Преступления против безопасности человечества

Данный вид современного международного преступления не имеет четко очерченных квалифицирующих признаков. В Римском статуте Международного уголовного суда говорится о том, что «преступления против человечности входят в число самых серьезных преступлений, вызывающих обеспокоенность международного сообщества в целом, обуславливают и влекут за собой индивидуальную уголовную ответственность и предполагают совершение деяния, которое является недопустимым в соответствии с общепризнанными нормами международного права, признаваемыми основными правовыми системами мира» (п. 1 ст. 5)[1]. Данное положение не содержит перечень преступлений против человечества. Статья носит обобщающий характер, но не раскрывает правовое содержание и виды данных преступлений, в отличие, например, от преступления геноцида. В ст. 7 Римского статута МУС перечислены преступления, относящиеся к преступлениям против человечности: убийство; истребление; порабощение; депортация или насильственное перемещение населения; заключение в тюрьму или другое жестокое лишение физической свободы в нарушение основополагающих норм международного права; пытка; изнасилование, обращение в сексуальное рабство; принудительная стерилизация или любые другие формы сексуального насилия сопоставимой тяжести; преследование любой идентифицируемой группы или общности по политическим, расовым, национальным, этническим, культурным, религиозным, гендерным или другим мотивам, которые повсеместно признаны недопустимыми согласно международному праву, в связи с любыми деяниями, указанными в данном пункте, или любыми преступлениями, подпадающими под юрисдикцию суда; насильственное исчезновение людей; преступление апартеида; другие бесчеловечные деяния аналогичного характера, заключающиеся в умышленном причинении сильных страданий, или серьезных телесных повреждений, или серьезного ущерба психическому или физическому здоровью.

Данный перечень имеет двусмысленное толкование. Столь подробное перечисление преступных деяний как бы отождествляет обычное уголовное преступление, предусмотренное уголовным законодательством государств, и преступления против человечности, предусматривающее ответственность не только конкретных физических лиц, чья вина очевидна и доказана, но и государств, проводивших данную преступную политику. Этого четкого различия Римский статут МУС не дает. В этом отношении Проект кодекса преступлений против мира и безопасности человечества 1996 г. более точен, ибо в ст. 18 зафиксировано положение, согласно которому к перечисленному перечню преступных деяний против человечества добавляется весьма важное условие, а именно широкомасштабный и систематический характер совершенных преступлений и инспирация или направленность правительством государства. Наглядным примером является преступная политика правительства Украины, поддерживаемая и управляемая США и их партнерами по НАТО по отношению к своим гражданам на юго-востоке Украины.

Говоря о видах преступлений против безопасности человечества, заслуживает внимания проблема соотношения уголовно-правовой квалификации, принятой в УК РФ и в международных конвенциях. Особо значимой является гл. 34 «Преступления против мира и безопасности человечества» УК РФ (ст. 353—360), где определены составы таких преступных деяний, как планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны, разработка, производство, накопление, приобретение или сбыт химического, биологического, токсичного, а также другого вида оружия массового поражения, запрещенные международным договором Российской Федерации, применение в вооруженном конфликте методов и средств, запрещенных международным договором Российской Федерации, применение оружия массового поражения, запрещенного международным договором Российской Федерации, геноцид, нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой и др. Если сравнить перечисленные виды преступлений, указанные в гл. 34 УК РФ и ст. 7 статута МУС, то мы увидим некоторое разночтение. Отдельные виды преступлений присутствуют в одном перечне, но отсутствуют в другом.

Более того, во многих учебниках международного права под преступлением против мира и безопасности человечества понимаются деяния лиц, воплощающие преступную политику государства, т. е. агрессию, колониализм, геноцид, экоцид, расовую дискриминацию, акты международного терроризма. Этот перечень расходится с перечнем уголовного законодательства Российской Федерации.

Нам представляется важным, что отличие преступлений против человечества заключается не в перечне видов преступных деяний, а в том, что совершаются они по умыслу преступной политики руководителей государств, по заранее продуманному плану и с соответствующей подготовкой. В проекте Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества говорится: «Преступления против мира и безопасности человечества являются преступлениями по международному праву и наказываются как таковые, вне зависимости от того, наказуемы ли они по внутригосударственному праву» (ч. 2 ст. 1). При этом проект Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества проводит четкое различие между уголовно-правовой ответственностью индивида и международноправовой ответственностью государств. Следует заметить разницу между понятиями «уголовно-правовая ответственность» и «международно-правовая ответственность». Этот вопрос был предметом оживленной дискуссии в Комиссии международного права1. Как отмечает И. И. Лукашук, «некоторые ее члены возражали против использования самого термина «преступление» в отношении государств, считая, что это ведет к криминализации поведения государств, что противоречит природе международного права. Однако большинство сочло, что термин «преступление» имеет целью обозначить особенно серьезные нарушения международного права и не привносит какого-либо уголовного звучания. Государство не может нести уголовно-правовую ответственность»[2] [3].

В ст. 4 проекта Кодекса 1996 г., которая называется «Ответственность государства», закреплено положение, в котором говорится: «Ответственность отдельных лиц за преступления против мира и безопасности человечества, предусмотренная в настоящем кодексе, никоим образом не влияет на ответственность государств по международному праву».

Вместе с тем было бы абсолютно неправильно считать непричастным государство, совершившее акт агрессии или иное преступление, квалифицируемое как преступление против мира и безопасности человечества, и не объявить ему политические санкции в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН и принципов и норм международного права.

Другое дело, когда под предлогом якобы готовящегося международного преступления отдельные государства проводят незаконные санкции, вплоть до вооруженного вмешательства, — это как раз и противоречит современному международному праву.

  • [1] Доклад ООН PCNICC/2000/l/Add. 2.
  • [2] Доклад комиссии международного права о работе 47-й сессии. Нью-Йорк,1995. С. 94.
  • [3] Лукашук И. И., Наумов А. В. Международное уголовное право : учебник. М. :Спарк, 1999. С. 10.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >