Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Акционерное право России

Понятие и правовой статус учредителей акционерного общества. Ограничения состава учредителей (акционеров)

Учредителями акционерного общества являются граждане и (или) юридические лица, а также публичные образования (Российская Федерация, субъекты РФ, муниципальные образования), принявшие решение о его учреждении (п. 1 ст. 10 Закона об АО, п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 № 19). Поэтому лицо, не участвовавшее в учредительном собрании, не может претендовать на статус учредителя. Именно среди учредителей осуществляется первичное размещение акций, причем акционерами – владельцами данных ценных бумаг они становятся (а акции считаются размещенными) уже в момент государственной регистрации общества (а потому, в частности, замена учредителя, "передумавшего" участвовать в обществе, на другое лицо правомерна только в рамках обращения принадлежащих учредителю акций).

Как мы знаем, число учредителей открытого общества не ограничивается, закрытого общества – не может превышать 50.

В России (как и в большинстве штатов США, Нидерландах, Швеции, Финляндии и др.) допускается создание "компаний одного лица" (обществ с одним акционером), но при этом корпорация не может иметь по общему правилу в качестве единственного учредителя (акционера) другое хозяйственное общество, состоящее из одного лица (п. 6 ст. 98 ГК РФ, п. 2 ст. 10 Закона об АО), т.е. закон вводит "границы для создания... "матрешки" юридических лиц, устраняющие всякую реальную имущественную ответственность стоящих за ними физических лиц – учредителей, а потому создающие возможности для злоупотребления и опасность для имущественного оборота"[1]. Данный запрет не имеет всеобъемлющего характера, поскольку, например, учреждение корпорации двумя обществами, состоящими из одного и того же лица (или двумя лицами, одно из которых является единственным участником другого), хотя и приводит к сходному правовому эффекту, формально под запрет не подпадает. Более того, законом могут быть установлены случаи, когда "компании одного лица" разрешено иметь единственным учредителем другую "компанию одного лица". На сегодня такой случай закреплен в п. 22 ст. 4 Федерального закона от 05.02.2007 № 13-ФЗ "Об особенностях управления и распоряжения имуществом и акциями организаций, осуществляющих деятельность в области использования атомной энергии, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в отношении некоторых организаций атомного энергопромышленного комплекса, а именно дочерних акционерных обществ основного акционерного общества (последнее создается по решению Президента РФ, а все его акции находятся в федеральной собственности, т.е. оно имеет единственного участника – Российскую Федерацию), а также их дочерних акционерных обществ.

Появление в зарубежных правопорядках конструкции компании с одним участником (в итоге воспринятой и отечественным законодателем) во многом стало реакцией на получивший распространение в акционерной практике фактический "обход" закона (запрещающего такого рода организации) в виде образований компаний, в состав которых включались "подставные" лица, не имевшие никакой реальной возможности оказать влияние на деятельность юридического лица, а также обусловлено "стремлением использовать преимущества акционерной формы в организации предпринимательской деятельности одним лицом, имеющим соответствующий капитал" (Шапкина Г. С. Новое в российском акционерном законодательстве. Изменения и дополнения Федерального закона "Об акционерных обществах". – М., 2002. – С. 31). Полемика же по поводу обоснованности и целесообразности легализации обществ с одним участником до сих пор не утихает, ибо анализируемая конструкция "расшатывает" фундаментальные принципы функционирования акционерного общества как объединения капиталов, как корпоративной организации. Так, о решительном неприятии конструкции "компании одного лица" заявляет В. В. Долинская: по ее мнению, она "противоречит экономической сущности (коллективная собственность) и правовой природе (объединение капиталов) акционерного общества. Это, – отмечает ученый, – неоправданное увеличение проявлений монополии в гражданском обороте" (Долинская В. В. Акционерное право: Основные положения и тенденции. – М.: Волтерс Клувер, 2006. – С. 362). По данной проблеме также см.: Белов В. А, Пестерева Е. В. Хозяйственные общества. – М.: АО "Центр ЮрИнфоР", 2002. – С. 103–108.

Сведения о том, что общество имеет единственного участника, должны содержаться в уставе, быть зарегистрированы и опубликованы для всеобщего сведения (п. 6 ст. 98 ГК РФ). При наличии же нескольких учредителей (участников) обязательного раскрытия информации об этом в уставе не требуется.

Положения Закона об АО распространяются на общества с единственным акционером постольку, поскольку законом не предусмотрено иное и поскольку это не противоречит существу соответствующих отношений (п. 2 ст. 2 Закона об АО) . Так, при учреждении компании не заключается договор о ее создании (п. 5 ст. 9 Закона об АО); решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания акционеров, естественно, принимаются акционером единолично, а подавляющее большинство законодательных правил о подготовке, созыве и проведении общего собрания не применяются (см. п. 3 ст. 47 Закона об АО); к обществам, состоящим из одного акционера, который одновременно осуществляет функции единоличного исполнительного органа, не применяются положения Закона об АО о крупных сделках (п. 7 ст. 79).

Общества с единственным акционером не всегда тождественны обществам, в котором все голосующие акции принадлежат одному лицу: в последних количество акционеров может быть и более одного (например, при размещении обществом не голосующих по общему правилу привилегированных акций). Это важно помнить, учитывая, что для компаний, где голосующие акции сосредоточены в одном "кармане", в отдельных случаях закон предусматривает изъятия (см. п. 3 ст. 47 Закона об АО).

Наряду с количественными (для закрытых обществ) имеются и иные ограничения (запреты) в части состава учредителей (акционеров), в частности:

  • 1) ими не могут выступать государственные органы и органы местного самоуправления, если иное прямо не установлено федеральными законами (абз. 3 п. 4 ст. 66 ГК РФ, п. 1 ст. 10 Закона об АО). Данный запрет, однако, не распространяется на публичные образования, которые в соответствии со ст. 124, 125 ГК РФ могут стать учредителями (участниками) с особенностями, предусмотренными п. 4 ст. 7 Закона об АО (см. п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 № 19, постановление Президиума ВС РФ от 26.02.2003 № 196ПВ-02)[2];
  • 2) учреждения (включая автономные) могут быть учредителями (участниками) общества только с разрешения собственника, если иное не установлено законом (абз. 4 п. 4 ст. 66 ГК РФ, п. 6 ст. 3 и п. 7 ст. 9 Федерального закона от 03.11.2006 № 174-ФЗ "Об автономных учреждениях"). Причем судебная практика придерживается линии, при которой согласие необходимо и тогда, когда для целей участия в акционерном обществе используются доходы учреждения от разрешенной ему собственником деятельности, даже несмотря на то, что они согласно п. 2 ст. 298 ГК РФ поступают в самостоятельное распоряжение учреждения и учитываются на отдельном балансе (см. п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 № 19); тем самым суды не увидели в положениях п. 2 ст. 298 ГК РФ "иного, установленного законом" по отношению к правилу абз. 4 п. 4 ст. 66 ГК РФ;
  • 3) государственные и муниципальные унитарные предприятия могут выступать учредителями (участниками) общества также только с согласия собственника имущества унитарного предприятия (ст. 6 и подп. 14 п. 1 ст. 20 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях").

Два последних ограничения обусловлены спецификой правового режима имущества унитарных предприятий и учреждений – единственных юридических лиц, которым имущество принадлежит не на праве собственности, а на ограниченном вещном праве (праве хозяйственного ведения или оперативного управления);

4) законом может быть запрещено или ограничено участие отдельных категорий граждан в закрытых акционерных обществах (абз. 5 п. 4 ст. 66 ГК РФ).

Учредители общества несут солидарную ответственность по обязательствам, которые, во-первых, связаны с его созданием и, во-вторых, возникли до государственной регистрации общества. Сама же корпорация по общему правилу по этим обязательствам не отвечает, ибо не является их субъектом (они были вызваны к "жизни" действиями учредителей еще до образования общества). Вместе с тем общество может возложить на себя ответственность по указанным обязательствам посредством последующего одобрения действий учредителей общим собранием акционеров (п. 2 ст. 98 ГК РФ, ст. 10 Закона об АО).

  • [1] Суханов Е. А., Витрянский В. В. Новый Гражданский кодекс РФ об акционерных обществах и других юридических лицах // Практикум акционирования. – Вып. 7. – М., 1995. – С. 50.
  • [2] Действительно, публичные образования (Россия, ее субъекты и муниципальные образования) нельзя приравнять к государственным и муниципальным органам. Вместе с тем правоприменению известны примеры распространения запрета для властных органов на участие в гражданских правоотношениях и на сами публичные образования. Так, КС РФ, разбирая вопрос о толковании п. 2 ст. 1015 ГК РФ, исключающего передачу имущества в доверительное управление государственному органу или органу местного самоуправления, счел приемлемым применить его и в отношении обладающих специальной правоспособностью публичных образований (Определение от 01.10.1998 № 168-0), хотя они и не называются в п. 2 ст. 1015 ГК РФ.
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы