Уголовная ответственность за нарушение валютного законодательства

Уголовная ответственность за несоблюдение требований валютного законодательства и актов валютного регулирования предусмотрена ст. 193, 193.1 УК РФ ввиду высокой общественной опасности соответствующего деяния.

Отношения, рассмотренные ст. 193 УК РФ, предусматривают несоблюдение требований законодательства в отношении репатриации резидентами иностранной валюты и валюты РФ в крупном и особо крупном размере. Деяния признаются совершенными в крупном размере, если сумма не зачисленных или невозвращен- ных денежных средств в иностранной валюте или валюте РФ по однократно либо по неоднократно в течение одного года проведенным [1] [2]

валютным операциям превышает 9 млн руб., а в особо крупном размере — 45 млн руб.

Объектом уголовного преступления выступают общественные отношения, направленные на нарушение установленного порядка обязательного обеспечения перечисления субъектами внешнеэкономической деятельности средств на счета в уполномоченные банки. Данные деяния могут нанести существенный вред национальной экономике страны, поэтому законодателем видится обоснованным реализовать указанный правовой механизм с целью предотвращения утечки капитала из страны, стабилизации рубля и создания условий для его конвертируемости.

Объективной стороной выступают конкретные виды правонарушений, например:

  • — нарушение требований валютного законодательства РФ о зачислении денежных средств в иностранной валюте или валюте РФ на счета в уполномоченные банки;
  • — необеспечение поступления денежных средств, причитающихся резиденту в соответствии с условиями внешнеторговых договоров (контрактов) за переданные нерезидентам товары, выполненные для них работы, оказанные им услуги;
  • — необеспечение поступления денежных средств за переданные информацию и результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них;
  • — невозврат на счета резидента в уполномоченном банке или на счета резидента в банках, расположенных за пределами территории РФ, в установленном порядке денежных средств в иностранной валюте или валюте РФ по внешнеторговым сделкам.

Ответственность за совершение уголовного преступления предусматривается в размере от 200 тыс. до 500 тыс. руб. или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на срок до трех лет.

Субъективной стороной преступления в валютной сфере будет являться вина в форме прямого умысла (действие или бездействие). Бездействие проявляется, например, в ненадлежащем обеспечении руководителем предприятия мер по обеспечению поступлений денежных средств на счета организаций в уполномоченном банке. Судами в данном случае бездействие рассматривается как умысел скрыть истинные мотивы преступления. Например, умысел в форме бездействия заключается в том, что привлекаемое к ответственности лицо является руководителем фирмы однодневки, которая создана специально для вывода капитала с территории РФ.

При установлении факта «действия» руководителя выясняются мотивы такого преступления. Руководитель с целью хищения может дать письменные или устные распоряжения зачислять денежные средства на счета, минуя счета уполномоченных банков, либо распорядиться перечислить денежные средства другому контрагенту по иным внешнеэкономическим сделкам, либо перечислить заработанную плату своим сотрудникам, исполняющим трудовые функции на территории иностранного государства. То есть руководитель изначально предполагал, что денежные средства не поступят на территорию РФ.

Хотя наличие прямого и косвенного умысла не влияет на квалификацию уголовного преступления в валютной сфере, но тем ни менее имеет важное значение для назначения наказания. К тому же выявленные цели и мотивы зачастую содержат в себе преступные схемы, которые с каждым годом становятся все более сложными, и их раскрытие может обеспечить пресечение впредь незаконной экономической деятельности, отмывание доходов, полученных преступным путем, и получение иных выгод неимущественного характера. Преступления в валютной сфере могут быть также сопряжены с иными преступлениями, направленными на уклонение от уплаты обязательных налоговых платежей в бюджетную систему РФ. В данном случае преступления квалифицируются по совокупности двух норм права ст. 193 и 199 УК РФ.

Субъектом в рассматриваемых правоотношениях выступает физическое лицо — руководитель предприятия, единоличный исполняющий орган юридического лица, который является ее законным представителем и действует на основании учредительных документов[3]. Уполномоченные представители, равно как лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, субъектами рассмотренных правоотношений не являются, если следствием не будет доказано иное.

Судебная практика

Проанализировав судебную практику, можно сделать вывод, что норма права ст. 193 УК РФ применяется крайне редко. Это связано с тем, что при осуществлении экспортно-импортных операций необходимо соблюсти значительное количество формальностей, которые не позволяю в полном объеме нарушить требования валютного законодательства, так как есть более сложные схемы вывода капитала с территории РФ.

Разнообразие преступлений с финансовыми операциями в валютной сфере послужило введению законодателем ст. 193.1 УК РФ — совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте РФ на счета нерезидентов с использованием подложных документов — с целью более эффективного противодействия уголовно-правовым мерам незаконного вывоза капитала за границу.

Судебная практика

Деяние по ст. 193.1 УК РФ, как правило, вменяется, когда имеет место ложный импорт, преступление совершено по заведомо подложным документам, вывод валюты за рубеж под видом оплаты импортных товаров, которые не будут получены либо при получении в качестве прикрытия, уничтожаются за ненадобностью[4]. Сюда же включаются операции, которые осуществляются через подставные фирмы, создаваемые как на территории РФ, так и на территории иностранного государства, с последующим предоставлением подложенных документов. При этом состав уголовного преступления вменяется и в том случае, когда товар завозился на территорию РФ, но по заниженной цене. Эта проблема таможенными органами не решается, так как таможенные органы нацелены, в первую очередь, на выявление занижения таможенной стоимости товаров (работ, услуг), осуществляемого с целью занижения таможенных платежей, и случаи завышения платежей для них интереса не представляют[5].

Отметим также, что в большинстве уголовных дел не исследуется обстоятельство, для каких целей осуществляется вывод денежных средств с территории РФ, поскольку суды исходят из того, что для вменения состава важен сам факт вывода средств, т. е. перевода, сопровождаемого документарным обманом уполномоченного банка[6]. Однако в некоторых решениях прямо указывается, что лицо, действия которого квалифицированы по ст. 193.1 УК РФ, осуществляло переводы денежных средств в иностранной валюте на банковские счета физических и юридических лиц — нерезидентов РФ, фактической целью которых являлось приобретение индивидуальными предпринимателями товаров у контрагентов, находящихся за пределами России[7]. То есть осуществляется оценка характера соответствующего преступления, определяются его мотивы.

  • [1] 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5 «О некоторыхвопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации
  • [2] административных правонарушениях».
  • [3] См., например: Постановление Московского городского суда от 07.05.2018№ 4у-2209/2018 «Об отказе в передаче кассационной жалобы на судебные актыпо делу по ст. 193.1 УК РФ (совершение валютных операций по переводу денежныхсредств в иностранной валюте или валюте России на счета нерезидентов...) для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции»
  • [4] Апелляционное определение Московского городского суда от 03.05.2018по делу № 10-5785/2018.
  • [5] См.: Диканова Т, Остапенко В. Нужна ли декриминализация преступления,предусмотренного ст. 193 УК РФ? // Уголовное право. 2011. № 11
  • [6] Яни П. С. Вопросы квалификации вывоза капиталов // Законность. 2019. № 1.С. 40—44.
  • [7] См.: Приговор Пятигорского городского суда Ставропольского края от17.02.2015 № 1-135/2015 // http://sudact.ru/regular/doc/eoVIXBl8bjZO
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >