Повышение эффективности правового обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы

Как отмечалось нами ранее, современное правовое обеспечение безопасности уголовно-исполнительной системы нельзя признать в полной мере совершенным в силу ряда отмеченных пробелов и других недостатков, действующих в этой сфере нормативных правовых положений.

В свою очередь, повышение эффективности правового обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы предполагает (наряду с совершенствованием правовых норм и практики их применения) также решение вопросов более общего (по сути, методологического) порядка. Изучение и обобщение специальной литературы, а также учет обоснованной

1

ранее позиции относительно различий и взаимосвязи объектов безопасности уголовно-исполнительной системы в процессе ее правового обеспечения позволяет выделить следующие основные направления (в рамках которых, в свою очередь, могут быть выделены более узкие направления):

  • • определение критериев эффективности уголовно-исполнительной безопасности и правовых основ обеспечения ее безопасности;
  • • совершенствование правового обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы, причем необходимо принимать во внимание различия и одновременно взаимосвязь ее объектов, общую конечную направленность этого процесса;
  • • совершенствование правового обеспечения контроля за деятельностью уголовно-исполнительной системы в связи с вопросами ее безопасности.

Остановимся на рассмотрении обозначенных направлений в рамках цели и задач настоящего исследования.

Определение критериев эффективности уголовно-исполнительной безопасности и правовых основ обеспечения ее безопасности.

В специальной литературе имеется вполне обоснованное суждение о значимости изучения проблем эффективности деятельности уголовно-исполнительной системы и ее оценки в современных условиях реформирования[1]; кроме того, отмечаются многоаспектный характер этого термина (применительно к уголовно-исполнительной сфере), разнообразие трактовок и отсутствие единого ее понимания[2].

Мы, солидаризируясь с современными исследователями проблем эффективности уголовно-исполнительной системы[3], полагаем допустимым рассматривать ее с точки зрения эффективного выполнения своих функций, обеспечения социально значимого результата, связанного в итоге с защитой общества от криминально-криминогенных угроз и восстановлением социальной справедливости.

Необходимо в целом согласиться с мнением, согласно которому под эффективностью правовых норм понимается степень достижения основных целей и задач, определенных законодателем при их создании, в процессе непосредственного применения[4].

Следовательно, при оценке эффективности норм, относящихся к отношениям безопасности уголовно-исполнительной системы, нужно учитывать цели и задачи, которые законодатель определяет при создании таких норм, и степень их достижения.

Здесь обнаруживается обозначенная выше проблема, предопределенная отсутствием единого законодательного акта, посвященного вопросам правовых основ организации и деятельности единой уголовно-исполнительной системы (имеются в виду органы ее управления, органы и учреждения исполнения наказаний, в том числе не связанных с изоляцией от общества), а также вопросам обеспечения ее безопасности (например, ее концептуальное определение, указание на объекты данной безопасности, формулирование принципов ее обеспечения, целей и задач). В научной литературе (на это нами обращалось внимание ранее) вполне обоснованно рассматривается проблема отсутствия специального базового закона, посвященного единой уголовно-исполнительной системе (включая вопросы обеспечения ее безопасности)[5]. Процесс обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы (отчасти на это обращалось внимание в п. 1.2 настоящего исследования) с учетом интегративного характера национальной безопасности должен основываться на общих законодательно установленных[6] и доктринально обоснованных принципах (к ним относятся: соблюдение и защита прав и свобод персонала исправительных учреждений, осужденных и иных лиц; законность; системность и комплексность применения государственными органами правовых, организационных, режимных, оперативных, профилактических, материально-технических, коммунально-бытовых и иных мер обеспечения безопасности; приоритет предупредительных мер в целях обеспечения безопасности; взаимодействие государственных органов с общественными объединениями, международными организациями и гражданами для обеспечения безопасности), наполняемых содержанием во взаимосвязи с предназначением уголовно-исполнительной системы, выполняемыми ею функциями, спецификой ее и представляющих ее структур задач[7].

При этом нужно согласиться с мнением о том, что эффективность деятельности учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, означает качественно проводимые организационно-управленческие мероприятия по применению правовых норм, непосредственно регулирующих процесс исполнения и отбывания наказания[4].

Вместе с тем необходимо, во-первых, учитывать то, что задачи органов и учреждений уголовно-исполнительной системы шире, чем цели наказания (на это обстоятельство обращалось внимание в п. 1.1 настоящего исследования)[9], и, во-вторых, органичное включение в отношения по поводу обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы не только внутрисистемных элементов, но и органов государственной власти, правоохранительных органов и общественности (в связи с осуществлением контроля в сфере безопасности уголовно-исполнительной системы, всестороннего содействия осужденным, персоналу по вопросам безопасности, взаимодействия по широкому спектру вопросов)[7].

Следует отметить, что отсутствует ясность критериев эффективности уголовно-исполнительной системы, необходимая для выстраивания адекватного современным условиям и потребностям правового обеспечения безопасности данной системы, как внутренней, связанной с защищенностью лиц, отбывающих наказания, сотрудников уголовно-исполнительной системы, а также членов их семей, так и внешней, предусматривающей защищенность общества от неблагоприятного воздействия пенитенциарных учреждений и их контингента.

В специальной учебной литературе выделяются три уровня показателей эффективности деятельности органов и учреждений уголовно-исполнительной системы[11]:

  • • степень достижения целей наказаний, включая уровень рецидивной преступности;
  • • оценка результатов деятельности органов управления по отдельным направлениям;
  • • показатели результатов организации управления органами и учреждениями.

Вместе с тем, как справедливо отмечает В. И. Терехин, эта классификация показателей (поскольку их состав не раскрывается), может не в полной мере учитывать социально-экономические результаты и общественные потери от преступности, а также деятельности общества по ресоциализации осужденных и не соответствовать общественно значимым результатам деятельности уголовно-исполнительной системы[12].

Вопросы определения эффективности деятельности органов уголовно-исполнительной системы рассматриваются в ведомственных нормативных правовых актах, при этом неопределенность критериев эффективности и несовершенство инструментария расчета отдельных показателей приводит к несоответствию оценок эффективности деятельности уголовно-исполнительной системы ключевым тактическим и стратегическим целевым установкам государственной политики в рассматриваемой сфере[13]. Мы полностью согласны с мнением о том, что основным критерием деятельности уголовно-исполнительной системы должен стать уровень ресоциализации осужденных, отбывших наказания, причем комплексность и объективность оценок достижения уголовно-исполнительной системой результатов обеспечиваются набором локальных показателей и общественной оценкой развития данной системы[14]. Здесь в разумной мере (с учетом принятых Россией международных правовых обязательств в рассматриваемой сфере, вытекающих из участия в международных договорах и международных организациях универсального и регионального уровней, а также национальных интересов, традиций, типа правовой системы) должны быть учтены международные правовые стандарты, ориентирующие отечественного законодателя и правоприменительную практику на правовое обеспечение комплекса мер в направлении ресоциализации осужденных.

Считаем, что этот критерий и его основные показатели должны получить отражение в программном правовом документе — Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года (для этого нужно внести в Концепцию соответствующие коррективы), во взаимосвязи с этими коррективами ФСИН России (при участии ученых и практикующих специалистов в области уголовно-исполнительной политики) должны быть разработаны конкретные показатели эффективности выполнения уголовно-исполнительной системой своих социальных и специальных функций, в итоге проявляющихся в ресоциализации осужденных и обеспечении безопасности данной системы (внутреннего и внешнего аспектов).

Таким образом, именно во взаимосвязи законодательного упорядочения понятия, принципов, целей и задач, а также основных компонентов безопасности уголовно-исполнительной системы, концептуального отражения основного (ресоциализация осужденных) и дополнительных критериев эффективности уголовно-исполнительной системы и обеспечения ее безопасности (принимающих во внимание общественную оценку данной системы и ее безопасности, положительный международный опыт, отраженный в международных правовых стандартах в пенитенциарной сфере[15]) при условии разработки на этой основе и введения ФСИН России конкретных (локальных) показателей эффективности уголовно-исполнительной системы и ее безопасности может быть обеспечен системный и научно обоснованный подход к формированию парадигмы безопасности уголовно-исполнительной системы России и правовых основ ее обеспечения в современных условиях.

На концептуальном (методологическом) уровне, принимая во внимание данные современных исследований отечественных правоведов, специализирующихся в сфере безопасности уголовно-исполнительной системы, необходимо уделить внимание следующим вопросам:

  • • обеспечение более тесной взаимосвязи конституционных положений, международных правовых стандартов и отечественного законодательства в сфере безопасности уголовно-исполнительной системы (в частности при определении баланса соблюдения прав человека и его ограничений в интересах указанного вида безопасности)[16];
  • • разработка и систематизация в законодательстве, регулирующем отношения по обеспечению безопасности уголовноисполнительной системы соответствующих административноправовых режимов[17].

  • [1] См., напр.: Терехин В. И. Указ. соч. С. 3.
  • [2] См., напр.: Мелентъев М. П. О понятии и критериях эффективностиисполнения наказания в виде лишения свободы // Избр. тр. Рязань, 2007.С. 35—40.
  • [3] См., напр.: Коробова И. Н. Указ. соч. С. 10; Терехин В. И. Указ. соч. С. 33.
  • [4] См.: Коробова И. Н. Указ. соч. С. 10.
  • [5] См.: Казак Б. Б., Паршков А. В., Смирнова И. Н. Указ. соч. С. 104.
  • [6] См.: О безопасности: федеральный закон от 28 декабря 2010 г. № 390-ФЗ.Ст. 2.
  • [7] См.: Усеев Р. 3. Указ. соч. С. 17.
  • [8] См.: Коробова И. Н. Указ. соч. С. 10.
  • [9] См. также: Громов В. Г. Обязанности исправительных учреждений // Современное право. 2013. № 4. С. 127—130.
  • [10] См.: Усеев Р. 3. Указ. соч. С. 17.
  • [11] См.: Организация управления в уголовно-исполнительной системе.В 3 т. Т. 1 : учебник / под общ. ред. Ю. А. Чайки. Рязань, 2002. С. 518.
  • [12] См.: Терехин В. И. Указ. соч. С. 36.
  • [13] См.: Там же. С. 39.
  • [14] См.: Там же. С. 175—176.
  • [15] См., напр.: Уткин В. А. Пенитенциарные стандарты Совета Европыи векторы реформирования уголовно-исполнительной. С. 14—18.
  • [16] См. подр.: Кашуба Ю. А., Хижняк В. И. Реализация международныхстандартов обращения с осужденными в уголовно-исполнительной политике : монография. Рязань, 2005. С. 6Л—65; Казак Б. Б., Паршков А. В., Смирнова И. Н. Указ. соч. С. 104.
  • [17] См.: Чорный В. Н., Сенатова Е. В. Указ. соч. С. 39—44.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >