Нота английского министерства иностранных дел полпредству СССР в Лондоне

Министерство иностранных дел 24 марта 1938 года.

Ваше Превосходительство,

2 В дополнение к моей ноте от 22-го марта имею честь поставить Ваше Превосходительство в известность о том, что я уже прочёл и рассмотрел с большим вниманием текст заявления, сделанного М. Литвиновым для представителей печати в Москве, перевод которого Вы столь любезно сообщили мне в Вашей ноте от 17 марта[1] [2] [3].

  • 2. Отмечаю, что данное заявление может считаться представляющим точку зрения Советского Правительства относительно настоящих международных проблем. Я полагаю, что существо предложения Советского Правительства состоит в том, чтобы безотлагательно принять меры для проведения между заинтересованными правительствами обсуждения в целях определения практических мер, необходимых для того, чтобы приостановить дальнейшее развитие агрессии и противодействовать, насколько это возможно, возрастанию угрозы войны.
  • 3. Правительство Его Величества тепло приветствовало бы созыв международной конференции, на которую, как это можно было бы ожидать, все европейские государства согласились бы послать своих представителей и на которой, следовательно, можно было бы обсудить дружеским образом и, возможно, окончательно урегулировать такие вопросы, которые, как это полагают, могли бы более всего представлять угрозу миру. Однако при существующих обстоятельствах такую конференцию, по-видимому, не представляется возможным организовать. Конференция, на которой присутствовали бы лишь некоторые из европейских держав и которая имела бы целью не столько обеспечение урегулирования неразрешённых проблем, сколько принятие согласованных действий против агрессии, не обязательно окажет, по мнению Правительства Его Величества, благоприятное воздействие на перспективы европейского мира.
  • 4. При этих обстоятельствах, будучи искренне признателен Советскому Правительству за сообщение мне его взглядов относительно наилучшего метода обеспечения сохранения мира, я сожалею, что Правительство Его Величества не может согласиться во всём объёме с предложениями, выдвинутыми М. Литвиновым в своём заявлении, о котором идёт речь. Взгляды Правительства Его Величества дополнительно обсуждаются в Парламенте, и Вы сможете заметить из соответствующих заявлений министров Его Величества, что, если и могут существовать различные взгляды на методы, которых надлежит придерживаться, тем не менее Правительство Его Величества не в меньшей степени, чем Советское Правительство, озабочено тем, чтобы отыскать эффективные средства укрепления дела мира.

Имею честь быть с высоким уважением покорный слуга Вашего Превосходительства за государственного секретаря Подпись: К. У. БАКСТЕР.

ПИСЬМО СОВЕТНИКА ГЕРМАНСКОГО МИНИСТЕРСТВА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ АЛЬТЕНБУРГА ПОСЛАННИКУ В ПРАГЕ ЭЙЗЕНЛОРУ С ПРИЛОЖЕНИЕМ ЗАПИСИ СОВЕЩАНИЯ ПО СУДЕТО-НЕМЕЦКОМУ ВОПРОСУ

ПОД ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВОМ РИББЕНТРОПА[4]

Берлин, 29 марта 1938 г. I Полит, отделу. 215 секр.

Чрезвычайному посланнику Секретно.

и полномочному министру Срочно.

г-ну Эйзенлору (лично)

Прага

(с курьером)

Референт: легационный советник Альтенбург.

В приложении направляется Вам для строго доверительного и личного ознакомления запись совещания, состоявшегося сегодня в министерстве иностранных дел по судето-немецким вопросам.

Согласно принятым на совещании установкам, я прошу Вас, как и до сих пор, поддерживать по возможности тесный контакт с судетонемецкой партией и, как было условлено, стараться, хотя и неофициально, если представится случай, в беседах с чехословацкими государственными деятелями оказывать ей поддержку в предстоящих переговорах с чехословацким правительством.

ЗАПИСЬ[5] СОВЕЩАНИЯ, СОСТОЯВШЕГОСЯ В 12 ЧАСОВ ДНЯ 29-го МАРТА 1938 г. В МИНИСТЕРСТВЕ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ПО СУДЕТО-НЕМЕЦКОМУ ВОПРОСУ.

В совещании принимали участие лица, перечисленные в прилагаемом списке.

Г-н рейхсминистр во вступительном слове подчеркнул необходимость сохранения в строгой тайне этого совещания; после этого, сославшись на указания, которые фюрер дал лично вчера днём Конраду Генлейну, заявил, что прежде всего имеется два вопроса, представляющих чрезвычайную важность для руководства политикой судето-немецкой партии:

  • 1. Судетские немцы должны знать, что за их спиной стоит 75-миллионный народ, который не потерпит дальнейшего угнетения судетских немцев чехословацким правительством.
  • 2. Делом судето-немецкой партии является предъявление чехословацкому правительству таких требований, выполнение которых она считает необходимым для достижения желаемых привилегий.

Г-н рейхсминистр добавил к этому, что в задачу имперского правительства не входит выработать для Конрада Генлейна, являющегося признанным вождём судетских немцев, что снова подтверждено фюрером, требования, которые должны быть предъявлены чехословацкому правительству. Следовало бы составить программу-максимум, которая в качестве конечной цели гарантировала бы судетским немцам полную свободу. Было бы опасным удовлетвориться преждевременно обещаниями чехословацкого правительства, которое, с одной стороны, в отношении заграницы смогло бы создать впечатление, будто бы найдено решение, а с другой стороны, судетские немцы были бы удовлетворены только частично. Предосторожность уместна прежде всего потому, что, исходя из имевшегося до сего времени опыта, нельзя доверять заверениям Бенеша и Годжи. Конечная цель предстоящих переговоров судетонемецкой партии с чехословацким правительством — это избежать вступления в правительство, увеличивая объём и постепенно конкретизируя предъявляемые требования. При переговорах должно быть ясно подчёркнуто, что единственным партнёром по переговорам с чехословацким правительством является судето-немецкая партия, а не имперское правительство. Имперское правительство со своей стороны должно отказаться выступать в качестве представителя или защитника судето-немецких требований перед пражским правительством или перед Лондоном и Парижем. Само собой разумеется, предполагается, что судетские немцы при вышеуказанных переговорах с чехословацким правительством должны полностью подчиняться Конраду Генлейну, сохранять спокойствие и дисциплину и избегать неосторожностей. По этому поводу Конрад Генлейн уже дал удовлетворяющие заверения.

Вслед за этими принципиальными указаниями г-на рейхсминистра были обсуждены и в принципе одобрены приведённые в приложении требования, которые должны быть предъявлены судето-немецкой партией чехословацкому правительству.

Для дальнейшей совместной работы Конраду Генлейну было дано указание поддерживать по возможности самый тесный контакт с г-ном рейхсминистром и с руководителем Центрального бюро фоль- ксдейче (Voksdeutsche Mittelstelle), а также с немецким посланником в Праге, являющимся тамошним представителем г-на рейхсминистра. Задача немецкого посланника в Праге будет состоять в том, чтобы не официально, а в частных разговорах с чехословацкими государственными деятелями поддерживать требования судето-немецкой партии, доказывая их разумность, не оказывая непосредственного влияния на объём требований партии.

В заключение был обсуждён вопрос о целесообразности сотрудничества судето-немецкой партии с остальными нацменьшинствами в Чехословакии и особенно со словаками. Г-н рейхсминистр решил, что партии нужно предоставить свободу входить в контакт с другими национальными группами, параллельные действия которых могут оказаться целесообразными.

Берлин, 29 марта 1938 г.

Pi.

ПРИЛОЖЕНИЕ I

  • [1] Архив МИД СССР. Перевод с английского. — Прим. ред.
  • [2] Обозначение пункта 1 в оригинале отсутствует. — Прим. ред.
  • [3] В ноте от 22 марта 1938 г. министерство иностранных дел Великобритании подтвердило получение ноты полпреда СССР министерству иностранных дел Великобритании от 17 марта 1938 г., при которой был препровождён текст заявлении говорится: «Вступив в Лигу наций в целях организованного сотрудничества с другими миролюбивыми государствами, советское правительство не упускало ни одного подходящегослучая для рекомендации наиболее эффективных гарантий мира, каковые оно виделов организации системы коллективной безопасности в рамках Лиги наций, а такжерегиональных пактов о взаимной помощи против агрессоров. Советское правительствопрактически вступило на этот путь, заключив такой пакт с Францией и Чехословакией,пакт, не угрожающий при отсутствии агрессии ни одному государству. Имевшие место в течение последних четырёх лет нарушения международных обязательств по пакту Лиги и по Парижскому договору Бриана — Келлога, нападения однихгосударств на другие, давали повод советскому правительству выявлять не только егоотрицательное отношение к этим международным преступлениям, но и его готовностьпринять активное участие во всех мероприятиях, направленных к организации коллективного отпора агрессору, даже пренебрегая неизбежным ухудшением его отношенийс агрессором. Советское правительство при этом предостерегало, что международнаяпассивность и безнаказанность агрессии в одном случае фатально повлекут за собойповторение и умножение таких случаев. События международной жизни, к сожалению, подтверждают правильность этих предостережений. Новое подтверждение ониполучили в совершённом военном вторжении в Австрию и насильственном лишенииавстрийского народа его политической, экономической и культурной независимости. Если случаи агрессии раньше имели место на более или менее отдалённых от Европыматериках, или на окраине Европы, где, наряду с интересами жертвы агрессии, были
  • [4] Документ из архива министерства иностранных дел Германии.
  • [5] Документ из архива министерства иностранных дел Германии; запись (с приложением II) опубликована в американском издании материалов Нюрнбергского процесса«Nazi conspiracy and aggression», vol. V, p. 422—424. — Прим. ped.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >