Раздел III. Охрана прав торговых и посадских людей

  • § 1. Издавна на Руси торговые и промышленные люди делились на лучших, средних и молодших. В Московской Руси постепенно вырабатывается разница в юридической охране их прав. Уже по Судебнику П-му (от. 26), честь «гостей больших», «средних торговых и посадских людей» и «черных городских молодших людей» оценивается неодинаково: «бесчестье», взыскиваемое (приставом) за их оскорбление, колеблется от 50 до 1 рубля. По Уложению, лествица бесчестий от именитых людей и гостей до меньшей статьи посадских людей выработана более подробная и колеблется от 100 до 5 рублей565. Им соответствует и лествица взысканий за увечья, «посмотря по человеку и по увечью»566. Охрана имущественных прав торговых людей также неодинакова. Всякий имеет право предъявить иск (и, значит, «приставливати») соответственно величине своего состояния: «городским посадским людем искати по своим животом и по промыслом и по розмету»; чем больше имущество человека и чем больше он платит податей, тем на большую сумму он может предъявить иск; чем меньше имущество его и чем меньше платит податей, тем на меньшую сумму он может искать пред судом. В противном случае, истец терял иск, с него брались судебные пошлины (взыскиваемые с приставом) и его (через пристава) давали на поруку да присылали в Москву567.
  • § 2. Одним из важнейших законодательных мероприятий, направленных на охрану прав и интересов торговых и промышленных людей, была защита капитала и кредита. Она выражалась прежде всего в помощи заимодавцу против должника. Уже в Русской Праве говорится о взысканиях с должника (в особенности в защиту прав купцов), но какую роль в этом играл «отрок» нельзя сказать с уверенностью568. Торговые договоры с немцами в этом уже гораздо определеннее: «А не всхочет платити, то просити детского су тиуна»569. Вся история русских торговых отношений с прибалтийскими «немцами» есть яркая иллюстрация способов взыскания долгов при помощи пристава570. В договорах междукняжеских неуклонно упоминается о должниках и поручниках по ним. Там говорится о дозволенности и ненаказуемости задержания их в чужом уделе «без пристава»: «А хто от нас пригонится в твою вотчину за холопом или за должником, а изымает сам, а без пристава, да поставит перед тобою, или пред наместники, или пред волостели, в том вины нет». Отсюда следует логическое заключение, что внутри удела нормальным способом задержания и ставки должника пред судьей было задержание и ставка при помощи пристава; на нарушителя этого правила ложилась бы «вина»571. Также договариваются князья: «Должника, поручника... по исправе выдати»; очевидно, что выдавал пристав одного княжества приставу другого572. В Судебниках говорится о том, как «кто кого поймает приставом в займех». Говорится также о выдаче должника истцу головою, которая относится к компетенции пристава573. В Уложении говорится о правеже (через пристава) долгов и выдаче должников головою574. В правых и иных судных грамотах XVI—XVII вв. мы часто встречаем протокольное описание, как пристав давал на поруку, приводил и ставил должника пред судом, а потом взыскивал с него правежем присужденный долг или выдавал истцу головою до искупа575.
  • § 3. В Московском государстве уже с XV—XVI вв. мы знаем о жалованных уставных грамотах, даровавших городским и посадским общинам особые льготы в отношении их самоуправления и финансовой независимости от наместников и волостелей. Эта независимость должна была содействовать обычно-правовой выработке особых прав городских и посадских жителей на их недвижимые имущества и торги, а также на защиту их собственными приставами576. Развитие особых прав членов городских и посадских общин на городские и посадские недвижимые имущества и торги продолжается также в связи с развитием прикрепления городских тяглых людей. В Судебнике Н-м (ст. 91) мы видим уже зародыш прикрепления торговых людей к сословию и городскому образу или месту жительства: «А торговым людем городским в монастырех не жити, а жити им в городских дворех (т. е. вообще в городах), а которые торговые люди учнут жити на монастырех, и тех с монастырей сводите» (очевидно, с приставом)577. Туда же в города, в городские дворы (по Судебнику Татищева) должно было «сводить» и черно-волостных торговых людей578. К концу XVI в. уже, видимо, шел процесс прикрепления тяглых посадских людей к определенным городам и посадам. Так например, в Торопецкой Уставной Жалованной Грамоте ок. 1590 г. говорится: «И на пустые им места старинных своих тяглецов из-за князей, из-за детей боярских, из-за монастырей и из волостей, которые у них с посаду разошлись, в заповедные лета вывозить (очевидно, с приставом) назад на старинные их места, где кто жил наперед того, безоброчно и беспошлинно»579. От 1623 г. сохранилась царская грамота с описанием того, как пристав давал на поруки и с пушкарями должен был водворять беглецов обратно «со всеми животы»580. Обязательство жить в своих городских дворах, на своих старинных тяглых местах и возвращаться туда «со всеми животы», т. е. имуществом, развивало и обратную сторону — право на них, защищенное приставским принуждением581. Рядом указов XVII в.582 и особенно Уложением 1649 г окончательно вырабатывается преимущественное право торговых и посадских людей на городские тяглые дворы, лавки и места: «И черным людем в черных сотнях и слободах тяглых дворов и дворовых мест не тяглым людем не закладывати и не продавати; а кто про- дасть или заложит белым людем тяглой двор, и те дворы имать и отдавать безденежно в сотни...»583; «и впредь ничьим людем и крестьяном, опричь государевых торговых посадских людей, тяглых дворов и лавок и погребов, и анбаров, и варниц ни у кого не покупать; а будет впредь чьи люди и крестьяне у кого купят тяглые дворы или лавки, и потребы, и анбары, и варницы, и у них те дворы и лавки, и потребы, и анбары, и варницы взять на государя безденежно»584. Действия «имать», «взять», «отдавать» относятся (как показано выше в главе об охране имущества) к приставской компетенции. Кроме того, из актового материала видно, что нарушителей означенных норм велено держать за-приставы до государского указу585. Через приставов же (очевидно) отобраны были единовременно «за Государя» «в тягло и в службы без- летно и бесповоротно» частные слободы и «белые места»586.
  • § 4. Преимущественное право городских торговых и посадских людей на торговлю и промыслы развилось в XV—XVII вв. сначала из пожалований различных уставных грамот, потом из прикрепления торгов к определенным местам. Так, в Белозерской Уставной Грамоте 1488 г. записана следующая привилегия: «А кто придет из Московские, Тверские и Новгородские земли.., торговати им всем на Белеозере в городе... всяким товаром; а за озеро им всем торговати не ездити; а по волостем и по монастырем не торговати... всяким товаром». К нарушителям предписывается применять следующие приставские действия: «изымати» торговавших в незаконном месте, брать у них товар «на великого князя», давать их на поруки, ставить перед великим князем587. Выше у нас уже говорилось: 1) о прикреплении в XVI в. «торгов» к определенным местам и праве владельцев и жителей постоянных торгов вчинением иска и приставскими действиями восстанавливать их на обычных, «пошлых» местах588; 2) об обязанности в XVI в. приезжих торговать не на торгу (предоставленном преимущественно постоянным жителям торгового поселения), а в гостином дворе, каковой порядок охранялся гостинодворскими дворниками и наместничьими приставами589; 3) об охране приставами промыслов, полезных для военной обороны, государственных и государевых доходов590. Постепенно к XVII в. вырабатывается за торгово-промышленным сословием преимущественное, почти исключительное право на торговлю и промыслы. Оно формулировано в Уложении: «А впредь лавок и погребов и варниц, опричь государевых тяглых людей никому не держати»; торговых же крестьян «указал государь дати на крепкие поруки, что им впредь в лавках и в погребах не сидети и не торговати...». Исключение делалось для сравнительно немногих591. В ограждение этих прав указываются следующие приставские действия: «Взяти за Государя», «свести в свои вотчины и поместья», «дати на крепкие поруки»592.
  • § 5. Известно существование обязанности торговых людей занимать финансовые должности. Соответственно этому, Уложение говорит о преимущественном праве посадских на занятие финансовых должностей: «А в головах и в целовальниках, в таможнях и на кабаках и на мытах и на перевозех и на мостех... опричь посадских людей и дворцовых крестьян ничьим людем и крестьяном не быть»; «а отда- вати таможни и кабаки, и иные всякие откупы на откуп государевым посадским людем и дворцовых сел и волостным крестьяном, а иным ничьим людем и крестьяном никаких откупов на откуп не отдавати»593.

Если бы иные люди нарушили эти предписания, очевидно, что городские общины могли к ним «приставливати».

  • § 6. В обеспечение прав и интересов торговых людей издавались также постановления об урегулировании их отношений с наймитами, мастерами, сторожами и др. В них упоминаются следующие пристав- ские действия: дать на поруки, «взяти цену», «доправити», «за иск отдати головою до искупу»594. Охранялись права и противоположной стороны: если бы государь не захотел заплатить наймиту «найму», на таком «государе» (приставу) должно было «доправити наем вдвое»595.
  • § 7. О праве иска (и следовательно «приставливания») посадских людей говорится в законе совершенно определенно: «А кому будет... горожаном... обида... и они...»596; «а взыщет черной...»597. Встречаются судебные акты, описывающие тяжбы посадских людей с иными и говорящие о разных приставских действиях598. На суде права и интересы торговых людей охраняли судные мужи из их среды, которых вызывали на судебное заседание доводчик или пристав599. Об обидах, учиненных горожанам и посадским людям, иногда «сыскивали всем городом»600. Между тем, у нас показано в другом месте, что одно из главных мест в руководстве обыском принадлежало приставу601. Права городских людей во времена Уставных наместничьих грамот защищали преимущественно доводчики и лишь отчасти органы их самоуправления602. Во времена Уставных земских грамот и отчасти позднее это делали земские и посадские доводчики и пристава, целовальники, пятидесят- ские, десятские и др.603 В высшей инстанции — доводчики и пристава наместничьи, воеводские, центральных Приказов и др.604
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >