Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Акционерное право России

Приобретение более 30 процентов акций открытого акционерного общества

Правовое регулирование вопросов концентрации акций: общие положения

Реальные возможности акционеров влиять на положение дел в обществе находятся в прямой зависимости от размера пакетов акций, им принадлежащих; именно структура акционерного капитала (данный термин получил широкое употребление в литературе для характеристики распределения акций среди участников) в решающей степени определяет "расстановку сил" в корпорации. Поэтому законодатель уделяет особое внимание вопросам сосредоточения акций в "одних руках".

Во-первых, в законодательстве заложена легальная основа для предотвращения "монополизма" посредством локального регулирования. Согласно п. 5 ст. 99 ГК РФ, п. 3 ст. 11 Закона об АО допускается установление уставом ограничений: а) количества акций, принадлежащих одному акционеру; б) их суммарной номинальной стоимости; в) максимального числа голосов, предоставляемых одному акционеру. Правда, действенность данного механизма, препятствующего концентрации акций (по крайней мере, с точки зрения первых двух ограничительных вариантов), несколько сомнительна с учетом формирующейся судебной практики, исключающей признание недействительными сделок по приобретению акций в нарушение соответствующих положений устава (см., например, постановление Президиума ВАС РФ от 02.08.2005 № 2601/05). Логичным и полезным способом придания рассмотренным правилам "полновесности" могло бы стать введение в Закон об АО предписания о запрете на голосование акциями, приобретенными в нарушение уставных ограничений (данное пожелание, кстати, уже нашло закрепление применительно к обществам с ограниченной и дополнительной ответственностью – см. п. 3 ст. 14 Закона об ООО).

Во-вторых, Закон об АО содержит многочисленные положения, направленные на недопущение абсолютного доминирования крупных акционеров в управленческих делах (необходимость принятия решений на общем собрании акционеров по наиболее принципиальным вопросам квалифицированным большинством – п. 4 ст. 49, обязательность применения кумулятивного голосования при избрании совета директоров – п. 4 ст. 66 и др.), а также "купирование" действий большинства акционеров, способных привести к явному ущемлению прав миноритариев (см., например, п. 3.3 ст. 18, п. 3 ст. 19).

В-третьих, законодатель упорядочивает процесс концентрации капитала в акционерных компаниях, нормируя приобретение крупных пакетов голосующих акций. Такое приобретение (процесс и (или) результат) в корпоративной практике принято именовать поглощением. Оно может быть "окрашено" как в "дружественные", так и "враждебные" (при противодействии поглощению со стороны менеджмента и части акционеров) цвета.

Сам термин "поглощение", имеющий международное происхождение, не используется в Законе об АО (хотя он и не является новым для отечественного законодательства). В литературе и практической деятельности иногда его употребляют для описания реорганизационных процессов в форме присоединения. "Но обычно под ним все же подразумевается нечто большее, нежели просто присоединение. В результате поглощения одно лицо получает возможность контролировать действия компании либо приобретает ее активы. И если приобретению активов по духу наиболее соответствует реорганизация в форме присоединения, то под процедурой, по завершении которой у лица появляется возможность контролировать акционерное общество, следует понимать приобретение акций общества в достаточных для осуществления управленческого контроля пропорциях" (Бычков О. Слияния и поглощения. Новеллы в российском акционерном праве // Корпоративный юрист. 2006. № 6. С. 3). Российский законодатель "привязывает" особую регламентацию приобретения акций к превышению 30%-ного порога общего количества голосующих акций, и именно такое приобретение в ККП (гл. 6) квалифицируется как поглощение (особый вид существенного корпоративного действия).

В принципе, поглощение может быть рассмотрено как одно из средств повышения эффективности корпоративного управления. Вместе с тем повторимся, концентрация большого количества акций в одних руках (в том числе с использованием аффилированных структур) означает усиление позиций одного акционера или группы акционеров при определении политики акционерной компании, стратегии ее развития и, значит, "открывает двери" для принятия решений, которые потенциально могут расходиться с интересами остальных акционеров (об изменении правил о дивидендах, совершении сделок, благоприятные последствия которых для общества сомнительны, и т.п.). Как отмечается в ККП, "в результате поглощения интересы акционеров могут и пострадать. Так, отдельные акционеры рискуют утратить имеющуюся у них возможность влиять на управление обществом, а ликвидность акций общества и их рыночная стоимость могут снизиться" (п. 2.2 гл. 6). Отсюда – потребность в создании правовых гарантий обеспечения интересов акционеров при скупке кем-либо большого числа акций.

С другой стороны, акционерная практика свидетельствует о том, что миноритарии нередко злоупотребляют своими правами, "шантажируя" крупных акционеров. Поэтому законодатель вынужден искать пути предотвращения и такого положения дел.

В настоящее время Закон об АО (гл. XI.1) предлагает достаточно системное и объемное (хотя и "небезгрешное") регулирование вопросов, касающихся порядка и последствий приобретения крупного пакета акций – более 30% – открытого акционерного общества. Базовые составляющие правового режима поглощений могут быть раскрыты через следующие положения:

  • 1) приобретение каким-либо лицом более 30% размещенных акций неизбежно опосредует появление у остальных акционеров возможности "подключиться" (присоединиться) к скупке акций, продав по рыночной стоимости (определенной по строгим правилам, позволяющим избежать спекулятивности цены) и в рамках специальных процедур принадлежащие им ценные бумаги приобретателю крупного пакета акций;
  • 2) если лицо, "прошедшее" через указанные процедуры приобретения более 30% акций, становится обладателем подавляющего их количества – более 95%, у оставшихся миноритарных участников вновь появляется возможность произвести отчуждение имеющихся ценных бумаг (так называемым правом "вытеснения" акционеров) по рыночной стоимости данному лицу. Однако правом потребовать выкупа всех ценных бумаг теперь наделяется и сам приобретатель более 95% акций.

В соответствии с этим закрепляются четыре особые процедуры:

  • 1) приобретение более 30% акций открытого общества на основании добровольного предложения;
  • 2) приобретение акций и иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции открытого общества, на основании обязательного предложения лица, приобретшего более 30% акций открытого общества;
  • 3) выкуп лицом, которое приобрело более 95% акций открытого общества, ценных бумаг открытого общества по требованию их владельцев;
  • 4) выкуп ценных бумаг открытого общества по требованию лица, которое приобрело более 95% акций открытого общества.

Избранный отечественным законодателем подход, адаптивно учитывающий зарубежный, главным образом, европейский опыт регулирования поглощений (и, в частности, отраженный в Тринадцатой Директиве 2004/25/ЕС Европейского парламента и Совета от 21.04.2004 "О сделках поглощения", которая, в свою очередь, в основном базируется на Кодексе Сити, созданном в Великобритании[1]), направлен на обеспечение относительной сбалансированности интересов миноритарных и мажоритарных акционеров и цивилизованное устранение (предотвращение) корпоративных конфликтов между ними.

В мировой практике сложились две фундаментальные, существенно различающиеся модели регулирования поглощений – "европейская" (сформировавшаяся в русле принципов и правил Кодекса Сити) и "американская" (восходящая к Акту Уильямса). "...Сердцевиной американской модели становится право директоров на противодействие корпоративному поглощению...", "в европейском подходе... обязательное предложение – главенствующий момент, благодаря которому миноритарные акционеры... имеют возможность получить дополнительную прибыль при консолидации или смене собственника контрольного пакета акций компании" (подробнее см.: Корпоративное право: актуальные проблемы теории и практики / под общ. ред. В. А. Белова. – М.: Юрайт, 2009. – С. 514– 520 (автор – С. А. Бабкин)).

Правила гл. XI. 1 Закона об АО распространяются на все открытые акционерные общества (кроме акционерных инвестиционных фондов) вне зависимости от числа их участников и не могут быть отменены на локальном уровне[2]. Подчеркнем, что процесс поглощения закрытого общества законодательством специально не нормируется, что опосредовано, по-видимому, наличием барьеров при продаже акций третьим лицам вследствие действия преимущественного права, предусмотренного п. 3 ст. 7 Закона об АО (см. 2.2 учебника).

  • [1] Подробнее см.: Демидова E. С. Регулирование поглощений в России: причины следования европейской модели // Российская юстиция. 2007. №2. С. 19–21.
  • [2] Ранее поглощения регулировались одной ст. 80 Закона об АО (вызывавшей серьезную и обоснованную критику в литературе), утратившей силу в связи с включением в закон отдельной главы XI.1. Данная статья касалась только крупных обществ (с числом акционеров – владельцев обыкновенных акций более 1000), а ее действие могло было быть исключено уставом общества или решением общего собрания акционеров (что обычно и происходило на практике).
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы