cit.
  • [7] Арнхейм Р. Искусство и визуальное восприятие. М.: Прогресс, 1974. 386 с.
  • [8] Картины П. Мондриана «Нью-Йорк» (1942) и «Буги-вуги на Бродвее» (1942—1943) [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.wikipaintings.org/ru/piet-mondrian/mode/all-paintings (дата обращения:08.04.2014).
  • [9] Барселона сверху [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.gazeta.ru/travel/2013/ll/20_a_5761241.shtml (дата обращения 25.03.2014).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >