Бессоюзные предложения, выражающие причинные отношения

В синтаксисе пословиц по вполне понятным основаниям исключительно редко встречаются конструкции, где бы вторая часть раскрывала причину того, что утверждается в первой части: Беден бес, бога у него несть (Симони, 78); Журавль летит высоко, видит он далеко (Симони, 101); Дивное судно корыто, век живет непокрыто (Симони, 97).

Бессоюзные предложения, выражающие соответствие

Среди функционально-семантических типов двучленных сложных предложений особо выделяется немногочисленная группа структур, обозначающих соответствие и строящихся во многом аналогично предложениям с сопоставительными отношениями: Иное времяиное бремя (Даль, 117); Сено гниет —река растет (Даль, 152); Дале в лес, больше дров (Даль, 96); Риза черная, святость мерная (Симони, 138); Не свой нож, не любой кус (Симони, 127); Дале в спор, больше слов (Симони, 97). Эти конструкции в силу ограниченности их выразительных возможностей не являются активными в синтаксисе русских пословиц.

Бессоюзные предложения, выражающие присоединительные отношения, их поэтические функции

Вторая часть сложного целого может относиться к первой как единица, содержащая добавочное сообщение, уточнение, оценку, неожиданный комментарий к тому, что сказано в первой части: Счастье со счастьем сойдется, и то без ума не разминется (Даль, 67); Не все коту масленица, будет и великий пост (Даль, 56); Слово слово родит, третье само бежит (Даль, 418); Беда беду родиттретья сама бежит (Даль, 157); Запили соседизапьем и мы (Даль, 179); Дан попу колоколхоть разбей его об угол (Даль, 240); Люди мостилилюди и ходят (Даль, 179); Не ждет баба спроса, сама все скажет (Даль, 414);

Таскал волкпотащили и волка (Даль, 227); Божье тепло, божье и холодно (Даль, 38); Царь помилует, царь и пожалует (Даль, 244); Деткирадость, детки ж и горе (Даль, 382); Беда вымучит, беда и выручит (Даль, 151); Начало благо, конец потребен (Симони, 124); Жаль друга, да не как брата; жаль и брата, да не как себя (Симони, 102); Баня парит, баня и правит (Жигулев, 14); Чарка вина не прибавит ума, другая да третья сводят сума (Жигулев, 34). Части таких структур организуются свободно. Отношения, квалифицируемые обычно как присоединительные, не имеют особых формальных показателей выражения, если не считать некоторых незнаменательных слов Си, же и др.), служащих для усиления, подчеркивания, выделения значения второй части сложного целого и употребляемых исключительно в конструкциях данного функционально-семантического типа[1].

Присоединяемая часть выступает необходимым составным элементом двучленной пословичной структуры, столь же обязательным, как и присоединяющая часть. Хотя в конечном счете одна из важнейших ее функций — это комментирование в широком смысле слова содержания предшествующего предикативного единства, о чем, между прочим, свидетельствует и ее обязательная постпозиция, с точки зрения жанрово-коммуникативных целей она не является чем-то второстепенным. Наоборот, именно присоединяемая часть высказывания характеризуется жанрово предопределяемой актуальной значимостью. Поэтому термин «присоединительная связь», закрепившийся за подобными отношениями, нельзя считать вполне удачным не только потому, что он не обладает достаточной четкостью, но и потому, что в самом слове «присоединение» содержится указание на второстепенность и факультативность «присоединяемой» структуры. Так как присоединительные конструкции не требуют предварительного «обдумывания» порядка их организации, «ибо второй элемент появляется в сознании лишь после первого или во время его высказывания»[2], то они составляют принадлежность почти исключительно разговорной речи[3].

Пословица, будучи художественным произведением со строго определенным составом компонентов, не терпящим композиционной рыхлости и поэтому не допускающим случайности, прибегает к этим конструкциям крайне редко. Они, как и ряд других конструкций, составляют периферию пословичного синтаксиса. Но вошедши в язык пословиц, они подчиняются их твердым композиционным законам с отчетливо выраженным синтаксическим централизмом. Они утрачивают обычно свойственную их частям факультативность и предстают как структуры, части которых взаимосвязаны и обязательны. Это один из тех случаев, когда жанрово-стилистическое начало берет верх над собственно синтаксическим.

  • [1] Волгина Н. С. Бессоюзные присоединительные конструкции в современном русском языке // Русский язык в школе. 1958. № 5. С. 40—46.
  • [2] Щерба Л. В. Литературный язык и пути его развития (Применительно к русскомуязыку) // Щерба Л. В. Избранные работы по русскому языку. С. 80.
  • [3] Крючков С. Е. О присоединительных связях в современном русском языке //Вопросы синтаксиса современного русского языка. С. 183.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >