КАТЕГОРИИ И ПРЕДМЕТНОЕ ПОЛЕ СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ В ИСТОРИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ: ЗАРУБЕЖНЫЙ И ОТЕЧЕСТВЕННЫЙ ОПЫТ

Категория «социальное неравенство» в историческом контексте

В научной дисциплине «социальная политика государства» важное место принадлежит понятию «социальное неравенство». Оно, как правило, ассоциируется с социально-экономическим положением индивидов и социальных групп, определяющим условия и характер жизнедеятельности людей, их общественное положение, доступ к материальным, культурным и социальным благам, включая распределительные отношения, организованные на справедливых или несправедливых принципах, что вызывает согласие в социуме или приводит к противостоянию социальных групп и слоев. На всех этапах развития эта дефиниция выступает индикатором степени экономической и социальной свободы личности в обществе.

По своему содержанию категория «социальное неравенство» значительно шире таких дефиниций, как «бедность», «социальное положение», «материальное благосостояние»: она охватывает не только экономическое, социальное, культурное неравенство людей, но и политическое. Преодолеть социальное неравенство — это труднодостижимый идеал, реализовать который препятствуют экономические, социальные, культурные и политические ограничители, существующие в любом социуме. По мнению отечественных и зарубежных ученых, любой общественный строй и его каркас в форме институционального устройства изменяются весьма медленно, болезненно и противоречиво, поскольку существующие институты весьма устойчивы и являются своего рода «встроенными ограничителями» новых запросов индивидов, социальных слоев и классов на справедливое распределение ресурсов и власти[1].

В древние времена массовыми формами несвободы людей были не только рабство, но и полная зависимость от воли (произвола) правителей. Переход от язычества, для которого характерным было не просто отчуждение, а зачастую враждебное отношение человека к человеку, к христианству знаменовал постепенное утверждение доброжелательности в отношениях между людьми, признание ценности отдельной личности, ее достоинства, повышение самостоятельности и ответственности человека. По существу, высокую социальную значимость понятие «равенство» приобрело благодаря христианству (равенство всех людей перед Богом). Реализация высокого предназначения человека возможна, по мнению апостола Павла, только в условиях отсутствия преград для личности с точки зрения статусного и других формальных ограничений1.

По мнению отечественных и зарубежных историков, в период своего становления, особенно в Средневековье, христианство сыграло огромную роль в формировании моральных устоев человека и общества, воспитало в коллективном сознании признание ценности любви к ближнему, помогло человеку увидеть его личные нравственные проблемы, осуществило «прививку сострадания» к человеческому горю[2] [3].

Как отмечает в этой связи французский историк Ж. Делюмо: «Никогда ни одна цивилизация не придавала такого веса и такой цены чувству вины и чувству стыда, как западноевропейская цивилизация XIII—XVIII вв. Мы находимся перед фактом настолько важным, что никакое внимание, уделенное ему, не будет чрезмерным»[4].

Данный теологический взгляд на высокую роль личности[5] был впоследствии развит в рамках правовой и философской теории естественного права (см. ссылку 1 к гл. I)[6]. В период Нового времени в развитии теории естественного права находит все большее понимание важность защиты человека как личности (жизни, условий его существования), что нашло свое выражение в учениях Г. Гроция, X. Томазия и X. Вольфа о естественных правах личности[7], разграничения естественного и позитивного (гражданского) закона — в учениях Т. Гоббса и И. Бентама.

Справочно: естественные законы Гоббс рассматривал с позиции моральных норм, которые могут выступать лишь в качестве ориентиров при организации общественного устройства на принципах справедливости и согласия. Они становятся действительно законами лишь по установлению государства, ибо тогда они — приказания последнего, а потому также и гражданские законы, в силу того, что верховная власть обязывает людей повиноваться им1.

Существенный вклад в теорию правового позитивизма внес Бентам. Выступая поборником законодательной деятельности в целях улучшения жизни общества, он заложил идеи для многих реформ, которые были осуществлены в Англии в 1830—1850-е гг.[8] [9] В этой связи можно отметить, что идеи Гоббса и Бентама во многом использовал У. Беверидж в 1940—1950-х гг., когда разрабатывал концепцию всеобщего социального страхования для Великобритании.

Доктрина естественного права сформировалась во многом под влиянием негативного опыта человеческой истории по устройству социальной жизни, для которой характерными чертами всегда были (и зачастую остаются и в настоящее время) унижение, бесправие, насилие, подневольный труд, т. е. то состояние, в котором не должен пребывать человек (нищета, голод, различные формы тирании).

Французский мыслитель Жан-Жак Руссо (1712—1778) в своей книге «Об общественном договоре» подробно исследует вопросы нехватки равенства, приводящей к серьезным последствиям — неравенству людей, что, по его мнению, является корнем зла. Первопричину социального неравенства между людьми Руссо усматривает в экономических отношениях, базирующихся на частной собственности[10].

В 1754 г. Руссо издал книгу «Рассуждения о начале и основании неравенства между людьми», в которой подробно изложил свой взгляд на необходимость отказаться от бытовавшего в его время взгляда на существующие сословные различия, закрепощавшие жизненные возможности большей части французского народа. Руссо выделил два вида неравенства:

  • — естественное и физическое неравенство, которое установлено природой и состоит в различии возраста, здоровья, телесных сил, умственных или душевных качеств;
  • — неравенство условное или политическое, включающее в себя богатство, власть, престиж, зависящие от определенного рода соглашения людей по поводу их допустимых рамок[11].

Тем самым Руссо классифицировал природу социального неравенства и его виды, поставил вопрос о том, как сочетаются между собой вышеприведенные виды неравенства, раскрыл, как природные качества индивидов (физические, умственные, психологические) трансформируются и влияют на неравенство социально-статусное. Руссо и других ученых интересовало, как естественное и физическое неравенство в ходе развития общества закрепляется в экономических отношениях собственности, статусных различиях, властных полномочиях индивида или группы. Эти вопросы являлись актуальным во все времена. Ученые- обществоведы рассматривали их в рамках теорий стадийного развития общества, строения и состояния общества, устойчивости общества, теорий элит и т. д. Они изучали, как социальное неравенство закрепляется традицией, законом, насколько оно ограничивает свободу людей, как социальная поляризация приводит к революциям1.

Руссо рассматривал вопросы неравенства с позиции социально-психологических взаимоотношений людей. По его мнению, жить в обществе означает сравнивать себя с другими, что ведет к желанию выделиться между себе подобными с помощью власти, положения, заслуг или богатства. Поэтому по своей природе люди, по мнению Руссо, являются соперниками, которые пытаются утвердиться с помощью престижа и социального статуса, что является неестественным состоянием современного человечества[12] [13].

Для искоренения социального неравенства Руссо считал целесообразным применить модель политического порядка, который должен служить средством его уничтожения[14]. В числе практических мер ученый предлагал использовать потенциал государства, который оно должно употребить для обеспечения более благоприятных, удобных и надежных условий развития личности[15].

Подход к устройству общества, предложенный Руссо, оказался весьма востребованным, что продемонстрировала Великая французская революция 1789 г., основными лозунгами которой было требование отменить сословный порядок и обеспечить равными правами всех граждан страны, содействовать обеспечению материальных и моральных благ (права на труд, на общественную помощь, народное образование).

Продекларированный новый подход организации общества носил политический характер, был закреплен в Декларации прав человека, принятой в ходе Великой французской революции 1789 г., и включен в Конституцию Франции 1791 г.: «Люди рождаются и остаются свободными и равными в правах, социальные различия могут быть основаны лишь на общей пользе»1.

Помимо данных политических ориентиров, в Конституции Франции 1791 г. были предусмотрены и практические механизмы достижения социального равенства: упразднение всех сословий, каст, почетных отличий[16] [17]. В этом же контексте важная роль отводилась также правовой норме, согласно которой налоговая нагрузка распределяется поровну между всеми гражданами в зависимости от их средств[18].

Французский ученый Н. Кондорсе (1743—1791) отмечал важную роль государства в снижении неравенства путем: налога на богатство, повышения доступа к образованию, применения системы взаимного страхования. По мнению Кондорсе, государство не просто может, а обязано проводить данную политику[19], что впоследствии было воплощено при формировании институтов доходов и социальной защиты населения в экономически развитых странах (ЭРС).

Следует отметить, что начиная с Великой французской революции 1789 г., несмотря на определенные отступления в определенные периоды, общий ход истории приобрел характер неуклонного расширения возможностей правового и политического равенства граждан в большинстве стран: равенства людей перед законом, права граждан избирать и быть избранным, права на свободу слова, печати, союзов, собраний, совести и неприкосновенности личности.

Примечательно, что на этапе становления рыночной экономики категория равенства приобретает также смысл с точки зрения свободного обмена на основе взаимной пользы. Утверждением такого взгляда стала отмена привилегий цехов и гильдий во Франции в 1790 г., отказ в это же время в Англии от регулятивных правил ремесленного ученичества, что способствовало формированию обществ автономных индивидов.

В этих странах, бывших наиболее передовыми с точки зрения экономического развития, система товарного производства в которых отмечалась значительной долей наемных работников, формирующаяся крупная промышленность вызывала серьезные проблемы в дифференциации доходов населения, что приводило к росту наиболее обездоленных слоев.

Изменяющийся социальный ландшафт был связан с начавшейся промышленной революцией, вызвавшей усиление разделения труда, повышение его производительности, увеличение числа профессий, что требовало изменения социального положения трудящихся. И если в Англии роль третьего сословия все больше признавалась правящей элитой, то во Франции знать не желала идти на какие-либо уступки с точки зрения предоставления больших возможностей и экономической свободы для ремесленников, торговцев, крестьян. Это и привело в конечном счете к социальной революции во Франции, причины и драматизм которой детально раскрыл английский историк Томас Карлейль в книге «История Французской революции»1.

Третье сословие в ходе Великой французской революции выступало с лозунгами свободы, равенства и братства, т. е. за равенство возможностей для себя в сфере труда и социальной жизни общества, которые к концу XVIII в. стали ориентирами для революционных преобразований во многих европейских странах, включая и Россию[20] [21].

Французская революция оказала большое влияние на общественную мысль европейских стран, включая Англию, где на протяжении первой половины XIX в. учеными и общественными деятелями активно обсуждались вопросы бедности и социального неравенства, были разработаны концепции дифференциации общества по признакам благосостояния, совершенствования распределения национального дохода между различными классами, наделения избирательными правами малоимущих слоев населения и права на создание ими профессиональных союзов.

Как отмечает С. И. Солнцев, в этот период был разработан ряд учений об общественных классах, базирующихся на следующих подходах: естественно-общественном (органическом) отборе; разделении труда и образовании профессий; хозяйственных (экономических) укладах; социальных статусах (социальных рангах) тех или иных групп населения; жизненных стандартах (различных уровней жизни); имущественных различиях (теории богатства); отношениях распределения; производственных отношениях[22].

Следует отметить, что в ЭРС в период второй половины XVIII в. и практически всего XIX в., когда происходило становление индустриального общества, меры по регулированию социально-трудовых отношений и созданию необходимых условий организации жизнедеятельности населения осуществлялись крайне медленно и не поспевали за темпами быстро растущего класса наемных работников. В результате социальное неравенство резко возросло, что нашло отражение в теории борьбы классов, разработанной Карлом Марксом (1818—1883) и Фридрихом

Энгельсом (1820—1895). В Манифесте Коммунистической партии они выразили важную характеристику, определяющую крайнюю форму социального неравенства: «Наша эпоха, эпоха буржуазии, отличается тем, что она упростила классовые противоречия: общество все более и более раскалывается на два больших враждебных лагеря, на два больших, стоящих друг против друга класса — буржуазию и пролетариат... Выросшее на развалинах феодализма современное буржуазное общество не уничтожило различия классов. Оно только поставило новые классы на место старых, выработало новые способы угнетения и новые виды борьбы»1.

Анализируя феномен неравенства в доходах населения, следует отметить его неоправданный рост, начиная с 1970-х гг. и на протяжении первых двух десятилетий XXI в., что приводит к удручающим последствиям для значительной части населения, создавая для многих «ловушки бедности», а для экономик — серьезные системные препятствия для их развития. В этой связи все большее признание получают взгляды, что анализ проблем неравенства можно выполнить на основе методов оценки жизненных шансов, в круг которых входят доступность: образования для детей и взрослых, к рабочим местам с достойной заработной платой, к качественным системам здравоохранения и жилищной обеспеченности.

Проблема социального неравенства, по мнению американского ученого Д. Дорлинга, носит планетарный масштаб, с ней не удается справиться большинству стран. Ее последствия многолики — это голод и нищета для каждого четвертого жителя развивающихся стран и для каждого седьмого жителя развитых стран. Кроме ограничения возможности на достойно оплачиваемый труд, треть населения планеты не охвачена системами пенсионного обеспечения, для них затруднен доступ к качественному образованию и здравоохранению. Данное несправедливое состояние можно объяснить тем, что люди свыклись с таким унизительным положением, поскольку они не верят в возможность справедливого устройства мира.

В своей книге «Несправедливость: почему социальное неравенство сохраняется» Д. Дорлинг объясняет устойчивое состояние социального неравенства в богатых странах широко распространенным и постоянно насаждаемым мнением о том, что оно якобы неизбежно и, более того, что оно содействует экономической эффективности и повышению качеству жизни (см. ссылку 2 к гл. 1). Данные установки, по мнению Д. Дорлинга, являются: «ложными и вредными постулатами, служащими сохранению неестественного распределения материальных благ»[23] [24].

В контексте вышеприведенных взглядов на социальное неравенство можно определить данную категорию как определяющее существенные различия общественного положения индивидов, социальных слоев и классов, определяющие сами социально-экономические условия жизнедеятельности населения, позволяющие или препятствующие реализации жизненных шансов на качественную жизнь и потенциала людей.

Еще один американский ученый, Дж. Стиглиц, в своей книге «Цена неравенства. Чем расслоение общества грозит нашему будущему» отмечает, что в США в последние десятилетия резко усилилась дифференциация в качестве жизни населения: «Богатые живут в замкнутых общинах, посылая своих детей в дорогие школы, и имеют доступ к первоклассным медицинским услугам. Между тем остальным приходится жить в мире, где они не чувствуют себя защищенными, могут рассчитывать в лучшем случае на посредственное образование и фактически получают медицинские услуги по карточкам. Такова картина двух миров, не имеющих почти никаких точек соприкосновения и практически не взаимодействующих друг с другом... Неравенство достигло такой стадии, на которой оно перестало быть эффективным и превратилось в серьезную помеху для развития»1.

В вышеприведенных определениях категория «социальное неравенство» трактуется с отрицательных позиций, в то же время для реализации жизненных шансов имеются и положительные его смыслы, позволяющие в большей степени реализовать жизненные шансы. Поэтому важно определить предметное поле социального неравенства и его границы, которые позволяют говорить о целесообразности его сохранения в определенных пропорциях. Наиболее часто приводимый пример в поздний советский период: уравнивание материального вознаграждения между работниками высокой, средней и низкой квалификации приводило к снижению творческой инициативы и интенсивности труда.

Важно исследовать и институциональные условия воспроизведения социального неравенства (национальные системы заработной платы, социального обеспечения, доступности образования и здравоохранения), его степени и границ, которые являются недопустимыми для сохранения социальной сплоченности общества.

В докладах Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) используются понятия «формальное» и «реальное» равенство. Первое означает равенство перед законом. Второе — равенство с точки зрения доходов и богатства. Показатель реального социального неравенства зависит от структуры собственности, от рыночных процессов, социальной стратификации и политических систем, которые могут или не могут обеспечивать равные возможности гражданам[25] [26].

  • [1] Миронов Б. Н. Российская империя: от традиции к модерну. В 3 т. Т. 1. СПб., 2014.С. 50—54; Доклад о неравенстве в мире. 2018. Основные положения. Русская версия.С. 7—9. URL: https: // docviewer.yandex.ru/view/O (дата обращения: 12.12 2018); https://sustainabledevelopment.un.org/post2015
  • [2] Послание апостола Павла галатам (3:28).
  • [3] Карсавин Л. П. Основы средневековой религиозности в XII—XIII веках. СПб. :Изд-во Алетейя, 1997. С. 48.
  • [4] Делюмо Ж. Грех и страх: формирование чувства вины в цивилизации Запада(XIII—XVIII вв.) / пер. с фр. Екатеринбург : Изд-во Урал, ун-та. 2003. С. 8.
  • [5] Основные разработки, посвященные социальной проблематике, принадлежатИоанну Златоусту (355—407), Василию Великому (330—379), Амвросию Медиолан-скому (339—397), Августину Гиппонскому (354—430) и Фоме Аквинскому (1225—1274).
  • [6] Трубецкой Е. Н. Лекции по энциклопедии права. М. : Т-во Типографии А. И. Мамонтова, 1917. С. 52—69.
  • [7] Покровский В. А. Основные проблемы гражданского права. М., 2001. С. 120—143.
  • [8] Гоббс Т Сочинения. Т. 2. М., 1991. С. 207.
  • [9] См.: Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 49; Покровский П. А. Бентам и его время. П., 1916.
  • [10] Манфред А. 3. Три портрета эпохи Великой французской революции. 2-е изд. М. :Мысль,1989. С. 37—42.
  • [11] Руссо Ж.-Ж. Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства междулюдьми // Руссо Ж.-Ж. Трактаты. Серия «Литературные памятники». М. : Наука, 1969.С. 50—61.
  • [12] Например, в случаях, когда статусные различия существенно ограничивает свободу людей (касты в Индии, цеха в Западной Европе, колхозники, не имевшие паспортов в СССР, что ограничивало их перемещение внутри страны), то у них возникает чувство несправедливости, и в обществе утрачивается солидарность. Это в конечном счетеприводит к необходимости изменения сложившегося порядка и социальной структурыобщества.
  • [13] Руссо Ж.-Ж. Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства междулюдьми. С. 72—77.
  • [14] Там же. С. 50—61.
  • [15] Цит. по: Мишель А. Идея государства. Критический опыт истории социальныхи политических теорий во Франции со времени революции. М.: Издательский дом «Территория будущего», 2008. С. 94.
  • [16] Цит. по: Ориу М. Основы публичного права / пер. с фр. М. : Издательство Коммунистической академии, 1929. С. 483.
  • [17] Октябрьская революция 1917 г. в России также отменила сословия и привилегии,которыми они обладали.
  • [18] Ориу М. Основы публичного права. С. 483.
  • [19] Цит. по: Мишель А. Идея государства. С. 94—96.
  • [20] Карлейлъ Т История Французской революции / пер. с англ. М. : Мысль, 1991.
  • [21] Восстание декабристов на Сенатской площади в 1925 г., борьба народовольцев,революции 1905 и 1917 гг. См.: Герцен А. И. О развитии революционных идей в России,в кн.: Герцен А. И. Собр. соч. Т. 7. М., 1956.
  • [22] Солнцев С. И. Общественные классы. М.: Астрель, 2008. С. 164.
  • [23] Маркс К. и Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии. Соч. Т. 4. С. 424, 425.
  • [24] Dorling D. Injustices. Why Social Inequality Persists // Policy Press. 2011. P. 12—25.
  • [25] Стиглиц Дж. Цена неравенства. Чем расслоение общества грозит нашему будущему. М. : Эксмо, 2016. С. 28, 43.
  • [26] OECD (2006), Employment Outlook 2006: Boosting Jobs and Incomes, OECDPublishing, Paris. URL: http://dl.kli.re.kr/dl_image/IMG/01//000000000643/SER-VICE/000000000643_01.PDF
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >