Политические идеи Средневековья, эпох Возрождения и Реформации

Европейская политическая мысль эпохи Средневековья (V—XV вв.), существовавшая в контексте религиозного (христианского) мировоззрения, была прочно вплетена в ткань теологической традиции, которая не ограничивалась только рамками официальной церковной доктрины. Церковь играла в этот период ту же роль, которую в Античности выполняло государство, — обеспечивала высшую общественную связь, выступая стержнем культуры и мировоззрения. Государство рассматривалось не как самостоятельный союз, а в его отношении к другому союзу, к церкви. Поэтому центральную проблему средневековой политической теории можно выразить следующим вопросом: какая власть (организация) должна иметь приоритет — духовная или светская (церковь или государство) и, соответственно, как и насколько должны быть разделены их компетенции.

Идеологи церкви, обосновывая ее политические притязания, утверждали, что светские правители получили власть "через посредство церкви", чей авторитет происходит "непосредственно от Бога". Как следствие — безусловная обязанность христианских государей подчиняться владычеству церкви в лице ее главы — Папы Римского как земного наместника Христа.

Основы христианской политической теории были заложены в период утверждения христианства в качестве официальной религии видным идеологом и деятелем христианской церкви Аврелием Августином Блаженным (354—430). Свою политическую философию он изложил в работах "О граде Божием", "О свободной воле" и других сочинениях.

Августин развивал христианскую, линейно-эсхатологическую концепцию истории человечества, в которой все социальные, государственные и правовые учреждения и установления трактовались как следствие греховной природы человека. Господство "человека над человеком", проявляющееся в отношениях управления, господства и рабства, — "естественный порядок человеческой жизни", возникший в результате грехопадения. Человеческая природа становится несовершенной и нуждается в контроле: власть необходима, чтобы обеспечить, насколько это возможно в реальном мире, справедливость и порядок, способствуя тем самым достижению благой жизни в будущем.

Основываясь на этих утверждениях, Августин берет под свою защиту земные социально-политические порядки с той оговоркой, чтобы они не чинили препятствий христианской религии и церкви. В противном случае политическая власть уподобляется насилию, а само государство, будучи лишенным идеи правды и справедливости, — шайке разбойников. Спасая и поддерживая идею государства в новом христианском мире, Августин в то же время заложил основы учения о правомерности борьбы с государством неправедным.

В разработанной им концепции "двух градов" — "града земного" и "града Божьего" — институты светской власти принадлежат к первому, а церковные институты — ко второму "граду". Предложив всестороннюю аргументацию для обоснования превосходства божьего града над градом земным, автор сочинения "О граде Божием" положил начало теоретической традиции, в рамках которой мыслителями Средневековья и Нового времени обосновывалось превосходство духовной власти над светской. Официальная христианская церковь использовала впоследствии эти аргументы Августина Блаженного для защиты собственных властных притязаний и утверждения себя в качестве главного арбитра земных интересов.

Средневековый ученый-богослов Фома Аквинский (1225—1274), канонизированный церковью в 1323 г., изложил в своих сочинениях, прежде всего в сочинении "О правлении государей", собственный вариант политической философии. Он предпринял попытку обновить церковную ортодоксию, переосмыслив место и задачи церкви и государства в мире. С этой целью Аквинат в своих произведениях попытался осуществить синтез аристотелевского учения о государстве с христианскими церковными канонами.

Проблема происхождения и сущности государства решается мыслителем вполне в духе аристотелевской традиции: государство — не порождение греха, а скорее результат общественной природы человека, наделенного свыше свободной рациональной волей. Цель государства — "общее благо", служба обществу, состоящая в обеспечении условий для достойной, разумной жизни человека в этом мире и приближении его спасения.

Государство лишается чисто негативных характеристик и приобретает форму органа положительного благосостояния. Функции государства не могут ограничиваться исключительно охраной формального порядка: государство призвано брать на себя заботу о социально-экономической сфере общественной жизни, т.е. контролировать торговлю, проводить разумную налоговую и финансовую политику, препятствовать получению чрезмерных доходов, в целом способствуя увеличению общего уровня благосостояния своего народа. Таким образом, в политической теории Фомы Аквинского были предложены первые элементы концепции "государства всеобщего благоденствия".

Фома Аквинский также предложил оригинальную теорию закона. Определяя его как установление разума для общего блага, обнародованное тем, кто ответствен за благосостояние общества, т.е. правителем, мыслитель тем самым предоставлял последнему широкий простор для реализации светских принципов. Аквинат выстраивает целую систему законов, в которой различные их виды связаны нитями субординации. Венчает пирамиду вечный закон, заключенный в Боге и тождественный ему, от которого производны другие законы: естественный, человеческий (положительный), божественный (откровенный).

Мыслитель различал три элемента государственной власти: сущность; происхождение и использование. Так, происхождение и использование власти могут быть и хороши, и дурны, поскольку являются делом рук человека. А сущность ее всегда хороша, ибо представляет собой установленный свыше порядок отношений господства-подчинения, при котором воля лиц, находящихся наверху человеческой иерархии, движет теми, кто пребывает на низших уровнях.

Если действия правителей отклоняются от этого порядка, если они противоречат воле Бога и интересам церкви, подданные вправе оказать им сопротивление: повиноваться властям следует настолько, насколько они от Бога. Кроме того, Аквинат оговаривает тот факт, что подчинение человека человеку имеет место только относительно телесных действий: во внутренних движениях души человек должен повиноваться не человеку, а единственно Богу. Тем самым мыслитель разрабатывает идею предела государственного вмешательства и отстаивает определенную автономию частной и духовной жизни человека, отвергая претензию законодателей контролировать и преобразовывать все исключительно при помощи законодательных предписаний.

Воспроизводя почти дословно аристотелевскую модель классификации форм правления, Фома Аквинский в качестве наилучшей и совершенной формы предлагает монархию. Свой выбор он аргументировал фактами исторического опыта, аналогиями с устройством всего мироздания и человеческого организма в частности, а также наибольшей степенью воплощения в монархии единства цели и воли по сравнению с другими формами, способствующее сохранению единства общества. Эти аргументы будут использованы и теоретиками монархии в Новое время.

Главным итогом политического учения Аквината явился вывод о необходимости подчинения светской власти владычеству церкви, который основывался на теории конечной цели: власть светская должна быть дополнена надстраиваемой над ней властью духовной, ибо именно последней принадлежит забота о конечной цели — цели спасения.

Возрождение и Реформация являются самыми знаменательными событиями позднего европейского Средневековья, выступив в качестве своеобразного моста, по которому совершался переход от эпохи Средневековья к Новому времени. XVI в., завершая собой средневековое развитие, открывал перспективу Нового времени, утверждая принципиально новые стандарты человеческого бытия в индивидуальном и общественном плане. В области политической мысли гуманистический идеал самодовлеющей личности выражался в решительном разрыве со средневековой традицией, в поиске новых принципов обоснования государственной власти и деятельности правителей.

Одним из самых ярких политических мыслителей эпохи Возрождения был итальянец Н. Макиавелли (1469—1527). Прошедший жесткую школу практической политики и дипломатии в своей родной Флоренции, он стал автором целого ряда трудов по проблемам власти и политики — "Рассуждения о первой декаде Тита Ливия", "Государь", "История Флоренции" и др., которые и по сей день вызывают множество споров и интерпретаций.

Термин "макиавеллизм" используется обычно для характеристики политики, основанной на культе грубой силы и пренебрежении нормами морали. В литературе Н. Макиавелли объявлен сторонником чистой политики и рассматривается как мыслитель, отделивший политику от морали и религии, как защитник принципа "цель оправдывает средства", что справедливо лишь отчасти. Чтобы избежать поверхностных суждений о характере политических идей Макиавелли, необходимо принять во внимание тот факт, что в его работах речь идет о совершенно новом для Средневековья понимании государства как типа политической организации, осуществляющей власть над людьми, а в некотором смысле и автономной системе ценностей, имеющей собственные цели. Кроме того, важно понимать политико-исторический контекст интеллектуальной и практической деятельности Макиавелли. В его произведениях отражен характер политических процессов, протекавших в современной ему Италии: раздробленная, раздираемая противоречиями бесчисленных политических группировок, она превратилась в арену борьбы между Францией и Испанией за европейскую гегемонию.

Сочинение "Государь" стало плодом отчаяния Н. Макиавелли, в которое его повергли упадок Флоренции, Италии в целом и перспективы собственной судьбы, тесно связанной с судьбой родины. По мнению мыслителя, выйти из этого двойного кризиса можно было только путем объединения Италии с помощью радикальных средств, в том числе и в результате появления сильного политического лидера типа Чезаре Борджа, ставшего прототипом макиавеллиевского государя. Высшая политическая цель для итальянского мыслителя — сохранение государства всеми доступными средствами и любой ценой.

В отличие от Аристотеля, описывавшего политическую жизнь с точки зрения цели, каковой является благо, Н. Макиавелли обращается к истокам политики, часто насильственным и несправедливым. Логическую и психологическую предпосылку его теории власти составляет пессимизм по отношению к людям: люди в целом неблагодарны, лживы, лицемерны, малодушны, алчны и дурны. Тот, кто хочет добиться успеха в политике, не может руководствоваться в своих поступках только законами нравственности, часто он просто вынужден поступать дурно. Государь должен обладать силой духа и творить добро, насколько это возможно, и зло — насколько это необходимо. В основе политического поведения лежит выгода и сила: необходимо уподобиться лисице, чтобы обходить капканы, и льву—чтобы отпугивать волков. Смелость, гибкость и самоуверенность — вот составляющие политического успеха.

Вместе с тем власть не является для Макиавелли самоцелью: это необходимое средство для достижения общего благо — стабильности и единства государства. Не благо отдельных людей, а общественное благо делает государство великим, будь то республика или монархия. С одной стороны, критикуя политику, которая преследует личные и групповые интересы, и, с другой, — восхваляя политику, нацеленную на общее благо, мыслитель не противоречил себе ни в одном из своих произведений — ни в "Государе", ни в "Рассуждениях...", о чем бы речь ни шла — о монархии или республике. Если в спокойные времена стабильность и единство государства достигаются постепенно при участии всего гражданского коллектива (например, в республиканском Риме), то в кризисные периоды, а также при создании и реформировании государства необходимо единовластие, хотя и здесь, согласно Н. Макиавелли, государь — не деспот, а диктатор, действующий во имя общественного блага.

В данном случае Макиавелли, продемонстрировавший в целом реалистичный подход к политике, не пожелал признавать развращающую природу диктаторской власти (так, он не рассматривал процедуру сложения диктаторских полномочий после преодоления кризиса). Не учитывал он и тот факт, что анархия и политическая нестабильность могут возникнуть и как следствие диктатуры, а не только как ее предпосылка. Политические идеи Н. Макиавелли, будучи по своему духовному содержанию противоречивыми и дискуссионными, тем не менее, положили начало европейской политической традиции Нового времени, во многом определив ее дальнейшую проблематику.

Значительный вклад в становление этой традиции внесло и учение другого выдающегося политического мыслителя Возрождения — французского юриста, публициста и политического деятеля Ж. Бодена (1530—1596). В своем главном произведении "Шесть книг о государстве" он первым в истории политической мысли дал толкование суверенитета как важнейшего признака государства.

Отвергая аристотелевскую концепцию возникновения государства путем постепенного объединения нескольких семей в селение, а селений — в полис, Боден утверждает, что государство произошло из насилия: сильнейшие победив слабейших, стали господами. Сходство между семьей и государством состоит лишь в обладании авторитетом: если в семье — это власть отца семейства, возникшая изначально из почитания старших, то в государстве суверенитет — авторитет, основанный не на инстинкте, а на силе.

Суверенитет — это высшая власть над обществом, не ограниченная законом. Суверенитет вечен и неделим, а его существенные признаки — власть издавать и изменять законы без чьего-либо согласия; право суда в последней инстанции; право войны и мира; право чеканки монеты и др. Будучи постоянным атрибутом власти, суверенитет принадлежит правящей в данный момент королевской семье и должен передаваться по праву наследования. Поэтому узурпатор или бунтарь не могут стать легитимными суверенами и требовать подчинения у сообщества. Таким образом, ратуя за твердый порядок престолонаследия, французский политический мыслитель разрабатывал теорию законного лидерства, опирающегося на традицию.

Юрист по образованию, Ж. Боден развивал свои политические идеи в связи с анализом природы и содержания закона, примыкая к теоретикам естественного права. Человеческий закон, считал он, основывается на универсальных принципах — принципах справедливости, которые вместе с тем не могут применяться непосредственно. Законы, как и политические учреждения, по его мнению, должны сообразовываться с различием народов, разнообразием природы, нравов и общественного быта людей.

Эти идеи позволяют рассматривать Ж. Бодена как предшественника не только Ш.-Л. Монтескье и Э. Берка, но и исторической школы права.

Водораздел между Средневековьем и Новым временем в области политической теории может быть охарактеризован как переход от теологического к юридическому мировоззрению. В теологических спорах лидеров Реформации с римско-католической церковью рождалось раннебуржуазное правосознание. Первоначально идеологические основы Реформации носили теологический характер и преследовали цель исправить, реформировать церковь, восстановить апостольское христианство, избавить учение христианства от различного рода "искажений", внесенных папством. Но выступление против важнейшего института — института папства, представлявшего общую санкцию существующего феодального строя, неизбежно потрясло все здание западноевропейского государственного порядка. Идеологи Реформации специально не занимались изучением политико-правовой проблематики, но эти вопросы естественным образом оказались в сфере их внимания благодаря проникновению религии во все области общественной жизни западноевропейского общества.

Одним из крупнейших идеологов Реформации был немецкий богослов Мартин Лютер (1483—1546). Принято считать, что Реформация началась с события, которое произошло в Виттенберге в октябре 1517 г., когда Лютер прикрепил к вратам приходской церкви, где был священником, свои знаменитые 95 тезисов, осуждавшие распространенную в католической церкви практику продажи индульгенций.

Основная идея этих тезисов такова: Евангелию чужда идея искупительных пожертвований, поскольку Бог требует только чистосердечных раскаяний и личного раскаяния. Лютер выдвинул в качестве основной идеи тезис об оправдании верой, согласно которому каждый христианин способен достигнуть спасения исключительно посредством даруемой ему Богом веры в искупительную жертву Христа. Тем самым он отверг претензии духовенства и церкви на контроль над верой и совестью на правах посредника между Богом и людьми, что было своего рода провозглашением свободы и равенства всех людей в делах веры.

На основе данного тезиса М. Лютер выстроил и свою концепцию взаимоотношений церкви и государства. Его идея о том, что "каждый христианин сам себе священник" (так называемый принцип всесвященства), фактически отрицала целесообразность двух властей (светской и церковной), а также двух систем права (светского и канонического). В своей работе "О светской власти. В какой мере ей следует повиноваться" Лютер настаивал на радикальной секуляризации власти, на отмене мирской власти церкви и особой церковной юрисдикции. Светской власти, освобожденной от опеки власти церкви, религиозный реформатор отводил широкое поле деятельности: в области права, политики, экономики, культуры, просвещения. Она приобретает приписываемые прежде церкви функции верховного судьи и арбитра в мирских делах и становится окончательной инстанцией в разрешении споров и установлении в обществе справедливого порядка.

В качестве противовеса подобному положению светской власти Лютером был выдвинут тезис о необходимости полной автономии религиозной организации общества и утверждения вероисповедальной свободы: внутренний мир человека, область веры должны находиться вне юрисдикции светской власти. В случае же ее вторжения в религиозную жизнь немецкий теолог допускал и даже считал справедливым сопротивление такой власти со стороны подданных. Но оружием христианина он считал слово и страдание за веру, но не насилие.

Таким образом, в своих произведениях М. Лютер утвердил идеал свободы в форме свободы совести как первый общий принцип, предшествовавший буржуазному правосознанию. Принцип свободы совести явился предшественником и ряда других раннебуржуазных свобод, предполагая, например, в содержательном смысле свободу проповеди (как прототип свободы слова), свободу создания религиозных общин (как прототип свободы собраний), свободу распространения Писания (как прототип свободы печати) и т.д.

Так, в оболочке ожесточенных споров о таинствах, догматах и символах веры в Европе постепенно совершался переворот в духовно-нравственных и социально-политических ориентациях, подготавливающий почву для буржуазных революций.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >