Сервис гостеприимства в СССР первой половины XX в.

Концепция внутреннего туризма в СССР исключала стремление к высоким стандартам сервиса. Ценились не удобства, а умение преодолевать трудности, выживать в неблагоприятных условиях. Военно-спортивное направление туристской деятельности было призвано воспитывать стойких и здоровых людей, а не любопытствующих путешественников, которым требовались бы комфортабельные гостиницы, рестораны, средства передвижения. Концепция пролетарского туризма предопределила пренебрежение к туристскому сервису. В 1920-е гг. использовалась инфраструктура дореволюционных туристских клубов РОТ, в основном в Крыму и на Кавказе. Когда в 1929–1930 гг. совершился переход к массовому туризму на основе ОПТЭ, материальная база центральной туристской организации оставляла желать лучшего. От "Совтура" и некоторых клубных структур ОПТЭ досталось только несколько предприятий материального производства и бытового обслуживания: мастерские по производству и ремонту туристского инвентаря, лодочные станции, пункты проката лыж и велосипедов. В Крыму и на Кавказе имелось несколько туристских баз и гостиниц низкого уровня сервиса.

Обслуживание пролетарских туристов регулировалось специальными правилами. Например, вопрос размещения решался следующим образом: "Туристы размещаются на базах в общих комнатах, мужчины и женщины отдельно, но но возможности каждая группа вместе. При переполнении базы туристы могут быть размещены в палатках на тюфяках, положенных на пол" (Орлов, с. 199). Питание туристам предоставлялось при сдаче карточек на продукты "по местным нормам". Ограничивалось количество багажа – до 8 кг и только в мягкой упаковке.

В середине 1930-х гг. материальная база ОПТЭ несколько окрепла. В Москве в 1930 г. был построен Дом туриста с библиотекой, фотолабораторией, клубными помещениями. Здесь же был открыт первый в СССР магазин "Турист". Массовость пролетарского туризма предполагала наличие разветвленной системы пунктов отдыха, проката, питания, ночлега. Даже при низком сервисе массовое движение требовало значительной материальной базы. Некоторые средства организации ОПТЭ могли получить сверх взносов своих членов. Туристский финансовый план ОПТЭ включал продажу путевок трудящимся (для членов ОПТЭ – по льготным ценам) для отдыха на имеющихся турбазах и походов по организованным маршрутам; прокат имеющегося инвентаря и предоставление гидов, инструкторов и проводников. Некоторым подспорьем служили и проводимые субботники, общественные работы по приведению в порядок турбаз, ремонту инвентаря и т.п.

Тем не менее обслуживание пролетарских туристов было далеко от атмосферы удобства и заботы. В 1930-е гг. журнал "На суше и на море" сообщал, что прибывшие во Владикавказ ленинградские рабочие-туристы в количестве 35 человек вынуждены были провести ночь на голом полу в столь маленькой комнате, что не могли вытянуть ноги. На перевале "Гуниб – Буйнакск" при посадке в автобус троим туристам не хватило места, и они вынуждены были ехать в багажнике.

Представление о советском сервисе как о некой единообразной структуре не вполне правильно. Сервис существенно различался в зависимости от видов туризма, поскольку были определенные различия в концептуальном понимании их цели. Если спортивный туризм нес значительную пропагандистскую нагрузку, то оздоровительный включался в общую систему здравоохранения; зарубежный туризм воспринимался как поощрение работника, а просветительский нес воспитательную нагрузку. В зависимости от этих подходов свою специфику имели и сервисные установки в каждом виде туризма.

После ликвидации ОПТЭ в 1936 г., когда отдых трудящихся стали организовывать административные органы и профсоюзы, материальная база туризма стала быстро крепнуть, поскольку крупные заводы, учреждения, целые ведомства были заинтересованы в хорошем отдыхе своих работников. Было даже что-то вроде соревнования между ними. Так, все знали, что самые лучшие дома отдыха и санатории находятся у шахтеров, военных, энергетиков и машиностроителей, а самые бедные и неприспособленные – у учителей и служащих. К тому же сформировавшаяся партийно-советская элита предъявила самые высокие требования к устройству своего отдыха. Помимо льготных и бесплатных путевок, партийные функционеры получали так называемые лечебные деньги в виде доплат к отпуску и имели возможность поехать на отдых с семьей.

Продолжая в какой-то мере традицию экскурсионного школьного отдыха, в Советском Союзе сформировалась мощная база для отдыха и оздоровления детей. Летний отдых дошкольников и школьников организовывался теми же профсоюзами. Самой популярной стала форма летних спортивно-оздоровительных лагерей. В зависимости от "богатства" предприятия, на котором работали родители, ребенок мог провести лето на Черноморском побережье или в типовом пионерском лагере в пригороде.

Самым желанным стал пионерский лагерь "Артек", открытый в 1925 г. Он был основан усилиями председателя Российского отделения Международного общества Красного Креста 3. П. Соловьева и не принадлежал ни одному ведомству. Уже это обстоятельство делало "Артек" исключительным явлением. Поддержка со стороны комсомольской и пионерской организаций сделала лагерь действительно всесоюзной здравницей для детей. Первые 80 пионеров "Артека" еще не подозревали о его будущей блистательной судьбе. Они жили в брезентовых палатках, закаляя душу и тело. После первого посещения главного пионерского лагеря делегациями детей из других стран (в 1926 г. приехали дети из Германии) "Артек" стал восприниматься как образцовая модель интернационального отдыха детей.

Детские экскурсионные маршруты и маршруты для родителей с детьми присутствовали и в деятельности ОПТЭ. Здесь сервисный подход различался в зависимости от возраста детей. Обычно составлялись маршруты для детей от 7 до 12 лет. Существовало несколько десятков таких маршрутов, преимущественно па берега Черного, Азовского и Балтийского морей, по Кавказу и в Подмосковье. Следующей возрастной категорией были подростки от 12 до 17 лет, для которых планировались самостоятельные маршруты, преимущественно спортивного и оздоровительного характера.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >