Русская политическая мысль XIX — начала XX в.

Особенности развития русской политической мысли

Развитие отечественной политической мысли имело специфические особенности в сравнение с западной политической традицией, которые были обусловлены своеобразием исторического пути России. Занимая по своему географическому расположению срединное, промежуточное положение между Европой и Азией, между Западом и Востоком, российский этнос формировался под воздействием этих противоборствующих цивилизаций, испытывая постоянное напряжение в поисках культурной и политической самоидентификации. Прав был в своих оценках Н. А. Бердяев, утверждавший, что "русский народ есть не чисто европейский и не чисто азиатский народ. Россия есть целая часть света, огромный Восток — Запад, она соединяет два мира. И всегда в русской душе боролись два начала — восточное и западное". Эта внутренняя противоречивость характера русской культуры, во многом предопределившая зигзагообразность и прерывистость отечественной истории, способствовала, с одной стороны, ее открытости и "отзывчивости" другим культурам, о которой писали многие русские мыслители (отсюда, например, идеализация Запада в некоторых направлениях отечественной философской и политической мысли); а с другой, сильно развитому мессианскому сознанию, нашедшему свое выражение и в русской политической традиции.

Огромное пространство с потенциально богатыми ресурсами, на котором изначально сосуществовали различные народы с весьма несхожими типами культур, во многом предопределило специфику и роль российского государства, выступившего "собирателем земли русской", главным инструментом ее культурной консолидации и политического единения. Сформировавшийся на этой основе культ сильного государства (державы) и соответственно сильной персонифицированной власти — в рамках последней суверен государства одновременно выступал и его собственником (согласно Р. Пайпсу, "вотчинный" тип государства) — оформил этатистские и патерналистские тенденции отечественной политической культуры. Они и стали объектами рефлексии для представителей русской политической мысли.

История российского государства тесно связана с историей русской православной церкви и православия в целом. Крещение языческой Руси послужило точкой отсчета серьезных политических формообразований и идеологических сдвигов. Правящие круги получили в христианской религии мощное идеологическое средство для укрепления своего господства, в православной церкви — новую разветвленную организацию, которая на разных этапах развития русской государственности выполняла задачу освящения существующего социально-политического строя и идеологического закрепления государственного единства. Кроме того, вплоть до XVIII в. русская политическая мысль развивалась в религиозной форме, и впоследствии сохраняя в своем дискурсе религиозно-эсхатологические элементы и определенный нравственно-этический пафос.

Иллюстрацией этого процесса может послужить пример теории старца псковского Елизарова монастыря Филофея "Москва — третий Рим", которая, не будучи официальной идеологемой Московского государства в XVI в., тем не менее возникла в религиозных кругах для идеологического обоснования начавшегося в этот период формирования русского централизованного государства.

Согласно теории в мире существует вечное царство Рим, которое преемственно переходит из одной страны в другую. Рим в Италии, первый Рим, погиб от католичества, на смену ему явился второй Рим — Византия, которая была затем захвачена турками. На смену Византии пришла Москва — третий Рим, а "четвертому Риму не бывать". В обозначенной формуле были выражены две фундаментальные идеи того времени: богоизбранности русского народа и преемства царств. Они давали приемлемое обоснование возвышения Москвы, ее мессианской роли в будущем. Эта идея о Москве — третьем Риме в XVIII в. поглощается светской имперской идеологией, продолжая существовать на периферии русского общественного сознания.

В XVII—XVIII вв. на политическую мысль в России начинают оказывать существенное влияние идеи западноевропейских философов (Ф. Прокопович, В. Н. Татищев, Я. П. Козельский и др.). Отделяясь от религии, она постепенно переходит в связи с развитием реальной политики и духовной жизни общества на светские позиции.

В немалой степени ускорению этого процесса способствовали реформы Петра I, которые, по убеждению многих исследователей, явились радикальным преобразованием, по типу "революции сверху", дополнившей церковный раскол XVII в. расколом социальным, в результате которого еще больше увеличивается разрыв между властью и остальной частью общества. Г. П. Федотов указывал, что "Петру удалось на века расколоть Россию: на два общества, два народа, переставших понимать друг друга". История России как бы распалась на две части — историю допетровской патриархальной Руси и историю России петровской, "европеизированной". В рамках последней наряду с ценностями нового порядка (ощутимое увеличение значения личности, совершенствование структур государства, изменение роли Церкви, форсирование развития отечественного промышленного, научно-технического, военного потенциала и др.) продолжали существовать и развиваться на уровне народной культуры патриархально-традиционные ценности (общинный коллективизм, соборность, подчиненность личности религии и государству, правовой нигилизм при одновременной склонности к авторитаризму и сильному политическому лидерству и др.).

Европеизация России затронула лишь определенную часть социального тела, не коснувшись низших слоев общества. Крестьянская Россия почти до конца XIX в. оставалась в своем традиционном бытии — в сельской общине, где поведение каждого ее члена было обусловлено коллективистскими традициями и системой контроля со стороны собрания сельского "мира", практиковались внеэкономическое принуждение к труду, а отношения с государством строились по принципу безусловного подчинения, опираясь на идеи "наивного монархизма".

В этой связи специфику отечественной политической традиции во многом принято определять исходя из видения России как промежуточной цивилизации — переходной формы от традиционной, статичной цивилизации к цивилизации нетрадиционной, динамичной. В результате нескольких попыток капиталистической модернизации российское общество оказалось неспособным в полной мере завершить подобный переход. Модернизация в России осуществлялась "сверху", по имперской модели. Развитие промышленности не сопровождалось ростом гражданских свобод, свободомыслие пресекалось, принуждение к труду осуществлялось внеэкономическими средствами и т.д. Преобразования "сверху" не получали обратного импульса, что не только не способствовало укоренению ценностей частной собственности и инициативы, правовых норм, институтов самоуправления и гражданского общества, но и увеличивало разрыв между двумя системами ценностных ориентации: сравнительно узкой управленческой и культурной элиты и остального населения.

В итоге политическую историю России можно представить как картину постоянного противоборства либеральных и патриархально-традиционных ценностей, что и нашло отражение в идейных исканиях отечественных политических мыслителей, прежде всего периода XIX — начала XX в., для которых отношение к реформам Петра становится способом самоопределения в различных направлениях отечественной политической традиции.

Все более четко в русской политической мысли начинают выделяться три главных направления: консервативное, либеральное и радикальное.

Весь XVIII в. в российское государство проходили процессы модернизации, пусть и с переменным успехом, направленные на европеизацию страны и общества. Поэтому консервативные идеи и традиционалистская критика этого курса имели оппозиционный, полулегальный характер.

В первой трети XIX в. происходят определенные изменения в российском сознании и практике, которые были обусловлены целым рядом факторов. Победа в войне с Наполеоном, ее лидирующие позиции в антинаполеоновской коалиции привели к переоценке роли России в Европе. Одновременно трагические события и последствия Французской революции вызвали определенный пессимизм и настороженное отношение в русском обществе к европейским идеалам и ценностям. Эти изменения послужили поводом к постановке в отечественной философской и политической мысли проблемы национального самосознания и самоопределения, которая сконцентрировалась в традиционалистском тезисе: "У России особый путь".

Консервативная политическая традиция в России развивалась в направлении защиты интересов национального единства и государственной целостности, оправдания сильной политической власти и самодержавной формы правления, сохранения самобытных социальных и политических институтов. При этом она акцентировала внимание на преемственности исторического развития и неприятии радикализма в политической теории и практике — как слева, так и справа. Русский консерватизм в XIX в. обращался к практическому жизненному опыту народа, который объявлялся исторической традицией. Консервативным идеалом выступало единство самодержавия и народа: соответствие духу и характеру русского народа делало самодержавие и правление сакральными и законными с исторической точки зрения.

Вместе с тем нельзя рассматривать русских консерваторов как некую единую идейную общность. Под воздействием процессов модернизации в России, русский консерватизм, как и другие направления отечественной политической мысли, подвергался трансформационным изменениям. В результате его идеологи могли эволюционировать от умеренно-консервативных взглядов к охранительным (М. Н. Катков, К. П. Победоносцев), и даже пытались найти способ разрешения проблем модернизации в "союзе социализма с русским самодержавием" (К. Н. Леонтьев). Таким образом, внутри консерватизма были "правые" и "левые" течения. На правом фланге консерватизм плавно перетекал в охранительство и реакцию, которая в начале XX в. вылилась в движение черносотенства, а на левом приобретал явные либеральные черты.

В типологии русского консерватизма условно можно выделить:

  • - историософскую идеологему самодержавия Н. М. Карамзина;
  • - политическую философию славянофильства (К. С. и И. С. Аксаковы, И. В. Киреевский, А. С. Хомяков);
  • - концепции неославянофила (в том числе геополитические) Н. Я. Данилевского и Ф. И. Тютчева;
  • - теорию "русского византизма" К. Н. Леотьева;
  • - направление "официального монархизма" (М. Н. Катков, К. П. Победоносцев, Л. А. Тихомиров);
  • - концепции неомонархизма (И. А. Ильин, П. А. Флоренский).

Либерализм, будучи плодом западноевропейской культуры и не имея глубоких исторических корней в России, также стал одной из интеллектуальных традиций русской политической мысли. Однако, из-за отсутствия широкой социальной базы, массового отклика в России идеи либерализма не находили, оставаясь элитарным проектом общественного развития определенных групп российского общества. Только в начале XX в., в период революции 1905 г., русский либерализм смог окончательно оформиться как политическое движение.

"Либерализм утверждает свободу лица, утверждает ее — в случае необходимости — и против власти, и против других лиц. Каковы могут и должны быть пределы этой свободе, — вопрос, конечно, очень сложный", — писал русский либеральный мыслитель П. Б. Струве. Действительно, представители всех течений русского либерализма в качестве социального идеала принимали идеал буржуазного общества, где интересы отдельной личности и ее неотъемлемые права обладают несомненным приоритетом. Отстаивая идею единства путей развития России и западноевропейских стран, они ратовали за осуществление социальных реформ, преобразующих самодержавие в конституционную монархию, за осуществление на практике идеала правового государства и гражданского общества. Не принимая революцию как способ преобразования существующего общественно-политического строя, русские либералы пропагандировали теорию и практику реформизма. При этом идеи парламентаризма, конституционализма и верховенства права развивались с учетом сложившихся традиций русской государственности и общественности.

В своем развитии русский либерализм, истоки которого некоторые исследователи относят к XVIII в., прошел три этапа:

  • - "правительственный" либерализм, инициируемый "сверху" и уповающий на самоограничение просвещенной монархии (конституционные проекты М. М. Сперанского);
  • - консервативный либерализм пореформенного периода, возникший как проект умеренной интеллигенции, которая стремилась закрепить и расширить общественные преобразования на основе диалога с властью, программы просвещения народа и участия в местном самоуправлении (Б. Н. Чичерин, К. Д. Кавелин, П. Б. Струве);
  • - "новый" (социальный) либерализм начала XX в., предпринявший попытку синтезировать либеральные принципы и некоторые идеи социализма в русле традиций европейской социал-демократии (П. И. Новгородцев, П. И. Кареев, Б. А. Кистяковский, С. И. Гессен и др.). Защищая идею правового государства от критики справа и слева, теоретики "нового" либерализма создают концепции, в которых осмысливаются основные принципы и перспективы развития конституционализма и правовой государственности, прежде всего в российском контексте.

Революционный радикализм — одно из основных направлений общественно-политической мысли России XIX — начала XX в. Он включает политические концепции декабристов, революционных демократов, народничества и марксизма.

Будучи специфической идейной и практической реакцией интеллигенции на процессы модернизации России, на противоречивые условия ее социально-экономического и политического развития, русский радикализм был критически настроен на преодоление несправедливых и антигуманных сторон как крепостнических, так и новых буржуазных отношений. Недооценка эволюционных факторов социального развития, революционность, нигилизм, атеизм, волюнтаризм и антиисторизм — вот основные характерные черты, присущие радикальному мышлению.

Стремясь любой ценой ускорить социальные преобразования и реализовать на практике метафизически сконструированный общественный идеал, представители русского радикализма уповали на особую роль отечественной интеллигенции в этом процессе, призванную организовать и возглавить движение общества в сторону прогресса. В связи с этим политические теории радикализма разрабатывались как совокупность знаний о способах воздействия на массы и их организации. При этом, постепенно утрачивая демократические и гуманистические черты, направление русского радикализма эволюционировало к волюнтаристским и тоталитарным концепциям (анархизм, большевизм).

Наиболее значительной и яркой формой политического радикализма в России начала XX в. явилась политическая идеология большевизма. Ее становление и формирование связано с теоретической и практической деятельностью В. И. Ленина (Ульянова), а также его соратников по партии — Л. Д. Троцкого, Н. И. Бухарина, И. В. Сталина и др. Стержнем этой идеологии явилась идея осуществления пролетарской революции и установление диктатуры пролетариата под руководством большевистской партии, для членов которой революция стала "профессиональным делом" и которая сумела в октябре 1917 г., воспользоваться сложившейся в России исторической ситуацией для захвата власти.

Таким образом, отмеченные особенности эволюции отечественной политической мысли и общая характеристика ее основных направлений в XIX — начале XX в. позволяют говорить о многообразии, оригинальности и вместе с тем противоречивости различных идей, теорий и концепций, составивших пространство политической традиции в России.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >