Средневековая христианская концепция человека

В Средние века были распространены представления о предопределенности человеческой судьбы и непременном воздаянии по заслугам в потустороннем мире. Главная задача для человека состоит в том, чтобы приобщиться к Богу и обрести спасение в день Страшного суда (сотериология).

Августин Аврелий (Блаженный) ставит в центр своей философии человека как живую личность. Августин чувствует незащищенность, открытость человека в его исторической ситуации; проблемой для него становится историчность и уникальность (два элемента, совершенно чуждых Античности). Впервые свое место в философском сознании получает внутренний мир человека в его полноте.

Августин утверждал, что отцом истины, мудрости, добра и красоты является Бог, создавший человека, как и все сущее, "из ничего". Причем одних людей Бог сотворил для счастья. Других же осудил на вечные муки. Первых после смерти ждет рай, а вторых – Страшный суд. Согласно взглядам Августина, сущность человека – в его божественном творении и служении Богу.

Важнейшим элементом учения Августина является выделение им воли, которая у него тесно связывается с любовью. Для конкретной нравственной жизни человека решающую роль играет не столько интеллект, сколько воля. Так, Августин ставит любовь выше теории, веру – выше знания, живую надежду – выше рациональной уверенности.

Фома Аквинский считал, что человек – это личностное единство души и тела. Бог создал сначала тело, а затем вдохнул в него бессмертную душу. Душа – двигатель человеческого существа. Рассуждая по этому поводу, Фома помещал человека между миром животных и ангелами; человек выше животных, но ниже ангелов. Божественное провидение закрепило за одними людьми сельскохозяйственный труд, за другими – ремесла, за третьими – умственную деятельность и т.д. Нет материи вообще без конкретного материального носителя, пет "человека вообще" без этого человека.

Движение реформации, в отличие от средневекового приоритета идеи миропорядка, подчеркивает живую индивидуальную уникальность встречи человека с Богом (М. Лютер). Человеческое существование рассматривается, прежде всего, в его глубокой греховности; природа трактуется, по сути, как падшая.

Всякий человек отделен от Бога глубокой пропастью. Эта пропасть не может быть преодолена никаким, пусть даже предельным напряжением человеческих сил – лишь верой и божественной милостью (Ж. Кальвин). Пет никакой прямой и непрерывной дороги от природы к Богу. Поскольку сам Бог обладает абсолютно свободной волей, не ограниченной никакими вечными сущностными принципами, нет и никакой необходимой существенной связи между творцом и творением. Имеет значение только свободное божественное решение о даровании милости или отказе в ней. Это решение принимается в ходе уникально-индивидуальной встречи человека с живым божественным "Ты" (лютеровский принцип личностного договора с Богом посредством Святого писания). Это означает, что категория индивидуального имеет явственный приоритет перед всеми всеобщими сущностными принципами, перед закономерностями разума и природы, перед системами догм или институциональными правилами.

Человек эпохи Возрождения и Нового времени в европейской философии

В эпоху Возрождения господствующей становится гуманистическая концепция человека. Д. Алигьери в "Божественной комедии" подчеркивает, что "из всех проявлений божественной мудрости человек – величайшее чудо".

Ф. Петрарка, создатель понятия "гуманизм", в своих стихах изображал победу любви над человеком, целомудрия над любовью, смерти над целомудрием, славы над смертью, времени над славой и вечности над временем. Высшая степень свободы и индивидуальная форма ее выступают как идеал, к которому следует стремиться каждому человеку. Человек ощущает себя творчески уникальным существом и полностью осознает свою собственную силу и ценность.

Л. Валла создал учение, согласно которому жизнь – высшая ценность, а поэтому весь процесс жизнедеятельности должен быть стремлением к наслаждениям и благу, как чувству радости. Аскетическим добродетелям он противопоставляет светские добродетели: добродетель не только в перенесении бедности, но и в том, чтобы разумно пользоваться богатством; не только в воздержании, но и в браке; не только в послушании, но и в том, чтобы мудро управлять.

Т. Мор и Т. Кампанелла провозгласили достоинство человеческой личности, ее разум и благородство. Был поставлен вопрос о взаимоотношениях между человеком и природой, личностью и обществом, формируется идеал всесторонне развитой личности, намечаются контуры нового общества, в котором осуществлялось бы свободное развитие всех и каждого.

В философии данного периода Бог хотя и не отрицается полностью, однако знаменем ее является не Бог, а человек творческий. Вся философия эпохи Возрождения оказывается пронизанной пафосом гуманизма, автономией человека, верой в его безграничные возможности.

В Новое время усилилось стремление к освобождению человека от включенности во всяческие связи потустороннего характера и подчеркивание его посюсторонней активности, что выразилось в его стремлении подчинить окружающую среду своему знанию и практической деятельности. В это время стало заметно влияние частного интереса (индивидуализма, эгоизма и утилитаризма) на представления о человеке, мотивы его поведения и жизненные установки.

Р. Декарт считал, что мышление является единственно достоверным свидетельством человеческого существования, что вытекает уже из его основополагающего тезиса – "Я мыслю, следовательно, я существую". Для взглядов Декарта характерен антропологический дуализм души и тела, рассмотрение их как разнокачественных субстанций.

С одной стороны, тело человека включено во всеобщую закономерную связь (детерминизм), в которой он утрачивает какой бы то ни было индивидуальный характер и является лишь элементом всеобщей структуры. С другой стороны, человек – это индивидуальная душа, независимая, замкнутая в себе субстанция, обладающая свободой воли. Этот фундаментальный дуализм человеческого бытия становится отправным пунктом для двух основных направлений в антропологии Нового времени: рационалистического и натуралистического.

Рационалистическое направление опирается на признание в качестве основной детерминанты человека его разума. Г. Лейбниц сделал картезианский элемент духовной субстанции единственным фундаментом своей антропологии. Все, даже и тела, состоит, согласно его учению, из духовных субстанций-монад. Таким образом, идея живой, индивидуальной души стоит в центре всей концепции. Каждая монада – а тем самым, и каждый человек – является уникальным, не похожим на другие, центром свободной, спонтанной активности. Хотя все бытие и состоит из монад, они тем не менее различаются степенью сознательности. Низшие монады бессознательны. Лишь в человеке монады достигают самосознания и подлинной духовности. Идея индивидуальности находит свое крайнее выражение в тезисе Лейбница, что монады не имеют окон, что они полностью замкнуты в себе и не могут ни воспринимать внешнее воздействие, ни оказывать воздействие вовне.

По мнению Вольтера, человек подчинен строгим детерминистским законам, которые породил "вечный геометр" – Бог. У человека есть неизменная сущность, которая совершенно не подвержена никаким изменениям, он не имеет в себе совершенно ничего загадочного, напротив, он определен ясными и очевидными принципами разума.

Несмотря на абсолютно неизменную природу человека, имеет место процесс совершенствования, исправления и прогресса, который в ходе исторического развития все более и более проясняет это подлинное бытие.

Натуралистическое направление ориентируется на редукцию (сведение) всех ступеней бытия к самой низшей, физикалистской ступени и ее закономерностям.

Т. Гоббс утверждал, что человек по природе своей существо не общественное, а индивидуалистическое, и даже эгоистическое. По Гоббсу, все люди от природы равны, имеют равные возможности для достижения своих целей, но находятся в состоянии борьбы всех против всех, а "человек человеку – волк". Глубинная основа такого состояния – всеобщая конкуренция между людьми, "война всех против всех". Сам Гоббс в связи с этим пишет: "Человеческая жизнь может быть сравнима с состоянием в беге... Единственная цель и единственная возможная награда каждого из участников – это оказаться впереди своих конкурентов"[1]. Поэтому государство должно ограничивать свободу отдельных индивидов, чтобы они не могли причинить вред другим.

Механистический взгляд на человека был свойствен и французским материалистам XVIII в. В книге Жюльен Ламетри "Человек-машина" человеческий организм рассматривается как "самозаводящаяся машина", подобная часовому механизму. "Человек – настолько сложная машина, что совершенно невозможно составить себе о ней яркое представление, а затем дать точное определение"[2].

По мнению Клода-Адриана Гельвеция, дух можно без остатка вывести из чувственности. Он есть лишь функция чувственных факторов. Так, Гельвеций верит во всесилие воспитания, которое посредством соответствующего научного влияния на эти факторы могло бы усовершенствовать всего человека в целом.

Французские материалисты признавали значительное влияние социальной среды на развитие личности, утверждали необходимость целенаправленного формирования нравственных качеств индивида.

В немецкой классической философии И. Кант стал по существу создателем новой области философского знания – философской антропологии. Человек – это уникальное существо, о котором можно философствовать отдельно и особо. Вселенский замысел философии можно выразить, считал Кант, в следующих вопросах: "Что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться?" И, наконец, четвертый вопрос, интегрирующий, обобщающий все предыдущие: "Что есть человек?"

Как часть природы человек подчинен необходимости, а как носитель духовности – он свободен. Главную роль Кант отводил "абсолютным" ценностям и нравственной свободе человека. Кант стремится утвердить человека в качестве свободного и независимого начала, законодателя своей жизнедеятельности. При этом исходным принципом поведения человека должен быть категорический императив – непреложное внутреннее повеление, требование, основанное на том, что всякая личность является самоцелью, обладает самоценностью и самодостаточностью и потому ни в коем случае не может быть лишь средством для достижения каких-либо целей.

Человек, пишет Кант, "по природе зол" и эгоистичен, но вместе с тем в нем есть задатки добра, которые дают о себе знать в виде чувства вины, составляющего основу морали. Человек, который всегда прав и у которого всегда спокойная совесть, ненормален и аморален. Основное отличие человека от других существ – самосознание. Из него вытекает и эгоизм как природное свойство человека.

Г. Гегель сводил конкретную человеческую личность и человеческую общность к ипостаси Мирового Разума. Человек и его сознание, по Гегелю, в конечном счете есть не что иное, как самоотчуждение Мирового Духа в форме его самосознания. Нравственность возникает не на основе практической деятельности людей, а выступает как момент саморазвития Духа.

Гегель с наибольшей силой выразил положение о человеке как субъекте духовной деятельности и носителе общезначимого духа и разума. Личность, в отличие от индивида, начинается только с осознания себя как существа "бесконечного, всеобщего и свободного".

Л. Фейербах повел борьбу против гегелевского панлогизма, утверждая самоценность и значимость живого, конкретного человека, понимаемого прежде всего как часть природы, чувственно-телесное существо. Сам Бог, по Фейербаху, есть не что иное, как отчужденная от человека объективированная проекция его духа. Отвергая религиозный культ, немецкий философ-материалист противопоставлял ему "обоготворение человека". Любовь, как живая, основанная на страстях встреча "я" и "ты" есть подлинный центр антропологической концепции Фейербаха.

Фейербах абсолютизировал биологический характер человеческого существа. В соответствии с его антропологическим принципом, началом всего выступает любовь как неотъемлемый элемент бытия людей в обществе, что привело к созданию новой религии, в которой "человек человеку Бог".

К. Маркс начинал как последовательный гуманист, ставя вопрос о великом назначении человека, о соотношении личности и общества. Его волновали причины отчуждения человека от общества и их преодоление, создание условий для свободного и всестороннего развития. Маркс пришел к выводу, что для их обеспечения необходимо коренным образом изменить общественные отношения. Однако социализация человека, вплоть до его "обобществления", включенность без остатка в общественные связи и отношения приводит к утрате его индивидуальности. В итоге теряется сам человек, его неповторимость, уникальность, его духовность. Человек начинает рассматриваться не как цель, а как средство, в итоге получается, что не государство существует для человека, а человек – для государства и общества. Следует отметить, что в такого рода практически-политических последствиях для человека повинен не столько Маркс и его учение, сколько догматизация и абсолютизация свойственного ему социоцентризма.

  • [1] Гоббс Т. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского // Его же. Избранные произведения: в 2 т. Т. 1. М., 1964. С. 442.
  • [2] Цит. по: Антология мировой философии: в 4 т. Т. 2. С. 610.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >