Раскопки в «Долине царей»: ученые находят золотой гроб фараона Тутанхамона

Вспомним, как один из посетителей Бельцони требовал от него, чтобы он показал ему якобы найденный им клад, золотого петуха, набитого жемчугом и алмазами. Арабы оказались не так уже неправы, и клад был здесь найден. Правда, не золотой петух, но нечто неизмеримо более ценное. Забегая вперед, скажем кратко: здесь был найден сам Тутанхамон и том положении и в тех гробах, в которых он был положен более трех тысяч лет тому назад.

Чудесная история его находки, рассказанная одним из участников этого открытия, переведена на многие языки, между прочим и на русский, так что желающие всегда смогут ее прочесть.

Поэтому мы и не будем чересчур подробно останавливаться на ней, а только отметим самое важное.

Жомар, Денон, Бельцони, Шамполльон, Лепсиус, о которых мы раньше говорили, знали ли они, чего ищут в «Долине царей» или вообще в любом месте, где они производили свои раскопки? Приступая к ним, они, конечно, в общих чертах знали, что смогут здесь найти гробницы, развалины зданий, погребение и т. п.

Но они не могли сказать с уверенностью, с полной определенностью, что в данном месте они будут искать погребение именно такого-то фараона, потому что оно здесь находится, именно здесь и ни в каком другом месте.

А с последним открытием в «Долине царей» именно так и было: археологи искали гробницу Тутанхамона, потому что они заранее знали, что она должна здесь находиться, потому что все дело было только за тем, чтобы открыть ее место.

По спискам, по памятникам, наконец, по открытым уже шахтам царских могил археологи знали: в «Долине царей» было погребено столько-то фараонов, столько-то погребений известно, одного еще нет, не хватает. Это еще не открытое погребение — гробница Тутанхатона или Тутанхамона. Его еще не нашли, оно должно здесь находиться, следовательно, его надо искать и надо найти.

Археологов, которые взялись за эту работу, звали Карнарвон и Картер. Один был англичанин, другой — американец.

Карнарвон был один из богатейших людей Англии, знатный лорд. Картер был археолог, проведший ряд интересных раскопок, и художник, умеющий сам зарисовать то, что по ходу работы приходится зарисовывать. Карнарвон тоже не был новичком в деле, так как в Египте он копал уже раньше. Взялся он за это дело благодаря несчастной случайности в его личной жизни. Он тяжело пострадал при автомобильной аварии, долгое время был болен, и ему врачи советовали пожить в Египте, славящемся необычайно здоровым климатом. Карнарвон раньше был уже любителем старины, коллекционером и для развлечения решил и в Египте заняться любимым делом собирания древностей. Купил себе концессию, то есть право на производство раскопок, и в товарищи пригласил Картера. Работа пошла успешно.

В 1914 г. Карнарвон по совету знаменитого французского египтолога Масперо решил начать раскопки в «Долине царей». Большие средства дали ему возможность развернуть работы так широко, как до него это еще никем не делалось. А кроме того, к услугам его и Картера было то, чего не имели ученые, работавшие здесь раньше, — современная техника.

Картер и Карнарвон решили, во-первых, очистить «Долину царей» от груд песка. Проложили рельсы, и по этой узкоколейке покатились вагонетки, тонна за тонной вывозя песок и щебень. Работа началась в 1917 г.

Все было налажено прекрасно, рассчитано точно, и однако исследователи копали, разыскивая погребение, а оно точно и впрямь заколдовано было и точно пряталось от них.

Карнарвон уехал в Англию. Картер решил еще раз попытать счастье и в первых числах ноября 1922 г. приступил снова к работе, — раскопки вести в Египте возможно только в зимние месяцы, когда не так жарко, и когда не летит пыль.

Все было обследовано. Картер едва сдерживал разочарование и досаду на неудачу. Сколько лет, сколько энергии потрачено даром, а ведь так точно произведены были все расчеты. Разочарование исследователя было, однако, преждевременно, и Картер смог убедиться, что наука никогда не обманывает. Он велел своим рабочим феллахам на всякий случай заглянуть под груду щебня у входа в пустую могилу Рамзеса VI. На ней стояли хижины каменотесов, работавших здесь при фараонах. Картер не хотел их разрушать, потому что они были очень интересным памятником отдаленных времен.

Утром 4 ноября его поразила вдруг необычайная тишина, — феллахи бросили работу и столпились у груды щебня.

  • — Что там такое?
  • — Ступеньки. Лестница. Иди скорей, смотри сам, — звали феллахи.

Картер подошел, мало доверяя пылкому воображению своих арабов.

Но под щебнем, и совсем неглубоко, виднелась действительно ступенька. За ней видны следующие...

Картер снял точный план расположения хижин рабочих, приказал их снести и копать дальше. Трудно представить себе, сколько выдержки надо было иметь ему, чтобы размеренно, спокойно вести свое обследование, чтобы не разбросать лихорадочно щебень, чтобы открыть скорее всю лестницу.

Вот, наконец, она очищена, ступени идут вниз, а внизу — дверь. Пока видна только часть ее деревянной поверхности. Она выбелена известкой, и по этому слою оттиснута большая печать, отлично известная по другим погребениям, печать жрецов царского «города мертвых».

Могила не повреждена, в нее, очевидно, никто не проникал после погребения. Картер прорезал небольшое отверстие в двери, ввел туда переносную электрическую лампочку, — там начинается ход к могиле, и он наглухо забит песком и щебнем. Картер немного разочарован, потому что на двери он нашел печать не Тутанхамона, а жрецов «города мертвых».

— Увидим дальше, решает он и, приостановив работу, шлет Карнарвону телеграмму: «Наконец в долине сделано чудесное открытие. Найдена гробница с нетронутыми печатями. До вашего приезда все снова засыпано».

Прошло три недели. Карнарвон прислал телеграмму о выезде, 24 ноября они были снова в «Долине».

Когда вся поверхность двери была очищена, пониже печатей жрецов некрополя оказались печати с именем Тутанха- мона. Сфотографировали их, списали, потом осторожно сняли, чтобы не повредить. Разобрали песок и щебень, скопившиеся в коридоре за дверью. Работать приходилось осторожно, так как поминутно попадались разные вещи, глиняные сосуды, какие-то мелочи, меха, в которых таскали воду для того, чтобы замуровать дверь известкой.

26 ноября открылась в глубину входа вторая дверь. Снова на ней те же печати — жрецов некрополя и Тутанхамона. У исследователей появилось подозрение, что грабители в этот склеп проникали, но, вероятно, вскоре после смерти Тутанхамона, и что потом жрецы привели опять все в порядок.

Снова прорезали в двери маленькое отверстие. Картер засунул туда свечу и заглянул. Пахнуло горячим воздухом, три тысячи лет не сменявшимся в наглухо закрытом помещении; могила точно дохнула на Картера. Пламя свечи рванулось, замигало и поднялось снова ровным язычком. Из всех углов склепа на Картера глянули головы странных животных, украшавших великолепные ложа, статуи и золото, всюду сияющее, сверкающее золото.

  • — Видите вы что-нибудь? — спросил дрожащим от волнения голосом Карнарвон.
  • — Да, дивные вещи, — ответил потрясенный необычайным зрелищем Картер.

Отверстие расширили, ввели электрическую лампу.

Картер описывает странное чувство, которое охватило их, когда они заглянули опять в склеп. Три тысячи лет тому назад ушли отсюда последними те, кто провожал тело Тутанхамона в гробницу. Исследователи дышат тем же воздухом, которым дышали провожавшие три тысячи лет тому назад. И все кругом полно жизни, той еще стародавней жизни. Вот у дверей стоит сосуд с остатками известки для обмазки дверей, вот лампочка, покрытая копотью. На пороге брошена гирлянда цветов, на обмазке двери отпечатались пальцы.

Радость открытия, лихорадка ожидания, непреоборимое любопытство и стремление скорее-скорее снять печати, открыть крышки сосудов, ящиков, посмотреть, что там хранилось столько тысячелетий!

А работать надо медленно, очень медленно. Печати на двери надо сперва тщательно описать, сфотографировать, снять или вырезать их так осторожно, чтобы не повредить. Шаг за шагом можно только проникать в гробницу. Каждая вещица, прежде чем ее взять, должна быть сфотографирована, чтобы знать точно, как она лежала, что было около нее. Мало того, — каждая вещь должна быть точно занумерована, описана подробно. Надо удостовериться, что она не рассыплется под пальцами исследователя, если он возьмет ее в руки, надо подвергнуть ее такой обработке, пропитать такими составами, чтобы этого не случилось.

Кладовая в гробнице Тутанхамона

Невероятно кропотлива работа современного археолога, знающего, как много могут ему сказать мельчайшие подробности погребения, на которые прежде не обращали внимания. Так работать, как делал это когда-то Бельцони, с точки зрения современной науки, значит портить вещи.

Немудрено поэтому, что работа могла идти только очень медленно. К февралю следующего года археологи успели только несколько разобрать вещи первой комнаты так, чтобы можно было пройти к видневшейся в конце ее второй замурованной двери. При этом они обнаружили, что под одним из стоявших здесь домов находилась прямоугольная дыра у самого пола. Она вела в соседнюю небольшую кладовую, тоже битком набитую вещами.

Картер и Карнарвон разобрали каменную кладку в конце первой комнаты, которой был заложен вход, где по их предположениям должен был храниться саркофаг молодого фараона. Вспомним попутно, что они работали здесь не при свете факелов, как пришлось это делать Бельцони и Шамполльону в гробнице Сети I, а при ярком электрическом свете.

Разобрали стену, и перед ними засверкало золотой поверхностью странное сооружение, сплошная золотая стена, выложенная плитками голубого фаянса, цвета бирюзы. Между золотой стеной и стеной этого склепа — узкое пространство всего в полтора метра ширины. Спустились осторожно, так как пол этой второй комнаты был несколько ниже уровня пола первой комнаты. Осторожно обошли кругом все сооружение. Оказалось, что это ящик гигантских размеров, заполняющий почти всю комнату. Он был сложен из отдельных панелей, — иначе эту громаду было бы не протащить в узкий проход подземелья.

С одной стороны ящика оказались дверцы, заложенные бронзовым засовом и запечатанные печатью Тутанхамона. Сняли осторожно печати, осторожно раскрутили веревку, обматывавшую засов, и вот через три тысячи лет в тишине склепа снова заскрипели дверцы, закрытые и запечатанные жрецами царского некрополя.

Под первым ящиком оказался второй, немного поменьше, тоже закрытый дверцами. Его не стали открывать, а прошли в боковую дверь склепа, ведшую в четвертую и последнюю комнатку, где стояли самые ценные вещи.

Ничего не было тронуто в этих комнатах с места. Картер и Карнарвон удостоверились, что огромные ящики были ничем иным, как внешними саркофагами мумии молодого фараона. Разбирать их не было времени, — кончался сезон раскопок, из пустыни порывами налетал хамсин, крутя столбы пыли. Напряженная работа давала себя знать усталостью. Найденная царская могила была снова закрыта, запечатана до нового сезона осенью, после разлива реки, когда станет прохладнее. К могиле была приставлена военная охрана.

Кончились месяцы засухи и разлива и снова начались работы в гробнице Тутанхамона. Как много сил и времени они потребовали, доказывается тем, что только в 1929 г. последние вещи были вывезены из «Долины царей» в Каир, в музей. Нет возможности описать подробно все, что было здесь найдено Картером и его новым помощником, американским археологом Мейсом (Карнарвон умер от заражения крови весной 1923 г.).

Целых три тома написали они о своих работах, но это еще далеко не все, что можно рассказать о раскопках и о найденных сокровищах. Именно сокровищах в буквальном смысле этого слова.

В первой комнате, среди груд дорогих вещей, ящиков, коробок, статуй из дорогих материалов, великолепных лож, украшенных головами странных животных, среди сосудов из белого сквозящего алебастра, с оковками из золота, нашли целых четыре колесницы с вызолоченными кузовами, покрытыми цветными камнями, с колесами, окованными золотом. Под одним из лож стояло золотое тронное кресло фараона. Спинка была украшена изображением его самого и его жены из сердолика и других цветных камней.

— Настоящее чудо ювелирного искусства, — назвали его археологи.

Здесь же была нагромождена груда каких-то белых, яйцеобразных футляров из дерева. Открыли один, — там оказался жареный гусь, засмоленный впрок. В другой такой же коробке — жареный, засмоленный окорок. Фараона снабдили провиантом на тот свет.

В великолепных сосудах из камня нашли душистые мази, которыми фараон должен был умащаться на том свете, как он это делал при жизни. Духи эти и теперь еще, через три тысячи лет, издавали крепкий аромат. У двери в комнату с саркофагом стояли две деревянные статуи молодого царя, точно ожидая момента, когда «ка», двойник его, появится из гроба, чтобы принять все богатые жертвы, положенные для него.

Но особенно заинтересовало ученых одно любопытное обстоятельство: на ящиках с одеждой, с дорогими посохами и украшениями царя были надписи, содержащие перечисление вещей, их краткую опись. Оказалось, что опись не всегда соответствовала тому, что на самом деле в ящике лежало. Да и засунуты вещи были как попало, наспех. На полу валялось несколько золотых украшений, точно оброненных нечаянно. Заглянули в маленькую кладовую рядом с этой первой комнатой, — там все было перерыто, разбросано. В первой комнате на ящике нашли небрежно брошенный кусок полотна, на конце которого был завязан узел. Сняли с него фотографию на месте, описали, занумеровали, а затем осторожно развязали узел. Там оказалось восемь тяжелых золотых перстней.

Сосуд для благовоний из гробницы Тутанхамона

Спинка золотого тронного кресла Тутанхамона

Все стало ясно ученым! Тутанхамона похоронили. Прошло немного времени, и воры проникли в могилу. Их, вероятно, выследили. Но на этот раз им удалось убежать, побросав краденые вещи. Гробничная стража и жрецы вошли в склеп, привели в порядок разбросанные в первой комнате вещи, посовали их кое-как в ящики, — авось фараон на том свете разберется в них сам, затем могилу закрыли, замуровали, лестницу засыпали щебнем и о могиле забыли, казалось, навсегда.

Кому, действительно, мог быть интересен фараон, правивший шесть лет по указке фиванских жрецов, рано умерший и за свою короткую жизнь не сделавший ровно ничего, что могло бы заставить помнить его имя. Вспомнили о нем только археологи, знавшие некоторые памятники с его именем. Особенно интересен был тяжелый, золотой перстень-печать с его именем, купленный уже давно одним из американских музеев у феллахов. Может быть и шевельнулась теперь у археологов догадка, не один ли это из тех перстней, часть которых, восемь штук, была небрежно брошена на ящик в первой комнате гробницы, не был ли он все-таки вынесен ворами и не докатился ли он через века до американского музея? Кто знает?

Так много было вещей, так торопились археологи работать, составлять описи, инвентари вещей, что в один прекрасный день они в опись вещей Тутанхамона нечаянно внесли пиджак Картера!

Самым интересным и самым хлопотливым делом было, конечно, обследование второй комнаты и вскрытие саркофагов. Их пришлось разнять снова на панели и выносить по частям. Первый и второй ящики, вставленные друг в друга, были так огромны, что в пустом пространстве между их стенками найдено было много вещей. Рядом с гробом лежали два золотых опахала из страусовых перьев на длинном древке. Там же стоял чудесный, большой сосуд из белого алебастра в форме колокольчика, обращенного широкой частью кверху. В нем были еще остатки масла, и ученые решили, что это — лампа. Опустили в сосуд электрическую лампочку, желтоватый алебастр засквозил, и на стенках его проступили цветные рисунки, в обыкновенное время незаметные. Лампа состояла из двух сосудов, вставленных друг в друга. На поверхности внутреннего были вырезаны изображения, раскрашенные яркими красками. Когда лампа горела, когда зажигали фитиль, плавающий в душистом масле, цветные рисунки становились видны.

Вход в комнату с саркофагом Тутанхамона. По сторонам двери — его статуи

Разобрали панели первого и второго гроба. Под ними оказался третий, тоже из дорогого, привозного дуба, покрытого позолотой. Сняли и этот ящик. Под ним стоял гигантский гроб из розового гранита. А под крышкой гранитного гроба исследователи увидели золоченое ложе и на ложе этом саркофаг в форме спеленутой мумии, сверкавший золотом и вкладками из цветных камней. Головка богини — коршуна Нехебт и богини — змеи Буто15 украшали повязку царя на лбу. На этих головках висел крошечный веночек из голубых лепестков лотоса, сшитый ниткой, вроде тех веночков, которые делают современные дети, втыкая друг в друга цветочки сирени. Кто знает, может быть, вдова Тутанхамона, по возрасту еще совсем девочка, прощаясь последней с телом умершего, повесила ему на лоб свой последний подарок.

В первом саркофаге был вставлен второй, так же, как и первый, обшитый кованым, чеканным золотым листом. Вытащили серебряные шипы, которыми была прибита крышка, подняли ее и увидели третий гроб, сверкавший золотом, полированной поверхностью и великолепными вкладками из цветных камней. Трудно было работать. Температура в гробнице не опускалась ниже 28° Реомюра, стояла страшная духота, места в комнате было мало, с трудом можно было повернуться.

Верхняя часть второго саркофага Тутанхамона

А вынести саркофаг, продолжать работать на воздухе, невозможно. Восемь человек не смогли поднять саркофаг, тем более вынести его из помещения. Попробовали вынуть третий саркофаг из второго. Невозможно! Помимо огромной тяжести, он еще точно влип во второй. При погребении на него вылили не менее двух ведер душистого масла. За три тысячи лет оно превратилось в густую, липкую, вязкую массу, крепко и приятно благоухающую.

Археологи пошли на риск. С помощью системы блоков оба саркофага перевернули лицом вниз. Внутренний гроб обложили оловянным листом, плавящимся только при 520° Цельсия; внешний гроб обернули мокрыми тряпками, чтобы не загорелись дерево и смолы, подтянули огромную тяжесть обоих саркофагов на леса и подставили под них сильные парафиновые лампы. Через несколько часов смолы размягчились, и тогда нижнюю часть второго саркофага сняли с третьего, как футляр. Обмыли саркофаг уксусным спиртом. Открыли крышку и поняли, почему он так невероятно тяжел, почему при длине в 1 метр 85 сантиметров он весит не менее 4V2 центнеров.

Саркофаг этот необычайно художественно сделан из чистого золота, и если судить о его ценности только по весу, а не по его редкой художественности, то золота в нем — на наши деньги на 500 тысяч золотых рублей.

Мумия, лежавшая в этом золотом гробу, была покрыта еще маской, тоже золотой с цветными вкладками из камней и стекла, такой же необычайно художественной работы. Она представляет огромную ценность, потому что является точным портретом покойного фараона. Золотая стоимость ее «невелика» по сравнению с золотым саркофагом, — всего 50 тысяч золотых рублей!

Вскрытия мумии ждали с нетерпением как ученые, так и просто любопытные. Хорошо ли она сохранилась? Как выглядел Тутанхамон на самом деле? Нельзя ли установить, отчего он умер?

Портретная голова Тутанхамона. Юный фараон поднимает голову из цветка лотоса, как солнечный бог Ра, который, по египетскому представлению, возник из цветка, выросшего из вод океана при сотворении мира

Развертывать ее оказалось труднее, чем можно было ожидать. Душистые масла проникли и в золотой гроб, так что мумия была буквально погружена в них. Голова лежала выше, масло не коснулось ее, и это хорошо, потому что бинты на теле и самая мумия слиплись и почернели. Пришлось бинты не развертывать, а срезать большими кусками. На мумии было огромное количество золотых украшений и амулетов. На голове фараона была одета диадема — повязка из золота и сердолика. Великолепные ожерелья покрывали грудь, на ногах были золотые, кованые сандалии, на пальцах рук и ног были одеты золотые футляры.

Но самое любопытное было, что среди всего этого сверкания золота и цветных камней самое почетное место занимали три предмета. Под головой лежал амулет в форме подставочки для головы, заменяющей подушку. Амулет этот был выкован из железа. На руке был одет широкий железный браслет, украшенный цветными камнями, на пальце красовался железный перстень.

Вавилонский царь Бурнабуриаш писал как-то Аменхотепу III, отцу Эхнатона: «Брат мой, золота в твоей стране столько же, сколько песка». Зато железо здесь было в те времена еще так редко, что его ценили дороже золота.

Сняли бинты, мягкой кистью смахнули с лица мумии тонкую пыль пелены, лежавшей на теле, и перед археологами предстал Тутанхамон, которого они так долго искали.

Кто хочет узнать подробно от самих исследователей ход их работы, может прочесть их книжку, одну из самых увлекательных повестей последнего времени[1]. Нам же остается сказать только несколько слов еще о самом Тутанхамоне. Он был очень еще молод в момент смерти, — не более 18 лет, говорят ученые, осмотревшие внимательно его мумию. Очень худощавый, он не производил впечатления здорового человека. Но причины смерти установить не удалось.

Зато можно, хотя и приблизительно только, сказать, в какое время года он умер: гроб его был украшен гирляндой васильков, а васильки в Египте цветут примерно между серединой марта и концом апреля; значит, Тутанхамон умер в эти именно месяцы или немного раньше.

Что стало с молодой вдовой его, мы не знаем. Последнее вещественное воспоминание о ней — веночек из голубых лепестков на лбу саркофага.

Тутанхамон в виде юного солнечного бога Гора, поражающего злого бога Сета, врага Осириса, отца Гора. Обожествленный царь, стоит в ладье из стеблей папируса. Деревянная статуэтка

Бальзамирование тела Тутанхамона. По картине художника Матания

Вот с какой невероятной роскошью хоронили в Египте фараонов в эпоху Нового царства за 1500—1000 лет до нашей эры.

А ведь гробница Тутанхамона не принадлежала еще к самым богатым. Ее, может быть, устраивали даже наспех, как думают ученые, потому что росписи в ней сделаны только на степах комнаты с саркофагом и сделаны плохо. Что же было в гробницах Сети I, фараона следующей, XIX, династии, или Рамзеса III, фараона XX династии, если и теперь еще мы удивляемся их огромным размерам, бесконечным анфиладам коридоров, лестниц и комнат, великолепно расписанных, украшенных рельефами большой художественной ценности?! Месяцы нужны были, чтобы перенести в них все дары, все заупокойные жертвы, чтобы устроить все для приема золотого гроба с мумией.

Какая разница с погребением какого-нибудь бедного ремесленника, может быть, одного из тех, которые своими руками высекали рельефы на стенах этих царских гробниц. Тело бедняка не вскрывают, его только посыпают сверху солями, чтобы предохранить от тления. Вместо тонких, как лучший батист, полотняных бинтов, его наспех завертывают в кусок грубого холста. Дерево — дорого, саркофага бедняку не полагается. В самом лучшем случае ему под спину подсовывают небольшую доску из дешевого дерева сикоморы, грубо обрезанную в форме саркофага, но непременно с надписью, упоминающей его имя и перечисляющей все дары, которые ему желают получить на том свете: тысячи быков, гусей, хлебов и сосудов пива, тысячи свертков полотна, тысячи «вещей всяких прекрасных и чистых, которыми живут боги».

Необычайно богаты были погребения фараонов Нового царства, а храмы, выстроенные ими, до сих пор поражают нас своими размерами. Колонны Карнакского храма, например, сложены из огромных гранитных барабанов. Целым лесом прямых стволов подымаются они, раскидываясь наверху гранитными капителями в форме метелки цветущего папируса. Говорят, на такой капители может поместиться сто человек. Статуи Рамзеса II, украшающие вход в Абу-Симбельский храм, имеют 20 метров в вышину и высечены из целой скалы.

Как велики были богатства жрецов бога Амона фиванского и других храмов, об этом нам уже рассказал так называемый «большой папирус Харрис».

Фараоны XIX династии, Сети I и его сын, Рамзее II, вели удачные войны, и Рамзее II даже заключил договор с царем хеттов, народа, осевшего в Малой Азии. Египет стал от хеттов получать железо, которое еще при Тутанхамоне за какие-нибудь 60 лет до того было так редко, что из него делали только браслеты и кольца.

По-прежнему египетские суда бороздили Средиземное море, вывозя из Библа дань подвластных Египту князьков: кедровое дерево, кедровое масло для бальзамировки, слитки серебра, бронзу, синюю ляпис-лазурь — дорогой камень, вывозившийся через Месопотамию из далеких гор Афганистана.

Рамзее III победоносно сражался с ливийцами и отразил нашествие «народов моря»16.

Казалось, власть фараонов при деятельной поддержке жрецов и войска взлетела так высоко, как никогда. Но заглянем опять в папирусы, посмотрим, подтверждают ли они блестящее состояние страны.

  • [1] О раскопках в гробнице Тутанхамона можно подробно прочесть в книгеКартер-Мейс — Тутанхамон, гробница египетского фараона. Гос. издательство. 1927 г.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >