Информация о ходе Мюнхенской конференции министерству иностранных дел Германии от германской делегации в Мюнхене

Секретно.

Мюнхен, 29 сентября 1938 г.

19 ч. 00 м.

Младшему статс-секретарю министерства иностранных дел

Берлин.

Передать с нарочным!

Срочно! Срочно!

С последующим подтверждением получения младшим статс-секретарём.

Строго секретно!

В 12 ч. 45 м. фюрер открыл совещание и выразил прибывшим главам правительств свою благодарность за то, что они приняли его приглашение прибыть в Мюнхен. Он добавил, что хочет прежде всего дать краткий очерк чешского вопроса, как он представляется в данный момент. Существование Чехословакии в её настоящем виде угрожает миру в Европе. Немецкое, венгерское, словацкое, польское и карпато-рус- ское меньшинства, которые против их воли были втиснуты в это государство, восстают против его дальнейшего существования. Он, фюрер, может выступить здесь только от имени немецкого меньшинства.

В интересах европейского мира эта проблема должна быть разрешена в кратчайший срок, а именно путем выполнения чешским правительством данных им обещаний о передаче [территории]. Германия не может больше смотреть на несчастье и нищету судетских немцев. Растёт количество сообщений об уничтожении собственности. Население подвергается варварскому преследованию. С того времени, как он, фюрер, в последний раз беседовал с г-ном Чемберленом, количество беженцев увеличилось до 240 000 и потоку их не видно конца. Кроме того, необходимо положить конец политическому, военному и экономическому

Фотокопия первой страницы документа № 34

напряжению, ставшему невыносимым. Это напряжённое положение требует решения проблемы в течение нескольких дней, так как неделями ждать уже больше нельзя. Идя навстречу желанию главы итальянского правительства Муссолини, он, фюрер, изъявил готовность отложить на 24 часа мобилизацию в Германии. Дальнейшее промедление было бы преступлением. Для решения этой проблемы здесь собрались ответственные государственные деятели Европы, и он констатирует, что расхождения между ними минимальны, так как, во-первых, все согласны в том, что территория должна быть уступлена Германии, и, во-вторых, что Германия не имеет других притязаний, кроме как на эту территорию. Точное определение того, о какой именно территории идёт речь, нельзя предоставить решению комиссии. Для этого скорее требуется плебисцит, тем более, что вот уже двадцать лет как в Чехословакии не было свободных выборов. В своей речи в Спортпаласе он заявил, что 1-го октября он во всяком случае вступит[1] (einmarschieren, wiirde). На это ему тогда ответили, что эта акция будет носить насильственный характер. Таким образом, задача заключается в том, чтобы лишить эту акцию подобного характера. Нужно, однако, действовать немедленно, прежде всего по той причине, что нельзя больше смотреть на преследования, а также и потому, что ввиду колебаний в Праге нельзя больше терпеть промедления. С военной точки зрения оккупация никакой проблемы не представляет, так как продвигаться во всех направлениях пришлось бы на небольшую глубину. Таким образом, при желании можно очистить территорию в течение десяти дней, он убеждён, даже в 6—7 дней. Идя навстречу общественному мнению Англии и Франции, он оставляет открытым вопрос о вводе германских войск в те районы, в которых будет проведён плебисцит. Но в этом случае чехи со своей стороны должны сделать то же самое, чтобы для обеих сторон были созданы одинаковые условия. О формах передачи можно ещё поговорить, но действовать нужно быстро. Нельзя долго терпеть такого положения, когда в Европе, как это имеет место в данный момент, вооружённые государства противостоят друг другу.

Премьер-министр Чемберлен поблагодарил сначала фюрера за приглашение на совещание. Он поблагодарил также и дуче, по инициативе которого, если он правильно понял, состоялось сегодняшнее совещание. Это совещание даёт Европе новую передышку, в то время как ещё вчера катастрофа казалась в непосредственной близости. Он вполне согласен с тем, что нужно действовать быстро, и он особо приветствует заявление фюрера о том, что он не хочет применять насилие, а желает создать порядок. Если к проблеме подойти в таком духе, то он уверен, что будут достигнуты результаты.

Глава итальянского правительства заявил, что в принципе все уже договорились и что сейчас речь идёт только о том, чтобы претворить теорию в практику. Особую важность приобретает при этом вопрос о сроке. Каждое промедление является источником опасностей. Он особенно настаивает на ускорении действий, потому что ускорение в данном случае полностью совпадает со справедливостью. Лучше всего ещё сегодня прийти к соглашению, так как промедление даже на 24 часа вызвало бы новое беспокойство и новые подозрения. В целях практического решения проблемы, он вносит следующее предложение (см. приложение I)[2].

Французский премьер-министр Даладье также поблагодарил фюрера за его инициативу. Он рад, что ему представилась возможность лично встретиться с фюрером. План такой встречи существовал и раньше, но, к сожалению, обстоятельства до сих пор мешали его осуществлению, но французская поговорка гласит: «Лучше поздно, чем никогда».

Премьер-министр Даладье высказал затем также дуче своё особое восхищение его шагом, который, надо надеяться, поведёт к разрешению настоящего вопроса. Он, как и г-н Чемберлен, придерживается мнения, что действовать надо с величайшей быстротой. Он особо приветствует проникнутое духом объективности и реализма предложение дуче, которое он принимает в качестве основы для дискуссии. Это, конечно, не означает, что он согласен со всеми пунктами, так как следует принять во внимание и вопросы экономики, дабы не создать почву для будущих войн. И, наконец, остаётся нерешённым вопрос об организации плебисцита и разграничении данной зоны. Он упоминает об этих пунктах лишь потому, что не изучил ещё только что оглашённого предложения. Но уже теперь он может принять его за основу для дискуссии.

Премьер-министр Чемберлен также приветствовал предложение дуче и заявил, что и он мыслил себе решение вопроса в духе этого предложения. Что касается требующихся от Англии гарантийно он приветствовал бы, если бы здесь присутствовал представитель чешского правительства, так как Англия, естественно, не может дать гарантий в том, что территория будет эвакуирована к 10 октября и что не будут иметь место никакие разрушения, если на этот предмет не будет дано заверения чешским правительством.

Фюрер ответил на это, что он вовсе не заинтересован в заверении чешского правительства, так как именно это правительство как раз и производит разрушения. Вопрос заключается именно в том, как заставить чешское правительство принять это предложение. Существует единое мнение в отношении того, что Германии будет уступлена эта территория. Однако чехи утверждают, что не могут очистить территорию до того, как будут возведены новые укрепления и приняты решения экономического характера.

Премьер-министр Даладье ответил, что французское правительство ни в коем случае не потерпит проволочек в этом деле со стороны чешского правительства. Чешское правительство дало своё слово и должно его сдержать. Не может быть и речи о том, чтобы откладывать эвакуацию области до той поры, когда будут возведены новые укрепления. Этот пункт он просит полностью исключить из дискуссии, ибо чешское правительство получит гарантию за свои уступки. Вообще же он, как и г-н Чемберлен, считает, что присутствие чешского представителя, с которым можно было бы в нужном случае проконсультироваться, было бы полезным. Это кажется ему полезным в первую очередь для того, чтобы избежать беспорядков, которые могут легко возникнуть в таком деликатном деле, как уступка территории. Нужно сделать всё, чтобы предотвратить хаос.

Фюрер ответил на это, что если запрашивать согласия чешского правительства по каждой детали, то нельзя ожидать решения раньше чем через 14 дней. Предложение дуче предусматривает создание комиссии, в которой будет заседать также и представитель чешского правительства. Он заинтересован прежде всего в гарантиях великих держав, которые должны использовать свой авторитет для того, чтобы чешское правительство прекратила преследования и разрушения.

Премьер-министр Чемберлен ответил на это, что и он не считает нужным больше ждать. Но прежде чем он возьмёт на себя гарантию, он должен знать, сможет ли он её выполнить; по этой причине он и приветствовал бы, если бы в соседней комнате находился представитель Праги, от которого можно было бы получить заверения.

Фюрер ответил, что в настоящее время такого чешского представителя, который мог бы авторитетно говорить от имени своего правительства, здесь не имеется. Его интересует вопрос, что произойдёт, если чешское правительство не примет предложений великих держав. В настоящий момент разрушено 247 мостов и ещё большее количество домов.

Итальянский премьер-министр заявил, что и ему кажется невозможным ожидать чешского представителя. Великие державы должны взять на себя моральную гарантию за эвакуацию и недопущение разрушений. Они должны указать в Праге на то, что чешское правительство должно принять эти требования, в противном же случае оно должно будет нести последствия военного характера. Речь идёт о своего рода просьбе великих держав, которые будут нести моральные обязательства за то, чтобы эта территория не была передана совершенно опустошённой.

Премьер-министр Чемберлен ответил, что он охотно имел бы здесь чешского представителя, а, впрочем, сроки, которые предложил дуче, он считает весьма разумными. Он готов поставить под этим свою подпись и сообщить чешскому правительству, что ему следует их принять. Он не может, однако, брать на себя никакой гарантии, пока он не знает, как он сможет её выполнить. Кроме того, следует разрешить несколько отдельных вопросов: какие полномочия будет иметь международная комиссия и какой режим будет господствовать на территории, когда эта последняя будет эвакуирована? Он не сомневается в том, что фюрер поддержит порядок и позаботится о том, чтобы не подвергались преследованиям те жители, которые настроены против аншлюса. Однако некоторые пункты германского меморандума вызвали в Англии недоразумения. Так, например, там задавали себе вопрос, что должен обозначать тот пункт, по которому с этой территории нельзя угонять скот. Означает ли это, что крестьяне будут высланы, а их скот останется?

Фюрер ответил, что на территории, которая должна отойти к Германии, будут, само собой разумеется, действовать германские законы. Впрочем, сейчас имеет место как раз обратное. В настоящее время чехи угоняют скот, принадлежащий немецким крестьянам, а не наоборот. Решающим представляется то, будет ли этот вопрос рассматриваться как германо-чешский конфликт, который будет разрешён в течение 14 дней, или же как проблема европейского значения. Если речь идёт о европейской проблеме, тогда великие державы должны бросить на чашу весов свой авторитет и взять, на себя ответственность за то, чтобы передача произошла в надлежащей форме. В том же случае, если чешское правительство не пожелает принять эти предложения, будет ясно, что величайший авторитет морального характера, который вообще должен был бы существовать, а именно, авторитет, воплощённый в подписях собравшихся здесь четырёх государственных деятелей, окажется недостаточным. В этом случае вопрос сможет быть решён только применением силы.

Премьер-министр Чемберлен ответил, что не имеет никаких возражений против предложенных сроков. Чешский вопрос является европейским вопросом, и его решение является для великих держав не только правом, но и долгом. Они должны также позаботиться о том, чтобы чешское правительство по безрассудству и упрямству не отказалось от очищения территории. Он хотел бы правильно применить авторитет великих держав и поэтому предлагает сначала раздать план дуче и на короткое время прервать заседание, чтобы можно было изучить этот план. Такая процедура не означает промедления.

Премьер-министр Даладье сказал, что он принял на себя ответственность уже в Лондоне, когда он, не запросив чешское правительство, в принципе дал своё согласие на передачу немецких областей. Он встал на эту точку зрения, несмотря на то, что между Францией и Чехословакией имеется союзный договор. В том случае, если привлечение к работам совещания представителя Праги наталкивается на трудности, он готов отказаться от этого, так как всё дело в том, чтобы вопрос был решён быстро.

Фюрер ответил на это, что если документ с подписями четырёх государственных деятелей всё-таки будет отвергнут пражским правительством, то значит Прага, в конечном счёте, уважает только силу.

Принял: ГЕЙНИШ.

Фотокопия последней страницы документа № 34

  • [1] В пределы Чехословакии. — Прим. ред.
  • [2] Приложение в деле отсутствует. — Прим. ред.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >