Основания привлечения в качестве обвиняемого

Согласно ст. 171 УПК при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.

Отсюда вытекает, что основанием привлечения лица в качестве обвиняемого является совокупность доказательств, достаточная для предъявления обвинения. Иными словами, основания привлечения в качестве обвиняемого появляются, когда собранная совокупность доказательств позволяет утверждать о совершении конкретным лицом преступления.

Следует сделать акцент на двух аспектах: 1) привлечение в качестве обвиняемого закон связывает исключительно с доказательствами, т.е. в совокупность фактических данных о совершении лицом преступления входят только сведения, полученные из источников, предусмотренных в ч. 2 ст. 74 УПК; 2) доказательств должно быть достаточно для обвинения лица в совершении преступления. Достаточность доказательств определяется в результате их оценки по внутреннему убеждению с учетом всех обстоятельств дела.

Правомерен вопрос: какие обстоятельства, подлежащие доказыванию, должны быть установлены на момент привлечения лица в качестве обвиняемого? Возможны два основных подхода к поиску ответа.

Первый. Предъявляя обвинение, следователь обязан установить все обстоятельства, подлежащие доказыванию, которые предусмотрены п. 1—8 ч. 1 ст. 73 УПК. Такие рассуждения не содержат принципиальной ошибки, но тем не менее не учитывают, что после предъявления обвинения расследование продолжается. Некоторые обстоятельства, не влияющие на квалификацию преступления, могут быть установлены и на последующем этапе производства расследования. Речь идет, например, о характеристике личности, отдельных смягчающих и отягчающих обстоятельствах, не включенных в описание состава преступления и не учитываемых при квалификации. Вменение разбоя возможно без детального установления характера и размера ущерба, причиненного преступлением, поскольку этот состав формальный. Обстоятельства, подтверждающие, что имущество, подлежащее конфискации, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества (п. 8 ч. 1 ст. 73 УПК), также не влияют па квалификацию и могут быть установлены без ущерба для обоснованности обвинения в ходе дальнейшего производства по делу.

Таким образом, на наш взгляд, более правилен второй подход к разрешению обозначенного вопроса: на момент предъявления обвинения должны быть установлены те обстоятельства, подлежащие доказыванию, которые влияют на квалификацию преступления и от которых зависит юридическая правомерность уголовного преследования, — например, обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния (п. 5 ч. 1 ст. 73 УПК). Исходя из этого подхода, вменить совершение кражи с причинением значительного ущерба гражданину можно при условии доказанности обозначенного квалифицирующего признака. Поэтому указание закона о том, что в постановлении приводится описание преступления и других обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п. 1—4 ч. 1 ст. 73 УПК, необходимо рассматривать диалектически. Закон подчеркивает, что весь предмет доказывания устанавливать нет необходимости. Однако неправильно будет истолковывать это предписание как абсолютно исключающее установление других обстоятельств, не входящих в первые четыре пункта.

Определение обстоятельств, подлежащих доказыванию при предъявлении обвинения, в учебной литературе принято именовать предметом доказывания на момент привлечения в качестве обвиняемого. Выяснение его содержания осуществляется путем соотношения с общим предметом доказывания, который сформулирован в законе в совокупном виде (ч. 1 ст. 73 У11 К) как конечная цель производства по делу. Грань между предметом доказывания на момент предъявления обвинения и при окончании расследования очень тонкая и не может сводиться к механическому их разделению. Это, скорее, диалектическое соотношение обстоятельств, подлежащих доказыванию, на различных этапах производства по делу. Но все же эту грань надо обозначать, хотя бы для того, чтобы не затягивать предъявление обвинения, не откладывать его на период полного завершения расследования, поскольку это приводит к ограничению права преследуемого лица знать, в чем оно обвиняется. От правильного понимания предмета доказывания на момент предъявления обвинения зависит оценка его обоснованности.

При характеристике оснований предъявления обвинения важно определиться с пределами доказывания на момент принятия данного решения. Это понятие введено в научный оборот для целей разграничения объемов доказательственных сведений, которые признаются достаточными соответственно при предъявлении обвинения и окончании расследования. Здесь проявляется та же закономерность, что и при сравнении предметов доказывания. Те доказательства, которые могут быть признаны достаточными для предъявления обвинения, конечно же, менее полны по объему, чем доказательства, па основе которых следствие признается законченным, а дело подлежащим направлению с обвинительным заключением прокурору. Степень обоснованности любого уголовно-процессуального решения зависит от его места и назначения в системе уголовного судопроизводства. Так, например, обоснованным должно быть и решение о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица. Но степень достаточности сведений о причастности лица к совершению преступления при возбуждении дела меньшая, чем на момент предъявлении обвинения. Нечто подобное (хотя и в несколько иной пропорции) можно сказать и о соотношении совокупности доказательств при принятии решений о предъявлении обвинения и окончании расследования.

Носче предъявления обвинения доказывание продолжается. Как правило, появляются новые сведения, уточняются имеющиеся. В учебной литературе принято подчеркивать, что как минимум на одно доказательство — показания обвиняемого — совокупность доказательств при завершении расследования больше по объему, чем на этапе предъявления обвинения. Вместе с тем надо помнить, что оценке доказательств чужд арифметический подход. Допрос обвиняемого может дать такие сведения, которые поставят под сомнение ранее сделанные выводы, заставят усомниться в прочности обвинительной позиции.

Достаточность доказательств для привлечения в качестве обвиняемого имеет место, если:

  • 1) установлено событие преступления: время, место, способ, другие обстоятельства совершения преступления. К другим обстоятельствам совершения преступления следует отнести сведения о соучастниках, распределении между ними ролей, причиненном вреде, распоряжении похищенным имуществом, характере повреждений и т.д.);
  • 2) подтверждена причастность данного лица к совершению противоправного деяния. Устанавливая событие преступления, необходимо знать, какое именно деяние совершено лицом в соответствии с конкретным пунктом, частью и статьей УК. При конкуренции возможно отграничение от других составов;
  • 3) выявленное лицо отвечает требованиям субъекта противоправного деяния: а) достижение возраста, с которого наступает уголовная ответственность (ст. 20 УК), б) наличие отличительных признаков отдельных субъектов (например, признаков должностного лица);
  • 4) установлена форма вины, мотив, цель. Если преступление совершено в группе, должны быть установлены форма и вид соучастия для данного лица;
  • 5) с достаточной полнотой опровергнуто подозрение в отношении других лиц, преследуемых за совершение преступления (как тех, в отношении которых подозрение было выражено в форме подозрения или обвинения, так и тех, в отношении которых обвинительная деятельность осуществлялась, хотя эти лица и не занимали соответствующего процессуального положения);
  • 6) установлено отсутствие сведений об обстоятельствах, имеющих уголовно-правовое значение:
    • а) исключающих преступность деяния (в силу малозначительности деяние не представляет общественной опасности (ч. 2 ст. 14); необходимая оборона (ст. 37), крайняя необходимость (ст. 39), а также других обстоятельств, предусмотренных гл. 8 УК);
    • б) исключающих уголовную ответственность (недостижение возраста, с которого лицо может подлежать уголовной ответственности (ст. 20); невменяемость (ст. 21 УК));
    • в) освобождающих от уголовной ответственности (истечение сроков давности; амнистия, а также случаи освобождения от уголовной ответственности в соответствии с требованиями, указанными в примечаниях к некоторым статьям особенной части УК (ст. 126, 1271, 159", 201, 204, 205, 205', 206, 208, 210, 222, 223, 228, 275, 2821, 291, 307, 337, 338));
    • г) препятствующих предъявлению обвинения (отсутствие согласия Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей на привлечение в качестве обвиняемого соответственно одного из лиц, указанных в п. 1, 3-5 ч. 1 ст. 448 УПК).

Следователь должен быть убежден в том, что вынесенное им решение основывается не на предположениях или непроверенных данных, а на доказательствах, достаточных для предъявления обвинения; что все эти доказательства собраны в установленном законом порядке, исследованы, оценены, а их совокупность подтверждает сделанный следователем вывод и исключает на данном этапе возможность иного решения.

Доказательства оцениваются следователем, дознавателем, прокурором, судом по внутреннему убеждению. Внутреннее убеждение следователя, на котором основывается его вывод, не безотчетное чувство, следователь осознает, что именно такая совокупность доказательств позволяет говорить об истинности установленного события и виновности лица.

Следователь, принимая решение, должен быть не только сам убежден в оценке основания, но и уверен в том, что собранные доказательства убедительны для руководителя следственного органа, прокурора, судьи.

Среди юристов нет единства в суждении о необходимом уровне знаний органов расследования, следователя о совершении лицом преступления при предъявлении обвинения.

Встречаются позиции, согласно которым вывод следователя о совершении лицом преступления должен быть истинным (достоверным), т.е. соответствующим объективной действительности. Большинство авторов считают, что наличие основания для принятия данного решения не всегда равно достижению достоверности, речь должна идти о вероятности, хотя и в очень высокой степени, максимально приближающейся к достоверности. Некоторые авторы настаивают на том, что вывод следователя о совершении лицом преступления при предъявлении обвинения носит сугубо вероятностный (версионный) характер.

В современных условиях дискуссионность этого вопроса возрастает. С изменением назначения судопроизводства меняются его отдельные институты. Если поддержать позицию, что право преследуемого лица знать, в чем оно обвиняется, приоритетно по отношению к выверенность обвинительного тезиса, то можно предположить, что по ходатайству подозреваемого или без такового следователь обязан немедленно сформулировать предмет обвинительной деятельности, не задумываясь над степенью его доказанности. Само по себе обвинение (даже не вполне обоснованное) права и законные интересы участников процесса не ограничивает. Поэтому можно сказать (продолжив рассуждения с обозначенной позиции), что вывод о степени виновности лица при предъявлении обвинения носит неокончательный характер. В то же время надо иметь в виду, что по сложившейся традиции, укрепившейся за многие годы в правосознании правоприменителей, с обвинением нельзя спешить, если нет абсолютной убежденности в виновности лица. Следователь предъявляет обвинение только тогда, когда у него нет сомнений о совершении преступления данным лицом. Такой должна быть его субъективная оценка, основанная на материалах дела.

Критерии оценки законности и обоснованности привлечения в качестве обвиняемого

Законным признается привлечение в качестве обвиняемого при условии, если каждое из требований УПК, связанных с доказыванием обвинения и порядком его предъявления, соблюдено.

Обоснованным считается привлечение в качестве обвиняемого при соответствии выводов следователя, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам дела, основанным на объективно собранных и проверенных доказательствах.

Оценка судом законности и обоснованности привлечения лица в качестве обвиняемого формально входит в предмет обжалования действий (бездействия) органов расследования в суд. Однако если вопрос о законности процедуры предъявления обвинения решается достаточно просто (необходимо соотнести реально проведенные действия с нормативными предписаниями), то судебный вывод об обоснованности обвинения (каким бы он не был) в известной мере предрешает рассмотрение дела по существу.

Трудно назвать дальнейшую деятельность следователя осуществляемой по внутреннему убеждению, если суд признает, что он незаконно воздерживается от предъявления обвинения, и обяжет его устранить нарушение. Аналогичные сложности возникнут у суда при рассмотрении дела по существу, если в деле будет судебное решение, вынесенное на досудебном этапе, о признании обвинения обоснованным. Что в этом случае исследовать? Поэтому, осуществляя судебный контроль за досудебным производством, суды вынуждены воздерживаться от оценок обоснованности обвинения, что следует признать целесообразным.

Если имело место указание руководителя следственного органа о привлечении лица в качестве обвиняемого и следователь, вопреки своей позиции, его выполнил, он несет ответственность за принятое решение в полном объеме, так как не воспользовался предоставленным ему законом правом обжалования полученных указаний (ч. 3 ст. 37, ч. 3 ст. 38, ч. 4 ст. 39 УПК).

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >