Эмпирическое направление в философии Нового времени

Родоначальником эмпиризма был английский философ и политический деятель Френсис Бэкон (1561 – 1626), который, как и другие мыслители Нового времени, был убежден в том, что философия способна стать наукой и должна ею стать.

Наука была для основоположника эмпиризма высшей ценностью, обладающей практической значимостью. Отношение к науке он выразил в афоризме: "Знание – сила". Бэкон любил повторять: мы столько можем, сколько мы знаем. Свои обобщения по поводу громадной роли науки в жизни человечества и поисков наиболее продуктивного метода научного исследования он изложил в незаконченном труде "Великое восстановление наук", частями которого были трактаты "О достоинстве и приумножении наук" и "Новый Органон, или Истинные указания для истолкования природы".

Главное затруднение в познании природы, по мысли Бэкона, находится не в предмете, не во внешних, не зависящих от нас условиях, а в уме человека, в его употреблении и применении. Он считал, что созидательной части новой философии должна предшествовать работа, направленная на выяснение причин, затемняющих естественный разум, его проницательность. Такими причинами выступают идолы (лат. idola – буквально образы, в том числе и искаженные).

Идолами Бэкон называет заблуждения разума, искажающие познание. Среди них он выделяет как индивидуальные заблуждения, так и заблуждения, присущие человеческому познанию в целом.

Первый вид заблуждений – "призраки рода". Они "вскормлены самой человеческой природой", являются следствием несовершенства органов чувств, которые неизбежно обманывают. Однако они же и указывают на свои ошибки.

Второй вид заблуждений – "призраки пещеры" – носят индивидуальный характер и возникают в процессе воспитания. По мнению Бэкона, каждый человек смотрит на мир как бы из своей пещеры, из своего субъективного внутреннего мира, что, конечно, сказывается на его суждениях. Преодолеть эти заблуждения можно при использовании коллективного опыта и наблюдений.

Третий вид заблуждений – "призраки рынка" – проистекает из особенностей социальной жизни человека, от привычки пользоваться в суждениях о мире распространенными представлениями и мнениями. Они, по мнению основоположника эмпиризма, наиболее тяжкие из всех. Так как они внедрены в разум.

Четвертый вид заблуждений – "призраки театра" – связан со слепой верой в авторитеты, ложные теории и философские учения. Они заслоняют глаза пеленой катаракты, продолжают плодиться, и, возможно, – в будущем их будет еще больше. А потому "истина – дочь времени, а не авторитета"[1].

Время показало, что Бэкон не ошибся при выделении заблуждений разума, более того, с развитием науки их стало отнюдь не меньше, а наоборот, больше.

Очистив разум от призраков, следует выбрать метод познания. Для Бэкона правильный метод – наилучшее руководство на пути к будущим открытиям и изобретениям, кратчайший путь к истине. Указывая кратчайший путь к открытиям, он увеличивает власть человека над природой.

Он образно характеризовал методы познания как пути муравья, паука и пчелы. Путь муравья – узкий эмпиризм, умение собирать факты, но не умение их обобщать. Паук выводит истины из разума, а это ведет к пренебрежению фактами. Подлинный путь познания – путь пчелы, который состоит в умственной переработке опытных данных, подобно тому как пчела, собирая нектар, перерабатывает его в мед.

Каким же образом следует познавать вещи? Нужно, считает Бэкон, начинать с выделения в вещи элементарных форм и познания этих форм, сопоставления их с данными опыта. Путь истинного познания – индукция (от лат. inductio – наведение), т.е. движение познания от единичного к общему. Индукция, по Бэкону, – компас корабля науки. Он попытался разработать универсальный индуктивный метод, который с необходимостью вел бы к истине – метод элиминативной индукции. Как показывает название (от лат. eleminatio – исключение, удаление), такая индукция основывается на перечислении всех случаев и исключении случаев, в которых свойства исследуемых предметов и явлений не согласуются с предполагаемым общим свойством или закономерностью. Этот метод впоследствии был систематизирован английским логиком, представителем философии позитивизма Д. С. Миллем при анализе простейших причинных связей между явлениями. Немецкий химик Ю. Либих в работе "Бэкон Веруламский и метод естествознания" иронично заметил, что единственное достоинство метода Бэкона в том, что никто из ученых им не пользовался, поскольку индуктивным путем теории не создаются. Элиминативная индукция через перечисление и исключение может выступать только в качестве частного, но отнюдь не общего научного метода. Значение философии Бэкона не в том, что он вооружил ученых научным методом познания, он его не разработал, а в том, что он провозгласил опытное познание в качестве главного метода познания природы, открыв тем самым дорогу будущему экспериментальному естествознанию.

Непосредственным продолжением философии Ф. Бэкона была философия Томаса Гоббса (1588–1679). Свои основные идеи в области философии Гоббс изложил в трилогии "Основы философии", которая включает в себя сочинения "О теле", "О человеке", "О гражданине". Девиз Бэкона "Знание – сила" был присущ и Гоббсу, считавшему, что "своими величайшими успехами человеческий род обязан технике"[2]. Однако, в отличие от Бэкона, он считал, что значение философии, опирающейся на науку, заключается не только в том, что она увеличивает техническую мощь человечества и его господство над природой, но, познавая истинные законы гражданского общества, помогает людям устранить зло из общественной жизни.

Гоббс создал первую законченную систему механистического материализма, соответствующую уровню науки XVII в., которая в настоящее время представляет только исторический интерес.

В центре его системы лежит понятие тела. Тело независимо от нашего мышления. Оно есть вещь, находящаяся вне нас, в силу чего Гоббс обозначает его как внешне сущее. Реально существуют только отдельные конкретные единичные тела, которым присущи два свойства: протяженность и движение. Поэтому основными науками являются геометрия и механика.

В теории познания Гоббс сочетал эмпиризм с элементами рационализма: тело может быть познано как при помощи наших чувств, так и разумом.

Процесс познания начинается с чувственности: получив восприятия, люди, в отличие от животных, обозначают их именами, которые выступают как знаки: "Лишь благодаря именам, мы способны к знанию"[3]. Знаки, или имена, в жизни людей выполняют не только познавательную функцию, их значение намного шире. А именно, знаки, слова создали самого человека как человека. В целях общения между собой и сообщения другим своих представлений люди выработали язык, который определил собой переход от естественного к общественному состоянию.

Гоббс разработал типологию знаков, где выделил естественные знаки, непосредственно относящиеся к предметам и явлениям (например, туча – знак дождя) и искусственные знаки, создаваемые человеком, к которым относятся слова человеческой речи. Для Гоббса понятия человеческого ума суть не что иное, как имена. Среди искусственных знаков Гоббс выделял особую категорию – знаки знаков, или имена имен, которые представляют собой универсалии, или абстрактные понятия. Он был одним из наиболее последовательных номиналистов и считал, что не существует никаких "общих сущностей" и поэтому универсалии – только имена. Именно поэтому для него общее понятие материи несостоятельно, поскольку является абстракцией, которая ничему не соответствует в реальности.

Обозначение именами вещей позволяет их классифицировать и давать определения, которые в процессе познания соединяются в утверждения.

Наука достигает своей цели – всеобщего необходимого знания – путем оперирования общими именами. Мышление есть не что иное, как связывание и разъединение имен, их сложение и вычитание. Мыслить – значит производить исчисление. Утверждения будут истинными или ложными в зависимости от того, соотносятся ли связи имен внутри него со связями вещей вне него. Если в состав утверждений включаются двусмысленные имена или имена, обозначающие то, чего на самом деле нет, то это неизбежно приведет к заблуждениям.

Современные исследователи отмечают, что заслуга Гоббса при разработке учения о знаках состоит в том, что он первым указал на знаковый характер естественных языков, а также предвосхитил некоторые идеи математической логики и семиотики[4].

  • [1] Бэкон Ф. Сочинения: в 2 т. М.: Мысль, 1977. С. 48.
  • [2] Гоббс Т. Сочинения: в 2 т. Т. 1. М.: Мысль, 1989. С. 77.
  • [3] Гоббс Т. Избранные произведения: в 2 т. Т. 1. М.: Мысль, 1964. С. 460.
  • [4] См.: Маковельский А. О. История логики // Электронная Библиотека LITRU.RU. URL: vwvw.litru.ru.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >