Блокчейн и правовая действительность.

При всех утопических мечтах о самоуправляемом обществе, не испытывающем нужды в централизованных органах власти, пока трудно представить, каким образом можно согласовать противоположные интересы без централизованного посредника[1]. Технические преимущества блокчейн-технологии весьма привлекательны и видятся вполне реализуемыми на практике.

Но внедрение этого механизма в правовую действительность пока осложняется многими факторами. Прежде всего, попытка вписать его в существующую нормативную действительность вряд ли увенчается успехом. Налицо необходимость нового подхода к регулированию правоотношений с использованием технологии блокчейн.

Блокчейн и присущий ему механизм распределенного подтверждения достоверности данных опровергают привычную логику централизованной государственной власти. Он существует вне привязки к территории, что осложняет определение юрисдикции и применимого права, так же как и распределенный характер хранения данных[2].

С появлением институтов децентрализованного гражданства[3] и виртуальной конституции на платформе Bitnation[4] блокчейн используется в сфере публичного права. Bitnation — это своего рода организация, добровольное объединение, которое обозначает себя как первое в мире электронное государство. Она предоставляет клиентам набор услуг: удостоверяющих, регистрационных, а также услуг по хранению и верификации данных. В рабочем докладе для ООН Бретт Скотт похвалил новаторский подход Bitation к проблеме регистрации земельных участков на блокчейне: Bitnation представили жизнеспособную концепцию альтернативных общественных институтов на блокчейн-системах, способных обойти в конкурентной борьбе традиционные механизмы управления[5]. Но несмотря на смелые заявления разработчиков, это начинание выглядит, скорее, как организация, позволяющая существующим правовым системам поставить свои правоотношения на рельсы блокчейна, чем на альтернативный проект государства нового типа.

Кроме того, есть менее масштабные, но не менее амбициозные проекты, например Cryptonomica, где используется технология блокчейна при решении споров онлайн в международном арбитраже под юрисдикцией Великобритании и с сопутствующей ему системой верификации ключей для цифровой электронной подписи[6].

Попытки встроить блокчейн в существующие рамки национальных правовых систем сталкиваются с рядом сложностей. Как показывает анализ нормотворческой деятельности в информационно-телекоммуникационной сфере, разработчикам законопроектов достаточно сложно учитывать все законодательство по вопросам, составляющим содержание проекта нового закона. Выполнить такую задачу нелегко в связи с тем, что действующие нормы права, касающиеся информационной сферы, разбросаны по правовым актам различных отраслей законодательства[7].

  • [1] См.: Винья П. Эпоха криптовалют: как биткоин и блокчейн меняют мировой экономический порядок / пер. с англ. Э. Кондуковой. М. : Манн, Иванов и Фербер, 2017.С. 374.
  • [2] См.: Блокчейн на пике хайпа: правовые риски и возможности / А. Ю. Иванов (рук.авт. колл.) [и др.]. М. : Изд-во Высшей школы экономики, 2017. С. 41.
  • [3] См.: Buntinx J.-P. E-Citizenship Can Benefit From Blockchain Technology [Электронный ресурс] // URL: https://news.bitcoin.com/e-citizenship-can-benefit-blockchain-technology (дата обращения: 10.03.2019).
  • [4] См.: BitNation [Электронный ресурс] //URL: https://bitnation.co/ (дата обращения: 10.03.2019).
  • [5] См.: Проект Bitnation представил первую в истории Конституцию на блокчейне[Электронный ресурс] // URL: https://bitnovosti.com/2016/03/12/bitnation-launches-world-s-first-blockchain-based-virtual-nation-constitution/ (дата обращения: 10.03.2019).
  • [6] См.: Криптография и блокчейн: как технологическая революция меняет юриспруденцию [Электронный ресурс] // URL: https://forklog.com/kriptografiya-i-blokchejn-kak-tehnologicheskaya-revolyutsiya-menyaet-yurisprudentsiyu/ (дата обращения: 10.03.2019)
  • [7] См.: Полякова Т. А. Совершенствование информационного законодательствав условиях перехода к информационному обществу // Журнал российского права. 2008.№ 1. С. 62—69.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >