Литература периода Феодальной раздробленности (вторая треть XII – первая половина XIII вв.)

Образование самостоятельных полугосударств на северо-востоке, юго-западе, северо-западе и юге Руси приводит к формированию на базе литературы Киевской Руси местных литературных "школ": Владимиро-Суздальской, Новгородской, Киево- Черниговской, Галицко-Волынской, Полоцко-Смоленской и Турово-Пинской.

Характер и своеобразие этих "школ" проявляется прежде всего в летописании и агиографии, прославлявшей местные святыни. Однако через традиции Киева литературы этих областей устанавливали общие связи и продолжали отстаивать идею единства Русской земли.

Вершиной литературы этого периода является "Слово о полку Игореве", созданное в Киево-Черниговской Руси.

"Слово о полку Игореве"

История открытия и опубликования.

"Слово о полку Игореве" было открыто собирателем древнерусских рукописей А. И. Мусиным-Пушкиным в конце 80-х – начале 90-х годов XVIII в. Он приобрел у архимандрита Иоиля, настоятеля упраздненного Екатериной II Спасо-Ярославского монастыря, рукописный сборник, который, судя по описанию, был написан в XVI в. на северо-западе Руси (в районе Пскова или Новгорода). В состав сборника входили произведения светского характера: "Хронограф"; "Временник, еже нарицается летописание русских князей и земля Русьскыя"; "Слово о полку Игореве" и "Девгениево деяние".

Первое упоминание о находке Мусина-Пушкина сделал в 1792 г. журналист и драматург П. А. Плавильщиков. В начале 1797 г. Μ. М. Херасков в примечании к 16-й песне поэмы "Владимир" известил читателей о найденном произведении древней письменности. В октябре 1797 г. в гамбургском журнале "Spectateur du Nord" Η. Μ. Карамзин поместил заметку с сообщением о находке "песни Игоревых воинов, которую можно сравнить с лучшими Оссиановыми поэмами".

Для работы над рукописью Мусин-Пушкин привлек ученых А. Ф. Малиновского, Η. Н. Бантыш-Каменского и в качестве консультанта Η. М. Карамзина. Благодаря их труду в 1800 г. был опубликован текст "Слова" с периодом на современный русский язык, вступительной статьей и примечаниями.

Очевидно, в 1795–1796 гг. была сделана писарская копия с текста рукописи для Екатерины II. Копия эта затем затерялась в архиве и была обнаружена лишь в 1864 г. Π. П. Пекарским.

В 1812 г. рукописное собрание Мусина-Пушкина погибло в огне московского пожара. В руках исследователей остались лишь печатный текст и выписки, сделанные из рукописи ее первыми издателями. Изучение "Слова". Сразу же в науке раздались голоса скептиков, которые начали отрицать подлинность "Слова". Профессор Μ. Т. Каченовский и писатель О. Сенковский утверждали, что в нашей древней литературе нет ни одного произведения, которое бы по своему художественному уровню приближалось к "Слову". Язык "Слова" не находит, заявляли они, себе соответствий в языке других памятников письменности.

Точка зрения скептиков вызвала горячую отповедь со стороны передовых ученых и писателей. Страстно отстаивал подлинность "Слова" А. С. Пушкин, который хотел сделать поэтический перевод гениальной поэмы и собирал материалы для критической статьи.

В 1813 г. К. Ф. Калайдовичем была найдена приписка на Псковском апостоле 1307 г., которая обнаружила следы влияния "Слова". В приписке говорилось о распрях московского князя Юрия Даниловича и Михаила Тверского в начале XIV в.: "При сих князях сеяшется и ростяше усобицами, гыняше жизнь наша, в князех которы, и веци скоротишася человеком".

В 30-е годы М. А. Максимович установил связь "Слова" с народной украинской поэзией. В 1838 г. было опубликовано "Поведание и сказание о побоище великого князя Дмитрия Ивановича", в котором было ощутимо влияние "Слова". В 1852 г. найдена "Задонщина", в тексте которой обнаруживаются прямые заимствования из "Слова о полку Игореве".

Все эти факты свидетельствовали о подлинности "Слова" и доказывали несостоятельность точки зрения скептиков.

Важную роль в истории изучения "Слова" сыграло его издание в 1844 г. Д. Н. Дубенским . Отстаивая подлинность "Слова", Дубенский снабдил свое издание обстоятельным историко-литературным комментарием.

Большое значение в истории изучения текста поэмы имели издания "Слова", предпринятые в 1866 и 1868 гг. Н. С. Тихонравовым. На основании сличения Екатерининской копии с печатным изданием Мусина-Пушкина Тихонравов внес в текст много исправлений, дал интересный комментарий, в котором привел новые параллели из произведений русского фольклора и древнерусской письменности.

Особенно большое количество работ, посвященных "Слову", появляется в 70-е годы XIX в. Π. П. Вяземский, Вс. Миллер, А. Веселовский отвергли самостоятельность "Слова о полку Игореве", усматривая в нем лишь отражение влияний либо древнегреческой литературы (Π. П. Вяземский), либо южнославянской (Вс. Миллер). С опровержением их точек зрения выступил в 1878 г. А. А. Потебня. В книге "Слово о полку Игореве". Текст и примечания" он доказал, что "Слово" не "сочинено по готовому византийско-болгарскому или иному шаблону". Это произведение, по мнению исследователя, "оригинально и самобытно, оно все проникнуто народно-поэтическими элементами".

Итог предшествующему изучению "Слова" подвела трехтомная работа Е. В. Барсова "Слово о полку Игореве" как художественный памятник Киевской дружинной Руси" (1887–1889). Барсов показал связь "Слова" с русской летописью, воинскими повестями, оригинальными и переводными; в третьем томе поместил "Лексикологию "Слова" (доведена до буквы М). Собранный исследователем фактический материал, библиография, доведенная до 1885 г., и "Лексикология "Слова" не потеряли до сих пор своего научного значения.

В конце XIX – начале XX в. исследователи "Слова" уясняли отдельные "темные места" памятника, его ритмический строй, композиционные особенности, устанавливали связи с западноевропейским средневековым эпосом.

Результатом обобщения этих исследований явилась обстоятельная работа В. Н. Перетца "Слово о полку IropcBiM. Памятка феодальноi Украши – Русi XII вiку". (Кшв, 1926). В этой работе на основе изучения мусин-пушкинской и екатерининской копий исследователь предложил свою реконструкцию текста памятника и ряд новых конъектур. Он устанавливает отзвуки "Слова" в литературе XVI в. Кроме того, В. Н. Перетц выявляет связи "Слова" с книжно-библейской традицией и исследует его народно-поэтическую основу. В работе содержатся интересные наблюдения, устанавливающие общность "Слова о полку Игореве" с произведениями западноевропейского средневекового эпоса.

Перестановки текста, предложенные Перетцем, и ряд внесенных им поправок вызвали возражения В. Ф. Ржиги, Н. К. Гудзия и других ученых, которые справедливо упрекали автора в том, что он мало внимания уделил выяснению связей "Слова" с исторической и культурной жизнью Киевской Руси.

Советскими учеными 30–50-х гг. было по-новому оценено идейное содержание произведения, всесторонне рассмотрено художественное мастерство и языковое стилистическое своеобразие "Слова". В этом отношении значительный интерес представляют работы А. С. Орлова "Слово о полку Игореве" (1934; 2-изд., 1946), Д. С. Лихачева "Слово о полку Игореве" (1950; 2-изд., 1955), сборник "Слово о полку Игореве" под ред. В. П. Адриановой-Перетц (1950).

Особенно плодотворными в изучении "Слова" были 1938, 1950, 1975 и 1985–1986 гг., когда наша страна отмечала 750-летие со дня появления памятника, 150-летие, 175-летие со дня выхода в свет его первого издания и 800-летие его создания.

"Слово о полку Игореве" привлекает к себе внимание на только русских исследователей, но и многих ученых – филологов и историков за пределами нашей страны. В конце 30-х – начале 40-х годов вновь возрождается скептическое направление в изучении "Слова". Профессор Сорбонны, известный славист Анре Мазон выступает с рядом статей, а затем монографией "Слово о полку Игореве" (Париж, 1940). Он пытается доказать, что "Слово" является поздней подделкой, созданной на основе "Задонщины".

Капитальное текстологическое исследование "Задонщины", проведенное научными сотрудниками сектора древнерусской литературы Пушкинского дома АН СССР, – "Слово о полку Игореве" и памятники Куликовского цикла" (1966) – опровергло мнение о вторичности "Слова" по отношению к "Задонщине". В книге "Слово о полку Игореве" и памятники русской литературы XI–XII вв." (1968) на большом фактическом материале В. П. Адрианова-Перетц показывает связь языка и стиля "Слова" с литературой того времени.

Среди работ о "Слове" интересны исследования Б. А. Рыбакова "Слово о полку Игореве" и его современники" (1971) и "Русские летописцы и автор "Слова о полку Игореве" (1972). Выдающийся советский историк рассматривает "Слово" и как поэтическое произведение, и как мудрый политический трактат, и как интересное историческое исследование. Он подходит к анализу "Слова" с точки зрения исторической логики событий и предлагает сделать в тексте шесть перестановок. Однако эти перестановки нарушают поэтическую структуру "Слова". Весьма любопытна гипотеза Б. А. Рыбакова об авторе "Слова". Им был, по мнению исследователя, киевлянин, старший дружинник князя – Петр Бориславич.

К 800-летнему юбилею "Слова" была переиздана интересная монография Д. С. Лихачева "Слово о полку Игореве" и культура его времени" (Л., 1985), где раскрываются глубокие связи художественной и идейной системы "Слова" с культурой Древней Руси, с исторической действительностью.

Вышли в свет сборники научных статей "Слово о полку Игореве" и его время" (под ред. Б. А. Рыбакова. М., 1985), "Исследования "Слова о полку Игореве" (отв. ред. Д. С. Лихачев. Л., 1986), монография Н. А. Баскакова "Тюркская лексика в "Слове о полку Игореве" (М, 1985); появился ряд статей в нашей периодике, в частности в журналах "Коммунист", "Вопросы литературы", "Русская литература"; вышли в свет юбилейные издания текста и переводов "Слова".

Интерес к "Слову о полку Игореве" не прекращается и по сей день. Об этом свидетельствуют многочисленные статьи и монографии, появляющиеся о "Слове" как у нас, так и за рубежом[1].

Итог двухвекового изучения "Слова" подводит фундаментальный коллективный труд ученых сектора древнерусской литературы Пушкинского дома Российской Академии наук пятитомная "Энциклопедия "Слова о полку Игореве" (СПб., 1995).

"Энциклопедия" содержит исчерпывающие сведения о всех исследователях, переводчиках "Слова", его иллюстраторах; содержит обстоятельный историко-географический комментарий текста; большое внимание уделяет художественной специфике памятника, проблемам его жанра и стиля; дает толкование так называемых "темных мест" "Слова". "Энциклопедия" в то же время побуждает молодых исследователей к дальнейшему изучению текста гениальной героической поэмы XII столетия.

  • [1] См.: "Слою о полку Игореве". Библиография изданий, переводов и исследований / Сост. В. П. Адрианова-Перетц. М.; Л., 1940; "Слово о полку Игореве". Библиография изданий, переводов и исследований 1938–1954 гг./Сост. Л.А.Дмитриев. М; Л., 1955; "Слово о полку Игореве". Библиографический указатель (1968–1987 гг.). Издания, переводы, исследования на русском, украинском и белорусском языках. / Сост.: Η. Ф. Дробленкова, Л. В. Соколова. Ю. В. Пелешенко, Л. Н. Зарембо. Л., 1991.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >